Я устроилась у Леонарда на груди, слушая ровный стук сердца. Его рука лениво обнимала меня за плечи, а дыхание становилось всё глубже. Казалось, он заснул почти сразу, стоило нам оказаться под одеялом.

Невольно улыбнулась.

— Лео…

В ответ раздалось невнятное мычание.

— Лео…

Он едва заметно тряхнул головой, словно прогоняя сон.

— М-м?

— Что будет дальше?

Несколько секунд он молчал. Я уже решила, что он окончательно уснул, когда почувствовала, как его ладонь медленно погладила меня по спине.

— После окончания голосования… все урны привезут на центральную площадь, — сонным голосом начал он. — Их всегда четыре. По одной из каждого округа. Любой человек может подойти и проверить любой бюллетень. Чтобы никто не смог обвинить читающего в подмене голосов.

Я чуть приподняла голову.

— То есть пересчитать может каждый?

— Да. Именно поэтому подделывать результаты во время прочтения почти бессмысленно.

Он ненадолго замолчал, собираясь с мыслями.

— После проверки бюллетени распределяют по трём большим корзинам. Первая означает, что гильдия сохраняет свой состав полностью. Вторая — что часть представителей переизбирается. А третья… — Он тихо усмехнулся. — Теоретически означает, что гильдия расформирована.

— Теоретически?

— Такого ещё ни разу не случалось.

Я задумчиво провела пальцами по его шраму на боку. Отсутствие контролирующего органа, на моей памяти, приводит к анархии.

— А если всё-таки случится? Не останется же город без власти.

Леонард открыл глаза и посмотрел в потолок.

— Нет. На этот случай существует протокол.

— Какой?

— Если гильдия расформирована, её место временно занимают представители важнейших должностей. Не по происхождению, а по достижениям в своём деле. Признанные народом.

Я нахмурилась.

— О каких должностях идет речь?

— Лекарь. Учитель. Наставник. Служитель и… Настоятельница монастыря. Они входят во временный Совет до тех пор, пока не будет принято окончательное решение.

Я замерла. Перед глазами мгновенно всплыло лицо Эстер. Теперь всё вставало на свои места.

— Так вот почему они избавились от неё… Потому что она смогла бы поднять народ против несправедливого голосования.

Леонард ничего не ответил. Я крепче обняла его, ещё теснее прижавшись к его груди. Через несколько секунд почувствовала, как его объятия стали сильнее.

— Прости.

Я резко подняла голову.

— За что?

Он долго молчал.

— Я не смог её спасти.

В его голосе не было ни оправданий, ни попытки снять с себя вину.

— Я пытался… Правда пытался.

Я смотрела ему в глаза несколько долгих секунд. Потом медленно наклонилась и поцеловала его.

— Я знаю.

Снова устроившись у него на груди, я тихо произнесла:

— Не думаю, что найдётся человек, который сможет занять её место.

Мы оба ненадолго задумались.

— Виола? — осторожно предположила я.

Леонард шумно выдохнул.

— О, нет! Точно не она.

Я попыталась представить её среди членов Совета. Сильная, смелая, преданная, но… Перед глазами сразу возникло, как она без раздумий разбивает Эсолу губу. Я невольно улыбнулась.

— Она слишком вспыльчивая. Имеет преступное прошлое и частенько сначала бьёт, а потом задаёт вопросы.

Леонард тихо хмыкнул.

— Очень точное описание.

Я задумалась ещё сильнее. Если не Виола, тогда кто? Я перебрала в голове всех, кого знала в монастыре, и напрашивающийся ответ совсем мне не нравился.

Я резко приподнялась на локтях. Леонард тихо охнул.

— Осторожнее… Ты тяжелее, чем выглядишь.

Я даже не обратила внимания на его шутку.

— Не пойдет. Я категорически против.

Он спокойно посмотрел на меня. Я ткнула его пальцем в грудь.

— Ты обещал мне институт, студенток и возможность преподавать.

— И от своих слов не отказываюсь. Но пока ты не найдёшь себе замену… место в Совете придётся занимать тебе.

— Нет. — Я недовольно прищурилась. — Я вообще не хочу состоять ни в каких гильдиях.

— Знаю.

Снова зло ткнула его в грудь.

— А чем будешь заниматься ты? Тоже станешь представителем новой гильдии?

Он усмехнулся.

— Боюсь, если всплывёт моё прошлое, наш прекрасный план рухнет быстрее, чем ты успеешь рассердиться.

Я тяжело вздохнула.

— Тогда кто?

— Алек.

Я нахмурилась. Имя показалось знакомым. Где-то я его уже слышала. Только никак не могла вспомнить.

— Кто это?

— Тот самый парень, которого ты так отчаянно вытаскивала из пожара.

Память тут же вернулась. Тяжёлый мужчина, которого я пыталась спасти, как только очнулась в этом мире.

— Почему он?

— Алек лучше меня. Человечнее и терпеливее.

Я тихо рассмеялась.

— Значит, идеальный кандидат. Может, мне с ним познакомиться, раз он лучше тебя?

Он снова закрыл глаза.

— Ведьмочка…

— М-м?

— Будешь меня злить, я отхлестаю тебя по заднице. Спи лучше. Завтра будет очень длинный день.

Я улыбнулась и снова закрыла глаза. Но поспать нам так и не дали. В дверь неожиданно заколотили с такой силой, что задрожали стены.

— Лев! Лев! Лев!

Леонард неразборчиво выругался.

— Лев! Быстрее! Просыпайся!

Он тяжело вздохнул, тихо зарычал и всё-таки сел на кровати. Я тут же натянула одеяло себе на голову.

Нет уж. В отличие от одного слишком выносливого льва, я была всего лишь человеком, которому после этого нервного вечера и жаркой ночи отчаянно требовалось поспать.

Пусть спасает мир без меня хотя бы ближайшие пять минут.