В дверном проёме появился силуэт. Мужчина вошёл неспешно, захлопнул за собой дверь и на несколько секунд исчез из поля моего зрения. Вскоре раздался треск поленьев. Кто-то разжигал камин.

Я наблюдала за происходящим молча.

Пламя разгоралось постепенно. Сначала в темноте вспыхнули редкие оранжевые искры, затем огонь уверенно пополз по дровам, и комната начала оживать. Тени отступили от стен, стали отчётливо видны старые потёртые обои, потрескавшаяся штукатурка и грязный пол. Теперь я не сомневалась в том, что нахожусь на территории восточного квартала.

Когда света стало достаточно, мужчина подошёл ближе и опустился на полуразрушенный диван напротив меня. Не торопясь стянул перчатки, бросил их на стол между нами и закинул ногу на ногу. Только после этого внимательно посмотрел на меня.

Я ответила ему тем же.

На вид ему было около пятидесяти. У висков серебрилась седина. Волосы были аккуратно зачёсаны назад, подчёркивая высокий лоб и резкие черты лица. Возраст уже оставил на нём свой след, но было очевидно, что в молодости этот человек считался весьма привлекательным.

Но больше всего меня настораживал спокойный, внимательный, изучающий взгляд. Чем-то напоминал Грейвиса.

— Добрый вечер, Аделина Рейнгард, — произнёс он.

Голос оказался низким и удивительно приятным. Я невольно выпрямилась.

— С кем имею честь вести диалог?

Подбородок сам собой поднялся чуть выше. Если меня собирались допрашивать, то я не собиралась облегчать им задачу.

— Лирсен Аббет.

Имя показалось знакомым, и внутри что-то неприятно шевельнулось. Но прежде чем я успела вспомнить, внимание привлёк второй мужчина. Теперь, когда света стало больше, я наконец смогла его рассмотреть и поняла, почему голос был до боли знаком.

Это был врач в потёртой белой рубашке, испачканной кровью, которого я увидела в свой первый день в этом мире. Тот самый человек, который вместо того, чтобы помочь пациенту, отправил его на тот свет.

Лицо осталось прежним — усталым, осунувшимся, с болезненно-серым оттенком кожи. Волосы всё так же торчали в разные стороны, словно он уже несколько суток не подходил к зеркалу.

Имени его я не помнила, а может, и не знала, а вот лицо запомнила прекрасно.

— Чем обязана, господин Аббет? — спросила я, переводя взгляд с врача.

Попыталась изменить положение рук и тут же поморщилась. Боль прострелила плечи и запястья. Аббет едва заметно кивнул своему спутнику. Врач подошёл ко мне и начал развязывать верёвки.

Я удивлённо подняла брови.

Через несколько секунд руки были свободны. Кровь тут же болезненно хлынула в онемевшие пальцы. Я осторожно растёрла запястья, наблюдая за мужчинами. Врач отошёл обратно и встал за спиной своего хозяина, сложив руки на груди.

— С Арном вы уже знакомы.

Имя врача меня не интересовало. Куда больше хотелось узнать, что им нужно от Леонарда и чем он так насолил медицинскому работнику.

— Скажите, пожалуйста, Аделина Рейнгард, — произнёс Лирсен, — как вы, будучи признанной виновной в моей смерти, объявленной ведьмой и приговорённой к казни, всё ещё живы и здоровы? Не говоря о том, что пожар должен был унести вашу жизнь ещё до того, как до вас добрался лучший инквизитор страны?

И в этот момент память наконец сработала.

Лирсен Аббет.

Конечно.

Тот самый представитель гильдии, в убийстве которого меня обвиняли.

Когда Леонард посадил меня в темницу, он вкратце рассказал мне историю предыдущей хозяйки этого тела. Молодая вдова, чей муж вдвое старше её, погиб. Тогда как она была признана виновной в смерти высокопочтенного представителя гильдии.

Только вот высокопочтенный представитель гильдии, в смерти которого меня обвинили, сейчас сидел напротив меня. Живой, вполне здоровый, пусть и слегка потрёпанный жизнью.

Я несколько секунд просто смотрела на него. И, быть может, меня ничего не удивило в моём мире, где медицина шагнула далеко вперёд. А тут…

— Каким образом? — наконец спросила я. — Вы же вроде должны быть мертвы.

Лирсен лениво улыбнулся.

— Забавно.

Он чуть подался вперёд. Пламя камина отразилось в его глазах.

— Тот же вопрос интересует и меня.

Некоторое время мы просто смотрели друг на друга. Словно оба пытались понять, кто из нас опаснее. Затем он наклонился ещё ближе и тихо произнёс:

— Впрочем, думаю, у нас достаточно времени, чтобы разобраться с этим маленьким недоразумением.