Роза

Шкатулка

Мы с Лукой мчались на зеленом мопеде мимо красивейших фонтанов на площади Согласия. Я крепко обвивала его талию, пока мелкие брызги барабанили по визору, а дорога уводила нас из сияющего центра в спальные районы Парижа.

Когда представление закончилось, мы с Натали не задерживаясь отправились домой, чтобы я могла провести остаток вечера с парнем. Но Лука вернулся от брата ужасно уставший, поэтому так и не воплотил связанное с платьем обещание. Я не стала настаивать на близости, а понимающе свернулась рядом с ним калачиком, поглаживая его по легким кудрям.

Утро принесло нам парочку срочных заказов на доставку букетов, включая один из фирмы Дюбуа, и чтобы немного проветрить голову перед поездкой в особняк и подольше побыть с Лукой, я напросилась с ним.

Всю ночь мне не давала покоя встреча с Дюбуа в холле Гарнье. Он так смотрел на меня, точно желал впитать. А моя душа ответно рвалась к нему из клеток ребер, но куда бы она угодила? В хитроумную ловушку парня, желающего добиться от меня правды любыми способами?

К подобному плаченому выводу я пришла ночью, не зная, как еще объяснить резко вспыхнувший ко мне интерес самого Дюбуа. Ведь когда я жила в приюте, надеясь и веря, что вот-вот Эрик проведает меня, он не приходил.

Нам недовольно посигналил усатый старик, выглянув из окна старого Рено, когда Лука его подрезал на светофоре и поехал дальше по мостовой. Позади меня лежал огромный букет белых роз, который было необходимо доставить к одиннадцати утра в Brach Paris.

— Когда-нибудь и я смогу подарить тебе что-то подобное, — кивком Лука указал на букет стоимостью шестьсот евро.

Я приподняла визор, чтобы сказать, что ценность человека определяется далеко не деньгами, а тем более не подарками, но сразу об этом пожалела. В лицо налетела дорожная пыль, так что перед ответом пришлось прочистить горло:

— Лука, совсем не обязательно из кожи вон лезть, чтобы удивить меня. Ты можешь поднять мне настроение и более обыденными вещами. Прогулка по парку или… — Все мышцы парня напряглись, и я осеклась на полуслове.

— Адриан Флоран дарит своим любовницам машины и бриллианты. Не хочу, чтобы из-за моей никчемности ты — невероятная девушка, довольствовалась какими-то прогулками.

Мы резко ушли влево, сворачивая к подъездной дорожке помпезного отеля, лицевая часть которого была выполнена полностью из панорамных стекол.

Меня насторожила речь Луки и его глубокие знания о личной жизни Флорана, а его выпады насчет моей карьеры сменились самобичеванием, и с этим нужно было что-то делать.

— Лука…

Меня прервало резкое торможение. Бойфренд заглушил мопед на парковке, а раздавшийся звонок телефона окончательно оборвал нить мыслей.

Я сунула руку в сумку, достав телефон, и с недоумением уставилась на светящийся экран. Неизвестный номер. Промедлив пару секунд, нехотя ответила.

— Альма Белроуз? — раздался в трубке приторно-сладкий женский голос. Он показался мне отдаленно знакомым, что было неудивительно, ведь в магазине мне приходилось общаться с десятками людей.

— Да… Чем могу помочь?

Девушка на том конце провода высокомерно заворчала.

— Фирма Дюбуа сделала у вас заказ. Сейчас без пяти одиннадцать, а цветов нет!

Дама явно встала не с той ноги.

— Ваш букет будет у вас через несколько минут. Можете не беспокоиться, я лично его доставлю, — вежливо парировала я, но в ответ услышала лишь короткие гудки.

— Что-то случилось? — Лука снял белый шлем, откинув с лица удлиненную челку.

— Ничего серьезного. — Я перекинула ногу через сиденье и спрыгнула с мопеда. — Просто какая-то наглая девица, которая не может дождаться своих цветов. — Отряхнув одежду от дорожной пыли, принялась отстегивать ремни, удерживающие букет на багажнике.

— Ты правда сама пойдешь? — Лука скептически изогнул бровь, наблюдая за моими попытками справиться с цветами.

— Конечно. Хочу посмотреть в лицо этой избалованной особы, когда вручу ей розы минута в минуту.

Лука широко улыбнулся — мол, дерзай. Встав с мопеда, он оттопырил «подножку» и хотел придержать букет, но я отрицательно мотнула головой. Крепче обхватив роскошные белые розы и задрав подбородок, я решительно направилась к стеклянным дверям.

На входе в отель меня встретил батлер в костюме-тройке. Мужчина средних лет помог мне открыть дверь и проводил до ресепшена. Озвучив девушке за стойкой цель визита и назвав номер заказа и фамилию, я получила карточку для доступа к лифту.

Подождав у дальней стены, пока кабина спустится, я шагнула внутрь. Пришлось перехватить букет одной рукой, чтобы нажать кнопку последнего этажа, где располагались люксы.

Через пару минут тонкий звонок возвестил о прибытии лифта. Выйдя в коридор, устеленный алой ковровой дорожкой, я вдруг почувствовала необъяснимое беспокойство: ноги стали тяжелыми, будто налитыми свинцом, а букет показался неподъемным.

Чтобы отвлечься от нахлынувших переживаний, я прошептала себе под нос нужный номер:

— Пятьсот семьдесят пять…

Без труда найдя нужную дверь, я занесла кулак чтобы постучать, но сердце вдруг замерло в груди. Дверь распахнулась и на пороге застыла красавица-брюнетка в легком атласном халатике, вчера сопровождающая Дюбуа в опере.

Розы едва не выпали у меня из рук. Испуганный взгляд метнулся за ее спину, вглубь номера. Я боялась увидеть там Эрика, ведь вся эта ситуация отдавала плохо проработанной шуткой. Однако комната выглядела так, что кроме девушки в ней никого не было.

— Ты! — Августа буквально выплюнула это слово, полное неприкрытого раздражения, и подбоченилась. Мой язык от скребущего в душе чувства прилип к небу, не позволяя парировать. Пока я искала в себе храбрость, чтобы наконец ответить, незнакомка резким движением выхватила у меня букет. — Не знаю, что у вас с Дюбуа, рыжуля, но лучше не переходи мне дорогу! — Девушка уже хотела с размаха захлопнуть дверь, но остановившись, добавила: — Кстати, этот шикарный букет от него. Он ценит тех, с кем ему хорошо!

Грохот закрывшихся у меня перед носом створок сотряс не только пространство, но и нутро, заставляя внутренности перевернуться.

Беспричинная глупая ревность обвила тело невидимыми путами, лишая кислорода, но они быстро сгорели от воспламеняющего кровь гнева.

Возвращаясь к лифту, я мысленно проклинала день, когда согласилась возобновить связь с Дюбуа. Но как бы паршиво не было, подсознательно я знала, что не смогла бы отказать Эрику в помощи с садом. Мария Дюбуа на какой-то перевод жизни буквально заменила мне мать.

* * *

Видимо, боги решили испытать меня на прочность. Едва я вернулась к Луке, как телефон в сумке снова ожил, завибрировав.

Бойфренд, глядя на мое насупленное лицо, забрасывал вопросами о том, что произошло в отеле, пока я слишком возбужденно усаживалась на мопед. Но я молчала. Ведь единственный правдивый ответ обжигал душу, и я отчаянно не желала его признавать.

Ревность. Как я вообще могла ревновать Эрика, находясь в отношениях с Лукой. Дура!

Достав телефон, я сжала его так, что заныли сухожилия. От горящего на дисплее сообщения от «питона» хотелось расплакаться от досады и обиды, но как объяснить данное поведение Луке, когда я сама себя последнее время не понимала?

Дорогая Альма Белроуз. Ваша помощница — прелестна, но хотелось бы обсудить детали организации декораций моего праздника с вами лично. Буду ждать вас сегодня после обеда в моем загородном особняке. Прошу вас не отвергать предложение, иначе мне придется отказаться от сотрудничества с «Цветами Парижа», а мы оба знаем, насколько оно для вас выгодно.

Адриан Флоран

Шмыгнув носом, я прогнала непрошенные слезы и дождавшись, когда Лука наденет шлем, набрала ответ.

Буду через час.

Альма Белроуз

Слишком импульсивно дернув ручку стартера, Лука завел мотор. Тяжело выдохнув, я показала телефон парню. Он пробежался по строчкам горящего на дисплее сообщения и почему-то резко выругался, занервничав.

Мы выехали на мостовую. Лука набрал скорость, меня рывком бросило вперед, вдавив в его твердую спину. С визгом шин мы понеслись на встречу главному мерзавцу этой истории.

* * *

— Я бы с удовольствием составил тебе компанию на экскурсии по особняку Флорана, но работа не ждет. — Лука задумчиво потер подбородок свободной от шлема рукой, точно что-то не договаривал. — После обеда я обещал подменить Виктора в ресторане.

Мы остановились возле приглашенно распахнутых решетчатых ворот, за которыми притаился огромный дом. Рядом с вычурным строением прорастали высокие дубы, пряча нас от полуденного солнца в своих длинных тенях.

Я легонько чмокнула Луку в щеку и понимающе сжала его плечо.

— Не переживай, сама справлюсь. Тем более, это всего лишь рабочая встреча. Обсудим детали, и я отправлюсь к Дюбуа. Увидимся вечером? — Надежда просочилась в мою широкую улыбку, но Лука поник еще больше.

— Прости, Аля, но сегодня не выйдет. Парни из ресторана предложили в ночь подработать грузчиком овощей на рынке, я обещал, что присоединюсь.

За ребрами неприятно завозилось сочувствие и обида, что Лука снова меня избегает, сводя все наши проблемы к разнице в заработке. Хотя я никогда не упрекала его за отсутствие больших финансов.

— Лука, не обязательно так утруждаться. Для чего? У нас есть дом, еда, работа…

В глазах парня сверкнуло что-то непривычно холодное и даже пугающее.

— У тебя, Альма. У тебя есть все… — Он стряхнул мою руку с плеча, но я не позволила ему вновь уйти от разговора.

— Слушай, я попросила Эрика, — имя Дюбуа оставило странный горьковатый привкус после сегодняшнего утра, — узнать, есть ли свободные места в его фирме. Работать на него престижно и платят неплохо…

Я слезла с мопеда, встав сбоку от парня. Лука порывисто развернулся, и меня пробрал озноб от налетевшего порыва ветра и того, как гневно заострились черты его лица.

— Мне не нужны чьи-то подачки! Ты поняла!? — Мои глаза ошарашенно округлились. Лука никогда не разговаривал со мной столь грубо и несдержанно. — И больше не лезь в мои проблемы! — Он зло всплеснул руками, заставляя отступить от мопеда на тротуар. Даже не попрощавшись, он с силой нажал на педаль газа и рванул в поток машин.

— Я всего лишь хотела помочь… — расстроенно пробормотала я в быстро удаляющуюся спину Луки, но ветер унес с собой слова, оставив меня наедине с обидой и чувством полной разочарованности.

* * *

Теперь мне стал понятен восторг Натали по поводу фамильного поместья Флорана. Как и рассказывала подруга, на территории Адриана было все, что должно кричать о богатстве его владельца.

Пока я шла по петляющей кирпичной дорожке к крыльцу, мой взгляд скользил по безупречным живым изгородям, глади искусственного озера и угадывающемуся вдали за домом полю с грациозными лошадьми.

Сам особняк был олицетворением викторианской эпохи: светлый кирпич, темная черепичная крыша и белоснежные наличники, обрамляющие высокие окна. И конечно, массивные колонны у входа. Их обвивал ядовитый плющ, который и привлек мое внимание, когда я поднималась по ступеням. Слишком пристально разглядывая его густую зелень, я пропустила, как бесшумно открылась массивная дверь. В реальность меня вернул вежливый кашель в кулак.

Передо мной стояла молоденькая симпатичная горничная в строгом черном платье и белоснежном фартуке.

— Добрый день. Полагаю, вы мадемуазель Белроуз? Месье Флоран ждет вас в личном кабинете. Пожалуйста, пройдемте.

Я кивнула, пытаясь придать себе как можно более деловой и собранный вид, хотя внутри все еще клокотала от ссоры с Лукой. Горничная, назвавшаяся Сесиль, мягко улыбнулась и жестом пригласила следовать за собой.

Меня провели по огромному холлу к лестнице из белого дуба. Дом Флорана наводняли слуги в форме. Они деловито шныряли туда-сюда, спеша выполнить указы хозяина.

Я следила за двумя женщинами, вытирающими пыль с подоконников цветными метелками, поднимаясь на второй этаж.

Сесиль провела меня по длинному коридору, где под ногами поскрипывал идеально вымытый паркет, пока не остановилась у крайней двери. Коротко постучав, она приоткрыла створки.

— Месье Флоран, мадемуазель Белроуз, — тихо произнесла она, прежде чем бесшумно скрыться в полумраке особняка.

Сделав глубокий вдох, я вошла внутрь.

Кабинет оказался просторным, но уютным. За большим дубовым столом, спиной к окну, вырисовывалась высокая фигура Адриана Флорана в дорогом сером костюме. Он не сидел, а стоял, деловито рассматривая виды за окном. При моем появлении он медленно обернулся. Его взгляд, тяжелый и изучающий, с первого же мгновения заставил меня почувствовать себя беззащитной бабочкой, приколотой к булавке.

— Здравствуйте, Альма. Очень рад, что вы правильно расставили приоритеты. Присаживайтесь. — Флоран указал рукой на софу рядом с книжным шкафом.

Я не стала мяться на пороге и, гордо выпрямив спину, опустилась на предложенное место. Достав из сумочки блокнот и ручку, открыла его на первой попавшейся странице, чтобы законспектировать замечания и предложения Адриана.

— Вы не оставили мне выбора. — Попыталась я донести свое недовольство внезапным приглашением между строк, добавив: — Знаете, месье Флоран, еще никто не жаловался на компетентность Натали. Обычно она решает все вопросы с клиентами самостоятельно.

Адриан не обратил внимание на замечание и, отодвинув от стола кожаное кресло на колесиках, устало в него опустился.

— Как я уже писал в сообщении, Натали — чудесна, и я нисколько не сомневаюсь в ее рабочей хватке, но все же хотел поговорить наедине с вами. С человеком, который с нуля выстроил карьеру флориста, добившись таких высот.

Фу, как приторно.

Я сделала вид, что не заметила скрытые комплименты, и сразу перешла к сути:

— Так что вы хотели обсудить?

Адриан забарабанил длинными пальцами по столу, словно подбирал слова, а я закинула ногу на ногу, будто могла таким образом спрятаться от нацеленного интереса «питона».

— Вечеринка состоится в главном холле, и мне хотелось, чтобы цветочная композиция с лестницы уместно перетекала во внутренний двор к фонтану.

Я нахмурилась. В предоставленном утром эскизе подруги данная идея уже была проработана, тем более Адриан самостоятельно дал нам карт-бланш при первой встрече в магазине.

— Натали…

Адриан вскинул руку, перебив:

— Ваша помощница предложила обыграть все пионами. Но что думаете вы?

Мои брови сильнее сошлись на переносице. Данный диалог — бессмысленнен, помимо того, что все корректировки эскиза и проекта можно было сделать онлайн, я была полностью солидарна с выбором подруги, иначе бы не согласовала смету, и Адриан это знал.

— Месье Флоран, зачем я здесь? — Я сглотнула вязкую слюну, предчувствуя неладное, и крепче вцепилась в ручку, словно та была оружием против сидевшего за столом хищника.

— Вы действительно весьма сообразительны, Альма, так что отвечу честно. — Флоран склонил голову набок, игриво приподняв уголок губ. — Мне нужно ваше экспертное мнение о саде... одного моего друга. И небольшая помощь.

— Вы про сад Дюбуа? — вырвалось у меня.

— Именно. — Взгляд Адриана стал серьезнее, а алая дымка возле его зрачков сделалась багровой. — Видите ли, Эрик болен. Боюсь, скоро он не сможет заботиться ни о саде, ни о фирме. — Меня словно прошибло разрядом тока. Сердце сжалось, и дальнейшие слова Адриана прозвучали как сквозь толщу воды — глухо и отдаленно, пока мой ум пытался осмыслить услышанное. — Уверен, мой лучший друг прислушается к вам, если вы попросите Эрика лишний раз не утруждаться и скорее выбрать того, кто присмотрит за делами Дюбуа, вдруг с ним что-то произойдет. Случайно или нет… Только представьте, если ваши труды по воскрешению цветов будут напрасны.

Я подскочила как ужаленная, выронив блокнот и ручку, которая закатилась под софу.

Адриан угрожал Эрику?

— С чего вы взяли, что можете безнаказанно говорить подобное? — Я пятилась к двери, прижав ладонь к внезапно зашедшемуся за ребрами сердцу, но Адриан продолжал вести себя так, будто наша беседа не выходила за рамки светских любезностей.

Флоран воздержался от продолжения скрытых угроз и с невозмутимым видом выдвинул ящик стола, поставив на него изящную музыкальную шкатулку. На ее крышке с поднятыми вверх руками застыла механическая балерина в нежно-розовой пачке.

— Как вы думаете, моей крестнице понравится? Мужчине сложно подбирать подарки для маленьких принцесс. — В его голосе прозвучала ехидная нотка.

Пробравший меня ужас заволок зрение черным. Я смотрела на Адриана, но видела совсем другое. Флоран завел шкатулку, прокрутив ключ сбоку, и кабинет заполнил вальс снежинок из «Щелкунчика». Балерина завертелась на крышке, а моя спина уперлась в стену позади софы, и я провалилась в прошлое.

Отец подарил мне идентичную шкатулку, когда мне исполнилось три года. С тех пор я с ней не расставалась. Параллельно с любовью к растениям я всей душой мечтала о балете. И это увлечение стоило мне слишком дорого.

В ночь нападения на семью Дюбуа я спала в своей комнате в обнимку со шкатулкой. Эрик ворвался ко мне после полуночи, чтобы увести в безопасное место, я схватила с собой только бесценный подарок отца.

Когда мы бежали в библиотеку, я случайно уронила ее. Механизм сработал, шкатулка заиграла — и это стало одной из причин гибели Константина и шрамов Эрика.

Эта мелодия до сих пор преследовала меня в кошмарах, став вечной пыткой в персональном аду. Адриан Флоран не мог просто случайно выбрать такую же игрушку. Он что-то знал о нападении…

— Как? — едва слышно вырвалось у меня.

Но Адриан не стал утруждаться ответом. Вместо объяснений он поднялся из-за стола и двинулся ко мне. Шок парализовал, я застыла, бессильно наблюдая, как «питон» подползает к жертве.

Флоран протянул руку, игриво проведя пальцем по моей щеке. Холодный страх сжал низ живота, и мужества хватило только для попытки отвернуться. Но пальцы Адриана больно впились в подбородок, принуждая смотреть в хрустальные глаза. Его особенная внешность гипнотизировала и пугала одновременно. Сдавливая кожу до онемения, он с наслаждением изучал отразившийся на моем лице ужас.

— Ты ведь так умело хранишь опасные секреты, да, Аля? — Он потянул мой подбородок вниз, заставляя кивнуть. — И совсем не хочешь, чтобы кто-то случайно узнал твои самые оберегаемые тайны. — «Питон» пошевелил моей головой в разные стороны. — Поэтому ты поможешь мне, а я буду держать язык за зубами. Все, что нужно — не мешать и повлиять на Эрика, когда я скажу.

Собрав волю в кулак, я выдохнула:

— С чего ты взял, что Дюбуа меня послушает? Мы не так близки, как тебе кажется, Адриан. — Я перестала любезничать с хищником, готовым меня сожрать. Хотелось говорить четко, но голос трусливо дрожал.

— Станет. Если не сейчас, то потом. И ты уже знаешь, чью строну примешь, иначе, мадмуазель Белроуз, все, что вы так отчаянно скрывали, станет вашим похоронным маршем.

Позорный всхлип вырвался наружу, отражаясь от стен роскошного кабинета. Адриан буквально ставил шах и мат в нашей игре, ведь если мои секреты узнают… Боже, я даже боялась думать о том, как в один миг может сломаться жизнь и рухнуть то, чего я с таким трудом добивалась.

— Я рад, что мы сумели договориться, мадмуазель Белроуз. Люблю иметь дело с умными и понимающими людьми. Увидимся позже, а сейчас меня ждут дела. — Адриан выпустил мой подбородок, оставив на нем ноющий след.

Я так и стояла — пригвожденная к стене, а Флоран, больше не проронив ни слова, вышел из кабинета, забрав с собой мою целостность.