Роза

Подготовка

Когда мы обе уснули, я помнила смутно. Натали легла рядом, свернувшись калачиком, и мы провалились в беспокойный сон, устав от насыщенного событиями дня.

Разбудил нас Флоран. С первыми лучами солнца он ворвался вихрем в комнату с двумя плоскими коробками в руках, перевязанными красными ленточками.

— Подъем! Нас ждут великие дела, — усмехнулся он, захлопнув за собой дверь, будто боялся, что мы сбежим. Как будто у нас был хоть какой-то шанс обойти раставленных на каждом углу охранников, которых мы видели вчера, пока шли в комнату.

Я села, причмокнув пересохшими губами, и перекинула спутанный хвост через плечо. Натали подтерла краем рукава под глазами размазанною тушь и сильнее натянула на себя одеяло, показывая, что ей все равно на появление Адриана.

«Питон» подошел ближе и швырнул коробки на кровать. В отличие от нас, Адриан выглядел идеально в белоснежной рубашке, дорогих брюках и с небрежной, но безупречной укладкой волос.

— Приведите себя в порядок, а то выглядите как драные кошки.

Он выдержал паузу, наслаждаясь нашим молчанием, нашим беспомощным видом. В его хрустальных глазах плескалось торжество охотника, который загнал дичь в угол.

Я не двинулась с места, и Адриан добавил:

— И не вздумайте ничего выкинуть. Валериан очень заинтересовался вами… — Завуалированная угроза повисла мечом над нашими головами, сделав воздух густым и липким. Натали зло раздула ноздри, и прежде чем подруга подвела бы нас под монастырь едким высказыванием, я уточнила:

— Что в коробках?

— Наряды. — Флоран поиграл белесыми бровями. — Я бессердечен, но не беспечен. Ваш непристойный вид может привлечь лишнее внимание. А я не потерплю на своем празднике никого, кто выбивался бы из толпы приглашенных.

— Почему не решить все по-тихому? — Я свесила ноги с кровати, коснувшись ступнями мягкого ковра. — Зачем устраивать маскарад и приглашать на него полгорода? — спросила я, пытаясь докопаться до сути и понять, что именно задумал Адриан.

— Так интереснее… — уклончиво ответил «питон». — У вас пара часов. Скоро вам принесут завтрак, а потом вы получите инструкции. — Адриан вдруг оскалился, сверкнув ровными зубами. — Нарушишь их, Альма, и Натали горько пожалеет, что выбрала тебя своей подругой.

Пока я боролась с желанием выцарапать Флорану глаза, Натали подтянула к себе коробку. Развязав бант, она скептически фыркнула:

— Черное? Странный выбор для торжества, если только ты не собрался устраивать одновременно похороны, — несдержанно заметила подруга. Не то чтобы она не носила мрачные цвета на праздники, скорее хотела лишний раз уколоть Флорана, и подобно мне попробовать развязать ему язык.

— Вы еще свои украшения не видели… — Хитро сузив глаза, напоследок бросил Адриан и развернулся, чтобы уйти.

* * *

При других обстоятельствах или в другой жизни, я даже оценила бы выбор Адриана. Платья сидели на нас идеально, будто сшиты по фигуре на заказ. В нашей «тюрьме», к счастью, оказалась дверь в личную ванную, и мы с Натали с радостью устремились туда — грязь и запах пота, пропитавшие нас за два дня, нестерпимо действовали на нервы.

Подруге достался наряд с высоким воротом, длинными рукавами и с глубоким вырезом на спине, оголяющем ее бледную кожу вплоть до копчика. Платье-амфибия с первого взгляда выглядело достаточно скромно, но элегантно, с намеком на вечерний соблазн.

Я стояла перед напольным зеркалом, расчесывая свои влажные кудри. Помимо нарядов и туфлей в принесенных Адрианом коробках лежали украшенные стразами шкатулки, до которых мы с Натали пока не добрались.

Адриан явно решил сделать меня гвоздем программы, подобрав слишком кричащее платье, которое я бы в жизни никогда не надела. Ткань представляла собой сплошное полотно из бархата, выложенное в виде темных, почти черных роз. Каждый бутон и лепесток был искусно вырезан и нашит так, что при движении цветы будто шевелились, переливаясь глубоким, поглощающим свет блеском. Наряд облегал фигуру, подчеркивая изгибы, и заканчивался асимметричным подолом, открывающим одну ногу до колена.

— Что будем делать? — сидя на прикроватном пуфике, Натали возилась с капризной застежкой на туфле.

Как и обещал Флоран, час назад его прихвостни подали нам завтрак. Адриан не скупился на угощения, видимо, не желал, чтобы на празднике его «почетные гости» урчали животами. На серебряном подносе красовались омлет с авокадо, воздушный шоколадный кекс и свежие фрукты. Но ни я, ни Натали не стали набивать сжавшиеся от волнения желудки, ограничившись крепким кофе и парой ягод винограда.

— Пока играть по написанному режиссером сценарию, чтобы усыпить бдительность. Один раз я уже пошла в открытую против Флорана, накликав на тебя беду. Больше я так не оступлюсь. Да, и чтобы начать действовать, неплохо было бы заполучить обратно колбу с ядом.

— Отравишь его? — ужаснулась Натали. Подняв голову. Ее распушенные светлые пряди рассыпались по спине.

Я промолчала, решив, что сделаю все, чтобы уберечь Натали и Эрика, даже если придется прибегнуть к старому приему.

— Кто ты такая и что сделала с Альмой Белроуз? — в шутку осведомилась подруга, когда я взяла из коробки шкатулку с украшениями.

В груди расцвела тревога, вызванная недавним предостережением «питона». Поставив ее на комод возле зеркала, я с глубоким вздохом открыла сияющую крышку. Внутри меня ждали заостренные бриллиантовые серьги и напоминающий ошейник чокер с круглым камнем — наглядное напоминание о том, что мы не гости, а пленники.

Пока я изучающе крутила украшении в руках, Натали вскрыла свою шкатулку, обнаружив там тот же самый набор драгоценностей.

— Странная застежка у чокера. Никогда подобной не видела, — подметила она и в комнату, даже не постучав вошли двое мужчин, включаю Луку.

— А, вижу, вы уже ознакомились со своими подарками. — Лука остановился в трех шагах от меня, широко расставив ноги, будто готовясь держать оборону. Он изменился, полностью сбросив личину неуверенного парня из глубинки. Теперь его спина была прямой, выражение лица — нечитаемым, а в темно-серых глазах навсегда угасла доброта, сменившись блеском безумия и озлобленности.

Второй охранник с выбритыми висками подступил к Натали, нависая над ней как скала, и протянул руку, требуя чокер. Подруга сморщилась, но все же отдала ему украшение, словно что-то мерзкое.

Я сжимала в руке свои серьги, наблюдая за происходящим с ледяным спокойствием. Незнакомец, точно дешевый фокусник, извлек из кармана темной рубашки маленький ключ и вставил его в замок на чокере. Раздался тихий писк, и камень в центре украшения на мгновение мигнул красным светом.

— Твою мать! — выругалась за нас двоих Натали, мгновенно сообразив, что в украшение вживлен GPS-маячок и без специального ключа его не снять.

— Вам не кажется, что подобное уже перебор? — возмутилась я, отступая от Луки к кровати. — Мы вам не собаки. Можете так и передать Флорану.

— Не утрируй, rose, — поддельно ласково отозвался Лука, наступая, пока моя спина не уперлась в балку балдахина. — Банальная мера предосторожности. И предупреждение: если покинете территорию особняка без дозволения Адриана, он узнает об этом, и вы пожалеете. Напомню, у каждой из вас есть тот, к кому мы можем подобраться. Например, профессор Дроздов… Жаль будет старика.

Я зарычала, как загнанная в угол кошка, и тут Натали взвизгнула, вернув мое внимание. Амбал, активировавший «ошейник», схватил ее за волосы, заставив вскинуть голову, и одним резким движением нацепил чокер на шею подруги, провернув ключ в замке с глухим щелчком.

Удовлетворенно наблюдавший за сценой Лука быстро двинулся ко мне, его губы растянулись в ухмылке. Второй охранник, закончив свое дело, отступил от Натали. Она встала с софы, выпрямив спину, ее пальцы нервно теребили гладкую кожу чокера, будто пытаясь привыкнуть к его давящему прикосновению.

— Твоя очередь, Альма, — предупредил бывший. Я извернулась и схватила с кровати подушку, прицельно метнув ее в голову Луки.

Он выругался, а я, задрав подол юбки, вскочила на кровать. С другой стороны меня схватил за руку и рванул вниз второй охранник, опрокинув навзничь на матрас.

Я не успела даже шелохнуться, как Лука взобрался сверху, зажав мои бедра ногами, и заломил мне руки за голову. Вес его тела придавил меня к шелку, выживая из легких воздух.

Натали с победным криком бросилась на второго охранника, целясь кулаком ему в физиономию, но амбал пресек ее нападение. Поймав ее, он ловко скрутил руку девушки у нее за спиной, заставляя Натали согнуться и стонать от боли.

— А ну, спокойно! — склонившись ко мне и обжигая горячим дыханием мои губы, попросил всех сразу Лука. — Мы же не хотим разочаровывать изменника дракой, в которой нам придется напомнить вам — беззащитным девушкам насколько хм... шатко ваше положение.

Второй охранник выпустил Натали, отбросив ее на пол. Подруга села на задницу и показала ему «фак», но больше в нападение не шла, потирая покрасневшее запястье.

Я тоже перестала сопротивляться, осознав насколько мы близки к воплощению всех вышеперечисленных угроз. Лука одной рукой продолжал держать мои запястья, а другой медленно, почти нежно, провел пальцем по моей щеке, затем по линии шеи, держа путь к вырезу платья. Я застыла, каждый мускул напрягся до боли, сердце колотилось где-то в горле, готовое вырваться наружу.

Он не посмеет!

Экс-бойфренд странно скривился в ответ на мой загоревшийся в глазах ужас и отнял у меня чокер. Еще мгновение, и он закрепил на моей шее украшение. Я завертела головой, но это не помешало амбалу передать Луке ключ и щелкнуть замком.

— Веди себя хорошо, Аля, — посоветовал Лука и на невыносимые секунды прижался губами к моему лбу. — И никто не пострадает.

Наконец парень слез с меня, отступив к своему другу.

С трудом переводя дыхание, я почувствовала, как по щеке снова ползет предательская влага — то ли пот, то ли слеза ярости. Я смахнула ее тыльной стороной дрожащей руки.

— Будьте готовы к пяти, — бросил Лука, поправляя мятую рубашку, и прихвостни Адриана вышли из комнаты не оборачиваясь.