Роза

Отвага

Четырьмя часами ранее

— Куда ты собралась? — Натали перегородила мне путь, встав в дверях магазина и расставив руки в стороны.

— В Ренне, — не вдаваясь в подробности буркнула я и попыталась обойти подругу. Перекинув лямки рюкзака через плечо, я показала, что настроена решительно.

— Зачем? И ты в курсе, что на скоростном поезде туда около полутора часов пути. Это тебе не прогулка до булочной.

Мне было совершенно наплевать, сколько займет дорога до поместья тетки Эрика. Выбегая из дома Флорана, я для себя все решила. Верить Адриану на слово — бред, мне нужны были доказательства предательства Марии или свидетели тех роковых событий.

— Ты должна быть острожное, помнишь! — Натали поиграла светлыми бровями, напоминая о ванной, и, обведя глазами выбирающих цветы посетителей, уточнила уже шепотом: — Что тебе наговорил Адриан?

— Провокации про Марию Дюбуа, и я должна их проверить. Ради Эрика, иначе ему завтра придется распрощаться с фирмой.

Подруга безмолвно ахнула. Видимо, в моем молящем взгляде проскользнуло все, что ей было нужно, и Натали отступила.

— Позвони мне, как доберешься до поместья. Хотя бы чтобы я знала, что ты не лежишь в канаве.

— Позвоню, — пообещала я, проскальзывая мимо взволнованной подруги к двери, за которой на улице ждало такси до вокзала Монпарнас. На пороге до меня долетел встревоженный вскрик канарейки Греты.

* * *

Путь до Ренне прошел удивительно быстро. Мне повезло с соседкой — милой девушкой с проколотой губой моего возраста, которая отвлекая меня от переживаний, без умолку болтала о своей беззаботной жизни.

Как только поезд затормозил на нужной мне станции, я попрощалась с собеседницей и, схватив с полки над головой дорожный рюкзак, поспешила покинуть поезд.

На небольшом вокзале с возвышающейся над перроном часовой башней из бежевого кирпича людей практически не было. Я на мгновение оцепенела, глотнув свежий воздух, непривычный после духоты вагона, и побрела к выходу.

Толкнув двумя руками тяжелые деревянные двери, вышла в главный зал вокзала с витражными окнами и вытащила телефон из бокового отсека рюкзака, на котором висел брелок балерины. Лука сдержал обещание и вернул мне сотовый, как только я показалась на крыльце особняка Флорана, точно парень специально меня там караулил.

Рывком выхватив у него телефон и послав взглядом всю ненависть, что в себе скопила за время разговора с «питоном», я молча зашагала прочь, а сейчас пялилась в экран на карту, где «иголочкой» обозначался адрес тетки Эрика — Софии Ришар. Найти его оказалась несложно, так как Дюбуа его и не скрывал, редко выкладывая в социальные сети свои фото из поместья. Оно располагалась в десяти минутах езды от вокзала, так что найдя стоянку такси, я напрямую отправилась к ответам.

* * *

Жилище семьи Ришар напоминало зеркало души его обитателей. Первое, что приходило на ум — спокойствие и безмятежность. Меня встретил уютный двухэтажный домик в тонах выгоревшей на солнце охры и покатой крышей, цветущий сад с деревянными домиками для птиц, беседка с коваными вставками, пара спрятанных в кустах сирени лавочек и будка пса.

Его звонкий лай и выдал меня, как только я со скрипом отворила калитку.

— Тише, — велела я привязанному лабрадору, подступая к крыльцу, заставленному горшками с петуньями. — Я не грабитель.

Разговаривая со скалящимся на меня животным, я успокаивала расшатанные нервы. Мог ли Адриан Флоран предугадать мою поездку в Ренне и отправить за мной хвост, либо, опередив меня, поговорить с Софией по телефону, который я не сумела отыскать в сети, и запугать ее?

Пока я терзала себя догадками, лабрадор затих. Облегченно выдохнув, я взмолилась, чтобы тетка Эрика оказалась дома.

Поднявшись по крыльцу и не обнаружив звонка, я трижды постучала в дверь. Ответом мне служила давящая тишина. Мне захотелось взвыть от досады, руки сами потянулись к волосам, чтобы в них вцепиться, но за дверью послышались шаркающие шаги и приглушенное: «Иду!»

Радость накатила волной, смыв кратковременное разочарование в задумке выяснить прошлое Марии Дюбуа у ее сестры напрямую.

Дверь открылась, и на пороге возникла удивительно статная женщина с пучком седых волос на затылке. Разгладив на груди тунику с цветочным принтом и поправив очки на курносом носу, она уставилась на меня с толикой недовольства и унынья.

— Вы должно быть Альма Белроуз. Адриан предупреждал, что вы наведаетесь.

Меня словно под дых ударили. Захотелось по-детски затопать ногами от досады, но я сдержалась.

Будь он проклят!

— Адриан? Что еще он вам наговорил?

София не спешила приглашать меня в дом, подперев плечом косяк двери.

— Что вы явитесь за правдой, которая никому кроме вас не нужна.

— Не нужна!? — вспылила я. — Адриан вздумал отнять у вашего племянника винную фирму, и я не знаю как, но он хочет подставить Эрика. Помните мальчонку, которого вы растили?

София высокомерно хмыкнула.

— Флоран не причинит брату вреда. Вы ведь уже осведомлены о их кровной связи, и фирма ему не нужна, все что хочет Адриан — уберечь брата от новой боли. А из-за вашего вмешательства в его жизнь, мой дорогой Эрик будет снова страдать, так что лучше молчите и исчезните.

Вранье!

Ком подступил к сжатому горлу, поэтому следующий вопрос прозвучал на срыве:

— Так это правда? Ваша сестра предала мужа и сына ради больного на голову любовника?

Неожиданно София изменилась в лице, наклонившись ко мне. Сначала показалась, что она хочет влепить мне пощечину за столь открытую дерзать, но женщина тихо сказала:

— Амир Флоран угрожал ей расплатой над первенцем. Я вам больше ничем не помогу, Альма, меня тоже держат на коротком поводке. Но я скажу так, Мария не просто любила Эрика, она в нем души не чаяла, найдите доказательства безумств и зверств Флорана старшего, и вы все поймете. — Выпрямившись, она вновь смерила меня полным отвращения взглядом и громко захлопнула перед моим носом дверь.

* * *

Поездка обратно в Париж прошла незаметно. Такси, поезд и снова такси до особняка «Фантом» мелькали размытым фоном, пока я пыталась разгадать тайну Марии Дюбуа.

Найти доказательства!

Как мантру, повторяла я про себя слова Софии. Но где? Где могла прятать улики запуганная Амиром женщина? Та, что так боялась раскрытия правды о втором ребенке, что даже манипуляции Флорана скрывала от Константина...

Сад!

Догадка ударила с внезапной ясностью. Я громко ахнула на заднем сиденье такси, вызвав настороженность водителя. Машина свернула на подъездную дорожку, и в груди расцвела надежда. Порше Эрика отсутствовал, а это означало, что у меня было время проверить догадки без свидетелей и без драгоценных минут на объяснения.

Как только таксист затормозил, я схватила рюкзак и, выскочив из машины, ринулась к саду Марии. На ходу написав Натали сообщение, что жива, здорова и, не дождавшись ответа, с чистой совестью побежала вдоль крыльца к калитке.

Сад для Марии всегда был отдушиной, где она могла часами сидеть в беседке наедине со своими мыслями, а может и страхами, и выращивать любимые цветы. Лучшего места для тайного послания было не придумать: ведь под прикрытием ухода за розами можно было незаметно вырыть в земле тайник.

Поэтому она хотела, чтобы садом через года занималась именно я. Мария всегда знала, что Эрик по-настоящему дорог мне, и опасалась, что чужаки могут случайно наткнуться на спрятанную ею улику.

Сердце заколотилось чаще. Рука легла на ржавую ручку калитки, открыв ее. С осторожностью я вошла в сад, всматриваясь в каждую неровность почвы под кустами.

Помоги мне, Мария!

Глупо было надеяться на несуществующего призрака женщины, которой не повезло оступиться в жизненных решениях, неприкаянного духа, порожденного фантазией и страхом постояльцев особняка. Ведь, как выяснилось, Мария Дюбуа погибла отнюдь не в «Фантоме». Однако внутри теплилась надежда, что профессор Дроздов не просто так выдвинул теорию о связи души Эрика с садом, с его матерью, проводившей здесь все свободное время. Да и я сама была свидетельницей феноменов, рожденных на этой земле и не подвластных разумным доводам. Когда Эрика угнетали тревоги — чах сад, но стоило ему поддаться редким нежным чувствам, на удивление связанным со мной, — прорастали розы.

Поэтому, надеясь на невозможное, на чудо, я вновь мысленно вознесла просьбу о помощи в поисках к высшим силам и двинулась вглубь сада.

— Я люблю его! — прошептала я в наступающую темноту. — Позвольте мне спасти вашего сына от козней семьи Флоран!

Как по мановению волшебной палочки, налетел ветер. Тот самый, завывающий в ночи особняка. Точно живой, он взметнул мои волосы и с силой толкнул в спину прямо к кустам старых, почти засохших роз за беседкой. Я едва удержалась на ногах и, инстинктивно протянув руку, вцепилась в колючие стебли.

Я замерла, почти не дыша. Порыв ветра стих так же быстро, как и налетел, оставив меня в полном одиночестве. Колючки впились в ладони, и через мгновение по моим рукам, впитываясь в манжеты кофты, потекли горячие алые струйки, но я не отпустила стебли. Изо всех сил дернула вверх, вырывая куст с корнем. Отбросив высохшее растение подальше, я обтерла окровавленные руки о штаны и нагнулась, чтобы изучить почву.

— Альма, что ты делаешь? — В сад, запыхавшись, ворвался Эрик. Его черный плащ развевался от быстрого шага. Он потирал область под сердцем, но, как только я развернулась в его сторону, смущенно убрал руку.

Я не ответила на повисший в сгустившемся воздухе вопрос, полностью игнорируя появление Дюбуа. Не из-за вредности или обиды на его молчание, я была во власти эйфории приближающейся разгадки. Не обращая внимания на порезы, узкими линиями пересекавшие ладони, я начала копаться в земле, выискивая что-то инородное.

Ничего не нащупав под первым кустом, потянулась к следующему стеблю.

Эрик вырос позади меня статуей, но не успел остановить меня от намеренья буквально докопаться до истины. Совсем не жалея израненных рук, я впилась пальцами в колючие стебли и вновь потянула на себя.

Согласно закону притяжения и тому, что действие порождает противодействие, я села на задницу, как только вырвала второй куст.

— Альма! Черт возьми! — Эрик не дал мне вновь копаться в грязи, схватив за руки — месиво из грязи и крови. Ладони жутко жгло, но я не отступила от задуманного.

— Пусти, Дюбуа. Ты не понимаешь, это важно! — Я дернулась, но Эрик держал крепко. — Просто поверь мне!

В его глазах вспыхивали и гасли разные эмоции: непонимание, страх и в конечном итоге доверие. Без лишних вопросов он отступил от меня, и я принялась рыться в земле.

— Знаешь, это странно… — начал он.

Я не позволила Эрику договорить, радостно завизжав, как школьница, получившая за контрольную пятерку.

Среди комков почвы, перегноя и остатков дождевых червей я нащупала что-то холодное, металлическое, напоминающее небольшую шкатулку. Начав копать интенсивнее, я до конца не верила, что в особняке «Фантом» действительно жила мистика, и подпитывалась она давними тайнами.

Скажете абсурд? Да, я тоже сначала не верила!

Но вот блестящая шкатулка в моих руках, а к месту ее нахождения меня подтолкнул ветер.

Чудо… Иногда скептическим, погрязшим в насущных проблемах людям его очень не хватает.

Осторожно вытащив блестящий серебряный корпус из земли, я с восторгом ребенка продемонстрировала спасительную находку Эрику.

— Что это? — Дюбуа наклонился ближе, уперев руки в колени.

— Не знаю, но уверена, шкатулка даст нам ответы и поможет наказать Флорана.

Эрик раздраженно хмыкнул.

— Ты опять за свое. Адриан не стал бы…

— Пока ты не вознес своего лжедруга к лику святых, скажу так: завтра на вечеринке он собирается тебя подставить перед высшим светом Парижа, и теперь у меня есть доказательства. — Я потрясла находку, но в ней ничего не звякнуло. Адриан был схож с отцом — неумолимый в своих идеях и уверенный в их исполнении. Только Флоран не учел одного: я пойду на все ради Эрика. Он был уверен, что сможет контролировать меня, зная мои секреты и что я никогда их не выдам. Но я сдаюсь, ставлю на кон собственную жизнь и счастье. Давно пора распутать клубок грязных тайн наших семей.

— Эрик, нам нужно поговорить. Ведь для этого ты меня нанял… — Голос все-таки предательски дрогнул, и я сильнее сдавила шкатулку.

— Согласен. — Дюбуа бережно обнял меня за плечи, поднимая с земли. Выпрямившись, я заглянула прямо в его чарующие карие глаза, напоминавшие растопленный шоколад. — Но для начала мы приведем тебя в порядок и обработаем порезы.