Мы сидели на кухне у Ааэа вчетвером. Я, Марта, Никифор и сама Ааэа.

Опустим детали, как мы два часа вытягивали по одному Васю, Макса и Настю из подвала. Они были без сознания, но дышали ровно, и, вроде бы, опасность им не грозила. Вода, слава всем богам, успокоилась. Подвальный Владыка, по-видимому, тоже. А вот мы — как-то не очень.

Марта была как пришибленная, отвечала односложно и исполняла мои указания молча, будто зомби. Ааэа полностью восстановилась, поглотив ещё одну порцию времени. Никифор… вызывал большие опасения.

Дед выглядел невменяемым — он корчил рожи, улыбался, посмеивался в пустоту, а его физиономия была перепачкана жижей, что была вместо крови у ужасов. Честно говоря, увидев его таким — подумал бы, что это неразумная злобная тварь, которую нужно валить на месте всеми средствами. Но вопреки своему безумно-агрессивному виду дед был молчалив и ни на кого не бросался, будто переживал что-то внутри себя.

В общем, сплошной бал интровертов.

— Так, пора это заканчивать, — сказал я. — Сейчас каждый скажет, что у него творится на душе, и будем вместе думать, как с этим быть. Идёт?.. Марта.

— А… что? — спросила она, посмотрев на меня круглыми оранжево-янтарными глазами.

— О, поздравляю с обновкой, кстати.

— К-какой?.. — не поняла она.

Я поискал глазами что-то, походящее на зеркало, но так и не нашёл.

— Потом в ванной посмотришь. Как ты?

— В целом, ничего не поменялось, — уронила она растерянно. — У меня, кажется, появилась новая способность. Даже две. Но одна очень странная, а вторая меня… пугает…

— Ты знаешь, как ими пользоваться?

— Угу. Это знание появилось у меня вместе с ними.

— То есть всё, в целом, неплохо? — осторожно спросил я.

— Угу… Я просто… отойти не могу. Когда нас начало захватывать во тьму, я оказалась в Его мире. Это тоже был подвал, похожий на наш. Но для меня у него там был накрыт стол.

— Стол?

— Мы побеседовали. Выпили чай с булкой.

— С… эмм… Подвальным Владыкой, который создал тех монстров?

— Да. Он принял облик чёрного кота со множеством глаз по всему телу. Мы говорили… он показывал мне какие-то образы, но я не всё поняла. Только то, что в этом мире есть что-то, что ему очень нужно. Какое-то чудо. Ещё… говорил о циклах. О том, что раньше я была сильной ведьмой и… — она посмотрела на меня. — О тебе…

— О. А что, если не секрет?

— Нет… не о тебе конкретно. Он говорил о нас. Мы знали друг друга в прошлой жизни… — она отвернулась, уставившись в стол и чуть улыбнувшись. — Подвальный нам не враг. Если мы найдём для него принцессу, получим надёжного союзника в виде пантеона богов Трибунала.

— Это может оказаться обманом или ловушкой, — заметил я.

— Принцесса изначально не принадлежала к нашему миру. От неё благополучие нас или нашего мира не зависит.

— Это тоже он тебе рассказал? — спросил я с лёгкой иронией.

— Он, — согласилась Марта. — Я просто передаю тебе его слова.

— Я просто хочу понять, он ведь тебя не контролирует напрямую? Не может быть так, что ты потеряешь над собой контроль в нужный момент?

— Он будет использовать меня как аватару в крайнем случае. Это очень сложно и дорого. И его силы в этой форме ограничены. Но я могу сама призывать часть его силы.

— Призывать?

— Помнишь котов в подвале?

— Буду вспоминать в кошмарах и через сотню лет.

— Теперь я могу призвать одного такого. Правда, очень слабого пока что. И ещё я могу «видеть суть вещей».

— А это что значит?

— Ну… например вот эту чашку, — она подняла фарфоровую чашку, красную в белый горошек, — сделали в восемьдесят втором году на Довбышском фарфоровом заводе в СССР. И с тех пор она носит на себе отпечаток пяти человек, пивших из неё, включая тебя, меня и Василия.

— Интересная способность.

Девушка поморщилась.

— Только, похоже, от неё быстро устаёшь. Я ещё по пути наверх пробовала несколько раз и, вроде, перестаралась… голова очень болит. Будто мигрень начинается.

— Аэа, у тебя случаем нет чего-то от головной боли?

— Есть, — равнодушно уронила она.

Её ящик стоял рядом с ней на кухне. Призрак сама его сюда принесла, показывая, что вполне себе самостоятельна. Только вид у неё был малость пришибленный, как и у Марты.

— Дашь?

Она молча сунула руку в ящик и поставила на стол крохотный зелёный флакон.

— У тебя тоже новая способность открылась?

— Нет. Я вспомнила многое. О том, кто я и кто ты.

— Мы и с тобой были знакомы в прошлой жизни?

— Возможно, — ответила она. — Нам нужно подняться на четвёртый этаж. Все ответы лежат там.

— Это уже не сегодня, — я покачал головой.

Марта согласно кивнула.

— Мне нужно переспать с этими мыслями, — сказала она странно и пояснила. — Ну, сжиться с тем, что я теперь жрица какого-то подвального чудища… Ай… голова.

Она аж зашипела. Как бы не оказалось, что её новый покровитель ещё и мысли у неё читает.

Был ли у нас другой вариант? Наверняка был. Но Марта слишком поспешно выбрала этот. Почему так? Насколько она теперь связана с этим Подвальным, и можно ли будет как-то её в будущем освободить?

Ещё и новость о том, что я тоже связан с кем-то таким… учитывая то, что я был союзником того кошмара, что обитает в подвале, так и хочется спросить, не был ли я в прошлой жизни злодеем? Или я просто уже пытался идти на всё ради спасения мира.

В коридоре послышался шум. В сторону кухни шёл Макс. Он пробудился первым.

— Ты как, приятель?

— Голова болит. И тело ломит… но ничего, пройдёт.

— Рад твоему оптимизму.

— Я был самым бесполезным, — признал Макс.

Я не стал его разубеждать, всё же это было по итогу правдой. За весь бой он сильно ни в чём не проявился.

— Посмотрим, как ты подготовишься к следующему бою, — ответил я. — Теперь у тебя будет время для улучшения параметров.

Парень кивнул.

— Кстати, а то время, которое мы не собрали из-за взрыва трубы, вы тоже забрали?

— Нет, — удивился я такой хозяйственности парня. — Спасибо, что напомнил.

После всего произошедшего такая деталь тупо вылетела у меня из головы.

Спускаться обратно в подвал оказалось несладко. Спина до сих пор помнила удар цепью по спине, несмотря на мазь, а теперь ещё и ожоги от пара… Я шёл первым, держась за скользкую стену и подсвечивая дорогу фонарём. Макс шёл чуть позади, то и дело поправляя сползающие на нос очки.

— Я, если честно, Андрей, как боец не очень, ты и сам понял уже, — негромко признался Макс. Его голос в сыром замкнутом пространстве звучал глуховато. — Всегда держался от такого подальше. Из реального боевого опыта у меня… ну, разве что пара сотен часов в «Линейке», да в «Варкрафте».

Он негромко рассмеялся, переступая через обломок кирпича.

— Но способности свои развивать хочу. Глупо отказываться, когда мир вокруг рушится. Спасибо, что вообще позвал с собой.

— Твой навык потенциально может быть полезным.

— Это чем же? — иронично спросил он. — Хотя, может, и может. Я вот тут о чём думаю… Вы бы… заглянули к нам в гости как-нибудь. Ну, Марту с Васей бери, если хочешь.

— Зачем? — удивился я.

— Просто подумал, что это полезно может быть и тебе, и тёте. Она в теме городских легенд и всякой чертовщины уже лет двадцать варится. Тебе, Андрей, точно интересно будет с ней пообщаться. У неё там целые архивы газетных вырезок про наш город.

Мы ступили на ровный пол подвала, и я невольно выругался под нос. Вода никуда не исчезла. Конечно, шли мы уже не вброд, но обилие луж и дикая сырость — гарантия того, что дом в таких условиях долго не простоит.

Луч фонаря выхватил лопнувшие трубы коммуникаций. Металл разворотило «розочками», из рваных стыков сочилась ржавая вода. Подвальный Владыка ушёл, забрав своих слуг, но оставил после себя разгром.

Это сколько же денег теперь уйдёт на ремонт!

Своими силами тут ничего не сделать, придётся вызывать бригаду и полностью менять стояк. А старуха Агафья… эта жадная карга удавится за копейку, новые трубы она покупать не станет. Скажет, сами виноваты, колдуны, делайте что хотите. А без этого во всём доме не будет воды.

Весь мой план съехать от родителей и устроить здесь базу накрылся медным тазом.

Мы дошли до места, где рассыпался последний кошачий кошмар. В воздухе над тёмной водой всё ещё покачивались светящиеся числа. Но их стало заметно меньше. Я присмотрелся. Прямо у меня на глазах от крупной «четвёрки» отделилась крохотная светящаяся искра и растаяла в сыром воздухе.

— Смотри, — тихо сказал Макс, указывая пальцем на соседнее число. — Оно распадается. Время уходит.

— Забираем, пока совсем не растаяло, — скомандовал я.

Я протянул руку, смахивая себе две светящиеся цифры. Оставшиеся две толкнул в сторону Макса. Тепло привычно разлилось по венам, фиксируя пополнение баланса, но радоваться не хотелось. Мы молча побрели обратно к лестнице, хлюпая ботинками по затопленному подземелью. Нужно быстрее сказать Марте, чтобы спустилась и забрала оставшуюся часть.

В открытой настежь квартире на третьем этаже нас приветливо встретил свет. Настя уже пришла в себя. Она сидела на краешке дивана, сжавшись в комок и крепко прижимала к себе фиалковый блокнот своего брата. Глаза её покраснели, а лицо выглядело бледным от пережитого страха.

— Я струсила… — тихо, шмыгая носом, произнесла она, стоило нам войти. — Вы там дрались, а я просто… испугалась этой твари и упала. Извините меня. Я должна была помочь, а вместо этого просто устроила истерику.

Я аккуратно опустил мокрую тонфу на стол и присел рядом на корточки.

— Перестань, Насть, — мягко сказал я. — Мы тут, вообще-то, не профессиональные экзорцисты из голливудских фильмов. Все с чего-то начинают. Вася вон в прошлый раз тоже бледным призраком у стены стоял, а сегодня уже дверью монстров прессовал. Опыт — дело наживное. Главное, что все живы.

Марта просто стояла у окна. Всматриваясь в тёмную улицу, она почему-то откровенно пугала меня тем, как её новые янтарные глаза тускло светились в промозглом полумраке квартиры.

— Марта, — позвал я её. — Там внизу осталась твоя доля времени. Оно исчезает, так что ждать, пока остальные проснутся, нельзя, потом сосчитаемся. Спустишься за своим? Я провожу, если боишься.

Она медленно повернула голову, и на её бледном лице проскользнула совершенно жуткая, неестественная улыбка.

— Нет… не нужно, Андрей. Спасибо. Подвал для меня теперь — самое безопасное место в этом доме.

От этого изменившегося тона по коже натурально прошёл холодок, поскольку сила Подвального Владыки явно обживалась в девичьем теле и подчиняла его себе. Жутко.

— Ладно, как знаешь, — я устало вздохнул и потёр лицо ладонями. — У нас, кстати, ещё другая проблема. Воды в доме не будет. Трубам внизу пришёл конец, а ремонт встанет в такую копейку, что мне проще новую квартиру купить, чем восстанавливать эту.

Ааэа, всё это время молча сидевшая на стуле с чашкой давно остывшего чая в руках, вдруг очень грустно поджала губы.

— Совсем нет воды? — она даже повернула кран над раковиной, словно не верила. — И совсем ничего нельзя сделать? А как мне теперь здесь жить?

«Ну да, конечно, без воды призраку точно никак жить нельзя», — с лёгкой иронией подумал я, однако вслух ничего говорить не стал, рассудив, что и потусторонним сущностям не чужда банальная любовь к бытовым удобствам.

— Нужен сантехник с кучей дорогого оборудования и новыми трубами, — хмуро ответил я. — Денег, которые я взял у старухи, для этого будет мало. Там капитальный ремонт всей системы.

В кармане грязного плаща недовольно завозился шокер, и из него тут же соткалась ворчливая фигура Никифора, который по-хозяйски устроился прямо на подоконнике и принялся брезгливо разглядывать пустую картонку из-под вчерашней пиццы.

— Эх, молодёжь… — проскрипел старик, сосредоточенно почёсывая бороду. — Трубы им подавай, сантехников… Ты же колдун, парень! Ну, или почти колдун. Найди парочку домовых, прижми их к ногтю как следует — они тебе этот подвал за одну ночь вылижут и трубы новые из глины и магии слепят. А потом мне их отдай, хаха!

Я перевёл взгляд на деда. В голове шевельнулась на удивление логичная мысль о том, что в этом поехавшем мире с его дышащими бирюзовым пламенем котами-переростками и ожившими подвалами банальная идея нанять парочку домовых для ремонта убитой сантехники уже не кажется откровенным бредом. Звучало как план.

— А почему бы, собственно, и нет? — совершенно серьёзно ответил я. — С ними договориться проще, чем с ЖЭКом. Ник, ты знаешь, где их искать?

— Поищем, колдун, поищем… — ухмыльнулся старик, явно довольный тем фактом, что его совет приняли всерьёз.

Из коридора раздался шаркающий звук шагов, и в дверном проёме показался тяжело стонущий Полоскун. Вид у друга был откровенно паршивым, поскольку поверх старых синяков после уличной драки теперь добавились глубокие раны от когтей подвальных ужасов. Готовый пациент для микстур Ааэи.

— Ох, блин… — пробормотал он, осторожно держась за голову. — Меня как будто трактором переехали…

Ааэа резво соскочила со стула и с головой нырнула в свой бездонный деревянный короб, чтобы спустя секунду вытащить на свет маленький стеклянный пузырёк, заполненный мутной зеленоватой жидкостью.

— Вот, — она протянула Насте флакон. — Капни ему две капли в чай. Сразу на ноги встанет. Это лечебный настой из моих запасов.

Настя суетилась с чайником, в котором оставалось не так уж много воды, а я тем временем окинул внимательным взглядом нашу уставшую команду, ведь несмотря на то, что мы выжили и кое-кто даже стал ощутимо сильнее, лимит человеческих сил на эти долгие сутки был исчерпан окончательно и бесповоротно.

— Так, народ, — твёрдо сказал я. — На сегодня всё. Сейчас пьём чай, забираем вещи и расходимся по домам. Спать. Всем нужно хорошо отдохнуть и подумать, как распорядиться полученным временем. Встречаемся завтра здесь же, в то же время.

— Андрей, — тихо позвала Настя, неуверенно протягивая руку к лежащей на кухонном столе книге. — Свою долю… ту, что ты мне выделил. Я хочу отдать её Максу.

Максим, который до этого ссутулившись сидел на металлической канистре в углу, удивлённо поднял голову и густо покраснел:

— Мне?.. Но почему? Я ведь… почти ничего не сделал… — а затем, резко помрачнев, добавил: — А, точно, ты ведь отдаёшь время самому слабому члену группы…

Настя нахмурилась, ведь парень попал в самую точку.

— Перестань, — я хлопнул друга по плечу, помогая ему подняться. — Самый бесполезный — это тот, кто не хочет расти. Настя права. Забирай. С этим временем ты сможешь поднять свою способность сразу на два уровня, и на следующей зачистке у нас будет не просто парень с воздушкой, а полноценный маг поддержки с живыми картинками. Так что качайся, Макс. Работы впереди ещё много.

Осенняя сырость пробирала до костей, пока я торопливо брёл через густой туман, который лениво выползал из лесополосы к ржавым коробкам гаражей, на ходу осматривая свой испорченный плащ.

Одежду знатно уделало подвальной гнилью и грязной водой, а на груди откровенно зияли три рваных разреза. Настоящий бродяга. Сейчас я напоминал человека, который только что выбрался из коллектора после жестокой драки с бродячими собаками, и возвращаться домой в таком виде определённо не стоило, иначе отец мигом решит, что сын подался в криминал.

Пришлось завернуть за угол панельного дома. Я вытащил из сумки купленную когда-то за копейки клетчатую рубашку, наспех переоделся и засунул вывернутый наизнанку плащ на самое дно, после чего закатал рукава по локоть.

Теперь в отражении чужого окна виднелся самый обычный студент, который просто возвращается уставшим после сильно затянувшейся ночной подготовки. Никакого палева.

Дверь квартиры открылась настолько бесшумно, насколько позволял старый замок, и я тихо разулся в прихожей, хотя из кухни уже отчётливо тянуло крепкой заваркой и жареным луком. Отец молча сидел за столом, внимательно изучая какую-то квитанцию.

— Опять полуночничаешь? — негромко спросил он, не поднимая головы от бумаги. — Что это за ночные смены у тебя такие? Мать всю ночь ворочалась, переживала.

— Работа такая, пап, — я искренне улыбнулся и прошёл к раковине, чтобы вымыть руки. — Зато платить начали. Заказчик вчерашний просто в восторге от того, как мы проект закрыли. Начальник вообще сказал, что я гений.

Я насухо вытер ладони полотенцем, залез в карман штанов и небрежным жестом выложил на стол перед отцом две хрустящие тысячи.

— Вот. Премию выписали за срочность. Кажется, я реально нашёл дело всей жизни.

Взглянув на купюры, отец заметно смягчился лицом, ведь студент, способный приносить домой реальный заработок, неизменно вызывал в семье совершенно другое отношение.

— И в чём конкретно твоя работа заключается? — спросил он, аккуратно отодвигая платёжку на край стола. — Что за проект такой?

— Давай потом, пап, — я зевнул так, что челюсть свело, и легонько потёр ноющую спину. — Ноги вообще не держат. Посплю пару часов, а вечером всё в подробностях расскажу, ладно?

— Иди ложись, — буркнул он, но уже совсем без прежней хмурости в голосе.

Добравшись до комнаты, я повалился на кровать прямо в штанах, и глубокий тяжёлый сон накрыл уставшее тело практически мгновенно. К счастью, этой ночью обошлось без подвальных монстров и удушливого бирюзового пламени. Только спасительная темнота. Она помогала восстановиться.

Я открыл глаза только когда за окном уже начали собираться сумерки. Осеннее солнце лениво цеплялось за голые верхушки деревьев, и хотя спина ощутимо ныла после ударов цепью, в целом тело чувствовало себя на удивление отдохнувшим — мазь Ааэи отлично справилась с полученными ушибами. Жить можно.

Я шагнул к зеркалу на дверце шкафа. Едва ладонь коснулась прохладного стекла, на поверхности тут же проступили ровные светящиеся строчки.

«Доступно времени для распределения: 14 852 минуты».

Почти пятнадцать тысяч. Настоящее состояние!

Уставившись на эти цифры, я сперва искренне порывался вложить всё доступное время в фокусировку или до упора прокачать акцессию, но банальная логика прогресса заставила притормозить и хорошенько задуматься.

Математика выходила на редкость привлекательной. Прямо сейчас акцессия давала жирный бонус плюс три к любому параметру, а значит, если я открою совершенно новый навык, он с учётом стартовой единицы автоматически подскочит до четвёртого уровня. Это серьёзно.

Если та же фокусировка на таком ранге позволяла непринуждённо уходить от ударов целой толпы, то совершенно новая способность в уже раскачанном виде сулила просто огромное тактическое преимущество.

Впрочем, существовала и вторая причина сугубо практического толка. Поскольку своё текущее могущество я заработал именно делом, умудрившись заключить тот самый контракт со стариком Никифором, логично предположить, что названия закрытых навыков могут дать неплохую подсказку.

Выглядело как отличный план. Гораздо проще выполнить какое-то конкретное условие системы, избежав таким образом лишних трат бесценного времени.

Сделав глубокий вдох, я прижал ладонь к стеклу.

— Хочу открыть новое, — негромко произнёс я.

Поверхность под рукой немедленно пошла крупной рябью, старые символы послушно задрожали, и перед моими глазами медленно выстроился список из шести совершенно новых вариантов…