Минуло полтора месяца с тех пор, как я оказался в подземелье. Дни сливались в недели, недели — в бесконечную череду строительства, обороны, торговли на аукционе и отражения редких атак на подземелье от случайных игроков. Я с головой погрузился в подготовку к первому полноценному выходу, стараясь отвлечься от мрачных мысли о том, что творилось в реальном мире. Работа помогала. Всегда помогала.

В какой-то момент я с удивлением понял, что сон мне особенно не нужен. В первые недели я не замечал этого — слишком много было дел, слишком много стресса. Но теперь, когда жизнь вошла в размеренный ритм, странность стала очевидной. Я порой словно дремал, зависая над полом в каком-то полузабытьи — мысли текли медленно, картинка перед глазами тускнела, — но полноценного сна не было. Вообще.

Это было странно. Даже в игре, в самых передовых капсулах, сон был нужен. Организм требовал отдыха, мозгу требовалась перезагрузка. Можно было спать прямо в игре — на мягкой перине в комнате дорогой гостиницы. Пьяным за столом в таверне, под треск камина и звон кружек, или на жёсткой земле в лесу, завернувшись в плащ и вздрагивая от каждого шороха. Можно было уснуть в болоте, лёжа на кочке и отбиваясь от комаров, или в королевских покоях, на шёлковых простынях, под балдахином с золотыми кистями, в компании трёх экзотических красавиц. Разработчики предусмотрели всё — от тягот и лишений до роскоши, достойной монархов. Но сон был всё равно нужен. Без него никак.

А я не спал. Иногда дрёма — словно перезагрузка, короткая пауза, после которой мысли становились яснее. Но не более. И это не могло не настораживать.

Особенность тюремной капсулы? Возможно.

Впрочем, времени на раздумья не было. Рейдовая группа была готова. Шесть скелетов-лучников — все в среднем качестве шмота, купленном на аукционе за последние недели. Я подбирал экипировку тщательно, не жалея средств.

На каждом теперь был комплект лёгкой брони из проклятой кожи — куртка, штаны, сапоги. Сама по себе броня давала немного защиты, а также слегка повышала ловкость, но главный её бонус был в другом: пассивное свойство «Теневая дымка» снижало заметность носителя на пятнадцать процентов. Идеально для скрытного перемещения по локациям вокруг подземелья.

От миньонов в Мёртвой Пади мне перепало несколько сотен единиц опыта. Пара отрядов новичков, несколько одиночек — они сунулись в локацию, похоже, по старой памяти, не ожидая, что уровень мобов и их агрессивность выросли. Волки справились с ними без моего участия. Плюс несколько стай волков отправилось на свободную охоту и хорошо так потрепали качающихся в окрестностях игроков. Небольшой процент от полученного ими опыта ушёл в копилку подземелья. Приятно.

Алтарь Склепа Дальнего Пути, который постоянно даёт небольшое количество ресурсов в зависимости от уровня тревоги, за это время тоже принёс кое-какие плоды. Ресурсы, которые невозможно добыть в самом подземелье, понемногу скапливались в отдельном хранилище. Их было мало — буквально по несколько штук каждого вида, — но само их появление говорило о том, что механика работает.

В хранилище Алтаря уже лежали:

— Мёртвый мох — 4 ед. Светится в темноте тусклым зеленоватым светом. Используется в алхимии и ритуалах магии смерти.

— Клыки умертвий — 7 ед. Крепче обычных волчьих клыков, пропитаны некротической энергией. Применяются в создании экипировки.

— Гнилая древесина — 12 ед. Мёртвое дерево, которое не гниёт дальше, а каменеет. Идеальный материал для создания различных предметов.

— Теневая пыльца — 3 ед. Редкий ингредиент, выпадающий из растений Мёртвой Пади. Обладает магическими свойствами.

— Сгустки некротической слизи — 5 ед. Выделения местной нежити. Издают лёгкие магические эманации.

Все эти ресурсы не добывались в моём подземелье, но в будущем могли пригодиться — особенно если я начну улучшать умертвий через Алтарь или крафтить что-то уникальное.

Уровень тревоги в регионе, судя по шкале, немного подрос, но всё ещё оценивался как «Крайне низкий». Локация была преобразована недавно, и большинство игроков ещё не знали о том, что Волчья Падь превратилась в Мёртвую. Так что, возможно, после рейда, когда я наведу шороха, он станет выше — и тогда ресурсов будет больше.

Теперь — к рейду. Луки я обновил. «Скорострел» и «Жало Мантикоры» остались у стрелков, которых я создал первыми, а остальным достались «Луки Ночного Шёпота» — не такие мощные, но с бонусом к критам при стрельбе из засады. Плюс колчаны с отравленными стрелами — небольшой дополнительный урон от яда, который может сыграть свою роль. Вместе с эффектом от Мантикоры суммарный урон от ядов у меня был довольно высоким.

В подземелье на охране оставались два стража и два лучника. Кроме того, стражи были дополнительно улучшены — я апгрейдил Кладбище Воинов, а после обоих скелетов. Их уровень теперь был одиннадцатым. Один — в редком доспехе, с топором, тот самый, что прошёл со мной через десяток боёв. Второй — с клинком и щитом, в тяжёлой броне, которую я приобрёл на аукционе специально для обороны. Их снаряжение стоило даже дороже, чем экипировка лучников, уходящих в рейд. Двое оставшихся стрелков — в базовом шмоте, но на первое время сойдёт. Плюс толпа рудокопов и мясников. Должны отбиться.

Я облетел строй ещё раз, проверяя каждого миньона. Шесть лучников. Первый рейд. Первый выход наружу.

Пора.

— Занимаем места в Склепе! Вперёд! — скомандовал я, и скелеты послушно начали забираться в саркофаги. Крышки с глухим стуком закрылись, и по костяным балкам пробежала волна зеленоватого света. Алтарный камень загудел, карта над ним замерцала ярче. Двадцать четыре часа — и мы выйдем наружу.

Система предложила выбрать миньона, тело которого я буду занимать во время рейда. Я без колебаний указал на скелета со «Скорострелом». За последнее время мне не раз доводилось проверять оба лука в деле — во время вторжений игроков я вселялся в лучников и тренировался, пробуя оба лука. «Жало Мантикоры» было смертоносным: несмотря на небольшой физический урон, трёх стаков хватало, чтобы даже крепкие игроки начинали нервно отпиваться зельями. Но сам лук был медленным. Каждый выстрел требовал паузы. А вот «Скорострел» ложился в руку как влитой — часто бил, прощал ошибки и позволял быстро перенацеливаться. Для моих навыков стрельбы, а вернее, правильно будет сказать — их отсутствия, это было критично.

Как я уже упоминал, стрелок из меня был посредственный. Всю прошлую игровую жизнь я провёл с клинком и молотом, и луки всегда обходил стороной. Да, я тренировался, применяя одержимость на скелета-лучника во время атак, — вроде бы стал хотя бы попадать в цель, хотя до идеала было далеко. С каждым боем получалось чуть лучше, но о настоящем мастерстве речи пока не шло. Я бы с радостью предпочёл скелета ближнего боя — стража в тяжёлом доспехе, с топором или мечом. Там я чувствовал себя в своей стихии.

Но мой рейд должен представлять собой летучий отряд — быстрый, мобильный, способный нанести урон с расстояния и при необходимости раствориться в чаще. Страж в тяжёлых доспехах в эту концепцию не вписывался. Он был слишком медленным, слишком заметным. А лучник — то, что нужно.

Следующие сутки тянулись бесконечно. Я никогда не думал, что двадцать четыре часа могут длиться так долго. Время от времени я проверял саркофаги — всё было в порядке, миньоны неподвижно лежали в каменных гробах, алтарный камень мерно гудел, накапливая энергию. Я пытался занять себя чем-то — проверил ловушки, пересчитал руду, полистал форум, — но мысли постоянно возвращались к одному и тому же. Скоро. Уже скоро.

Слава богу, игроки не пришли. Ни одной атаки за эти сутки. Похоже, Мёртвая Падь и правда отпугивала случайных гостей.

Когда на таймере остались последние секунды, я уже стоял у Склепа, не в силах отвести взгляд от алтарного камня. Зеленоватое свечение набирало яркость, руны на камне пульсировали всё быстрее.

5…

4…

3…

2…

1…

Мир померк, так же как при одержимости. На мгновение я потерял всякую связь с реальностью.

Я стоял на каменистом склоне невысокого холма. За моей спиной чернел провал входа в подземелье — грубо вырубленный в скале зев, из которого тянуло холодом и сыростью. Так вот как со стороны выглядит мой дом… Вокруг, насколько хватало глаз, раскинулась Мёртвая Падь. Мёртвый лес, искорёженные чёрные деревья, жухлая трава, серая пелена неба над головой. Воздух был холодным, влажным и пах тленом — но это был воздух внешнего мира.

Я поднял руки к лицу, повертел костяными ладонями, сжал и разжал пальцы. Тело слушалось. «Скорострел» привычно лёг в левую руку, колчан за спиной едва слышно звякнул. Рядом, выстроившись неровной шеренгой, стояли мои лучники — пять скелетов, каждый с луком на изготовку. Их глазницы горели ровным зелёным огнём.

Я повёл плечами, привыкая к телу, и жестом велел отряду следовать за мной. Через минуту мы уже скрылись в чаще.

Мёртвые волки — зомби — провожали нас подозрительными взглядами. Это были крупные, поджарые твари с серой, местами облезшей шкурой, сквозь которую проглядывали кости. Их глаза горели тусклым белым светом, а из пасти капала зеленоватая слюна. Они узнавали во мне хозяина — но, кажется, не до конца понимали, что забыл хозяин за пределами подземелья.

Мелькнула мысль: интересно, если я убью одного из них, мне дадут опыт? Я тут же отмёл её. Глупо. Это мои мобы, моя локация, мой ресурс. Лучше проверить на других — на тех, кто не принадлежит Мёртвой Пади. На игроках, на чужих NPC, на ком угодно, кто попадётся за границей моих земель.

Мы двигались к небольшому лесочку, темневшему на краю доступной нам территории. Карты не было — только чёрный квадрат окрестных земель, висевший перед моим внутренним взором. Почти весь он был покрыт густым туманом войны. Но по мере нашего продвижения туман расступался, открывая небольшую область — ландшафт, очертания деревьев, изгибы ручьёв. Шаг за шагом карта наполнялась деталями.

Я чувствовал лёгкую эйфорию… Словно я опять настоящий, свободный человек и играю в Этернум. Да, жаль моего Гарпуна… Но что мешает сделать этих скелетов ещё сильнее?

Я скользил между деревьями, лучники бесшумно следовали за мной. Где-то там, за границей Мёртвой Пади, лежал большой мир. Мир, который я не видел уже полтора месяца. И сегодня я наконец-то в него вернусь.

Мы шли сквозь Мёртвую Падь, и с каждым шагом мир вокруг менялся.

Сначала перемены были едва заметны. Проклятая земля, чёрная и потрескавшаяся, начала редеть — среди жухлой травы проступали островки обычной, ещё бледной, но уже живой зелени. Сгнившие деревья с искорёженными ветвями уступали место кустарникам — низким, колючим, но самым обычным, без следов некротической порчи. Затем появились первые нормальные деревья — тонкие берёзки и осины, дрожащие на ветру.

Потом пошли дубы. Раскидистые, мощные, с густой листвой, сквозь которую пробивались солнечные лучи. Солнце вообще стало ярче — до этого, в глубине Мёртвой Пади, оно было скрыто плотной серой пеленой, но я только сейчас это понял, ведь после вечной тьмы подземелья даже такое солнце казалось ярким. Теперь же пелена истончилась, разорвалась, и с неба хлынул настоящий свет.

Я замер на мгновение, подняв костяное лицо к небу. Солнечный свет щипал кости, вызывая лёгкое неприятное жжение во всём теле. Мои скелеты тоже его ощущали — теперь они не стояли, замерев как вкопанные, а едва заметно шевелились, словно нервничая. Но я, несмотря ни на что, наслаждался этим светом. Тепло. Настоящее солнечное тепло.

Даже воздух стал чище. Запах тлена исчез, сменившись ароматом влажной листвы, травы и чего-то цветочного, едва уловимого. От проклятой земли оставались лишь пятна — тёмные проплешины, разбросанные тут и там, но и они становились всё реже.

Вот и граница моих земель.

Я остановился у последнего чёрного пятна, за которым начинался обычный лес. Где-то там, среди этих дубов и берёз, могли бродить игроки. Хорошо было бы, конечно, встретить кого-то на своей территории — всё же помощь волков мне не помешает. Хотя бы на первый бой, пока мы не освоились.

Сжав зубы, я шагнул вперёд, пересёк невидимую черту — и тут же перед глазами вспыхнуло системное сообщение.

'Внимание! Вы покинули пределы своих земель.

Характеристики снижены на 10 %. Все бонусы подземелья на вас больше не действуют. Вы предоставлены сами себе. Будьте осторожны'.

Лёгкое жжение в то же мгновение стало сильнее. Я инстинктивно почесал зудящее плечо костяной ладонью.

Я обернулся на свой отряд. Пять лучников стояли ровной шеренгой, ожидая приказа.

— Вперёд, — скомандовал я, и мы углубились в лес. Где-то там должна быть добыча.

Мы шли по чаще, когда я вдруг краем уха уловил шум. Голоса. Смех. Звуки заклинаний — характерный свист магического разряда и хлопок, с которым тот врезается в цель.

Я вскинул руку, и скелеты мгновенно замерли. Жестом приказал им оставаться на месте, а сам медленно двинулся на шум, перетекая от дерева к дереву. Обернулся.

Мои миньоны уже рассыпались по лесу. Заняли позиции за толстыми стволами, опустились в высокую траву, слились с кустарником. Луки были наготове, стрелы лежали на тетивах. Места они выбрали грамотно — так, чтобы ветки не мешали стрельбе, но при этом их самих заметить было почти невозможно. Теневая дымка от проклятой кожи делала своё дело: силуэты скелетов расплывались, терялись среди теней.

Всё же взять лучников было правильным решением. Большинство из них, судя по повадкам, в прошлой жизни были охотниками, и старые навыки никуда не делись.

Шум приближался. Усиливался. Я уже мог различить отдельные слова.

— Эй, давай, бей его! — со смехом кричала девчонка звонким, заливистым голосом.

— Да я бью! — отозвался мужской голос с нотками притворной обиды. — А ты хиль давай! Ты же у нас целитель!

— Какой я тебе целитель, у меня ещё даже специализации нет! — фыркнула девушка. — Вот апну пятый уровень, тогда хотя бы «Лёгкое касание» появится.

— Ой, да ладно, у тебя и так нормально выходит! — встрял третий голос, постарше и поспокойнее. — Кролика того глянь — чуть не сбежал!

— Никуда он не сбежит. Сейчас я его…

Хлопок заклинания. Довольный смех.

Я подобрался ближе и выглянул из-за дерева. Лесная полянка, залитая солнечным светом. Трава по колено, несколько раскидистых дубов по краям, поваленный ствол, заросший мхом. И трое игроков.

Первый — эльф с мечом и лёгким щитом. Двигается резво, с азартом, но без особого опыта: замахи широкие, открывается после каждого удара. Второй — девушка в простенькой робе, в руках — тонкий посох с тусклым кристаллом.

Я невольно залюбовался тем, как она морщится и закусывает губу, кастуя заклинания. Судя по разговорам — будущий бафер-целитель, ещё не выбравшая путь окончательно. Третий — человек с луком, стоит чуть поодаль, целится в зайца, который петляет между кочками.

Они смеялись. Перекидывались шутками, кричали друг на друга в шутливом возмущении, когда кто-то промахивался. Беззаботно, радостно, в своё удовольствие. Лучник пустил стрелу, промазал, и заяц сиганул в кусты. Эльф расхохотался, девушка показала язык, лучник в притворной ярости погрозил им кулаком — и все трое снова зашлись смехом.

Я смотрел на них и невольно залюбовался. Вспомнил себя. Своё начало игры. Свою первую группу — таких же беззаботных, весёлых, уверенных, что весь мир принадлежит им. Тогда я тоже смеялся над промахами и радовался каждому убитому кролику. Давно это было. В другой жизни.

На моих губах промелькнула злая усмешка. В груди что-то холодно шевельнулось, и я почувствовал, как в глазницах вспыхнул злой огонь.

Мысленный приказ — и скелеты уже скользят ко мне, занимая позиции на границах поляны. Пять лучников, пять теней среди деревьев. Тетивы натянуты. Стрелы с ядом ждут своего часа.

Глупцы. Они ещё не знают, что где-то тут, в двух десятках шагов, притаилось зло. И оно уже выбрало цель.

Мысленная отмашка — и скелеты разом шагнули из-за деревьев, и пять стрел сорвались с тетив одновременно. Свист рассекаемого воздуха слился в один короткий, резкий звук. Лучники грамотно распределили цели между собой — по двое на каждого игрока.

Эльф-воин краем глаза заметил движение в лесу. Его глаза расширились, он вскинул руку, указывая в нашу сторону, и что-то закричал. Он не успел договорить. Две стрелы ударили его в грудь — одна пробила лёгкий доспех, вторая вошла в шею. Крик оборвался мгновенно, сменившись коротким булькающим звуком. Полоска здоровья мигнула и погасла. Эльф рухнул на траву, даже не успев поднять щит.

Лучник-человек дёрнулся было к своему луку, но две стрелы уже летели в него. Первая попала в плечо, разворачивая корпус. Вторая — в спину, когда он начал падать. Его тело ещё летело к земле, а здоровья уже не было.

Целительница как раз кастовала заклинание в очередного кролика, когда мы напали. Я видел, как она оборачивается на крик эльфа, как её губы приоткрываются в беззвучном «Что?», как пальцы сжимают посох, готовясь кастовать. Ей досталась всего одна стрела, но ей хватило и этого. Я выстрелил на секунду позже остальных — прицеливался. Моя стрела вошла ей в бок, чуть ниже рёбер, когда ХП девушки уже были на нулевой отметке. Целительница рухнула лицом вниз. Бой окончен.

Поляна замерла. Солнце всё так же светило сквозь листву, трава всё так же колыхалась на ветру, где-то в кустах всё так же стрекотали цикады. Только что здесь звенел смех, раздавались шутки, кипела жизнь — а теперь три тела лежали на примятой траве, и, несмотря на шум окружающего леса, стояла такая мёртвая тишина, что я слышал, как кровь впитывается в землю.

Беззаботность и радость превратились в смерть за один удар сердца. Вот так это и происходит. Всегда. В Этернуме, в реальном мире, где угодно. Смеёшься — и через секунду уже мёртв. Я, против воли, усмехнулся. Добро пожаловать в мой мир. Тела игроков, одно за другим, испарились. Нажали респаун в деревне. Как там она называется… Я напрягся, вспоминая форум… А точно… Гнилой луг. Владельцы — тот клан, группа из которого пыталась зафармить моё подземелье. Я усмехнулся, вспоминая, как с помощью ловушек обдурил отряд Ковальски.

Опустил лук. Злой огонь в глазницах медленно угас, сменившись чем-то другим. Не раскаянием. Не жалостью. Скорее — холодным удовлетворением. Работа сделана.

— Осмотреть поляну, — приказал я мысленно. — Проверьте, дропнулось ли что. И уходим. Сейчас сюда могут набежать остальные.

Скелеты молча двинулись к тому месту где раньше лежали тела. А я остался стоять на краю поляны, вспоминая три лежащих на земле нелепо раскинувших руки фигуры и рассеянно читал сообщения о полученном опыте и душах.

Через пару минут передо мной лежала скромная кучка дропа.

Я присел на корточки и перебрал находки.

Камень зачарования (обычный).

Знакомая вещица. Маленький, с ноготь размером, тускло мерцающий голубым. Такие камни использовали для наложения простейших чар на оружие — плюс одна единица к урону. На рынке стоил копейки, но в моей ситуации достать его можно было только через аукцион. А там за каждый такой камень просили ощутимую сумму. Теперь у меня их было два — один выпал с эльфа, второй с лучника. Можно будет зачаровать пару луков. Мелочь, но приятно.

Листья солнечника (2 шт.). Длинные, узкие, с характерными жёлтыми прожилками. Я узнал их сразу — в прошлой жизни не раз собирал такие по лесам для начальных квестов алхимика. В свежем виде, если разжевать, давали слабый бафф к регенерации здоровья — плюс одна единица в секунду на пару минут. Для высокоуровневых игроков — тоже полезны, так как являются составной частью для большинства исцеляющих эликсиров. Для меня — редкий расходник, который иначе как с аукциона не достать. Скелетам не скормишь, но, может, удастся продать или обменять.

Обычные ветки (6 ед.). Просто палки. Ровные, очищенные от коры, одинаковой длины. Самый дешёвый ресурс в игре, из которого крафтилось практически любое древковое оружие — от копий до посохов. Игроки обычно продавали их пачками по сотне торговцам за бесценок.

Я хмыкнул и ссыпал добычу в заплечный мешок, который нёс один из скелетов. Негусто. Но для первого рейда — уже кое-что.

Мы двинулись дальше, но я то и дело прокручивал в голове одну и ту же мысль.

Жалко, что мне не доступен чат. Я был уверен, что прямо сейчас те трое игроков, воскреснув в ближайшем городе, пишут в общий канал тревожные сообщения. Что-то вроде: «Обнаглевшая нежить! Вышла из леса и слила нас за секунду!» Или: «Осторожно, в лесу у границы Мёртвой Пади завелись скелеты-лучники, мы даже среагировать не успели». А кто-то из игроков, кому сейчас нечем заняться, уже спешит на помощь. Из любопытства, из чувства справедливости или просто потому, что охота на странных мобов — это весело. Сам так делал.

И если среди них окажется следопыт… Нас выследят. Найдут по отпечаткам костяных ног, по примятой траве, по остаточному некротическому фону. Ударят в спину, как мы сами только что ударили тех троих. Я достаточно много времени провёл в группе с Вихрой, чтобы понимать: шансов уйти от такого персонажа у нас нет. А раз так — лучше принимать бой на своих условиях.

Я резко остановился.

— Стоять, — приказал я, и скелеты замерли на месте. — Возвращаемся.

Незачем бежать. Бегство — это паника, а паника до добра не доводит. Лучше подождём игроков на том самом месте, где мы слили этих несчастных. Они точно вернутся туда — хотя бы из желания подобрать потерянные в бою вещи. Они же не знают, что мы их забрали, — обычно простые низкоуровневые мобы так не делают. А если кто-то из их друзей уровнем повыше уже в пути, то и они направятся прямиком на поляну. Будут стекаться туда. И тогда у нас есть шанс слить их по одному, пока они не соберутся сильной группой.

Далеко уйти мы не успели — десять минут, и мы уже на месте.

Скелеты рассредоточились по краям поляны, заняли позиции за дубами, слились с кустарником. Теневая дымка делала их почти невидимыми в пятнистом лесном свете. Луки наготове, стрелы на тетивах. Я стоял чуть поодаль, привалившись спиной к толстому стволу, и внимательно вглядывался в чащу.

Будем надеяться, что следопытов сколько нибудь высокого уровня поблизости не окажется. Что те, кто придёт, будут такими же беззаботными, как и первые. И что наше появление снова станет для них сюрпризом.

А если нет… Что ж. У меня шесть стрелков и эффект неожиданности. В худшем случае — отступим. А если не сможем отступить, то заберём с собой ещё пару душ.

Мой план сработал.

Не прошло и пары минут, как первым на поляну выскочил игрок-одиночка. Удивительная оперативность… Похоже, качался где-то рядом и заглянул на крики о помощи. Ник — ГрозныйБобр, пятнадцатый уровень. Рядом с именем светилась иконка «Серебряных Клинков» — того же клана, что и у группы Ковальски. Добротный доспех, явно не из дешёвых, и одноручный топор в правой руке. Левую он держал свободной, готовый в любой момент выхватить зелье или какой другой расходник.

— Где тут эти скелеты… — пробормотал он, оглядываясь. Судя по характерному движению головой, сверился с виртуальной картой — та висела перед ним полупрозрачным окном, в нижнем правом углу игрового интерфейса. — Судя по точке, место верное. Наверное, свалили уже…

Он сделал ещё несколько шагов и остановился прямо посреди поляны. Там, где ещё недавно лежали тела трёх новичков. Трава была примята, но трупы уже исчезли — возродились в городе. Только кровь на листьях и сломанные ветки говорили о том, что здесь что-то произошло.

Да, ХП у него много. Но он один. В этом и был мой расчёт: даже персонаж заметно выше уровнем, в тяжёлой броне, всё равно не выдержит фокуса целой группы лучников, бьющих одновременно. По крайней мере — не должен выдержать. Червячок сомнения всё равно терзал меня, но я отмахнулся от него.

Надо нападать сейчас, пока он тут один и остальные не подтянулись.

Я выпустил стрелу первым, применив навык «Точный выстрел», тем самым отдавая приказ об атаке.

Мгновение спустя ещё пять стрел, усиленных «Точным выстрелом», сорвались с тетив. Залп. Ещё один, теперь простыми стрелами. Урон колоссальный. ГрозныйБобр закричал от боли, стрелы попали в цель, пробив доспехи. Эффект отравления подействовал.

Игрок пошатнулся, но устоял. Опытный. Сразу рванул в сторону, петляя как загнанный заяц, на ходу выхватывая из пояса флягу с зельем. ХП-бар мигал на критической отметке… Все за бой, каждый из нас успел выпустить по две стрелы. Скелеты попали оба раза, а моя вторая ушла мимо — я всё ещё мазал, когда цель двигалась быстро. Третий залп ушёл мимо — ГрозныйБобр успел добежать до спасительных деревьев.

Неужели ушёл…

Нет. Яд сделал своё дело.

Сообщение системы о смерти игрока. Триста восемьдесят опыта. В лучах солнца, там, где среди кустов мелькнул силуэт заваливающегося тела, что-то блеснуло и скрылось в густой траве. Дроп. Надеюсь, что-то стоящее — не зря он пятнадцатого уровня.

Я уже собирался послать скелета за добычей, когда с противоположной стороны поляны, из-за деревьев, выскочили ещё двое. Один — маг в синей робе, второй — лучница в лёгкой кожаной броне. Уровни — двенадцатый и тринадцатый. Да откуда их тут столько? Что происходит?

— Ганс! — крикнула лучница, увидев нас. — Твою мать, они здесь!

Маг вскинул посох, и вокруг него закружились искры — готовил заклинание. Он смотрел в лес, прямо туда, где прятались мои скелеты.

— Рассыпаться! — скомандовал я мысленно. — Бить по магу! Лучница — вторая цель!

Скелеты перетекли за деревья, меняя позиции. Маг выкрикнул формулу, и в то место, где только что стояли двое моих стрелков, ударила ветвистая молния. Кора дуба взорвалась щепками, но скелеты уже были в другом месте. Их теневая дымка делала своё дело — маг бил почти наугад.

Оставшиеся без внимания игроков скелеты тем временем выпустили ответный залп в мага. Три стрелы попали в цель, сбив каст очередного заклинания.

Лучница выпустила стрелу в ответ — чисто символически, моим скелетам она была почти не страшна. Резист к колющему урону делал их практически неуязвимыми для таких атак. Ещё залп — и маг упал. Лучница, видя, что осталась одна, бросилась бежать. Получила пару стрел в спину, просадила здоровье почти до половины и скрылась в лесу.

Я опустил лук. Три трупа за пять минут. Почти тысяча опыта. Ещё и вещички дропнулись. Неплохо. Но где-то там, в чаще, уже слышались новые голоса. Услышав звуки боя, они спешили на помощь.

— Не преследовать! Забрать дроп, — приказал я. — Быстро. И уходим. Сейчас здесь будет жарко.