Глава 15

НОРА

Нора резко проснулась, гонимая острой нуждой опустошить полный мочевой пузырь.

Солнечный свет освещал коридор прямо за дверью.

Имя инопланетного мужчины — Айрик — всё еще светилось на стене перед ней.

Блядь… Значит, всё это не было сном.

Желудок сжался, когда до нее дошло леденящее душу осознание: должно быть, она проспала всю ночь в кровати Айрика. Он спас ее, принес на свой корабль и дал укрытие. А в качестве благодарности она вышвырнула его из его же комнаты и кровати.

Меньшее, что она могла сделать, — это не обоссать ему пол. К тому же, ей не хотелось выслушивать его потусторонние насмешки.

Проглотив смущение, она сползла с кровати и нерешительно перенесла вес на больную ногу. Было больно, но не настолько невыносимо, чтобы она не смогла дойти до уборной.

Нора уже собиралась повернуть задвижку, когда услышала неровное журчание воды из-за двери душевой.

Неужели Айрик принимал душ? Сквозь металлические рейки двери не пробивалось ни лучика света, но вода плескалась с характерным звуком, омывая крупное тело. Наверное, в темноте ему было комфортнее всего. Подгоняемая любопытством, она подошла к двери и подалась вперед.

Как он выглядит без костюма? Весь ли он каменно-серый, как его рука?

Она осеклась, подавшись вперед, и в горле встал ком стыда. Что, блядь, она творит? Айрик ясно дал понять, что не хочет, чтобы на него смотрели.

Неприятное давление между ног усилилось — мочевой пузырь требовал немедленного опорожнения.

Ты правда хочешь обмочиться на полу у парня, который «ломает планеты»?

Нора отшатнулась от двери душевой и поспешила в узкий коридор. В одном конце стояло большое кресло. Должно быть, кресло пилота, предположила она. Лобовое стекло было разбито, что обнадеживало: значит, воздух здесь пригоден для дыхания. В другом конце находилось большое прямоугольное углубление в стене с еще большим количеством реек — возможно, выходной трап.

Хотя корабль Айрика выглядел куда менее впечатляюще, чем она ожидала от космических инопланетян, каждый из сорока трех шагов к главной двери отдавался мучительной болью.

К тому времени, как Нора добралась до того, что, как она надеялась, было выходом, она едва не плакала от пульсирующей боли. Переведя дух, она коснулась дверной задвижки. Прямо над ней в воздухе спроецировались несколько значков в виде завитков.

— Ну пиздец. — На «Абеоне» был похожий интерфейс. Он был капризным и часто доводил Нору до приступов ругани с обилием «блядь» и «проклятье».

Она провела пальцем над одним из значков. Ничего не произошло.

Она ни за что не станет мочиться на пол Айрика, как невоспитанный щенок. Как обычно делала на «Абеоне», она принялась колотить по значкам и водить руками через все сразу.

Она отскочила назад, когда дверь пискнула. Зашипев, она отъехала в сторону. Из-под днища корабля выдвинулся трап, вытянулся вперед, а затем опустился на землю, сминая высокую пурпурную траву, похожую на пшеницу.

Воздух пах земными океанами. Соленый бриз защекотал нос, пробуждая такие тяжелые воспоминания, что ей пришлось прислониться к двери, чтобы не свалиться с трапа.

Было ярко. Нора стояла в дверном проеме, ожидая, пока глаза привыкнут, а сердце успокоится. Айрик сказал, что океан близко, но не слишком. Всё будет хорошо.

Блядь, как же ярко. В ее размытом зрении солнце двоилось. Или, может быть, дело было в успокоительном: она всё еще была во власти глубокого похмелья.

Носил ли Айрик шлем, чтобы защититься от света? Это объяснило бы бледную кожу на его руке — возможно, результат эволюции на более темной планете. Как-то она смотрела документальный фильм о пещерных существах, которые со временем потеряли любой окрас и зрение.

Хотя было ясно, что Айрик видит. Может, шлем выполнял эту функцию за него. Вполне возможно, что у него вообще не было глаз. Или, может быть, он был маленьким червячком, плавающим внутри гуманоидного экзокостюма, который передавал ему ощущения.

Мочевой пузырь свело спазмом, заставив ее скрестить ноги. Хуже всего было бы описаться и залить пол корабля Айрика — прекрасная вишенка на торте после того, как она дважды выблевала всё нутро прямо у его кровати!

Нора перенесла вес на здоровую ногу, готовясь сойти. Айрик просил ее не уходить, сказав, что случилось что-то «вызывающее мертвый». Но… он также сказал, что выведет ее наружу, когда она проснется, так что то, что было смертельно опасным, вряд ли представляло непосредственную угрозу. Всё, что ей нужно было сделать, — это добраться до деревьев. Это недалеко, может, футах в ста, и ей потребуется всего пара минут, чтобы пописать и вернуться. Ей не хотелось делать это рядом с кораблем — там она была бы слишком на виду.

Приняв решение, Нора осторожно спустилась по трапу. Она поморщилась, когда мягкая трава слишком сильно прогнулась, давая нагрузку на лодыжку. Чем быстрее она закончит, тем быстрее сможет вернуться — возможно, еще до того, как инопланетянин докупается.

Она посмотрела налево и направо, убедившись, что на поле нет ни одного из тех существ, которых она видела раньше. Глубоко вздохнув, Нора нерешительно двинулась к краю леса. Светящаяся граница на земле отделяла лес от поля, а две параллельные пульсирующие линии света уходили вглубь чащи — дорожка. Явно размеченная и ухоженная.

Она обернулась на корабль Айрика. Как он и сказал, крылья были оторваны. Удивительно, но он напоминал старые земные самолеты — с носом, кабиной и небольшим фюзеляжем. Такой примитивный дизайн для цивилизации, утверждающей, что способна разрушать планеты.

Желая найти большее укрытие, Нора перешагнула границу и вошла в лес. Окружавшие ее деревья по форме напоминали земные сосны, только их кора переливалась всеми цветами радуги.

Радужный эвкалипт, — вспомнила она голос очаровательного британца из документальных фильмов.

Она последовала по тропинке вглубь ровно настолько, чтобы корабль Айрика скрылся из виду, давая ей немного уединения. Крошечная часть ее мозга кричала: Ты идиотка. Но более громкая и затуманенная часть разума твердила: Просто пописай и возвращайся. Всё обойдется.

Летающие существа порхали с ветки на ветку вокруг нее, но двигались слишком быстро, чтобы их разглядеть. Ветка хрустнула, когда она перенесла вес. Существа разразились жутковатой песней, тон которой был гораздо ниже, чем у любых птиц на Земле.

Чувствуя, что мочевой пузырь вот-вот взорвется, Нора приметила большой валун, за которым можно было справить нужду. Она выкопала неглубокую ямку, грязь забилась под ногти. Закончив, она немного подождала, чтобы обсохнуть. Ей следовало захватить тот мягкий, плюшевый рулон туалетной бумаги, который дала ей Лоретта.

Грудь Норы сдавило.

На том челноке должна была быть Лоретта. Она заслуживала спасения, и у нее по крайней мере была бы туалетная бумага. Нора, почти ни к чему не приспособленная, даже не собрала тревожный чемоданчик, как велел Джо.

Она натянула штаны чуть агрессивнее, чем следовало, а затем закопала ямку.

Прямо над ней раздался скрежет. Нора замерла, ее руки так и остались на молнии штанов. Она попятилась от валуна.

Из-за края показались два больших заостренных уха и три красных глаза с вертикальными зрачками.

Нора сделала еще шаг назад. Существо показалось целиком. Оно плюхнулось на задние лапы, наблюдая за ее движениями. У него была волчья морда и округлое тело медведя. Пушистое, размером с крупную собаку.

Оно было до нелепости милым.

— П-привет, — сказала Нора.

В ответ существо облизнуло нос, прямо как ее кот Вонючка. Внезапно захотев коснуться чего-то мягкого и осмелев от тумана, всё еще смягчавшего острые углы ее разума, Нора подняла руку, проигнорировав покалывание инстинкта, приказывавшего ей не шевелиться.

Существо, которое до этого лениво за ней наблюдало, напряглось. Оно издало такой громкий рык, что Нора почувствовала его вибрацию в земле через подошвы своих ног в носках.

— Блядь, — прошептала она; ее сердце колотилось так быстро, что в груди закололо. Она отступала дергаными шажками, не обращая внимания на протесты лодыжки, пока не уперлась спиной в дерево.

У Норы была отличная память, даже если иногда она работала с задержкой. Она никогда не позволяла ей забыть, какой ужасной она была, сколько горя причиняла или какие глупости постоянно говорила.

И теперь — слишком поздно — всплыло еще одно воспоминание. Небольшой австралийский примат с огромными глазами и ядовитыми железами на руках. Когда он еще существовал, он мог убить человека одним ядовитым укусом, а затем отпрыгнуть обратно на дерево, выглядя милым как пуговка, пока его жертва умирала.

Существо вскочило, не сводя с нее глаз. Оно издало странное щелкающее мурлыканье, выгибая спину дугой; из его лап выдвинулись когти, похожие на орлиные.

— Тшш. Всё хорошо. Всё в порядке, — сказала Нора самым мягким голосом, на который была способна. — Я сейчас уйду и больше не буду тебя беспокоить. Спасибо.

Существо спрыгнуло вниз, приземлившись на все четыре лапы. Оно встряхнулось от напряжения, а затем двинулось к ней с ленивой грацией льва после сна. Пригвожденная страхом, Нора вжалась в дерево. Зрачки существа сузились в тонкие щелочки. Пасть приоткрылась, слюна закапала между двумя рядами зазубренных зубов.

Ужас скрутил ее внутренности — даже ее кости знали, что она в смертельной опасности.

Она сползла по стволу вниз, опустив глаза, чтобы случайно не бросить ему вызов. Может быть, если она сделается как можно меньше, оно не сочтет ее угрозой. Поймет, что она просто слабая, глупая человеческая особь, которая не послушала того, кто знал лучше.

Существо напряглось, и краем глаза она увидела, как из его шерсти вырвались десятки шипов, превратив его в шипастую собаку-помпон из ада. Хруст его шагов стал мучительно медленным. Слезы покатились по ее лицу, когда она услышала, как оно облизывает губы.

Хруст листьев прекратился. Как и ее сердце.

Гортанный рев разорвал тишину леса. Рев существа. Тошнотворный запах ударил в нос — его дыхание, — заставив ее содрогнуться от рвотного позыва.

Смирившись с тем, что это конец, но не желая видеть точный момент его наступления, Нора закрыла лицо руками. В голове стало пусто, словно занавес опустился слишком рано, оборвав выступление актрисы на полуслове.

Прости, Джо, я не стоила того, чтобы меня спасать. Я ведь постоянно тебе это говорила.

Прекрасное лицо ангела заполнило ее мысли. Она надеялась, что именно он придет забрать ее душу. Не в силах сопротивляться этому порыву и удивившись, что вообще подумала о нем, она улыбнулась.

Резкий порыв воздуха ударил Норе в лицо, раздув волосы сквозь ее пальцы.

Она услышала глухой удар. Неистовый визг. Затем жалкое скуление.

Выглянув, она увидела возвышающегося над ней мужчину в костюме — там, где всего секунду назад стояло существо; он сжимал толстую ветку, как бейсбольную биту. Из нее торчало несколько окровавленных шипов.

Айрик.

Существо заскребло когтями, пытаясь выровняться. Айрик замахнулся для нового удара. В левой руке он держал свой погасший пистолет, постукивая рукоятью по бедру. Его заклинило? Когда существо бросилось на него, оно скрутило тело, выставив шипы наружу, превратившись в сплошную массу колючек.

Он ударил прямо в его центр.

Существо развернулось, вонзив когти в его незащищенную руку. Другой лапой оно обхватило его спину. Его зубы вцепились в ветку, раздробив ее на разлетевшиеся во все стороны щепки.

Айрик издал кряхтение, его правая рука задрожала. По ней потекла кровь, пока существо отчаянно билось. Он всадил пистолет — теперь уже со светящимися индикаторами — в его разинутую пасть. Глаза существа широко распахнулись, когда оно сомкнуло челюсти. Не в силах пробить металлическую обшивку костюма, его зубы заскрежетали по материалу с мучительным визгом. Из затылка существа вырвался залп. Вооруженная рука Айрика пробила дымящуюся дыру в черепе твари.

Айрик издал нечленораздельный звук, а затем грубо отшвырнул существо от себя. Его тело рухнуло, превратившись в груду дымящейся плоти и шерсти.

Нора смотрела, чувствуя жуткую резь в животе, как потускнели глаза существа. На какое-то краткое мгновение она увидела невинное животное, которое не сделало ничего плохого, кроме того, что просто существовало и пересекло ее путь.

— И-извини, — выдохнула она. — Мне так жаль. — Она попыталась встать, но ноги не слушались.

— Кому жаль? — спросил низкий, напряженный голос.

Две стальные руки вздернули ее на ноги, словно тряпичную куклу.

— Жаль передо мной или перед ним? — Он пригвоздил ее к дереву. — Тебе должно быть жаль перед нами обоими. — Он осмотрел ее тело, касаясь каждой части и оставляя темные, кровавые отпечатки.

— Мне жаль…

— Не говорить! — Его голос был густым от ярости.

Нора смотрела на себя в его шлеме, пока он осматривал ее, позволяя ему поворачивать себя то так, то эдак. Он потянулся к ее рукам и замер. Она услышала, как он резко втянул воздух. Он провел большим пальцем по ее грязным ногтям, забитым грязью с тех пор, как она справляла нужду.

Он спросил низким, зловещим тоном:

— Ты копать?

— Д-да, мне нужно было…

Мир Норы погрузился в хаос, когда он перекинул ее через плечо. Ее голова свешивалась вниз по его спине, бедро плотно прижималось к его уху.

Он побежал обратно к кораблю, и она не стала сопротивляться.

Вместо этого Нора просто обмякла на его крепкой спине, безвольная и мертвая.

Теперь он должен был понять, насколько она бесполезна. Что ее не стоило спасать. Может быть, он наконец убьет ее. Или, решив, что она не стоит таких хлопот, выбросит ее вместе с остальными сломанными деталями своего корабля, оставив ее здесь совсем одну.