9

Я проснулась от криков.

Я резко села, нужно было выбраться из палатки Джака, прежде чем тот, кто на нас напал, подожжет ее. Мои ноги коснулись ледяного деревянного пола, что меня окончательно разбудило. Полоска неба, которую я могла видеть через окна, все еще была темной.

— Подожди, — сказал мне Трей, жестом показывая, чтобы я оставалась на месте. Он не надел рубашку, но держал пистолет наготове, когда приоткрыл дверь, чтобы выглянуть наружу.

— Трей! — Я услышала крик Мака. — Пожар в трущобах!

— Черт. — Трей убрал пистолет в кобуру и схватил рубашку.

Он взглянул на меня, когда натягивал ее, но я уже суетилась. Я натянула штаны и сунула ноги в ботинки. Когда мы выбежали из лечебницы, пламя было видно даже с такого расстояния. Большая часть анклава тянулась к южному концу Убежища. Мы с Треем присоединились к ним, кашляя от густого дыма, заполнившего воздух. Когда мы, наконец, добрались до трущоб, я ахнула при виде, по крайней мере, половины горящих домов. Крики доносились из нескольких горящих зданий, и голова Трея резко повернулась в их сторону.

— Боунс! — Крикнул Сэм оттуда, где он присел над телом, лежавшим на земле.

Я оглянулась на Трея и увидела, что он смотрит на меня, хотя мы оба двигались в противоположных направлениях.

— Будь осторожен, — вырвалось у меня, и он замер на полсекунды, что-то нежное промелькнуло в его глазах.

— Ты тоже, — сказал он и побежал.

Мне пришлось заставить себя сосредоточиться, преодолевая огромную волну страха, охватившую меня при виде того, как он бежит к огню. Я подбежала к Сэму и увидела, что он держит на руках сильно обожженную женщину, которая рыдала.

— Соберите всех раненых в одном месте, — сказала я Сэму, переключаясь в привычный режим врача. Это был не первый раз, когда я имела дело с маштабной катастрофой, в результате которой пострадало множество человек. По крайней мере, на этот раз я действительно могла спасти жизни людей.

— Понял. — Сэм вскочил на ноги и побежал.

Я присела на корточки рядом с женщиной, взяв ее за руки. Моя целительная сила с готовностью устремилась по моим рукам в ее тело, волдыри и ожоги заживали у меня на глазах. Появился Гриз, неся на руках раненого мужчину, и я переключилась на него, как только залечила раны женщины. Женщина поблагодарила меня сквозь рыдания, когда села, и я коротко кивнула ей, прежде чем сосредоточиться на мужчине. Все больше людей стали приносить ко мне раненых, и я полностью погрузилась в работу по исцелению каждого из них. Многочисленные травмы варьировались от небольших ожогов или отравления дымом до людей, испускающих последние вздохи, тела которых были едва узнаваемы. Я сосредоточилась на последних и старалась сначала исцелить тяжелораненых.

Пот струился по моему лицу. Я чувствовала жар огня даже с безопасного расстояния. Большая часть анклава организовала цепочку, тянущуюся от ближайших уличных водопроводных кранов и работала сообща, передавая и бросая ведра с водой на огонь. Это не очень помогало, пока несколько людей Мадам не появились с длинными толстыми шлангами, которые они подсоединили к кранам, чтобы поливать огонь водой напрямую. Они, казалось, помогали неохотно, бормоча что-то о «гребаных Ржавых», от чего у меня закипала кровь.

Даже со шлангами, только к рассвету огонь наконец начал угасать. Я ловила себя на том, что оглядываюсь по сторонам в поисках Трея, но нигде его не видела. Я пыталась игнорировать беспокойство, которое осело камнем в животе. Я закончила с тяжелоранеными и перешла к травмам средней и легкой тяжести. Теперь было больно, как тот раз, когда я исцеляла Ходжо. вытерла рукавом текущий нос, увидела кровь и едва сдержала проклятие.

— Боунс!

Я подняла глаза и увидела бегущего ко мне Сэма, и мое сердце упало, когда я поняла, что у него на руках раненый ребенок. Я быстро вытерла нос рукавом, надеясь, что убрала большую часть крови.

— Она пыталась спрятаться под кроватью, — выдохнул Сэм хриплым голосом. — Трей вытащил ее. Мы бы никогда не нашли ее, если бы ее сестра не видела, как она забралась туда.

Трей. Значит, с ним все в порядке. Я быстро схватила обожженные руки девочки. Больно. Моя целительная сила истончилась до тонкой нити, но я стиснула зубы и продолжала.

— Твой нос… — встревоженно начал Сэм.

— Я в порядке, — отрезала я, не обращая внимания на кровь, снова текущую из моего носа.

Золотое тепло внутри меня замерцало. Маленькая девочка исцелялась, но медленно — слишком медленно — а затем моя сила иссякла, оставив только струйки дыма. Паника начала охватывать меня, когда я попыталась снова, но там ничего не было. Она исчезла. Девочка начала плакать, ее тихий стон звучал так, будто доносился издалека. Ее изуродованное лицо расплылось у меня перед глазами.

Нет! Я не могу сейчас сдаться. Боги, пожалуйста!

Я снова в отчаянии потянулась к своей силе, но все пошло наперекосяк и…

Я дрожала так сильно, что зуб на зуб не попадал. Что-то в этом казалось знакомым.

— Выпей что-нибудь. Давай, Боунс.

В фокусе появилось сердитое лицо Мака. Он всегда казался сердитым, когда смотрел на меня.

— Боунс, — резко сказал он, — попробуй попить.

Я поняла, что лежу на своем матрасе в лечебнице. Рука Мака скользнула под мою шею, приподнимая мою голову, когда он поднес кружку с водой к моим губам. Мне удалось проглотить несколько глотков воды. Дневной свет струился через окна. Мое горло и легкие горели, как будто я вдохнула чертову тонну дыма…

Я застыла в ужасе, мои глаза метнулись к лицу Мак.

— Она умерла? — Мой голос прозвучал хрипло.

Мак опустил мою голову и убрал руку с затылка, он, казалось, колебался, глядя на меня этими темно-серыми глазами. Я крепко зажмурилась, когда они наполнились слезами, уже зная ответ.

— Это не твоя вина, — мне показалось, что я услышала голос Мака, но, должно быть, мне это приснилось, потому что это была моя вина.

— Нет. — Голос Мака прозвучал еще резче, заставив меня снова открыть глаза. — Ты спасла тридцать шесть человек, Боунс. Ты исцеляла, пока не потеряла сознание. Ты сделала все, что могла.

— Она была всего лишь ребенком, — выдавила я.

— Ты сделала все, что могла, — повторил он, и его голос звучал так, словно он сам в это верил.

Его предплечье было обмотано бинтом. Я потянулась, намереваясь обхватить его дрожащими пальцами, но он схватил меня за запястье и отдернул руку. Мой взгляд снова метнулся к его лицу.

— Нет, — отрезал он, свирепо глядя на меня сверху вниз.

Слезы покатились по моему лицу, и сердитые черты его лица смягчились, сменившись замешательством.

— Что… — начал было он, но слова так и хлынули из меня.

— Пожалуйста, позволь мне исцелить тебя, — рыдала я. — Пожалуйста. Я знаю, что тебе не нравлюсь, но я должна…Я должна… Позволь мне сделать хоть что-нибудь, пожалуйста…

— Боунс! — Его голос был тихой командой, когда он наклонился, удерживая мой взгляд. — Тебе нужно отдохнуть. Это всего лишь небольшой ожог. — Он на мгновение заколебался, и я почувствовала, как его большой палец скользнул по внутренней стороне моего запястья. — И ты мне не не нравишься. Я просто не хочу, чтобы ты снова плохо себя чувствовала.

Дверь лечебницы открылась и закрылась, Мак отпустил мое запястье и двинулся, его фигура расплылась, а комната завертелась. Я перестала плакать и задрожала. Мои пальцы шарили в поисках одеяла, но я не смогла его найти, а затем теплые руки обхватили мои.

— Я знаю, тебе холодно, — произнес нежный голос рядом со мной, — но мы должны сбить твою температуру.

Я прищурилась и увидела Трея, стоящего на коленях рядом со мной, его взгляд был мягким и обеспокоенным.

— Почему ты… что…что…

Я замерла, пытаясь вспомнить, что собиралась спросить. Я сосредоточилась на его лице и внезапно поняла, что он в безопасности. Слезы снова наполнили мои глаза, когда облегчение охватило меня.

— Ты в порядке, — прошептала я.

Он улыбнулся, его глаза потеплели.

— Я в порядке.

— Ты напугал меня, — пробормотала я, закрыв глаза. — Я тебя не видела.

— Теперь ты беспокоишься обо мне? — спросил он, его нежный голос дразнил.

— Да, — ответила я, чувствуя, как на меня наваливается усталость.

— Я в порядке, Боунс, — пробормотал он.

Я не могла распознать сильные эмоции в его голосе. Я хотела открыть глаза, чтобы увидеть выражение его лица, но мои веки были слишком тяжелыми.

— Не уходи, — попыталась сказать я, но дрожь сотрясала мое тело.

Нежная рука убрала волосы с моего липкого от пота лица.

— Я никуда не ухожу, дорогая.

Я вздрогнула и проснулась от громкого треска.

— Ах, черт, — простонал кто-то.

— Сэм!

Я повернула голову и увидела Трея, сидящего рядом с моим матрасом и смотрящего в сторону с раздраженным выражением лица.

— Ты серьезно это сломал?

— Ну, я думал, крышка крепко держится!

Я проследила за его взглядом и увидела Сэма, стоящего у смотрового стола со стеклянной крышкой в руках и виноватым видом. Банка, в которой я хранила чистые лоскуты, разбитая вдребезги, валялась на полу. Он встретился со мной взглядом и был явно поражен, увидев, что я проснулась и смотрю на него в ответ.

— Извини, Пирожок, — вздохнул он. — Я найду тебе новую.

— Эй, — сказал Трей, с другой стороны. — Как ты себя чувствуешь?

Я оглянулась и обнаружила, что он изучает меня.

— Что случилось?

— Ты спасла дохрена народу, а потом потеряла сознание. — Он сделал паузу. — У тебя снова была высокая температура. Мне интересно, не выгораешь ли ты, когда используешь всю свою силу, и не болеешь ли поэтому. Потому что все было так же, как в прошлый раз.

В тот раз, когда я помогала Мадам пытать Ходжо до смерти.

— Та маленькая девочка умерла? — Пробормотала я.

— Да.

Я закрыла глаза, чувствуя, как меня захлестывает чувство вины.

— Боунс, — рука Трея обвилась вокруг моей и сжала, — ты спасла столько людей. Ты сделала все, что могла. Это не твоя вина.

И все же я облажалась.

— Ты бы стала винить меня в ее смерти?

Мои глаза распахнулись.

— Нет.

— Если бы я нашел ее раньше, она могла бы быть жива, — возразил он.

Я стиснула зубы. Я знала, что он делает, и мне это не нравилось.

— Это не одно и то же, — пробормотала я.

— Почему нет? — он настаивал.

— Ты сделал все, что мог. — Слова, произносимые шепотом, вырывались из меня. — А я не смогла сделать достаточно.

— Боунс, — от того, как нежно он произнес мое имя, у меня округлились глаза, — может, ты и обладаешь невероятная силой, но ты все еще человек. У тебя есть пределы.

— Никогда не будет достаточно, — как только я произнесла эти слова, мне захотелось взять их обратно.

— А что было бы достаточно? — медленно спросил он, изучая меня.

Я с трудом сглотнула. Мы приближались к опасной черте.

— Я хочу встать, — сказала я, меняя тему.

Он поколебался, но затем кивнул.

— Хорошо, только не торопись.

Я села и поняла, что Сэм, должно быть, ушел. В лечебнице остались только мы вдвоем. Я нахмурилась, в моей голове всплыли смутные воспоминания.

— Мак был здесь?

— Да, раньше, — ответил Трей. — А что?

Мои глаза сузились.

— Я несла какую-то чушь?

Вина мелькнула на его лице, а глаза расширились.

— Нет.

Это была настолько очевидная ложь, что я чуть не рассмеялась, но тот факт, что он солгал, ясно дал понять, что я сказала что-то, чему не была бы рада. Я уставилась на него, разрываясь между желанием потребовать, чтобы он рассказал мне, и желанием притвориться, что этого никогда не было.

— Давай, — сказал он, поднимаясь на ноги и протягивая руки. — Держу пари, ты почувствуешь себя лучше, если подышишь свежим воздухом.

Я знала, что он хотел отвлечь меня, и это было довольно приятно. Я протянула ему руки, позволяя поднять меня. От меня не ускользнуло радостное удивление, промелькнувшее на его лице, но комната закружилась, когда я встала, и я крепче сжала его руки, вместо того чтобы отпустить.

— Кружится голова? — спросил он.

— Ага.

— Скажи, когда это пройдет, — сказал он, держа меня за руки и ожидая.

— Я в порядке, — сказала я после того, комната остановилась.

Он отпустил мои руки, но только для того, чтобы взять меня под руку. Я напряглась, что заставило его остановиться, но я не отстранилась. Через несколько секунд он начал медленно идти, протянув руку, чтобы открыть дверь лечебницы, и я пошла с ним.

— Который час? — спросила я.

— Время звонка к ужину.

Заходящее солнце окрасило небо в темно-оранжевый цвет и я нахмурилась, когда мы вышли на улицу. Я была без сознания около двенадцати часов. Если Трей был прав и это случалось каждый раз, когда я тратила всю свою силу, мне придется быть осторожной.

В воздухе все еще пахло дымом и горелым деревом.

— Пожар потушен?

— Да, — вздохнул он. — Хотя мы потеряли около половины домов в трущобах.

— Что будет с теми людьми, которые потеряли свои дома? — Спросила я, чувствуя себя неловко.

— То же самое, что происходит всякий раз, когда происходит какое-то стихийное бедствие, — сказал Трей, и в его голосе прозвучали мрачные нотки. — Мадам ни хрена не сделает, а остальные будут собирать материалы и помогать им восстановливать дома.

Так много вопросов крутилось у меня в голове. Я хотела спросить его, как он мог работать на Мадам, как он оправдывал то, что она делала, и почему он остался здесь, в Убежище.

Вместо этого я держала рот на замке.

Даже если бы я лично не видела, что Мадам делала с людьми в той ужасной комнате-подземелье, я слышала достаточно обрывков разговоров, что бы понять — назревает смута. У меня уже был большой опыт такого рода, и если я хотела выжить, мне нужно было просто не высовываться и держаться подальше от всего этого.

Выжить, согласился Вольф, напугав меня. В последнее время он был тих.

— Сколько людей погибло? — спросила я.

— Семь. — Свободная рука Трея поднялась, легла поверх моей ладони на его предплечье и сжала. — Наверное, было бы втрое больше, если бы тебя здесь не было.

Чувство вины смешалось с чем-то мягким и теплым в моей груди.

— Но мы больше не будем говорить о пожаре. Мы займемся кое-чем другим.

— Чем? — Осторожно спросила я.

— Вот увидишь, — сказал он с усмешкой.

Я поняла, что мы направляемся к амбару. Холодок страха пробежал по телу. Я знала, что нельзя слепо следовать за мужчиной в уединенное место. Трей отпустил мою руку, чтобы открыть большие двери, а затем втащил меня внутрь. Даже когда Вольф рычал предупреждения в моей голове, мои ноги следовали за ним, но мое тело так напряглось, что, когда Трей повернулся ко мне, я вздрогнула. Он помолчал, в замешательстве изучая мое лицо.

— Ты в порядке? — спросил он.

Я кивнула, но он нахмурился.

— На сеновале есть гнездо с котятами, — объяснил он. — Хочешь посмотреть на них?

На мгновение меня охватило удивление и что-то невыносимо нежное. Котята. Он хотел показать мне котят.

Я снова кивнула, не решаясь заговорить.

— Ладно, ты оставайся здесь, а я принесу парочку. — Он ухмыльнулся, и от его тепла я почувствовала себя еще более неуверенной.

Я подождала, пока он исчезнет за лестницей. В амбаре пахло овсом и животными, но это не было неприятно. Инструменты и различное оборудование аккуратно стояли вдоль стен. Трей выругался где-то надо мной.

— Трей?

— Я в порядке. Просто этот малыш сильно кусается. — Он легко спустился по лесенке, улыбаясь, несмотря на то, что держал по котенку в каждой руке. — Напоминает мне кое-кого, кого я знаю.

Я нахмурилась, и его ухмылка стала шире.

— Ты хочешь кусачего малыша или сонного? — спросил он, подходя ко мне.

Я протянула руку и забрала у него малыша. Теперь мне нужно было кое-что доказать. У котенка были серые полоски, и он зашипел, когда я взяла его. Он уставился на меня голубыми глазами, оскалив зубы и зарычав. Я положила его себе на грудь прямо над сердцем и прикрыла рукавом, чтобы он не чувствовал себя таким незащищенным. Трей поднял брови, когда котенок затих.

— Ты используешь свои способности? — Игриво обвинил он.

— Нет, — возмутилась я. — Он просто напуган. Нужно дать ему место, где он будет чувствовать себя в безопасности.

— Хммм, — промычал Трей, уголок его рта дернулся вверх.

— Что?

— Ничего. — Он ухмыльнулся.

— Что? — Я уставилась на него.

— Просто хороший совет, — сказал он, его усмешка смягчилась, превратившись во что-то такое, от чего в моей груди пробудились нежные и пугающие чувства.

Мое сердце забилось быстрее, а щеки запылали.

— Никогда бы не подумал, что ты тайная укротительница диких котят.

— Его не нужно приручать, — парировала я. — Ему просто нужно знать, что ты не причинишь ему вреда.

Боги, эта улыбка.

— Ты права, — пробормотал он.

Если он не перестанет смотреть на меня таким мягким, теплым взглядом, я сделаю… что-то глупое. Он стоял не так близко ко мне, но каждая клеточка моего тела гудела от осознания его присутствия, словно я стояла там, куда вот-вот ударит молния.

— Куда ты направлялась? — Спросил Трей.

Я в замешательстве нахмурила брови.

— Когда наемники нашли тебя, — уточнил он. — Куда ты направлялась?

Ох.

— На самом деле у меня не было плана, — пробормотала я.

Он выглядел озадаченным.

— Не было?

— Я просто хотела убраться куда подальше. — Я почувствовала, как мои щеки снова запылали.

Его брови поползли вверх.

— Ты вот так просто отправилась в горы без плана?

Боги, сейчас он говорил как Вольф.

— Я прекрасно справлялась.

Его губы дрогнули.

— У нас с тобой очень разные определения слова «прекрасно».

Я снова посмотрела на котенка. Он достаточно успокоился, чтобы высунуть голову из-под моего рукава и с любопытством принюхиваться. Я пододвинула его, чтобы придержать одной рукой, и погладила пальцем по макушке. Через минуту комнату наполнило дребезжащее мурлыканье. Я самодовольно посмотрела на Трея.

— Как ты это сделала? — требовательно спросил он.

— Если погладить его вот так, — я продолжал гладить его по голове, — ему кажется, что мама-кошка вылизывает его, и это успокаивает.

— Ты полна сюрпризов, Боунс.

— У меня… когда-то был кто-то, кто очень хорошо ладил с животными. — Почему я постоянно рассказываю ему больше, чем собиралась? Мой желудок скрутило от паники.

Он изучал меня, склонив голову набок, как будто мог почувствовать мои хаотичные эмоции, а я опустила глаза на котенка, которого он держал, и нахмурилась.

— У тебя идет кровь.

Он взглянул на свою руку.

— О, да, это он, — Трей указал на моего котенка, — укусил меня.

— Могу я тебя исцелить? — Спросила я.

Его брови приподнялись.

— Ты не обязана. Я не хочу, чтобы ты слишком напрягалась.

Я бросила на него раздраженный взгляд.

— Думаю, я справлюсь.

Уголок его рта приподнялся в кривой улыбке.

— Хорошо.

Я шагнула ближе, высвобождая руку, чтобы прикрыть маленькую рану. Моя целительная сила причиняла боль, но на заживление ушло всего несколько секунд. Стоя рядом, я заметила, что от Трея приятно пахло моим лавандовым мылом и маслом, которым он чистил свой пистолет. Как только рана исчезла, я быстро отступила назад.

— Что ты имела в виду, когда сказала, что этого никогда не будет достаточно?

Внезапная смена темы вызвала у меня тошноту.

— Это…ничего, — солгала я.

— Ты можешь сказать мне, — настаивал он.

— Я… я просто… — Боги, из-за этих чертовых карих глаз было трудно мыслить здраво. — У меня на руках много крови.

Он нахмурился.

— У меня есть это… эта сила исцелять… Но я продолжаю…Я продолжаю причинять людям боль. Я не знаю…Я не знаю, смогу ли я исцелить достаточно…чтобы загладить свою вину.

— Ты ведешь счет? — спросил он, но без насмешки. Он изучал мое лицо, нахмурив брови, как будто хотел понять.

— Нет. Я не знаю. Я просто…Я хочу…Мне нужно уравновесить чаши весов.

— Каких весов?

— Эти… весы. — Я неопределенно махнула рукой, мое лицо запылало.

— Ты чувствуешь себя ответственной за каждую смерть, когда не удается кого-то исцелить?

— Я видела, как умерло так много людей, — прошептала я. — Людей, которых я могла бы спасти своими силами.

— Ты сказала, что Джак не позволял тебе исцелять других людей.

— Но я могла бы…Я могла бы попытаться.

Он придвинулся ближе.

— Что бы случилось, если бы ты это сделала?

Я с трудом сглотнула, ужас трепетал в животе. Он ушел. Он не причинит тебе вреда. Но, боги, если бы Джак застукал меня, когда я пыталась кого-то исцелить…

Я втянула воздух через нос, когда желудок затянуло в тугой узел. Какого черта я вообще об этом говорю?

— Мне нужно возвращаться в лечебницу.

В его глазах промелькнуло разочарование, но оно исчезло так же быстро, как и появилось.

— Хорошо, — сказал он.

На обратном пути я старалась держаться от него по крайней мере на расстоянии вытянутой руки. Казалось, что каждый раз, когда я приближалась к нему, я говорила намного больше, чем хотела. Почему он так легко обходил мою защиту? Я не могла притворяться, что у меня нет к нему никаких чувств. Я чувствовала, как они пытаются пустить корни и расти.

Гриз и Сэм стояли перед зданием лечебницы и о чем-то спорили, а я никогда еще не была так рада их видеть. Они немедленно втянули Трея в спор, и я ускользнула обратно в здание.

Не надо… — начал было Вольф.

Я знаю, перебила я. Я знаю.

Джак с силой сжал мое лицо.

— Ты принадлежишь мне, — прошипел он, слюна попала мне на лицо. — Вся ты.

— Джак, пожалуйста! — выговорила я, давясь рыданиями. — Мне очень жаль⁠…

Удар пришелся мне по лицу, и я с криком упала обратно на его кровать. Он навис надо мной, забираясь сверху, чтобы прижаться и поцеловать в шею. На нем все еще была окровавленная одежда.

— Боги, Ангел, ты сводишь меня с ума, — пробормотал он мне в кожу.

С каждым словом мое тело напрягалось все больше. Он никогда раньше так со мной не разговаривал и не прикасался ко мне, но и таким злым я раньше его не видела. Его рука скользнула мне под рубашку, и я начала паниковать.

— Джак, прекрати, — всхлипнула я, пытаясь оттолкнуть его.

— Ты умоляла его остановиться? — прорычал он мне на ухо. — Скажи мне, что ты с ним не трахалась.

Я не могла вымолвить ни слова, мое дыхание участилось, я запаниковала. Я сильнее оттолкнула его, но он не двинулся. Тренировки Вольфа внезапно всплыли в моей голове, как будто мой брат кричал мне драться. Я сжала кулак и ударила его в бок, целясь в почку.

Джак застонал от боли. Он наполовину скатился с меня, и я попыталась выкарабкаться из-под него, но он набросился и снова схватил меня. На этот раз он прижал мои руки своими коленями, оседлав меня. Выражение его лица вызывало неподдельный ужас.

— Я потратил годы, защищая тебя, оберегая и заботясь о тебе, и вот как ты меня благодаришь?

— Джак, пожалуйста! — Я умоляла.

— Боги послали тебя ко мне, Ангел. Ты принадлежишь мне, и я буду использовать тебя, как сочту нужным; слышишь меня?

— Мне очень жаль! Пожалуйста, не⁠…

Он снова ударил меня по лицу, и я ахнула, перед глазами у меня вспыхнули звезды. Пока я пыталась сосредоточиться, я почувствовала, как он стягивает мои штаны с бедер, и начала кричать⁠…

— Боунс!

Я резко села, тяжело дыша в темноте.

— Все в порядке, Боунс, — прошептал мягкий голос. — Ты в лечебнице. Ты в безопасности.

— Трей? — Спросила я дрожащим голосом, мой разум все еще был погружен в кошмар.

— Я здесь. — Матрас прогнулся, когда он сел на него рядом со мной.

Я вслепую потянулась к нему, пока мои пальцы не коснулись его обнаженного плеча. Я планировала отдернуть руку, как только выясню, где он сидит, но, похоже, не могла заставить свои пальцы пошевелиться. Его рука легла поверх моей и сжала, тепло его кожи проникало в мою.

— Я здесь, — пробормотал он. — Ты в безопасности.

Сдавленный всхлип сорвался с моих губ. Я наклонилась вперед, пока моя голова не уперлась в его руку, и он не замер. Я знала, что мне не следовало этого делать, но я просто так отчаянно хотела, чтобы меня утешили.

Примерно через минуту он отпустил мою руку, чтобы убрать мои спутанные волосы с заплаканного лица. Его пальцы нежно скользнули по моей коже. Я не была уверена, что это говорило обо мне, но мне было гораздо легче быть так близко с кем-то в темноте. Большим пальцем он вытер слезы, которые текли по моему лицу.

— Ты в безопасности, — снова пробормотал он. — Джака здесь нет. Он мертв. Он больше не сможет причинить тебе боль.

Я крепко зажмурила глаза, но это никак не остановило новую порцию слез, струящихся по моему лицу. Я действительно чувствовала себя с ним в безопасности, и это пугало меня не так сильно, как должно было.

Он отодвинулся, и я почти умоляла его не уходить, прежде чем поняла, что он просто пересаживается, чтобы сесть рядом со мной. Его рука обняла меня за плечи, и я тут же прижалась к нему. Мы долго сидели так, пока мои слезы наконец не утихли, но меня поразило осознание того, что я не хочу, чтобы он возвращался в свою постель. Его нежные, успокаивающие прикосновения были как наркотик, и я хотела большего. Некоторое время я боролась с собой, но моя защита рушилась, кирпичик за кирпичиком. Вскоре я сдалась и начала ложиться. Он тут же опустил меня, но я поймала его за руку и осторожно потянула, пытаясь увлечь за собой. Казалось, он колебался.

— Боунс, ты уверенна, что все в порядке? — спросил он. — Ты ведь не спишь, да?

— Не сплю, — сказала я хриплым голосом.

Я снова потянула его, и на этот раз он поддался. Я подвинулась, давая ему место. Он все еще казался осторожным, даже когда лег рядом со мной, поэтому я подалась вперед и свернулась калачиком у него на груди. Его руки слегка обвились вокруг меня.

— Обещай, что скажешь мне, если захочешь, чтобы я вернулся в свою постель? — Пробормотал Трей.

— Я не хочу, чтобы ты возвращался в свою постель, — сказала я ему в грудь, наслаждаясь ощущением его теплой кожи на своем лице.

Он тихо фыркнул, и его руки, наконец, сжались вокруг меня.

— Хорошо. Я не спорю.

В его объятиях ужас моего ночного кошмара начал исчезать. Я закрыла глаза и прислушалась к стуку его сердца, что колотилось в груди. Я ждала, когда он начнет настаивать на большем. Я ждала, когда его руки начнут блуждать. Я ждала, когда он возьмет то, что хочет. Даже после того, как его сердцебиение замедлилось, а дыхание выровнялось во сне, я все еще ждала. Я заснула, ожидая, когда он превратится во всех других мужчин, которых я знала.