Хелен Харпер

Список желаний

(Как быть лучшей чёртовой феей-крёстной в мире или умереть, пытаясь #2)

Глава 1

— Ваше желание исполнено.

Женщина передо мной, которая была ненамного моложе меня, посмотрела на меня долгим взглядом, полным недоверия и скепсиса.

— Да, да.

Я улыбнулась ей.

— Это правда. Эта работа будет вашей.

— Меня не возьмут на работу. Ни за что. Особенно после того, как я провалила собеседование.

— Я бы не беспокоилась об этом, — хотя она действительно всё испортила. Споткнуться о собственные ноги и врезаться в пожарную сигнализацию, в результате чего та непреднамеренно сработала, и всё здание было эвакуировано в разгар самых важных переговоров, которые компания вела за последние годы — это одно; когда прибывает пожарная команда, и вы вступаете в ожесточённый спор с одним из пожарных, потому что на прошлой неделе он изменил вашей лучшей подруге — ну, это совсем другое дело. Особенно когда этот спор заставляет вас вскинуть руку в театральном жесте и сбить парик с директора компании, который недавно решил, что лысина — это не тот факт, которым он хотел бы поделиться со всем миром. К счастью, я взмахнула волшебной палочкой и использовала магию, чтобы убедить его, что у него есть чувство юмора. Я была непреодолимой силой волшебного великолепия крёстной феи. Во всяком случае, я старалась быть такой… а все любят тех, кто старается.

— Держите свой телефон под рукой, — посоветовала я. — Они скоро позвонят.

Я посмотрела в сторону телевизора и увидела мелькающие изображения седовласого политика, который жаловался на состояние национальной прессы.

— Мы должны научиться доверять журналистике в этой стране! — возмущался он. — Морган Фергюсон и эта газетёнка, которую он называет «Дейли Сентинел», должны отстаивать правду, а не выдумывать ложь!

Я взяла пульт дистанционного управления и отключила звук. Молодая женщина слегка улыбнулась.

— Да, — сказала она. — Я думаю, что Арт Эдвелл тоже придурок. Именно из-за его политики мне так трудно найти приличную работу. То, что я не могу позволить себе работать неоплачиваемым стажёром, не означает, что я не могу сделать карьеру, о которой мечтаю.

— Что ж, — сказала я ей, — теперь у вас будет такая возможность. Я обещаю.

Она сжала руки на коленях.

— Я знаю, что стану выдающимся специалистом, если мне представится шанс. Но сначала мне нужен шанс доказать, на что я способна. Это та работа, о которой я всегда мечтала.

— Я прекрасно понимаю, что вы чувствуете, — сказала я и убрала волшебную палочку. — Вы получите эту работу, я вам обещаю. Будете ли вы великолепны в ней или нет, зависит от вас.

Я отступила назад. Атмосфера вокруг меня уже начала меняться, всё вокруг расплывалось, когда магия Метафоры решила, что моя работа завершена. Через несколько мгновений я перенесусь обратно в Офис Крестных Фей. Магия памяти означала, что как только я уйду, женщина забудет, кто я такая и что я для неё сделала. Не будет ни благодарственных открыток, ни букетов, которые говорили бы о том, какую потрясающую работу я проделала. Так уж всё устроено. Я могла с этим смириться — в основном потому, что я действительно проделала потрясающую работу, и мне не нужна коробка шоколадных конфет, чтобы подтвердить это.

Я улыбнулась в последний раз и присела в реверансе. Зазвонил её телефон, и меня потянули прочь.

Когда я вернулась в офис, Билли ждал меня с хмурым выражением на обветренном лице.

— Ты была у клиента.

Я просияла.

— Именно так. У нас есть ещё один удовлетворённый клиент, и всё благодаря мне. Я воплотила в жизнь чьи-то мечты, — я счастливо вздохнула. — Это лучшее чувство в мире.

Выражение его лица ни на йоту не изменилось.

— На тебе не было плаща. Когда ты выходишь за пределы офиса, тебе полагается надевать розовый плащ. Таковы правила.

Я показала ему язык. Билли добился для себя важной должности. У него не было клиентов и он не исполнял желаний, как мы, крёстные феи, и он жил в страхе, что у него отнимут его офисную работу. Чтобы этого не случилось, он взял за правило запоминать все существующие в этом заведении архаичные правила и предписания и отмечать, когда кто-то совершал малейшие нарушения. В результате он не только знал все тонкости работы офиса крёстных фей, но и все относились к нему с абсолютным уважением, чтобы избежать обвинений в нарушении мелких правил. Я раскусила его игру в первый же день.

— Тебе не обязательно продолжать в том же духе, — сказала я ему. — Сейчас здесь всё гораздо спокойнее, — это не так, но мы все притворялись, чтобы почувствовать себя лучше.

Он скрестил руки на груди.

— Аудит начинается завтра, Саффрон.

— Адвокат Дьявола — это плюшевый мишка. — перед моим мысленным взором возникло мрачное, точёное лицо Джаспера. Я бы определённо не отказалась пообниматься с ним. — С аудитом всё будет в порядке.

Билли фыркнул.

— Скажи это всем остальным в отделе. Ты знаешь, сколько раз мне говорили проверить системы здания? Всю прошлую неделю я потратил на то, чтобы убедиться, что всё в порядке, а директриса всё равно хочет, чтобы я задержался допоздна и всё перепроверил. Весь этот отдел сходит с ума.

Я оглядела офис открытой планировки. Аделина расхаживала между кабинетами, рявкая на каждого, у кого на столе была видна хотя бы пылинка. На стенах висело как минимум в два раза больше мотивирующих плакатов, чем на прошлой неделе. И мои ноздри щекотал всепроникающий аромат жимолости. Обычно это был приятный запах, но сейчас он стал настолько сильным, что вызывал у меня лёгкую тошноту. Он был таким стойким, что, вероятно, заглушил бы запах дорогого лосьона после бритья, которым пользуется Руперт.

Я нахмурилась.

— Я думала, мы должны были работать над тем, как свести стресс к минимуму.

Билли пристально посмотрел на меня.

— Так и есть. Вот почему у вас у всех через полчаса обязательная медитация.

— Мне нужно написать отчёт! У меня нет времени на медитацию.

— Тебе придётся выкроить время. Там должны присутствовать все.

Я заметила весёлые искорки в его глазах.

— Тебе это нравится, не так ли?

— Ом, — он сложил ладони вместе, словно в молитвенном жесте. — Медитация лучше, чем тайком добывать запрещённые наркотики, чтобы справиться со стрессом, и быть похищенным мстительными троллями.

У меня были сомнения на этот счёт. Я громко фыркнула, чтобы подчеркнуть, что я думаю по этому поводу, и направилась к своему столу.

Далила, которая занимала соседнее рабочее место, сидела за своим столом. Когда я села, она откинулась на спинку стула.

— Ты не поверишь, что я услышала, — выдохнула она.

Самый быстрый способ избавиться от подобных разговоров — это подыграть ей.

— Продолжай, — вздохнула я, включая компьютер в безуспешной попытке настроиться на многозадачность.

— Лидия не вернётся на работу, — сказала она. — Она решила, что отсутствие ушей и мизинцев — достаточная причина, чтобы потребовать выплату по нетрудоспособности и навсегда покинуть крёстных фей.

— Одно-то ухо у неё ещё есть, — заметила я. Бернард, тролль, похитивший её в попытке посеять ужас и разрушить будущее крёстных фей, отрезал ей левое ухо и оба мизинца, после чего отправил эти части тел нам в аккуратных коробочках, перевязанных маленькими бантиками. Я не винила Лидию за то, что она не вернулась. Я посмотрела на свои собственные пальцы и почувствовала острую боль. Я стряхнула с себя это чувство и ввела свой пароль, прежде чем на экране появился пустой бланк отчёта о желании.

— Вопрос об её отставке — не самая интересная часть, — сказала она и понизила голос. — Её видели обедающей с Адвокатом Дьявола. Дважды.

Я замерла.

— Что?

— Филиппа видела, как они мило беседовали тет-а-тет в субботу вечером у Патрека. А Мэтт из бухгалтерии видел, как они вчера вечером вместе шли по улице.

Я сглотнула. Это просто сплетни, они ничего не значили.

— Он, наверное, расспрашивает её обо всём, что она узнала о троллях, пока была жертвой их похищения.

Далила рассмеялась.

— О, я уверена, что он её расспрашивал. Просто, возможно, не о том, о чём ты думаешь.

Я принялась яростно печатать.

— Я очень занята. Мне нужно закончить этот отчёт до начала медитации, — я не отрывала глаз от экрана, но ещё несколько мгновений чувствовала на себе разочарованный взгляд Далилы. Затем она фыркнула и отвернулась к своей работе, а я уставилась на набранную с ошибками абракадабру.

***

— Закройте глаза.

Почему меня должно волновать, что Адвокат Дьявола делал с кем-то ещё?

— Расслабьте пальцы ног. И лодыжки. Снимите напряжение с икр, а затем с колен.

Не то чтобы Джаспер давал мне какие-то обещания.

— Почувствуйте, как тепло распространяется вверх.

Между нами на самом деле ничего не произошло.

— Отрешитесь от всего и сосредоточьтесь на своём сердцебиении.

Кроме одного страстного — хотя и притворного — поцелуя.

— Послушайте, какой звук оно издаёт. Та-дам.

Кроме цветов, которые он мне прислал.

— Та-дам.

Кроме того, что мы стали идеальной командой.

— Та-дам.

Кроме того, что я спасла его неблагодарную задницу от того, чтобы она не стала пищей для троллей.

— Вдохните и почувствуйте, как воздух наполняет ваши лёгкие.

Вот в этом и дело. Он великий и могущественный Адвокат Дьявола, и он нуждался в моём спасении. Теперь он чувствовал себя жалким.

— Выдохните.

Либо так, либо он решил, что я недостаточно хороша для него. Я не из подходящей семьи фей.

— Вдохните ещё раз.

В любом случае, я была слишком хороша, чтобы тратить время на то, чтобы тосковать по мужчине. Подобные выходки только помешали бы мне стать лучшей феей-крёстной, какую когда-либо видел мир.

— Представьте себя в своём счастливом мире.

Его зелёные глаза, волосы темнее тёмного и привлекательная, вызывающая трепет внешность раздражающе вспыхнули в моей голове.

— Вы никогда не чувствовали себя более расслабленными, чем сейчас.

— Ой, да отъе*ись, — сказала я вслух.

По всей комнате внезапно пронеслись шокированные вздохи. Ой-ёй. Я приоткрыла один глаз и медленно села.

— Извините, — пробормотала я. — Я думала кое о чём другом.

Во взгляде, брошенном на меня преподавателем, читался лёгкий упрёк. Взгляд, брошенный на меня директрисой, которая наблюдала за происходящим, но не участвовала в этом, был значительно более суровым.

— Саффрон, — отрезала она. — В мой кабинет. Сейчас же.

Я поморщилась, затем поднялась на ноги и перешагнула через распростёртые тела. Все остальные крёстные феи крепко зажмурились, но я заметила, как у многих губы подёргивались от сдерживаемого веселья. По крайней мере, я обеспечила офису хоть какое-то развлечение, кисло подумала я.

***

— В чём именно ваша проблема, Саффрон? — потребовала директриса. — Нужно ли напоминать вам, что вы до сих пор на испытательном сроке? Мы предпринимаем значительные шаги для улучшения благосостояния каждой феи в этом офисе. Похоже, вы полны решимости при любой возможности препятствовать этим шагам.

Это было немного несправедливо. С моей точки зрения, моё препятствование было минимальным. Если бы я действительно хотела помешать чему-то, я бы помешала, но это было прямо противоположно тому, что я хотела сделать. Однако мои отношения с директрисой всё ещё были неустойчивыми. Возможно, я больше не восхищалась ею так, как когда только начинала эту работу, но я всё равно хотела произвести на неё впечатление. Я всё ещё хотела быть лучшей.

Мне пришлось тщательно подбирать слова.

— Я не хотела, чтобы это случилось. Я просто… — да ёбушки-воробушки. Я не могла сказать ей, о чём я думала. — Я просто беспокоилась о троллях. Они не будут долго прятаться. Они наверняка планируют что-то ещё. Мы знаем, что их цель — превратить этот офис в руины, а саму идею фей-крёстных оставить в учебниках истории. Нам нужно что-то сделать, чтобы предотвратить следующий удар, прежде чем разразится катастрофа.

— Значит, когда вы сказали фее йоги, которую мы пригласили за большие деньги, отъе*аться, это было потому, что вы не могли найти в себе сил расслабиться?

Чёрт возьми.

— Я не говорила фее йоги отъе*аться.

Её брови поползли вверх.

— Я была там. Для меня это прозвучало именно так.

Всё шло не очень хорошо.

— Я сказала «отъе*ись», но я не говорила этого фее йоги. Я не обращалась к кому-то конкретному, — я поморщилась, чувствуя, как горят мои щёки. — Ну, если не считать воображаемых троллей в моей голове. Я не собиралась говорить это вслух.

— Яяясно, — медленно произнесла она. — Что ж, если мысль о троллях так сильно беспокоит вас, я могу организовать беседу с вами в отделе гигиены труда. Возможно, вам поможет психотерапия.

— Мне не нужна психотерапия, — во всяком случае, не по этому поводу.

Директриса мгновение смотрела на меня. Я упрямо вздёрнула подбородок. Я отказывалась ёрзать. Я заставила своё тело оставаться как можно более неподвижным и просто ответила на её взгляд, как я надеялась, со спокойной уверенностью.

— Да, — сказала она в конце концов. — Я не думаю, что она вам нужна, — она постукивала ручкой по столу. — В последнее время вы хорошо работаете со своими клиентами. Я читала ваши отчёты, и, хотя некоторые из ваших методов неортодоксальны, у вас есть талант проникать в суть того, чего они действительно хотят, и исполнять желания, которых они действительно желают. Некоторым крёстным феям требуются годы, чтобы научиться этому, — её губы сжались. — Некоторые так и не осваивают этот навык.

Я немного расправила плечи. Ай да я.

— О, спасибо. Я стараюсь быть лучшей крёстной феей, какой только могу быть.

— Ммм, — она ещё немного постучала по столу. — Я надеюсь, вы лучше… освоились, чем раньше, и у вас улучшились рабочие отношения с коллегами?