Рейчел схватилась за край бассейна и поднялась, как богиня. Вода стекала по ее восхитительному телу, и мой взгляд не мог оторваться от ее горячей округлой попки.

Она выглядела чертовски сексуально в этом розовом бикини. То, как оно облегало ее тело, когда Рейчел поворачивалась, заставило меня возбудиться до предела, и я обрадовался, что находился в бассейне и она не видела, как топорщились мои плавки.

— Тебе не обязательно что-то говорить, Зиг, — беззаботно произнесла она. — Мы знакомы всего неделю. Если ты не заинтересован в том, чтобы развивать наши отношения, то…

— Я заинтересован, — оборвал я ее. Немного громче, чем следовало.

Она нахмурилась. Словно на самом деле не это хотела услышать.

— Нам хорошо вместе, Рейчел. — «даже лучше, чем ты думаешь». — Я хочу этого. Хочу нас.

Я уже собрался вылезти из бассейна… обнять ее… умолять, если придется… но она села на бортик рядом со мной и опустила свои длинные ноги в воду.

— Тогда о чем разговор, Зиг? Зачем нам вообще разговаривать?

Я скривился.

Как мне объяснить, что я оборотень, который превращается в резиновую уточку? И что, если я приведу её домой, магия превратит её в оборотня? Не в резиновую уточку-оборотня, как я. Нет, она станет кем-то другим. Возможно, круизным лайнером, только в натуральную величину, без превращения в уточку.

Я потер виски, потому что от одной мысли об этом у меня начала болеть голова.

Как же мне объяснить все это Рейчел? Не стоит спешить. Надо дать нашим отношениям пару месяцев. Убедиться, что между нами все серьезно.

Но она так злилась на меня из-за того, что я от нее скрываю. И я устал врать. Оставалась опасность, что снова случайно перекинусь у нее на глазах и все станет еще хуже.

— Следуй за мной. — я вылез ее из бассейна. Не хватало еще, чтобы Рейчел испугалась, упала в воду и утонула, пока я был в облике утки и не мог перекинуться.

Может, она и потрясающая пловчиха, но, судя по ее реакции, когда она впервые увидела мое превращение, нужно соблюдать меры предосторожности.

Когда мы оказались на безопасном расстоянии от водоемов, я повернулся к ней лицом, понимая, что это мой последний шанс передумать.

Последние несколько дней были потрясающими. Идеальными. Так может продолжаться еще очень и очень долго. Мне нужно лишь оставаться в человеческом обличье. Встречаться с ней. Наслаждаться временем, которое мы проводили вместе. Притворяться тем, кем я не являюсь.

Это неправильно. Очень неправильно.

Мне нужно, чтобы она и дети знали меня настоящего. Тогда уйдет постоянное напряжение от ожидания, что что-то меня напугает и заставит обратиться, и исчезнет страх, что это их отпугнет и я потеряю их навсегда.

«Хватит ходить кругами, пора брать утку за рога!»

«Верно. Я должен это сделать!»

Я глубоко вдохнул. И обратился.

Рейчел вскрикнула.

Я обратился обратно.

Она вскрикнула еще раз.

Я обратился снова.

В этот раз она не закричала.

Потерла глаза, словно посчитала, что ей все померещилось.

Я обратился еще несколько раз, чтобы она поняла, что все происходило на самом деле.

Широко раскрыв глаза и с надеждой в голосе, она прошептала:

— Ух ты, какие безумные спецэффекты. Мог бы и предупредить.

— Это не спецэффекты, — ответил я, и сменил облик еще раз.

Когда я вновь стал человеком, она покачала головой.

— В прошлом году на корабле была потрясающая волшебница, но до тебя ей далеко.

Я обнял Рейчел, прижался губами к её губам и спросил себя, почему каждый раз, когда я её целовал, это казалось таким волшебным. Затем я обратился.

Мои руки исчезли, и я прижался к её ногам. Если уж это её не убедит, то я не знаю, что ещё сможет.

Она опустилась на колени и потыкала меня в бок.

— Как ты это сделал? — Рейчел огляделась по сторонам. — Куда ты делся?

Поскольку я не могу говорить в облике резиновой уточки, я вернулся в человеческий облик и увидел, как она стоит на коленях, а ее сладкий ротик оказался прямо перед моей промежностью.

«Чертова утка!» Чертова твердая утка, потому что утка в моих штанах встала по стойке смирно, как только поняла, что ей может перепасть немного оральных ласк.

Рейчел округлила глаза, увидев мой стояк. Она облизнула губы.

Я поднял ее на ноги, пока она не решила стянуть с меня плавки и притвориться, что резиновых уток-оборотней не существует.

Ее щеки покраснели.

— Как ты провернул этот трюк?

— Ты имела в виду эрекцию?

Она хихикнула.

— Я имею в виду фокус!

— Это не фокус. Это настоящая магия. Я обращаюсь в резиновую уточку.

— Прекращаюсь в резиновую уточку… — тихо повторила Рейчел.

Я продемонстрировал.

Бум, уточка. Бум, человек. Бум, уточка. Бум, человек.

— Я обращаюсь в резиновую уточку, — вновь сказал я, хотя это и так очевидно.

— Ты обращаешься в резиновую уточку… — повторила она.

Я задался вопросом, не ломал ли я ее.

Несколько мгновений прошли в тишине. У меня внутри всё сжалось от мысли, что я всё неправильно рассчитал. Думал, что поступлю правильно, но она собиралась с криком убежать, и я больше никогда её не увижу. Никогда не смогу разговаривать с ней, прикасаться к ней и быть с ней.

Я обнял её, возможно, в последний раз и задержал дыхание, боясь отпустить.

— Итак… — сказала она, уткнувшись мне в грудь. — Ты вроде… дружелюбной версии вервольфа?

— Не то чтобы дружелюбной. — я отстранился и окинул её взглядом. И стена вокруг моего сердца рассыпалась на части и уплыла прочь на спинах сотни резиновых уточек. — Но, думаю, можно сказать и так.

— Как такое возможно?

— Я вырос в бухте оборотней. — для сверхъестественного существа этого объяснения было бы достаточно. Поскольку Рейчел — человек, я добавил: Все в Бухте Оборотней превращаются в то, что любят больше всего.

— А ты любишь резиновых уточек. — это был не вопрос. Он и не нужен. Моя любовь к резиновым уточкам очевидна.

— Да, черт возьми! — а она сможет превратиться в круизный лайнер в натуральную величину… это у меня в голове не укладывалось.

Рейчел прикусила нижнюю губу, обдумывая мои новости.

— А Рипер знает?

Я кивнул.

— Он обращается в острый перец.

Рейчел прыснула от смеха, и этот звук наполнил мое сердце радостью.

— Погоди, ты серьезно?

Я кивнул.

— Принято.

— Принято? — повторил я.

— Принято, что ты обращаешься в резиновую уточку, а Рипер — в острый перец. — она одарила меня одной из своих очаровательных улыбок.

— Уверена, что всё в порядке? В последний раз, когда ты видела, как я превращаюсь, ты…

— Испугалась? Ну, разве можно меня винить? Я думала, что дети буквально свели меня с ума. Была уверена, что мне всё привиделось. Считала, что у меня нервный срыв!

Я обнял ее.

— Ты не сумасшедшая, детка.

Она прижалась к моей груди.

— Ну, теперь я это знаю…

— Есть ещё кое-что, — прошептал я ей на ухо. Не про круизный лайнер… об этом поговорим в другой раз. — Ты моя предначертанная пара.

— Предначертанная пара… — выдохнула Рейчел.

В наши дни практически каждый читал или смотрел что-нибудь о предначертанных парах. Обычно это истории о романтических отношениях с оборотнями или вампирами. Так что Рейчел точно знала, что я имел в виду.

Хотя, если подумать, Рипер как-то наткнулся на серию австралийских новелл, в которых предначертанные пары расставались, потому что им суждено было быть «просто приятелями»… так в Австралии называют друзей… и я ни за что не допущу, чтобы Рейчел приняла мои слова за бред.

— Мы с тобой родственные души в сверхъестественном смысле, Рейчел. Нам суждено быть вместе. — я взял её руку и положил себе на сердце. — Я чувствую это здесь.

Рейчел посмотрела на меня, её губы сложились в сексуальное «О», а глаза округлились.

— Мы правда предначертаны друг другу? — повторила она. — Как в книгах?

— Зависит от того, что ты читаешь.

Ее щеки очаровательно порозовели, и она облизнула губы, переведя взгляд на мои плавки, натянувшиеся в паху.

Я медленно ей улыбнулся.

— Мне нужно будет изучить все, что ты читала.

Ее румянец стал интенсивнее. Что и требовалось доказать.

Она покачала головой, и ее взгляд стал отрешенным.

— Суженые…

Так мило, что она повторяла слова, чтобы их осмыслить. Мне нравилась эта ее черта, и я с нетерпением ждал возможности узнать все то, что делало Рейчел уникальной.

— Я знаю, в такое тяжело поверить, — заявил я ей. — Но я планирую каждый день доказывать тебе, что мы идеальная пара. Я буду ждать столько, сколько потребуется, чтобы ты это приняла.

«Я буду ждать тебя вечно, Рейчел».

Рейчел пристально посмотрела на меня, и я потерялся в ее карих глазах.

— Я уже знаю, что мы идеальная пара.

Пришел мой черед удивляться.

— Знала?

Она кивнула.

— Я почувствовала это в тот момент, когда наши взгляды встретились.

Я изумлённо уставился на неё.

— Ты ощутила связь истинной пары?

— Вроде того… — её щёки вспыхнули. — Меня тянуло к тебе. Сначала физически. Но когда узнала тебя получше… — она покраснела ещё сильнее, и я понял, что она не готова признаться в своих чувствах ко мне.

Тогда я обхватил её затылок, наслаждаясь ощущением её влажных волос под своей ладонью, и поцеловал.

Моей первой мыслью было, что я могу утонуть в поцелуе Рейчел, и это говорил мужчина, который не мог утонуть. Без шуток.

Я планировал воспользоваться этим своим талантом и поласкать языком свою истинную пару, пока она будет в ванне. Или в одном из VIP-бассейнов. Или на надувной уточке в ленивой реке, если согласится.

Потому что я возьму Рейчел всеми возможными способами. Только сначала я должен ее раздеть.

Мы целовались до тех пор, пока у нас обоих не перехватило дыхание. Я так возбудился, что это причиняло боль, и моя рука каким-то образом оказалась у нее под бикини. Ее сладкие стоны эхом разнеслись вокруг нас, и мне захотелось взять ее прямо на этом месте и прижимать к себе, пока она не кончит.

Теперь, когда все открылось, желание заявить на нее права стало непреодолимым. Она моя суженая. Я принял ее, и она приняла меня. Всего меня. Но трахать ее на раскаленном тротуаре — плохая идея. И я не хотел торопить ее и отпугивать.

Сначала мне следовало пригласить ее на настоящее свидание, со свечами, шампанским и музыкой. Но с этим придется подождать, потому что я слишком сильно ее хотел, чтобы остановиться.

Утенок в моих штанах умолял выпустить его на волю, и я собирался это сделать — как только подготовлю свою пару. И я знал идеальное место.

Я заставил себя отстраниться. Она начала возражать, но я заткнул ей рот очередным поцелуем и прошептал прямо в губы:

— Примешь со мной ванну с пеной?

От ее улыбки у меня перехватило дыхание.

— С удовольствием.

«И я люблю тебя». Просто не сказал это вслух. Еще рано.