Жека стоял перед обсидиановой стеной, которая отделяла его базу от остального Лабиринта. Тусклый свет факелов плясал на его новой броне, отбрасывая длинные тени на ряды големов, выстроившихся за его спиной. Сто двадцать железных, обсидиановых, костяных и кварцевых гигантов ждали приказа. Их глаза горели в полумраке, как сотни маленьких солнц.

— Значит так, — произнёс Жека, и его голос эхом разнёсся под сводами. — Хватит сидеть в обороне. Этот босс думает, что я испугался. Думает, что я забился в угол и буду ждать, пока он сам придёт. А вот фиг ему. Мы идём вперёд. Мы захватываем этот Лабиринт. Коридор за коридором. Зал за залом. Мы строим аванпосты, мы ставим ловушки, мы перемалываем всё, что попытается нас остановить. И когда мы доберёмся до его тронного зала — это будет не бой. Это будет казнь.

Он повернулся к дальней стене, за которой лежали неизведанные сектора Лабиринта, и взмахнул рукой.

— Начинаем экспансию. Погнали.

Первый коридор был узким и тёмным. Жека шёл впереди, освещая путь факелами. За ним, в идеальном строю, двигались големы. Обсидиановые гиганты прикрывали фланги, железные держали центр, костяные рассыпались по коридору разведчиками, а кварцевые то появлялись, то исчезали, проходя сквозь стены и проверяя, что скрывается за ними. Это была не просто армия — это была военная машина, отлаженная до мельчайших деталей.

Первый зал встретил их тишиной. Здесь когда-то обитали Безликие — их следы ещё виднелись на полу: обрывки серых одеяний, осколки костяных масок. Но самих Безликих не было. То ли сбежали, то ли Монарх отозвал их для защиты более важных секторов. Жека не стал гадать. Он выставил посты, поставил сундук с припасами и водрузил над входом табличку с надписью «АВАНПОСТ 1». Потом заложил вход обсидианом, оставив узкий проход, и двинулся дальше.

Во втором зале их ждали.

Десятка три Аскетов Сердца висели в воздухе, заключённые в золотые каркасы. Их невидимые глаза уставились на пришельцев, и воздух в зале задрожал от ментального давления. Жека почувствовал знакомую тяжесть в голове — ту самую, которую он испытывал при первой встрече, — но теперь это было лишь лёгкое неудобство. Он поднял Клинок Тишины, и лезвие засветилось холодным светом.

— Големы, вперёд. Кварцевые — обходите с тыла. Костяные — отвлекайте. Обсидиановые — давите.

Битва была короткой. Кварцевые големы появились из стен прямо за спинами Аскетов, и те не успели перестроиться. Костяные гончие замелькали по залу, отвлекая внимание. Обсидиановые гиганты ударили в лоб, проламывая золотые каркасы своими огромными кулаками. А Жека шёл сквозь хаос битвы, как нож сквозь масло, и его Клинок Тишины обрывал заклинания, не давая Аскетам использовать магию. Через десять минут зал был зачищен. Лут — песочные часы, золотые цепи, свитки — отправился в инвентарь. Жека поставил сундук, табличку «АВАНПОСТ 2» и двинулся дальше.

Третий зал был огромен. Высокий свод терялся во тьме, колонны из чёрного кварца тянулись к потолку, а в центре зала, на возвышении, стояли трое. Клинки Логоса. Элита демонической аристократии. Двое мужчин и женщина — все невероятной, болезненной красоты, с фарфоровой кожей и глазами, в которых плясали тёмные огни. Они не стали ждать атаки. Едва големы вошли в зал, все трое одновременно подняли руки, и пространство вокруг них исказилось, пошло рябью.

— Магический барьер, — констатировал Жека. — Или что-то вроде того. Ладно, работаем по плану.

Он достал динамитную бомбу с эффектом искажения и швырнул её прямо в центр зала. Бомба взорвалась беззвучно, и вокруг эпицентра возникла зона, где время замедлилось в три раза. Клинки Логоса, оказавшиеся внутри, задвигались как в густом сиропе. Их заклинания, которые должны были испепелить нападающих, застыли в воздухе, не долетев до цели.

— Вперёд! — крикнул Жека, и големы ринулись в атаку.

Женщина-Клинок попыталась телепортироваться, но кварцевый голем уже прошёл сквозь стену позади неё и схватил её за плечи. Она закричала — тонко, пронзительно, — и этот крик был полон такого ужаса и такой ненависти, что у Изабель, наблюдавшей за боем из дверного проёма, кровь застыла в жилах. Но Жека даже не поморщился. Он подошёл к женщине, занёс Клинок Тишины и одним ударом рассёк её от плеча до пояса. Тело рассыпалось золотой пылью. Двое других Клинков попытались бежать, но обсидиановые големы уже перекрыли выходы. Через несколько минут всё было кончено.

Жека собрал лут — флаконы с душами, амулеты, живые шёлковые ткани, — и установил третий аванпост. Теперь под его контролем было три зала и два коридора. Но он не собирался останавливаться.

Четвёртый зал. Пятый. Шестой. С каждым часом его владения в Лабиринте расширялись. Он строил стены, ставил ловушки, прокладывал рельсы для вагонеток, чтобы быстрее перемещать ресурсы между аванпостами. В одном зале он обнаружил горячий источник лавы и тут же построил там ещё один генератор булыжника. В другом — залежи тёмного кварца, которые начал разрабатывать с помощью поршней и вагонеток. Его армия росла: в захваченных залах он ставил верстаки и печи, и вскоре там уже ковались новые големы из только что добытых ресурсов. К исходу первого дня экспансии у него было уже сто пятьдесят големов. К исходу второго — двести.

Демоны пытались контратаковать. На третий день, когда Жека зачищал седьмой зал, на него обрушилась целая волна Безликих — сотни, если не тысячи. Они лезли изо всех щелей, заваливали коридоры своими телами, пытались задавить массой. Жека ответил лавой. Он залил коридор перед аванпостом и наблюдал, как Безликие, не способные остановиться, падают в огонь десятками. Их костяные маски плавились, серые одеяния вспыхивали, и вскоре проход был завален дымящимися останками. Ни один не прорвался.

На четвёртый день пришли Гончие Пустоты — твари, которых Жека ещё не видел. Они были похожи на волков, но вместо шерсти их тела покрывала живая тьма, а в пастях горели зубы из чистого обсидиана. Они двигались быстрее костяных големов и атаковали стаями, пытаясь отрезать Жеку от основной армии. Но Жека был готов. Он разлил по полу зелье замедления, и Гончие, попав в лужу, завязли, как мухи в мёде. Подоспевшие обсидиановые големы перебили их за несколько минут.

На пятый день Лабиринт затих.

Жека стоял на стене своего последнего аванпоста — девятого по счёту, — и смотрел в темноту. Впереди, за узким мостом из чёрного кварца, лежал центральный сектор Лабиринта. Там, в сердце этого измерения, ждал Сумеречный Монарх. Жека знал это. Он чувствовал. Воздух здесь был плотнее, темнота гуще, а тишина — звонче. И где-то там, в этой тишине, собиралась армия.

Он видел огни. Тысячи огней, которые мерцали во тьме, как глаза хищников. Это были Безликие. Десятки тысяч Безликих, выстроившихся в боевые порядки. За ними, паря над мостом, висели Аскеты Сердца — сотни золотых каркасов, образующих оборонительную линию. Ещё дальше, на подступах к тронному залу, стояли Клинки Логоса — элита, лучшие из лучших. А за ними, на горе масок, сидел он. Сумеречный Монарх. И его галактические глаза смотрели прямо на Жеку.

— Он собрал всё, что у него есть, — пробормотал Жека, и его губы растянулись в улыбке. — Всю армию. Все резервы. Всех элитных мобов. Он понял, что я не остановлюсь. Понял, что я дойду до него. И теперь он готовится к финальной битве.

Он обернулся к своей армии. Двести двадцать големов стояли за его спиной, выстроившись в идеальные шеренги. Обсидиановые гиганты в центре. Железные на флангах. Костяные гончие впереди, готовые к разведке. Кварцевые призраки позади, ожидающие приказа обойти врага с тыла. Изабель и Винсент сидели в углу аванпоста, привязанные к колышку. Они смотрели на армию, на Жеку, на огни в темноте, и их лица были бледны. Они понимали: сейчас начнётся то, чего этот мир не видел никогда. Битва, которая решит судьбу всего Лабиринта. А может, и не только Лабиринта.

Герцогиня стояла рядом с Жекой. Её белые глаза были устремлены на огни вражеской армии, и она что-то шептала — не то молитву, не то заклинание. Жека потрепал её по голове.

— Не бойся, — сказал он. — Я же обещал. Я зафармлю твоего босса. И ты мне в этом поможешь.

Она не ответила. Да если бы и ответила, он бы не понял. Но в её глазах, устремлённых на Син его Великана, больше не было ни страха, ни ненависти. Только странное, почти благоговейное ожидание.

Жека поднял Клинок Тишины, и лезвие засветилось холодным фиолетовым светом.

— АРМИЯ! — крикнул он, и его голос прокатился по Лабиринту, отражаясь от стен и мостов. — ВПЕРЁД! ПОКАЖЕМ ЭТИМ МОБАМ, ЧТО ТАКОЕ НАСТОЯЩИЙ ФАРМ!

И двести двадцать големов сделали первый шаг. Мост задрожал. Тьма впереди зашевелилась, и орда Безликих двинулась навстречу. Две армии — демоническая и механическая — сходились в сердце Лабиринта. И где-то там, на горе масок, Сумеречный Монарх поднялся и взял в руки меч тьмы. Он ждал этого момента. Ждал с тех пор, как пришелец сбежал, завалив коридоры лавой и булыжником. Теперь пришелец вернулся. И на этот раз он не убежит.