Вернувшись в дом с ведерком воды, девушка обнаружила аккуратно очищенные и нарезанные грибы и коренья. Нож лежал рядом.

Это выглядело как предложение о перемирии. Марианна одобрительно кивнула и принялась за готовку.

Окорок она пластала сама, щелчком пальцев ускорив кипение воды в горшке. Промывала крупу и молчала. Ждала, что эльф заговорит сам. Наверняка он имеет более высокое воинское звание, и вообще, мужчины считают женскую речь пустым треском и слабостью, вот и помолчим.

Эльф не выдержал, когда она отправила горшок в печь и все так же молча налила ему настоявшегося отвара, сдобрила медом и придвинула к нему вместе с белым сухарем.

— Меня зовут… Эллиас Горион, — сказал он мелодично, хотя и слабым голосом.

— Марианна дю Сольм, — слегка склонила голову магичка, вспоминая то немногое, что люди знали об эльфийских именах и кланах.

“Горион” — один из боевых кланов, мелкий и незначительный. Эллиас — мужское имя, означающее “призывающий Лес”, то есть этот эльф оказался магом при рождении. А где третье имя? Кажется, кто-то жульничает, впрочем, она сама не назвала титул, но приставка “дю” говорит сама за себя. Ладно. Посмотрим.

— Откуда информация, что меня ищут свои? — как Маришка и думала, эльф не поверил именно этому. Слишком далеко ушел. Возможно, топал в беспамятстве, отмечая свой путь пожарами. Всмотревшись в настороженные глаза мужчины, молодая женщина ответила четко, как на плацу:

— Вчера во время обычного объезда территории на сторожевой отряд напали. Стреляли в меня. Я ехала верхом, в трофейном плаще, немного видны были волосы. Пострадавших двое, плюс две лошади. Лазутчика подбили, он принял яд, но в волосах нашли вот такой знак… — обмакнув палец в плошку с водой, магичка нарисовала малоизвестный символ, при виде которого эльф вздрогнул и поежился.

Маришка молча на него смотрела, ожидая ответа. Выбалтывать о себе больше, чем уже сказала, она не собиралась.

Герцог Корбет учил ее не только обращению с оружием или деликатному расходованию маны. Он давал юной баронессе знания, которые могли ей помочь выжить. И очень давно научил тому, что люди сами о себе все расскажут, только слушай внимательно. Поэтому Марианна очень быстро научилась молчать и слушать, как сейчас.

Эльф задумался, прихлебывая отвар мелкими глотками. Горячее сладкое питье возвращало ему силы, а еще сам процесс давал время на размышление.

Он не помнил, как долго шел. Просто надеялся, что сумел выйти из Леса и отойти подальше. Старался идти без остановок, чтобы не нанести урона родному дому, который и так пострадал от длинной и жестокой войны. Куда шел и как — не замечал. Мозг плавился то от ярости, то от гудения внутреннего пламени. Когда упал и увидел танцующее вокруг пламя, выдохнул с облегчением — вот она, смерть… А потом очнулся от духоты, толчком ледяного воздуха отворил дверь и вздохнул свободно, в первый раз за долгое время не слыша рева пламени. Не успел удивиться этому и уснул. Усталость не тела — души, накрыла с головой.

Второй раз проснулся, когда над ним склонилась седая магичка, небрежно сжимая в руке кинжал.

Кто она? Судя по ауре и щелчкам пальцами — магичка. По выправке — служит, может, не в армии, а в частной охране, но дисциплина ей знакома.

Дом…

Дом Эллиас успел рассмотреть, пока его вели и усаживали за стол. Каменное строение. Старое, но ухоженное и выстроенное для защиты. Даже окна, пусть и довольно высокие — на самом деле узкие и могут служить бойницами. Приставка “дю” опять же… Аристократка? Тогда почему одна?

Эллиасу доводилось встречать знатных человечек, и каждую из них окружали мужчины или хотя бы три-четыре служанки. Эта же девица с удивительно тонкими, изящными руками сама носит воду, готовит еду и одевается слишком просто для знатной дамы.

Странная человечка не торопилась болтать, не угрожала. Просто подкинула пищу для размышлений и спокойно наводила порядок на кухне, давая ему время собраться с силами.

— Зачем подобрала, — наконец разлепил губы Эллиас, — если знала про карателей? Бросила бы в лесу…

— Мой дом стоит в этом самом лесу, — нахмурилась Марианна, — пожар сгубил бы не только лес, но и ближайшие деревушки, и мой дом. И потом, — девушка взяла паузу, словно давая эльфу подготовиться к неприятностям, — я любопытна. Мне захотелось узнать, за что тебя желают убить свои.

— Сам не знаю, — постарался изобразить искренность сын клана Горион. — Поймал в бою зеркальное проклятие, понял это не сразу, успел вернуться домой… Когда понял, просто ушел.

Девушка недоверчиво прищурилась, и Эллиас запоздало сообразил, что магичка тоже вернулась домой, и судя по всему — совсем недавно.

А он успел вернуться — порталом, конечно, — выяснить, что с ним случилось, отчаяться и… уйти. Унося с собой кое-какие секреты эльфийской армии.

Повисшее напряжение разбил стук у ворот.

Магичка тотчас вскинулась и сунула эльфу кружку в руки:

— Иди в комнату и сделай вид, что тебя здесь нет! — скомандовала она тоном, не предполагающим возражений.

Эллиас не стал возражать. Понимал, что у женщины, приютившей его, своя жизнь. Молча взял остатки отвара и скрылся за печью.

Марианна вздохнула, потерла лицо, стараясь скрыть напряжение, и двинулась к воротам: надо же узнать, кого там несет?