Поспать Маришке удалось недолго.

Едва она провалилась в сон, как ее разбудила дочь Калеба, ставшая ее камеристкой:

— Госпожа баронесса! К вам срочно гонец!

Подняв тяжелую голову, магичка уточнила:

— Что случилось?

— Орки возле города стан поставили и флаги разноцветные вывесили! Солдаты говорят, это они на переговоры пришли! Старики сели у костра в круг и котел поставили!

— Понятно! Готовь платье, которое на штаны надевается, и дроу скажи, чтобы четверых самых рослых мне выделили в сопровождение. Кеннета зови! Я сейчас встану!

Девушка убежала выполнять поручения, а магичка вытянулась на кровати, поморщилась, но все же скастовала заклинанние бодрости. По телу почти сразу прошла волна, вымывая усталость. Голова стала ясной, а тело — бодрым. Правда, за это придется заплатить — вялостью, усталостью и головной болью, но не сейчас.

Вскочив, баронесса принялась приводить себя в порядок.

Надела кожаные штаны для верховой езды, белую рубашку, а поверх — длинное распашное платье без рукавов. Словно длинный жилет с подолом до самых сапог. Правда, подол этот был разрезан так, чтобы не мешал сидеть в седле “по-мужски”, но кому какое дело? Платье? Платье!

Волосы Марианна, подумав минуту, заплела в две косы — как замужняя орчанка, и украсила их яркими лентами и монетками на цепочках. Потом связала эти косы в узел и прикрыла платком — от пыли. Понадобится — прическа станет аргументом в переговорах, а нет, так никто и не увидит, что там под платком и под шляпой.

Дочь Калеба внесла поднос с завтраком и сообщила, что Кеннет ждет.

— Зови! — потребовала баронесса, усаживаясь за столик и хватаясь за ложку. Отец успел ее кое-чему научить еще в те времена, когда и подумать не мог, что его дочь останется единственным представителем семьи дю Сольм.

На переговоры нужно приходить сытым, выспавшимся и хорошо одетым. Это сразу дает тебе преимущество — ты можешь долго обсуждать детали, ты внимателен и спокоен. Так что Марианна старалась выполнить завет отца хотя бы частично — взбодрилась, нарядилась и поела горячего.

Кеннет опасливо заглянул в хозяйскую спальню буквально через минуту:

— Госпожа баронесса, звали?

— Ты уже в курсе, что орки прибыли на переговоры?

— Слышал…

— Четырех самых рослых дроу в мой караул. И спроси у них, кто самый искусный поединщик, степняки наверняка предложат решить противоречия в кругу. Из наших тоже парочку подбери… Одного крупного и грозного, а второго… обманку. Чтобы внешне выглядел хлюпиком, но ударом в лоб быка мог свалить.

— Есть такой, — медленно кивнул Кеннет, явно мысленно подбирая кандидатуры, — как велите их одеть?

— Выдай всем котты с гербом дю Сольм и проследи, чтобы оружие взяли нарядное. Орки ценят блеск и яркость.

— Понял.

— Иди, жду вас у ворот через полчаса!

Сотник ушел быстрым шагом — только положение командира стражи не давало ему перейти на бег, а Марианна задумалась, размазывая кашу по тарелке.

Дроу нужны ткани, зерно и овощи. Оркам, собственно, нужно то же самое. А еще они не откажутся от оружия и инструментов из дровской стали. Но продавать им оружие — значит мостить дорогу новой войне. Получается, нужно провести переговоры так, чтобы оружие не входило в перечень товаров. Вот только объемы зерна и ткани… Как бы не пришлось ей закупать все это специально и отдельно. Даже ее земель не хватит на два крупных племени. А еще у нее теперь есть две дюжины дроу…

Вздохнув, баронесса одним глотком допила остывший чай и вышла к воротам. А там… там стоял Эллиас! И хмуро смотрел на застывших изваяниями дроу!

— Лорд Горион! — Марианна вежливо поклонилась мужу, стараясь не выдать свое удивление его модным камзолом с пышными рукавами и кружевным воротником.

— Леди, — эльф кивнул в ответ и небрежно махнул в сторону четверки дроу: — Объясните?

— Это моя личная охрана на сегодня. За стенами города стоят орочьи старейшины. Они ждут меня на переговоры, — коротко, по-военному доложила баронесса.

— Я вам помогу или помешаю? — спросил лорд Горион, и Марианна расцвела такой улыбкой, что даже невозмутимые дроу покачнулись.

Увидев мужа, магичка честно прикидывала, как свести к минимуму ущерб от скандала. Подозревала, что эльф начнет требовать объяснений, утащит ее в дом, чтобы высказать все о ее неприличном поведении, не даст отправиться на переговоры и… А он просто спросил, может ли помочь или лучше не мешать? У девушки аж слезы подступили к глазам от восхищения!

— Если вы успеете быстро переодеться и затеряться в толпе солдат, я буду вам очень благодарна за поддержку и подсказки, милорд!

— Дайте мне семь минут, моя леди! — Эллиас коротко улыбнулся и устремился навстречу сотнику.

Марианна с легкой улыбкой смотрела ему вслед, удивляясь, за какое милосердие ей достался такой удивительный мужчина? Может, она, сама того не зная, спасла какого-нибудь святого? Или наследного принца?

Через десять минут Кеннет вернулся с отрядом, собранным для переговоров. Тут были и рослые крепкие парни, и парочка задохликов — чтобы не выделялся бывший подмастерье кузнеца — парень хлипкий с виду, но сильный и жилистый, как ремень.

Рядом с ним приплясывал еще один “доходяга” — бывший столичный беспризорник, угодивший в солдаты за наглость и шустрость. Вот на него Марианна и делала ставку, знала, что Рыб — так его прозвали в отряде — выкрутится из любой ситуации.

Еще одним “хлюпиком” стал ее эльф. Длинные волосы и уши он прикрыл платком и шляпой, натянул котту с гербом дю Сольм и в принципе не выделялся среди других солдат, если не присматриваться. Очень уж грациозно двигался Эллиас Горион Тэлла, но баронесса понадеялась, что орков отвлекут дроу, и этой маленькой детали степняки не заметят.

Она еще раз осмотрела свое маленькое войско, отметила приготовленный фургон с гостинцами и спросила громко:

— Готовы? Выступаем!

Отряд чинным шагом проехал через весь город.

Марианна покачивалась в седле и незаметно смотрела по сторонам. Отец ее считал, что жителям Лучегорска важно видеть правителя хотя бы раз в неделю. Вот он, здесь, занимается делами и помнит обо всех, кто живет в городе.

За воротами действительно раскинулся целый палаточный городок. Орки прибыли со своими палатками, коврами и конями. Не было только женщин и детей, и это было уже нехорошим признаком. Кажется, степняки собирались воевать за хлеб и ткани.

Храня невозмутимое лицо, Марианна подъехала к центру становища, спешилась и передала поводья одному из воинов.

— Приветствую старейшин, — сказала она вежливо, но с легким прищуром.

В ответ с толстых кожаных подушек поднялись сразу три седобородых орка:

— Приветствуем новую правительницу этих земель, — сказали они чинно, рассматривая ее свиту. — Давно ли в ее спальне завелись дроу?

— Давно ли старейшины племени интересуются тем, что происходит под женскими юбками? Неужели жены плохо обнимают их в холодные ночи? Или кровь ваша остыла от ледяных ветров Степи? — холодно спросила Марианна, не собираясь отвечать на провокационный вопрос.

Хитрые старики легко выставят ее дурочкой, жадной до удовольствий самкой, но так не пойдет. Девушка хотела уже обернуться к сотнику, чтобы тот подал ей стул, но в этот момент безо всякого сигнала дроу сделали то, к чему, видимо, привыкли в пещерах, иначе такие слаженные действия объяснить сложно. Один раскатал у ног магички звериную шкуру, второй постелил на шкуру драгоценный шелковый ковер, третий поставил на ковер походный складной стул, четвертый накинул на стул шелковое покрывало, переливающееся на солнце драгоценной мозаикой вышивки, и сам встал за спиной, словно опора. Трое других встали у краев ковра, демонстрируя блестящие синеватые доспехи, кучу оружия и мрачные физиономии.

Орки переглянулись, потеребили свои седые бороды и сели на свои подушки. Марианна держала паузу. Не она пришла на их земли — они пришли, вот пусть сами и начинают переговоры!