Мирон

Лия сбегает от чрезмерного внимания мужчин. Это понятно. Они пугают ее. А вот зачем подорвался Демьян, я не знаю. Даже не успел представить его друзьям. Провожаю спину сына напряженным взглядом. Он же не натворит глупостей, правда? Я его совсем не знаю, а девочка у меня очень нежная, с изъяном.

Чувствую себя параноиком, но все же пишу Лие сообщение, чтобы закрыла дверь изнутри. Мне так будет спокойнее.

— Похож, — хмыкает Ворон.

— Поздравляю, — пожимает руку Филипп.

— Ну как тебе? — усмехается Рустам.

Кажется, я и сам начинаю уставать от количества народа.

— Пока не ясно, — неопределенно веду плечами. — Все очень… эээ… — подбираю цензурный синоним слову «пиздец» — Непросто.

— Наладится, — Павел ободряюще хлопает меня по плечу.

Ему легко говорить. С сыном не было таких проблем. Егор принял его сразу и безоговорочно. Мне, судя по всему, повезло чуть меньше. Но ничего, справимся.

— Ладно, пойдемте в гостиную.

Мужики проходят вслед за мной и расходятся по комнате, присаживаясь кто куда. На небольшом журнальном столике закуски и коньяк. Разливаю по бокалам и сажусь в кресло. Хард приземляется у моих ног и важно смотрит на окружающих. Не найдя никакой опасности, ложится мордой мне на ступню. Чтобы не сбежал, видимо.

— Оболтус, — треплю ее между ушами. Молодой еще, дурной.

— Какая есть информация? — начинает Ворон, удобно устроившись на диване с бокалом в руках.

— У меня не густо, — отвечает ему Фил и показывает флешку.

— Давай что есть, — Рустам втыкает ее в гнездо в телевизоре, я включаю с пульта экран.

Мы собрались с одной единственной целью — найти малышку Юми. Все здесь присутствующие близкие мне люди и каждый считается другом. Кроме, возможно, Филиппа. Мы не так хорошо знакомы, но за него поручился Ворон, а это очень веское основание.

— У этого Анзора дом в Сочи, — несколько фотографий мелькают на экране. Не хило развернулся. — Там же живет его жена, — еще пара снимков, на которых запечатлена женщина.

— Какая прелесть, — криво усмехаюсь я и сжимаю переносицу пальцами.

Это жесткий сюр. Просто не укладывается в голове. И жена у него, и игрушка для утех. Все в одном доме? Ничего не треснет? Прям султан какой-то!

— И не говори, — качает головой Ворон, тоже, судя по всему, не сильно впечатлившись.

— Так вот, — Фил возвращает нас к экрану. — В том же Сочи нет никакого компромата на этого долбоящера. Святой, — он разводит руки в стороны.

— Может ты плохо искал? — с сомнением тянет Рустам и отпивает большой глоток коньяка.

— Может ты сам поищешь? — агрессивно скалится Фил.

— Бред какой-то, — просматриваю бумаги, что мне передали и задумчиво тру подбородок пальцами. Так не бывает, а это значит, где-то подвох, но мы его не видим.

— Бред не бред, а не подкопаться, — заключает Филипп. — Предлагаю кого-то отправить и на месте все узнать.

— У нас Гриша недавно оклемался после ранения, пусть прокатится, — Ворон расплывается в улыбке. — Поправит здоровье и все выяснит заодно.

— Ладно, — это уже их дела. — А у меня есть инфа про помощника Георгия. Точнее про его брата, — кидаю на стол папку с личным делом Гурама Ивлева. — Он сейчас на зоне. Надолго. В авторитете. Доступа к нему нет, только если изнутри…

— Это как? — Павел подозрительно прищуривается.

— Можно с ним встретиться, но для этого надо сидеть на этой зоне.

Все просто, но одновременно практически нереально

— Как ты себе это представляешь? — подает голос Рустам.

— У меня семья, — усмехается Паша и поднимает руки вверх.

— А у меня работа, — вторит ему Фил.

Я технично отмалчиваюсь, и без того понятно, что я не могу отправиться на зону.

— Охренеть! — фыркает Рустам. — Вы двинулись?

Я его понимаю, но другого выхода нет. Возможно, это единственная ниточка.

— Рус, очень надо, — поднимаюсь на ноги и подхожу к другу. — Всего на пару месяцев. Проси что угодно.

— Ты со мной и так не расплатишься, — хмыкает он.

— И правда лучше тебя никто это не сделает, — поддерживает Ворон и тоже подходит к нам.

Без слов понимаем друг друга и вдвоем напираем на Рустама, вынуждая согласиться на эту безумную авантюру, но он несильно и сопротивляется.

— Ладно, спасу ваши задницы. Опять, — сдается он со смешком. — Только как я туда попаду?

— Проще простого, — хлопаю его по плечу. Не сомневался, что не откажет. — Через нача одного районного отдела. Стас поможет тебе и зайти, и выйти обратно.

— Сам не верю, что соглашаюсь на эту авантюру, — качает он головой, фактически подписывая себе приговор. Но Рустама подобным не напугать. После того, что он прошел, прогулка на зону будет детской забавой.

— Рус, там девочка маленькая, пятнадцать ей всего, — встречаемся глазами. Я знаю, что это его личный триггер. — Если мы не найдем ее быстро, они ее сломают… Как Лию…

— Суки, — тихо рычит он. — Найду лично, член вырву и сожрать заставлю!

— Если найдешь, — подначиваю его еще сильнее.

Рустам лишь фыркает и щелкает шейными позвонками. Он точно найдет. Кого угодно из-под земли достанет. Лучшей ищейки я лично не встречал.

— Кстати, про тот голос… — вклинивается в наш диалог Ворон. — Я проверил семью нашего общего знакомого Минаева.

— Он не мог воскреснуть, — качаю головой. — Это перебор! Ты его расчленил!

— Да, — криво усмехается Павел, а в глазах пелена, словно смакует тот момент до сих пор. — Но у него осталось трое сыновей. Валид, Рашид и Эмин.

— К чему ты клонишь? — никак не уловлю ход его мыслей, но мне даже упоминание этой фамилии совершенно не нравится.

— Пока ни к чему. Просто рассуждаю. Пойдем покурим?

Выходим на улицу. Фил дразнит Харда мячиком и закидывает подальше. Пес радостно срывается вдогонку. А мы ждем от Ворона продолжения.

— Самый младший Эмин…

— Это тот который Алину вывел из этого гадюшника? — уточняет Рус.

До сих пор благодарен тому пацану за помощь. Не знаю, чем бы все это закончилось, если бы не он. Странно это, испытывать подобные эмоции к сыну врага, но, как бы то ни было, я ему обязан. И это, что уж скрывать, тяготит.

— Да. Он сейчас живет за границей. Бизнес у него какой-то. Вроде без криминала, но я не копал глубоко. А вот с двумя старшими братьями все интересно.

— Заинтриговал, — смачно затягиваюсь и выпускаю струю сизого дыма в небо.

— Средний Рашид остался в регионе, проворачивать темные схемы. А вот Валид уехал в Россию и исчез. Бесследно…

Ворон курит в глубокий затяг и, чуть прищурившись, смотрит мне в глаза.

— Люди просто так не исчезают, — сухо констатирую.

— Я тоже так думаю, — соглашается с готовностью. — Есть надежда, что его тупо убрали, но я бы не сильно на это рассчитывал.

Все это не с проста. Не бывает совпадений. Я в них не верю.

— Будь осторожнее. Кровная месть штука неприятная…

Павел понимающе кивает. У него семья и напрасные риски ни к чему. Тушим окурки в пепельнице и возвращаемся в дом.

— А я сразу говорил, надо было вырезать всех этих тварей и дело с концом, — ворчит себе под нос Рустам.

— Рус, мы не мясники, — не соглашаюсь с ним. Ни к чему напрасная агрессия. До добра не доведет. Нужно всегда оставаться людьми.

— Пальто белое сними и вспомни, — закатывает он глаза к потолку. Разливает по бокалам коньяк и залпом осушает свой.

Я знаю, куда он клонит. Крови тогда пролилось много. Но все же напрасных жертв мы старались избегать.

— Там сестра была, — поясняю я. — По-другому было никак.

— Вот видишь, — ухмылка становится шире. — Дело в мотивации. А если сейчас надо будет вернуться в тот ад?

— Ты прекрасно знаешь ответ, — с улыбкой говорю я.

Все будет точно так же. За своих я буду рвать зубами и руками. До конца.

— Знаю, — хмыкает Рус. — Ладно, пора ехать, — протягивает ладонь, а я пожимаю. — Сообщи, как договоришься со Стасом.

— Мы тоже едем, — Ворон и Фил пожимают мою руку.

— Давайте, до связи.

Провожаю друзей, зову Харда домой и поднимаюсь наверх. Негромко стучу в дверь Демьяна и, не дожидаясь ответа, открываю. Он лежит на кровати и методично водит по струнам пальцами.

— Поговорим? — смотрю в глаза, пытаясь считать его эмоции.

Мальчик обижен и растерян, хоть и не хочет этого показывать.

— О чем? — фыркает недовольно

В кармане вибрирует телефон. Смотрю на дисплей и борюсь с желанием запустить его в стену. Юля. Последний человек на свете с кем мне бы хотелось сейчас разговаривать.

— Внимательно, — сухо бросаю я, все же ответив на звонок.

— Мирон, — наигранно всхлипывает бывшая. — Наш сын…

— Я нашел его, — перебиваю ее. Так и не удосужился сообщить.

— Что? Где?

— Демьян сейчас у меня, — снова смотрю на сына.

Тот напрягается, откладывает гитару в сторону и садится на постели.

— Это невозможно! — возмущается Юля. — Дай ему трубку.

Демьян качает головой и скрещивает кисти перед собой.

— Он не хочет с тобой говорить.

— Это незаконно! Ты украл моего сына! — эхом в тишине разносится ее крик.

— Своего, Юль, — терпеливо отвечаю я и сильнее стискиваю гаджет.

— Это еще доказать надо. Верни сына немедленно, иначе я обращусь в полицию.

Дема застывает и, кажется, даже не дышит. А я долго смотрю на мальчика и понимаю, что не отдам его при любом раскладе. Хватит. Я буду бороться за него до конца.

— Нет. Демьян останется со мной, — четко и безапелляционно.

— Да я тебя засужу, да я…

Сбрасываю звонок и убираю телефон обратно в карман. Хватит с меня на сегодня.

— Ну вот как-то так…

Разворачиваюсь и иду к двери.

— Мирон, ты хотел поговорить, — окрикивает сын. Но я уже не могу. Сил не осталось.

— Извини, уже не сегодня, — устало улыбаюсь я. — Спокойной ночи, сын.

Иду к себе. Сначала в душ, а потом и в постель. Ложусь и смотрю в потолок. Терпеливо жду, пока Лия придет. Полчаса, час… Не приходит, а мне без нее тошно. Мне без нее теперь не спится.

Мысленно матерюсь и сам иду к ней. Дверь закрыта изнутри, но я знаю, как ее открыть без ключа. Осторожно вхожу в комнату. Здесь кровать гораздо уже моей, но ничего поместимся. Лия не спит. Я чувствую, как она неровно дышит. Ложусь рядом и обнимаю. Малышка вздрагивает, но быстро утихает в моих руках.

— Спи, моя маленькая, — целую ее за ушком и шумно втягиваю ее аромат.

Вот теперь хорошо. Теперь все, как надо. Ее дыхание выравнивается. Засыпает. Я тоже отключаюсь с улыбкой на губах.