2.

Район Приграничья образовался в северной части Срединных земель на рубеже активной экспансии Старой Империи, когда поисковые партии активно продвигались в глубь континента, расширяя пределы влияния на тот момент самого могущественного государства в мире.

Сложная для освоения местность, более суровый с остальными землями климат, неудобство географического расположения сделали этот край не самым привлекательным для развития. Отвечающие за расширение подвластных трону территории имперские чиновники если и поглядывали в эту сторону, тот делали это с явной неохотой, выделяя средства из казны по остаточному принципу, сосредоточив основное внимание на центральной части материка.

Подобная отдаленность от основных мест событий в конечном итоге сыграла положительную роль. Когда ветхий колос, в который в конечном итоге превратилась империя, начал рушиться, большая часть волнений не коснулась этих краев, бушуя в отдалении и воспринимаясь местными, как происходящее в большом мире.

Брошенную власть быстро взяли в свои руки самые инициативные, провозгласив себя вольными баронами, ведя собственную политику, никому не подчиняясь и ни перед кем не склоняя головы. Несмотря на то, что желающие подгрести под себя Приграничье всегда находились. Но против завоевателей выступала сложная местность, которую так не любили имперские царедворцы, и агрессивный настрой баронов, всегда готовых взять оружие в руки, если возникала необходимость, держащих на службе крепкие дружины и неплохо укрепленные замки, взять которые с ходу далеко не всякому по плечу.

Последние два пункта оставались верными почти на всем протяжении существования беспокойного края. Бароны всегда и с большим удовольствием грызлись между собой, поэтому оставались настороже и держали под рукой отряды опытных воинов, знавших с какой стороны браться за меч.

Сражались здесь часто, но почти всегда по делу и зорко поглядывали по сторонам, отмечая всех, кто пытается покуситься на их собственность. Иногда кто-то слабел и тогда его владения захватывали, часто вырезали целый род и даже брали штурмом замок. Но никогда ни один барон не поднимался выше остальных настолько, чтобы получить силу, достаточную чтобы подчинить себе весь край. На этом держалось сложившееся равновесие и за этим строго следили. Если вдруг появлялся такой «выскочка», то остальные на него дружно набрасывались всей стаей, не давая окрепнуть и стать сильней.

Подобная негласная политика создала определенный баланс, когда не было явного лидера, давая возможность сохранять независимость всем баронам.

Я выбрал Приграничье по совокупности этих причин: отдаленность от срединных земель с их королевствами и намечающейся драке между ними и Закатными Островами, которая обязательно произойдет, после того, как последние полностью подчинять своей воле прибрежные торговые города, и сложившейся структуре власти, где не было явного лидера, а значит не стоило ждать потрясений за исключением локальных стычек, которые в подобных обстоятельствах неизбежны и чем-то даже полезны, играя естественную очистительную роль, когда избавляются от слабых или ставших чрезмерно сильных соперников.

Но для начала пришлось правильно поставить себя, а главное показать, что с новичком лучше не связываться. Для этих целей идеально подошла банда разбойников, контролировавших территорию под названием Лихолесье, и делавших отсюда вылазки на большую дорогу.

Пользуясь огромными заросшими чащобами, куда почти нереально проехать верхом достаточно большому отряду, чтобы справится с бандой, и знанием местности, лесные бандиты стали подлинными королями, с которыми не смогли совладать даже объединенные дружины нескольких баронов, кому надоело, что идущие в их земли караваны грабит шайка грязных отщепенцев.

Отбив с большим уроном для баронских воинов нападение, разбойники стали настолько самоуверенны, что чувствовали себя в полной безопасности в лесу.

На чем и погорели, не ожидая столь наглого вторжения, да еще осуществленного всего одним человеком.

То, что этот «человек» оказался колдуном, дело иное. Такого как я, лесные бандиты даже в самых жутких кошмарах не ожидали, и потому дело не заняло много времени.

Четкие отточенные движения, аккуратные, но экономные. Светящийся мрачным призрачно-фиолетовым светом клинок. Скорость и натиск, но при этом одновременная плавность. В тот день я показал идеальное исполнение танца меча.

Это был словно чистый холст, превращенный в кровавую картину, чтобы любой пришедший на место зритель оценил по достоинству проявленное мастерство. Оценил и задумался, стоит ли связываться с таким «художником» без особых причин. Мне хотелось наглядно продемонстрировать не только высший класс боя, но и показать безжалостную жестокость, с которой буду действовать, если вдруг меня вынудят.

Намек оценили и правильно поняли, не став тревожить нового владельца бывшего разбойничьего гнезда.

Дальше началось обустройство на месте, восстановление найденных развалин давно разгромленной крепости времен имперского владычества, которую местные не захотели брать себе из-за не слишком удачного расположения.

Строя форпост имперцы имели намерение продвигаться дальше на север, что в нынешних условиях никому не было нужно, поэтому руны никого не заинтересовали. Из-за этого, а также из-за отдаленности от главных дорог и сложности стройки, потребовавшей бы слишком много ресурсов. Зачем напрягаться, если под боком более удобные места в излучинах рек, на холмах и возвышенностях, примыкающих к торговым путями, откуда так удобно контролировать прилегающие окрестности.

Но я оказался не столь привередлив, как остальные бароны, и поэтому взял то, что имелось. К тому же, не думаю, что мне позволили бы возводить замок или крепость где-нибудь в другом месте. Стоило бы такой инициативе проявится, как на дерзкого новичка накинулись бы сообща, не давая возможности укрепиться.

Что касается Лихолеься, то до него никому не было дела. Кроме лесов, которых и без этого в Приграничье хватало с избытком, и старых бесполезных развалин, находящихся в неудобном со стратегической точки зрения касательной здешних реалий месте, здесь ничего больше не имелось. По крайней мере достойного внимания, чтобы отправить сюда дружины для последующего захвата.

Поэтому мне так легко удалось взять этот край под свою руку, объявив неформальное владение собственностью явившегося незнамо откуда колдуна.

Что касается руин, то в старые времена, они стояли на пересечении будущих дорог, которые должны были уйти на север. Но империя пала, а вместе с ней заглохли и торговые тракты, лес разросся и обступил древнюю твердыню, превращая укрепление в развалины.

К счастью, крепость находилась на в самой гуще лесного массива, иначе о ее восстановлении я бы даже не стал помышлять, потому что пробраться в центр чащи, прорубив широкий проход, далеко не то же самое, что освободить деревья на лесной окраине, вплотную подступивших к руинам, но не успевших забраться слишком далеко, беря старые камни в кольцо непролазной чащобы. Остатки старого имперского форпоста находились на краю главного леса, что дало возможность приступить к работе плотницким артелям почти сразу, учитывая близость материала для работы.

С древесиной проблем не возникало, а вот с камнем пришлось повозиться. Точнее щедро заплатить за доставку из ближайших каменоломен, где с ходу загнули неплохую цену, решив, что деваться заказчику некуда. Поначалу так и шло, и два обоза пришло по завышенной стоимости, потом в Лихолесье заявился посланец одного из баронов, у кого во владениях имелась своя каменоломня, и предложил покупать у него дешевле, обещая за свой счет обеспечить обозы.

Ушлый барон правильно оценил открывшиеся возможности и с учетом того, что камни у него давно уже не покупали, потому что остальные коллеги феодалы предпочитали иметь собственные источники строительных материалов (как и леса, горных образований здесь тоже хватало, где можно наладить разработку, вопрос лишь в удобстве подвода дороги), он разумно решил воспользоваться ситуацией и продать, как можно больше камней, пусть даже по небольшой цене.

Его не волновало, что строится потенциальный будущий конкурент, потому что Лихолесье находилось на приличном отдалении от его владений. Зато заботили доходы собственного феода, падающие уже не один год.

Мы ударил по рукам и обозы с аккуратными каменными блоками потекли в нужном направлении. Правда маршрут пришлось строить, учитывая неуступчивость некоторых баронов пропускать через свои земли чужие караваны. Но деньги есть деньги, и всегда найдутся те, кто готов закрыть на это глаза, если будет соответствующая плата. Барон договорился с соседями и обеспечил проход. Даже с учетом взимаемых пошлин, по итогу он все равно оставался в плюсе, учитывая, что его собственные каменоломни до этого момента простаивали без дела.

Что касается первой каменоломни, то узнав о втором поставщике, там разумно решили не терять клиента и тоже снизили стоимость до приемлемых значений. Я не стал отказываться, беря материалы из двух источников на случай, если с одним вдруг что-то случится.

Разумеется, развернутая деятельность не могла привлечь всеобщего внимания. За мной стали следить, но осторожно, соблюдая дистанцию, помня о полусотне изувеченных трупов, найденных в лесном разбойничьем лагере.

Пока особо не мешали, за исключением пары случаев отказа продать продукты в деревнях (приходилось кормить строительные артели), но по большому счете ко мне пока только присматривались, похоже не зная толком, как реагировать на столь странное соседство.

Я был магом, а значит темной лошадкой, чем-то непонятным, к кому не знали, как относится. Вот если бы в Лихолесье явился понятный в доску свой брат барон с боевой дружиной и выбил из леса разбойников, то ему бы просто объяснили правила проживания на совместной территории, либо сообща задавили, не дав времени укрепиться. В зависимости от обстоятельств.

Со мной же держались настороже. Даже договаривающийся о поставках камня барон отправил вместо себя управляющего, предпочитая не вступать в прямой контакт. Подобная предосторожность не вызывала подозрений, все-таки речь шла о магии, а от нее простые люди всегда старались держаться подальше, будь это простой неграмотный селянин или же благородный властитель…

— Хозяин, частокол почти доделали. Начать ставить сторожевую вышку? Или пока заняться воротами? — отвлекая от размышлений последних недель подошел старшина плотницкой артели.

Коренастый мужик поперек себя шире, с пудовыми кулаками и такими же мощными бицепсами, вздувающимися даже под тканью просторной рубахи, держался настороженно, но в тоже время не подобострастно. Что нравилось, учитывая, что остальные работники не скрывали, что боятся странного нанимателя, пусть и щедро платящего, но выглядевшего слишком уж опасно в своем черном балахоне.

Я обернулся к главному плотнику, помедлил. Взгляд скользнул за широкую фигуру в домотканой рубахе и портках, переместившись на видневшийся в отдалении частокол. Деревянный забор, разумеется, был временным решением, но без него было не обойтись, хотя бы для того, чтобы обозначить границы будущих укреплений.

— Деревья рубите в сторону опушки? — негромко уточнил я.

Тихо прошелестевшие слова из-под тьмы капюшона упали словно опавшие листья, заставив артельного вздрогнуть. Не самый маленький в размерах мужик на мгновение испытал страх, что рождается в глубинах души, как инстинктивное желание обычного человека не иметь дело с потусторонними силами.

С удобством разместившись на плоском булыжнике под кронами большого дуба, откуда хорошо просматривалась стройка, я производил странное впечатление, заставляя нанятые артели усердно трудиться под приглядом заказчика. Хотя на самом деле я занимался своими делами, обращая внимание на царившую вокруг суету только по мере необходимости. Обычно меня предпочитали не беспокоить, но иногда требовались указания. Как сейчас.

— Да, рубим в сторону края леса, вглубь не лезем, как и приказано, — справившись с секундной растерянностью заверил старшина.

Развалины находились на окраине лесного массива, но не на самом краю, поэтому я велел брать для работы деревья только с одной стороны, где должна находиться опушка. До нее еще оставалось немало, и пройдет какое-то время, пока крепость обретет настоящую свободу от крепких объятий леса.

— Хорошо, тогда займитесь сначала воротами. Вышка может подождать.

— Сделаем ваша… ваше… колдунство, — старшина с трудом нашелся с ответом и торопливо попятился, обозначив поклон, не сводя настороженного взора с закутанной в плащ мрачной фигуры на камне.

Я сделал знак рукой, веля остановится. Артельный послушно замер.

— С едой все в порядке? Продуктов хватает?

Шелест из тьмы капюшона вновь заставил главного плотника вздрогнуть. Он никак не мог привыкнуть к тихому голосу из темноты.

— Хватает. Готовим на всех, — заверил старшина, помедлил, не дождался новых вопросов или указаний и преувеличено бодро отправился к подчиненным для продолжения работы.

Пищу нанятые работники варили себе сами в огромных котлах, как правило это была густая похлебка на основе мяса, сала, зелени и разной крупы. Нескольким десяткам здоровых мужиков требовалось много еды, поэтому обозы с продовольствием приходили часто. Закупались продукты в близлежащих деревнях, где с удовольствием продавали собственные запасы за монеты.

Реальные деньги в Приграничье ценились и оттого стоимостью обладали высокой. То, что можно было купить в срединных королевствах, или не дай боги в вольных городах побережья, здесь стоило на порядок дешевле. Разумеется, если речь шла о чем-то простом, вроде собранного урожая. Предметы вроде оружия или брони хорошей выделки, тут наоборот стоили дороже из-за отдаленности центра производства. Хотя собственные кузнецы баронов тоже делали неплохие образцы, вооружать и снаряжать дружины чем-то надо.

Что касается быта нанятых на работу артелей, то жили они в обычных палатках, готовили еду тут же, разбив два импровизированных лагеря — один для плотников, другой для каменщиков.

Воду нашли в заброшенном колодце на территории развалин. Пришлось его почистить и отремонтировать, но в целом колодец давал неплохой объем, так что ничего возить сверх необходимого издалека не пришлось.

По поводу самой крепости — по большей части это были именно развалины. Ничего толком не сохранилось. Судя по остаткам, в свое время это был компактное фортификационное укрепление, служащее передовым форпостом на границе освоенных земель Старой империи.

Разумеется, первым делом я проверил не осталось ли там чего-нибудь с прежних времен, вроде Обелиска или подземных хранилищ, как уже было в виденных фортах ранее. Оказалось нет, ничего толком не сохранилось. Не скажу, что данный факт слишком расстроил, хотя и вызвал определенную толику разочарование. Было бы куда интересней, если бы в руинах обнаружилось что-нибудь из старых эпох.

Впрочем, и без заброшенных Обелисков у меня было чем заняться. Рука сама потянулась к лежащей рядом кожаной сумке…

— Хозяин! Хозяин!

— Ваше магичество!

— Кто-то едет! — раздалось неожиданно сразу нескольких голосов. Занятые на частоколе артельные вытягивали руки и указывали в сторону дороги, по которой в развалины приходили обозы.

Вздохнув, я плавным движением поднялся на ноги. Похоже кто-то решил проведать колдуна-отшельника. Надеюсь, нежданные гости едут не со злым умыслом, копать могилы в лесу, разрубая и выкорчевывая жесткие корни деревьев, не самое приятное времяпрепровождение.