19.

Плавный спуск закончился за очередным поворотом. В глаза ударило мерцание многочисленных острых камней, сверкающих темными отблесками. Рядом крякнул от удивления Ульрих. Даже у меня на мгновение перехватило дыхание.

Представьте вытянутую пещеру длиной в пять десятков шагов и шириной в двадцать, высота около пяти метров, достаточно большая и просторная — и полностью усеянная кристаллическими образованиями насыщенного, как антрацит цвета.

Зрелище выглядело совершенно сюрреалистично, мы замерли, восхищенно разглядывая открывшуюся картину. Словно пещеру наполняли бриллианты необычного черного цвета. Они были везде: гроздьями свисали с потолка, покрывали стены, даже из пола вырастали шипастыми наростами, напоминая причудливые кораллы.

— Боги, как красиво, — пересохшими губами выдохнул дружинник, жадно разглядывая содержимое перед собой.

— Зато теперь понятно почему здание построили именно так, — откликнулся я, мысленно прикинув расположение входа. Похоже другого удобного места не нашлось, и маги решили не тратить силы и время, соединив месторождение подземным переходом, поставив строение так, чтобы оставался прямой ход.

Мой взгляд с легким прищуром скользнул по ближайшим темным кристаллам. Эффект новизны прошел, разум принялся анализировать ситуацию. Первый вопрос буквально напрашивался на ум: почему камни оставили здесь, а не вывезли в безопасное место? В более удобное для исследований, если уж на то пошло. Зачем тратить время и силы для обустройства комплекса в горах, если можно поступить проще?

Похоже о подобном логичном со всех сторон шаге подумал не только я, стоящий рядом Ульрих нахмурился.

— Почему они оставили это здесь? Почему не увезли к себе? — дружинник озадаченно почесал затылок.

Я помедлил, потер подбородок, все это время взгляд блуждал по наростам-гроздьям, мерцающим темными отблесками. Перед глазами мелькнули прутья железной решетки, не проржавевшие за прорву веков, и глиняная кружка, не расколовшаяся даже под влиянием ледяного заклятья.

— Видимо потому, что это так просто не сделать, — предположил я и кивнул на ближайшую гроздь кристаллов. — Попробуй отломать хотя бы кусочек.

К чести дружинника, он моментально понял намек и видимо тоже вспомнил об оставшихся наверху вещах, подвергнувшихся странной трансформации, в результате которой даже самые заурядные предметы обрели запредельную твердость.

— Считаете их также нельзя сломать? — на всякий случай уточнил он.

Я пожал плечами.

— В ином случае здесь бы находилась шахта по добыче, а не здание для длительного проживания магов и имперских солдат, — заметил я.

Мы постояли немного, сделали несколько шагов, обходя самое крупное кристаллическое образование. И снова резко остановились, потому что в дальнем конце пещеры мелькнуло нечто выбивающееся слишком правильными формами по сравнению с царившим вокруг хаосом.

— Что это? — Ульрих машинально сделал попытку подойти ближе.

Пришлось его придержать.

— Стой, — я вдруг почувствовал, что у меня внезапно пересохло во рту.

— Что? — дружинник не понимал, что случилось, но ощутив напряжение в голосе колдуна машинально потянулся к мечу.

А я стоял и смотрел на видневшиеся в дальнем конце пещеры ровные очертания прямоугольной поверхности, будто вплавленное в камень, такое знакомое, что по спине пробежал холодок.

Ровная поверхность, два метра высоту, метр в ширину, без рамок или чего-то подобного, словно утопленное в скалистую породу — абсолютно черное зеркало смотрело на нежданных гостей первозданным мраком, предлагая подойти и заглянуть внутрь.

Желание оказалось столь завораживающим, что ноги сделали маленький шажок вперед. Но тут же остановились, подчиняясь разуму. Еще не хватало превратиться в марионетку под влиянием магической штуки.

— Кажется я начинаю понимать, что здесь произошло, — тихо проронил я.

— Да? — откликнулся Ульрих и неожиданно предложил: — Может подойдем ближе и посмотрим?

Голос дружинника прозвучал рассеяно, словно мозг занят чем-то другим. Его тянуло к зеркалу, и он даже этого не осознавал.

— Замри, — мой голос лязгнул металлом.

Вбитые на подкорку рефлексы заставили воина замереть. Привычка подчиняться командному тону перебила завораживающее воздействие древнего артефакта. Ульрих растеряно огляделся, будто очнувшись.

— Что со мной? — он недоуменно нахмурился. — Клянусь всем выпитым вином, у меня в голове словно помутилось, я вдруг до ужаса захотел подойти и заглянуть в зеркало, чтобы увидеть в нем свое отражение.

— Это ментальное воздействие, оно подчиняет слабый разум, заставляя его делать вещи, которые человек сам не хочет. Нужным образом тренированное сознание, способно противостоять ему. Маги Коллегии это умели, но даже они полагаю соблюдали осторожность спускаясь сюда, — я пояснил и настороженно огляделся.

Но кроме заросшей кристаллами пещеры и прямоугольника темного зеркала больше ничего не заметил. Это поневоле заставило задуматься, мысленно воссоздавая случившееся тысячу лет назад.

Похоже в незапамятные времена Ушедшие забыли в здешних горах одну из своих игрушек, специально или случайно, уже вряд ли выяснить, но последствия в конечном итоге наступили.

Могущественный магический артефакт в виде зеркала с непроницаемой темной поверхностью стал воздействовать на окружающее пространство, изменяя и наделяя необычными свойствами. Концентрация росла, сначала это были едва заметные всплески, но чем больше проходило времени, тем сильней проявлялся эффект на близлежащих предметах.

Соприкосновение с источником опасного излучения не проходило бесследно даже для скальных пород. В итоге появились кристаллы, они начали расти, заполняя пещеру. Более того, сами начали оказывать воздействие на окружающий мир, изменяя попавшие под влияние объекты через призму произошедших с ними метаморфоз.

— Сначала следы вмешательства носили едва заметный характер, на энергетическом уровне в виде завихрений, затем концентрация достигла пика и прорвалась на материальный пласт, начав трансформацию на физическом уровне, — задумчиво пробормотал я.

Превращение, преображение, перерождение, — названий много, суть одна — изменение и перестройка всего, что попадает в область воздействия. Черное зеркало изначально создавалось для иных целей, в большинстве своем для изменения живых созданий, в частности людей, но здесь оно оказало влияние на простой камень. Это потребовало много времени, но в конечном итоге на месте булыжников появились напитанные темной энергией кристаллы. Которые в свою очередь тоже стали испускать излучение на окружающий мир.

Спустя тысячи лет пещеру случайно нашли имперские патрули, прокладывающие путь по другую сторону хребта. Находкой заинтересовалась Коллегия, приславшая в горы своих представителей, которые и занялись изучением феномена.

— А клетку с подопытными должно быть ставили напротив зеркала, чтобы посмотреть, что бывает с живыми людьми. С учетом, что превращение в аналог Ушедшего невозможно без наличия полноценного магического дара, неудивительно что на выходе появлялись уродцы, погибающие в ходе трансформации, — я рассуждал вслух, мысленно представляя, как в пещеру то и дело спускаются маги-исследователи, пытающиеся понять на что они наткнулись.

Армейцев волновали более приземленные вещи, они использовали испускаемое излучение, делавшее вещи невероятно крепкими и прочными, для улучшения оружия и доспехов. Это, кстати, наверняка побочный эффект, который появился случайно, после того как артефакт изменил природу камней, превратив их в источники энергии, отличающейся от изначальной.

— Что будем делать? — Ульрих облизал пересохшие губы.

Я покосился на дружинника, тот выглядел испуганным.

— Во-первых, ни в коем случае не приближаться к зеркалу. Тебя оно убьет, а меня превратит в бездна знает что. Так что предлагаю не рисковать.

Со стороны воина последовал судорожный кивок. Стало понятно, что он находится на пределе. Мне такое уже приходилось наблюдать. Слишком много впечатлений для обычного человека, выбивающееся из привычной картины мира, которое есть в сознании каждого. Когда представления трещат по швам и человек заглядывает за кулисы, наступает шок, и желание как можно скорее вернуться к скучной обыденности, где все понятно и ясно.

Это нормальная реакция, и за это вряд ли можно винить, но именно здесь и сейчас подобное могло помешать.

— Успокойся, — бросил я, прекрасно понимая, что в первую очередь беспокоит воина. — Чтобы физические изменения зашли настолько далеко необходимо провести в пещере определенное время. Вряд ли это происходит мгновенно.

Сам я в этом не был до конца уверен, но зачем пугать и так нервничающего дружинника?

Слова колдуна, а главное уверенный тон помогли. Ульрих приободрился и перестал бросать по сторонам опасливые взгляды, с неосознанным желанием развернуться и покинуть странное место, где даже воздух казалось был пропитан магией.

К слову, об этом. Я замер и потянулся мыслью вперед, ощущая предельную концентрацию собранной в одной точек энергии. Она не походила на энергию Тонкого Мира или магическую, это было нечто иное, сжатое до невозможных величин.

Каждый кристалл обладал твердостью алмаза, при этом выступал в качестве источника энергии, умеющей преобразовывать окружающие объекты, будь то живая плоть или простая глиняная кружка. Интенсивность запредельная, к счастью, не выходившая за пределы определенного радиуса, и в основном направленная в центр пещеры. Похоже именно туда выкладывали вещи для преобразований.

С одной стороны, загадку таинственного исследовательского комплекса в горах можно считать разгаданной. Коллегия изучала найденный древний артефакт Ушедших, а точнее его способность воздействовать на внешний мир. С другой, глядя на переполненные необычной энергией кристаллы, в голову пришла любопытная мысль.

А что если использовать сложившийся источник силы в собственных целях? С имперскими магами все понятно, их интересовала способность артефакта (оно же черное зеркало) преобразовывать живую плоть, наделяя ее необычными характеристиками. Но, по правде говоря, лично меня это не особо волновало. Становится рогатым я не хотел, как и использовать пещеру для создания сверхпрочных доспехов. Слишком долго и муторно, плюс находится высоко в горах. Будь я обычным бароном Приграничья другое дело, можно было постараться. Но как мага меня больше интересовала сама собранная энергия. Предельная концентрация на небольшом куске пространства и измененная природа делали ее любопытной для практического применения. И речь шла не о банальном изменении дурацких кружек или мечей.

Нечто подобное я наблюдал в Великой Пустыне, только там это был гигантский водоворот, рассеянный на огромной площади. Здесь же все сжато и компактно. Нужно лишь найти способ высвободить собранную энергию. И тогда можно сделать нечто невероятное. Например…

Я на секунду задумался, представляя, что именно можно сотворить с такой прорвой силы, напоминающей ядерный реактор. Если подумать, все что угодно. Черт, можно даже пробить завесу мироздания и проложить дорогу в другие миры, установив стабильный портал для перехода. Высокая концентрация энергии подойдет для этого идеально. Все равно, что бить тараном в стену заостренным наконечником. В теории вполне могло получится.

— Может даже пробить путь домой, — странная идея вырвалась подсознательно. Вызвала смущение, а следом почти сразу недоумение.

Вернуться обратно в родной мир? Откуда столь странные мысли…

Я с подозрением уставился в другой конец пещеры, где виднелось вплавленное в стену зеркало.

На меня пытаются оказать скрытое ментальное воздействие? Раз уж прямо не вышло завлечь, стали играть на скрытых страхах и потаенных желаниях, вытаскивая из подсознание глубоко запрятанные мысли, а точнее их отголоски, вызывая эмоциональный дисбаланс. Ушедшие это отлично умели — задурить голову, параллельно заставив делать то, что не хочешь, при этом создавая иллюзию, что случившееся именно твоя идея, хотя на самом деле не так.

Чертово зеркало, кажется, с ним возникнут проблемы…

— Там кто-то есть! — Ульрих вдруг вскинул руку, указывая на одну из гроздей кристаллов.

Испускающие темное мерцание камни создавали странное освещение, словно тьма вокруг была живая, перетекая из одного состояния в другое, плывя в воздухе и пульсируя в бесконечном ритме завораживающего движения. Это оказывало на восприятие необычный эффект, особенно на обычного человека.

— О чем ты? — переспросил я, думая, что воину показалось.

— Кажется там скользнула тень, — неуверенно пробормотал Ульрих.

Тень? Я резко обернулся в указанном направлении, стараясь разглядеть между темным мерцанием кристаллических образований перемещение, выбивающееся из привычного ритма.

И замер. Потому что вдруг почувствовал, что тьма и правда ожила. Точнее один ее кусок, целенаправленно двигающийся в нашу сторону.

— Назад! — рявкнул я.

Но оказалось слишком поздно. Неясный сгусток чего-то темного метнулся вперед, погружаясь в грудь Ульриха. Раздался слабый вскрик, дружинник покачнулся и стал заваливаться, опускаясь на колени.

Сущность! Теневая сущность! Как я ее не заметил⁈ Похоже тварь маскировалась в насыщенном энергии фоне и подобрала удачный момент, чтобы атаковать.

Нападать на меня она не рискнула, должно быть почуяла мага, а вот Ульрих показался подходящим вместилищем.

— Дерьмо, — я схватил голову дружинника и сжал лицо между ладонями, заставляя смотреть мне в глаза. — Сопротивляйся! Сопротивляйся!

Последовала попытка установления ментального контакта, чтобы помочь воину противостоять вторжению бестелесной твари. Но судя по затухающему взору, вмешательство не помогло. Я даже не успел проникнуть в разум воина, как его поглотил нежданный гость.

Долгое мгновение, показавшейся вечностью мы смотрели друг на друга, и я буквально видел, как из глаз белоголового крепыша исчезает сознание, заменяясь чем-то другим. Чем-то чуждым, инородным, захватившим человеческое тело, словно черный дым, заполнивший стеклянный сосуд.

— Проклятье! — я ударил из-за всех сил, превратив волю в ментальный клинок, пытаясь выжечь бестелесную тварь, давно потерявшую облик живого существа. Но тень умело скользнула в глубины сознания, избегая прямого контакта.

В следующий миг тело Ульриха внезапно дернулось, нога нанесла по мне жесткий удар, заставив скрипнуть от боли зубами. Ладони машинально отпустили лицо, и одержимый вырвался на свободу.

Почему-то подумав, что поглотивший оболочку призрак бросится к выходу, стремясь вырваться из пещеры, я дернулся туда, желая перехватить беглеца. И слишком поздно понял, что рвался он вовсе не к выходу, а в противоположном направлении — к зеркалу.

— Черт! — я выдохнул и тут же выбросил руку вперед.

С кончиком пальцев сорвался файерболл, мгновенно набрал мощь и понесся в сторону убегающей фигуры. Переливающийся призрачно-фиолетовым пламенем шар врезался в широкую спину, расплескался обхватывая огненными лепестками, но тут же погас, будто из него вынули силы.

Я сразу ударил «Молотом», понимая, что не успеваю. Находившаяся неизвестно сколько в пещере сущность хорошо здесь освоилась, используя насыщенный энергией фон в своих интересах, отбивая атаки и не позволяя убить захваченное вместилище.

Волна искажений ударила одержимого в спину, опрокинула и протащила по земле, но и только. Тело дернулось и резво вскочило на ноги, успев добежать до зеркала в последний момент.

Ульрих, а точнее тварь, что его захватила остановилась напротив темной поверхности, и почти сразу с телом начали происходить метаморфозы, удивляя скоростью изменений.

Плотно сбитая фигура дружинника теряла очертания, становилась тоньше, одновременно вытягиваясь. Одежда и броня расползались, исчезая, как змеиная кожа. Вместо них появлялись легкие на вид латы с темно-серым отливом. Черты лица плавились, принимая хищный вид, из лба полезли тонкие рога, заворачиваясь и уходя назад за голову. Глаза теряли человеческий облик, наливаясь кроваво-красным.

Преображение закончилось за считанные мгновение. В следующий миг существо развернулось от зеркала и взглянуло на меня. Передо мной стоял представитель древней расы Ушедших.