Бандиты ворвались в таверну, не произнеся ни единого слова. Очевидно, они хотели застать своих жертв спящими.

Позади них Джай, пригнувшись, бросился вперед, подхватив Уинтер на плечо. Он придержал дверь, распахнутую головорезами, прежде чем та захлопнулась, и проскользнул внутрь вслед за бандитами. Торопиться нужды не было.

Десять человек, включая Камиллу, нерешительно оглядывались в полумраке таверны, выставив перед собой палки, дубинки и ножи.

– Вперед, – прошипела Камилла. – Найдите ее!

Вперед вытолкнули дрожащего паренька не старше Джая. Он был красив, хотя и хрупок; последствия недоедания еще не успели испортить его внешность. Ржавое копье дрожало в его руках, когда он подкрадывался к лабиринту занавесок.

– Давай, парень, – прошептал один из бандитов. – Перережь ей горло – и получишь двойную долю.

Парень замешкался, затем сделал глубокий, быстрый вдох и нырнул под свисавшую простыню. Прошло несколько секунд; бандиты пялились на задернутые занавески.

Джай затаил дыхание, все еще прячась с подветренной стороны от двери. Разбойники продвигались вперед шаг за шагом. А наверху, на стропилах, с балки на балку перепрыгивала гибкая фигура.

Джай почувствовал, как Уинтер добралась до Фриды. Ощутил вспышку беспокойства, затем триумфа. Девушка проснулась, и она поймет: если Уинтер здесь – значит, что-то не так. Камилла пробормотала себе под нос:

– Трусы! Нужно напасть на эту сучку!

Она стояла так близко к Джаю, что он мог бы протянуть руку и завязать шнурки на ее ботинках. Вместо этого он очень медленно поднялся и…

Воздух прорезал крик паренька. Постояльцы пробудились ото сна и в смятении тоже закричали.

Сейчас.

Джай бросился вперед, зажал Камилле рот рукой и с такой силой прижал меч к горлу владелицы таверны, что та едва не задохнулась.

– Слушайте сюда! – закричал Джай.

Несколько бандитов обернулись, и Джай дернул голову Камиллы назад – точно так же, как Фрида проделала с ним ранее. Уинтер вздохнула с облегчением, и Джай понял, что Фрида в безопасности.

– По-вашему, вы имеете дело с одной связанной душой? – прорычал Джай, заставляя Камиллу отступить глубже во мрак. – Ошибаетесь, нас двое! – Остальные головорезы тоже повернулись, а растерянные сонные постояльцы спотыкаясь выбежали, обнажив оружие. Фрида оставалась где-то в темноте позади них.

– Фрида! Ты в порядке? – проревел Джай.

Наступила тишина. А затем из спального помещения вылетело тело парнишки, опутанное бельевой веревкой и рваными простынями. Он упал прямо у ног выстроившихся бандитов.

– Я не в порядке! – крикнула Фрида, которую теперь стало видно, поскольку остальные занавески свалились. – Я в бешенстве!

Камилла дернулась в руках Джая.

– Только попробуй, – прошипел он ей на ухо безумным голосом. – Согреешь мне руки своей кровью.

Женщина замерла. Джай закрыл глаза и снова призвал Уинтер на стропила, чтобы уберечь ее от опасности. Та повиновалась, почувствовав его настойчивость.

– Вы просчитались! – крикнул Джай, пытаясь увидеть страх в глазах своих противников, но не находя его. – Рассказываю, что будет дальше. Вы все выстроитесь в линию у стойки. Моя подруга подойдет ко мне. Как только мы окажемся в безопасности, наши тотемы последуют за нами. Даже не думайте нас преследовать! Мы бы убили вас всех на месте, но вы не стоите потраченной маны!

Он закрыл глаза и послал приказ Уинтер. Раздавшийся сверху гортанный рык заставил бандитов обернуться, направив оружие в темноту над головой.

– Как думаете, это мышь или щенок? – спросил Джай.

Он преувеличенно нетерпеливо вздохнул и толкнул Камиллу на шаг вперед, скользнув лезвием меча по ее горлу.

– Шевелитесь! – рявкнул он. – Или ваш босс будет дышать дыркой в горле! Кто тогда заплатит за вашу выпивку?

Бандиты нерешительно переглядывались. Без Камиллы у них не было лидера.

Что ж, Джай их замотивирует. Он слегка ослабил давление на шею женщины и приказал ей:

– Говори!

Камилла была только рада услужить.

– Шевелитесь! – велела она. – Быстрее!

Бандиты в гневном молчании отошли к стойке, как и остальные посетители таверны. Фрида сделала несколько осторожных шагов вперед, ожидая, пока освободится путь к двери.

Со стороны очага донесся хлопок в ладоши. Потом еще один, и еще.

Джай скосил глаза и увидел лысеющего, полного мужчину, который ранее салютовал ему кружкой.

– Отличное представление! – со смехом произнес он заплетающимся языком. – Да я и в колизее Лациума ничего лучше не видел!

Джай проигнорировал его и еще глубже вонзил острие меча в шею Камиллы.

– Делайте, что говорит мальчик! – отрезала Камилла. – Не обращайте внимания на этого пьяного выродка!

– Ну-ну, – произнес лысый мужчина с сильным самарионским акцентом. – Видишь ли, ты была права с самого начала. У данчанки едва хватило маны, чтобы отшвырнуть бедного парня через всю комнату. Никто не дышит душой в это время суток, если только не находится в отчаянном положении.

– Закрой рот! – выплюнул Джай. – Или мой зверь сделает тебе новый!

Раздавшееся сверху рычание подкрепило его слова. Мужчина поднял взгляд и улыбнулся.

– Это не мышь, – подтвердил он. – Но готов поспорить, что она почти такого же размера.

– Руфус, к моему горлу приставлен чертов меч! – прорычала Камилла мужчине, прежде чем повернуться к своим сообщникам. Джаю не понравилось, что они знали друг друга по имени. – Парни, я заплачу вам всем за ночную работу! – взмолилась женщина. – Просто отойдите в сторону. Дайте этой сучке пройти.

Руфус встал, покачиваясь на ногах, а бандиты повиновались Камилле и с явной неохотой направились к стойке. Пьянчужка указал на Джая дрожащим пальцем.

– Что касается парнишки, то он поставил тебя в затруднительное положение. Он не лжет: он тоже связан душой. Но, судя по тому, как он дрожал раньше, у него, вероятно, тоже закончилась мана.

Услышав это, Камилла оживилась.

– Даже если у него хватит смелости проткнуть тебе горло этой ржавой штукой, его довольно быстро разрубят на куски. А миледи, что стоит вон там, тоже отсюда живой не выберется. Особенно если вон те парни встанут на вашу сторону.

Только что проснувшиеся посетители внимательно слушали. Джаю не понравилось, к чему все это клонилось. Он с трудом сглотнул.

– У нас почти нет монет, – сказал Джай, стараясь придать своему голосу как можно больше уверенности. – Покажи им, Фрида.

Фрида быстро вытащила мешочек из сумки и высыпала часть его содержимого себе на ладонь. Затем швырнула деньги в бандитов, и монеты покатились по полу.

– Медяки и латунь, – подтвердила она.

– Так значит, ты охотишься за ее иридиевым клинком, Камилла? – продолжил лысый.

Сердце Джая замерло. Клинок имел большую ценность, а Руфус оповестил об этом всю таверну. Камилла едва заметно кивнула, а затем тихонько взвыла, когда Джай ткнул мечом достаточно сильно, чтобы потекла кровь.

– Вот видите. Настоящая награда не в поимке девушки. Не в ее монетах. А вон в том кинжале. Белый клинок. Сделан из иридия. Он настолько редкий, что во всей империи всего несколько таких. Да что там, стражник из Гвардии грифонов трахнул бы собственную мать, лишь бы заполучить его осколок!

Посетители таверны ловили каждое слово пьяницы, и постепенно их взгляды обратились к клинку в руке Фриды. Простой короткий нож, сделанный из белого металла. Даже в тусклом свете факелов он был почти таким же перламутровым, как чешуя Уинтер. Клинок явно выглядел необычным, хотя Джай сомневался, правду ли говорил Руфус. Молчание Фриды подсказывало, что пьянчуга был прав.

– Предложи мне вариант, в котором я выйду живой, Руфус, – прошипела Камилла.

– Такого варианта нет! – прорычал в ответ Джай. – Только если Фрида выйдет целой и невредимой.

Он схватил женщину за длинные волосы, и та снова заскулила от боли. Фрида сделала несколько шагов вперед, угрожающе подняв руку, будто собиралась произнести какое-то заклинание.

Руфус проигнорировал это, даже непринужденно прошелся перед девушкой.

– Я рассказываю вам все это, потому что у меня есть что предложить любому из вас или всем сразу. Мои услуги. Я работаю по найму.

Руфус развел руками. Он был крупным мужчиной, широкоплечим и таким высоким, что его голова почти касалась низких стропил. Если бы не его огромный живот и красное лицо, Джай бы даже принял его за легионера. Но в таком состоянии? Юноша был удивлен, что бандиты вообще его слушали.

Руфус потянулся к своему боку и похлопал по коротким ножнам на бедре. Его меч был необычайно тонким, почти как рапира, но достаточно широким, с режущей кромкой.

– Ус…луги наем…ника, – не то пробормотал, не то отрыгнул он, затем с размаху схватился за рукоять.

На мгновение все замерли.

Затем раздался смех. Сначала хихиканье, а потом бурный хохот – как со стороны постояльцев, так и со стороны бандитов. Только Джай, Фрида и Камилла не произнесли ни звука, ведь именно их жизни находились в опасности. Руфус замолчал, не обращая внимания на веселье окружающих. Он стоял в стороне от остальных, ближе к выходу, в то время как бандиты по-прежнему толпились у стойки, а постояльцы выглядывали из-за занавешенной спальной зоны.

– Открываем торги? – протянул руку Руфус.

Снова послышался смех. Здоровяк был невозмутим, но Джай не находил в этом ничего забавного. Старый пьяница перевернул план Джая с ног на голову. С иридиевым клинком Фриды, стоившим целое состояние, шансов уйти у них было мало. Судя по выражению лица девушки, она не была готова с ним расстаться.

– Оставь оружие, девочка! – крикнула Камилла. – И мы договоримся!

– И вы нас так и отпустите, да? – прошипела в ответ Фрида.

Один из бандитов поднял руку, обращаясь к своим товарищам.

– Слушайте, парни, – сказал он. – Кажется, Камилла не та, кто должен вести переговоры. По-моему, именно мы стоим между ней и дверью. – Он ткнул грязным пальцем в Камиллу. – Своей доли тебе не видать, старая грешница!

Камилла осыпа́ла его проклятиями, пока Джай смаргивал пот, стекавший со лба на глаза. Каким-то образом его заложница внезапно стала бесполезной.

– Только если мы получим свою долю! – крикнул один из постояльцев. В поле зрения появились новые клинки – большинство обитателей таверны поднялись на ноги.

– Эй! – проревел Руфус. – Я спросил, кто меня наймет!

Один из бандитов стоял в нескольких футах от Руфуса, а теперь подошел к здоровяку.

– Заткни свою уродливую пасть! Мы тут дело решаем!

Руфус широко улыбнулся и принял боевую стойку. Джай увидел, как засветилась верхняя часть его ножен.

– А ну, заставь меня заткнуться.