Кашмирская дорога была усеяна таким количеством деревень, что их было невозможно перечислить на одной карте.

Фрида и Джай дошли до первой деревушки под названием Эльветам и теперь стояли у ее ворот, радуясь, что успели добраться до заката. Они планировали путешествовать ночью, но их мучил голод, и путники решили снять комнату с питанием, надеясь, что у них хватит на это денег.

Легионеры, следовавшие за ними, уже остановились разбить лагерь, так что пока они были в безопасности. Им оставалось лишь снова выйти в путь на рассвете.

– Назовите цель своего визита, – произнес чей-то голос.

Джай обернулся и увидел у ворот седого стражника. Тот был настолько стар, что опирался на копье, а доспехи были такими ржавыми, что Джай не удивился бы, узнав, что этот старец – ветеран войн Леонида.

– Ночлег, еда и новая одежда, – сказал Джай, понимая, что внимание стражника привлек их странный вид. – Нас ограбили бандиты.

Стражник почесал заросший щетиной подбородок, глядя на них с легким любопытством.

Джай походил на любого бродягу, идущего по дороге и просящего милостыню. Но Фрида в своем разорванном зеленом платье выглядела легкой добычей.

– В этой части дороги не так уж много бандитов, – сказал стражник. – Особенно когда легионеры так близко.

Фрида одарила старика улыбкой и мягко коснулась его одетого в кольчугу локтя.

– Мы остановились перекусить и сошли с тропы. Ах, жаль, что там не было вас, вы бы нас защитили!

Услышав это, старик оживился и ответил на ее улыбку кривозубой ухмылкой.

– Прошу прощения, но в «Мантикоре» сегодня все комнаты заняты, – сказал он. – В эти дни на дороге людей больше обычного. Назревают неприятности. Мало кто хочет оказаться в их эпицентре.

Джай выругался себе под нос. Мечта о горячей ванне и настоящей еде быстро таяла.

– В таком виде вас все равно не впустят. – Старик откашлялся и сплюнул в сторону. – Ну… У вас есть монеты?

Джай задумался.

– Немного, – рискнул ответить он.

– Я продам тебе рубашку, – сказал стражник. – За один денарий.

Джай замешкался, а старик снова сплюнул и побрел прочь.

– Договорились, – сказал Джай.

Старик обернулся с ухмылкой на лице.

– Тогда забирай, – сказал он.

Он стянул через голову кольчугу, затем свою рубашку. Это была грубая домотканая вещь, сделанная из мешковины. Но Джай с благодарностью взял ее – хотя бы для того, чтобы избавиться от сочувственных взглядов прохожих. Он предпочитал, чтобы на них с Фридой вообще не обращали внимания.

Стражник надел кольчугу обратно и направился прочь сразу же, как только выхватил серебряную монету из рук Джая.

– Сэр, – окликнул его юноша. – Если «Мантикора» переполнена, есть ли еще таверна или гостиница, где можно остановиться?

Мужчина неохотно повернулся, словно ему не терпелось уйти. Джай уже начал подозревать, что переплатил за рубашку и старик боялся, что юноша это поймет.

– В полудне пути вниз по дороге есть еще одно заведение, но вы доберетесь туда только к утру. А если свернете с дороги, то найдете еще пару. Они принадлежат тому же владельцу, что и местная таверна.

– А может, вы…

Но старик поспешил уйти. Джай с Фридой постояли мгновение, а затем юноша натянул рубашку через голову. Несмотря на босые ноги, он снова почувствовал себя человеком.

– Как думаешь, я не слишком дорого за нее заплатил? – спросил Джай.

Фрида пожала плечами.

– Ты меня спрашиваешь? Я никогда даже не прикасалась к сабинским монетам. А сам как думаешь, переплатил?

Джай поморщился и признался в том, что до этого момента не считал странным.

– Это была моя первая в жизни покупка, – буркнул он.

– Что? – удивилась Фрида.

– Всем занимался дворцовый казначей. Если Леониду что-то было нужно, он просто просил об этом – и ему приносили. Если мне что-то было нужно… Ну, он делал то же самое. Но Леонид не думал, что мне нужно много.

Фрида ткнула пальцем в мешочек с монетами, который юноша все еще крепко сжимал в кулаке.

– Так откуда это взялось?

Джай вздохнул.

– Эти монеты я нашел, когда мыл полы в столовой или выполнял поручения. Я даже не знаю, сколько их у меня…

Он порылся в мешочке, пересчитывая деньги. Фрида с любопытством наблюдала за происходящим. Содержимого мешочка должно было хватить на весь путь до границ империи, а Джай только что обменял самую ценную из своих монет на рубашку.

– У меня десять семи, три медных аса и один сестерий, – сказал Джай. – Это был единственный денарий.

Фрида непонимающе взглянула на него.

– Семи – самая мелкая монета. Два семи равны одному асу, четыре аса – это один сестерий. Серебряный денарий стоит четыре сестерия, или шестнадцать асов.

Она прикусила губу.

– Тебя обокрали, – подытожила она. – Но у преступников есть одно преимущество: мы тоже умеем воровать.

Она усмехнулась и показала ему серебряный денарий, а затем вернула монету в мешочек.

Джай почувствовал вспышку страха: вдруг их поймают?

– Лучше уйти отсюда, пока стражник не заметил пропажи, – небрежно сказала Фрида. Джай шагнул к дороге, но мягкая рука, опустившаяся на его плечо, остановила его.

Девушка кивнула на ближайший рыночный прилавок, владелец которого перекладывал в ручную тележку фрукты, овощи и вяленое мясо.

– Но давай сначала купим чего-нибудь поесть.

Она выхватила мешочек с монетами у него из рук.

– На этот раз позволь мне вести переговоры.