Глава восемнадцатая.

Я снова стоял напротив дышащей холодом и сыростью кирпичной стены. На этот раз никаких рычагов, смотровых щелей и скрытых механизмов. Грифон, поведя клювом, возбуждённо заклекотал. Мощная несокрушимая преграда упрямо отсекала нас от скрытого за нею логова графа Перумова.

Я знал, что мы пришли по адресу. Просто знал, что за этой монолитной стеной находится то, что мы ищем. Но здесь мой старинный и коварный враг решил вдвойне перестраховаться. Эта тайная дверь открывалась с помощью магии. Магии, замешанной на крови Рода Перумовых.

Мой Грифон видел сокрытые в шероховатом потемневшим камне намертво впечатанные магические узоры и могучие заклинания, предохраняющие дверь и то, что она за собой скрывала, от любого враждебного и нежелательного проникновения.

Никаких хитрых запоров, пружинных механизмов и замков. Граф открывал эту дверь примерно как я подобные ей в своем Имении. Нажатием ладони. И вплавленные в камень чары, почуяв кровь хозяина, послушно открывали ход, оживляя дверь. Загвоздочка. Самый надежный и непреодолимый замок из всех возможных.

Очень серьёзная неприятность на самом финише, когда, казалось, стоит нам переступить порог и мы в «дамках». Старая двуличная сволочь… Не тратя время на бесполезное исследование преградившей нам дорогу стены, перед которой окончательно обрывались отпечатки босых ног, я погрузился внутрь себя, входя в самый тесный ментальный контакт с Родовым зверем за все то время, что прошло после избавления от запретных рун, блокирующих мои наследные Способности.

Голову даю на отсечение, что мой прадед, Владимир Бестужев, справился бы с этой задачкой. Для него, мастер-мага, подобная преграда не стала бы непреодолимым препятствием. Неужели я отступлю? Окажусь хуже своего великого предкка и пойду на попятную? Ни за что. Не тогда, когда я стою в одном шаге от цели, нет!

— Дальше хода нет, — чуть слышно прошептал я своим затаившим за мной дыхание спутникам. — На двери волшебный замок. Попробую что-нибудь сделать. Ждите.

Я медленно приложил обе ладони к показавшейся вдруг ледяной поверхности стены. Шероховатый, вмурованный в крепчайший раствор, кирпич, наверняка приличная общая толщина и скрытый глубоко внутни сложный мощный механизм, который, повинуясь обволакивающим его чарам крови, должен отворять дверь.

Но если я не могу открыть этот магический замок, почему бы не попробовать его взломать? Мы с Грифоном, слившись в одно целое, всеми доступными нам чувствами шарили по поверхности стены, с каждым ударом сердца углубляясь все дальше внутрь, словно погружаясь с головой в холодный застоявшийся омут.

Грифон, негромко рыча, острым, как клинок моего фамильного меча, клювом рвал плетения чужеродной магии, планомерно уничтожая наведённые на камни заклинания, работающие без малейшего сбоя вот уже почти сотню лет. Я видел его глазами, как черные, с багровыми, отвратными на вид прожилками, колдовские плетения, растягиваясь, лопаются, съеживаются, будто живые, и рассыпаюся в прах.

Наверно, прошло несколько долгих и томительных минут, превратившихся для меня в целый час, прежде чем Грифон с торжествующим клекотом перекусил последнюю магическую нить. Та лопнула с негромким комариным писком и внутри каменой стены что-то отчётливо зажужжало.

Внезапно кирпичная кладка под моими ладонями заметно потеплела. Я не спешил отдёргивать руки, продолжая упорно ждать. Внутренний шум, слышимый, подозреваю, только мне, нарастал. Становился все явственней и громче. И оборвался резким, словно выстрел, треском. Будто внутри что-то окончательно сломалось.

И когда я наконец убрал руки, преграждающая путь каменная стена, скрипя и постанывая, сдвинулась в сторону, оказавшись почти полуметровой толщины и открывая нам проход в небольшую, тёмную, лишеную окон, с одной единственной дверью напротив, комнату.

Я осторожно дотронулся до плеча напряженно застывшего за моей спиной Велеса, и первым вошёл внутрь. Мои спутники молча и быстро последовали за мной. Потайная дверь, как я и думал, не закрылась. Словно умерев, она осталась наполовину вдавленной в стену. С обратной стороны она ничем не отличалась от стен комнаты, в которой мы оказались.

Небольшое, три на три метра, помещеньице, которое можно было бы использовать как чулан. Голые стены, низкий потолок и висящие по обе стороны от закрытой железной двери незаженные факелы. Своего рода тамбур, за которым, уверен, и найдётся тайная берлога графа Владислава Перумова.

— Доставайте оружие и будьте готовы к встрече с самим дьяволом, — приглушенно прошептал я, осторожно подходя к двери.

Мощная, собраная из листового проклепанного железа, навешанная на толстые цилиндрические петли, с нашей стороны она была оснащена внушительным стальным засовом. А, учитывая, что отворялась она наружу, заперев ее, можно было переждать небольшую осаду или же спокойно уйти тайным ходом на бесконечные просторы внутри стен дворцового комплекса. Граф Перумов заранее приготовил для себя способы отступления? Так, на всякий случай?

Железная дверь и толстые монолитные каменные стены отрезали от нас, затаившихся, плотно сбившись, в этом небольшом закутке, все внешние звуки. Мы не знали, что нас ждёт и кого мы встретим. Застанем ли самого графа Перумова в одиночку или же обнаружим его среди своих верных сподвижников.

В любом случае, мы не собирались продолжать тут сидеть, обнявшись и заговорщицки шепчась, будто устроив вечерние посиделки. Не для того мы все здесь оказались. Комната наполнилась негромким шелестом извлекаемых из ножен клинков и тихими щелчками возводимых пистолей.

Леонид достал небольшой походный масляный фонарик и зажег его. Слабый желтоватый огонёк осветил мрачные решительные лица склонившихся над ним людей. Велесу, Валентину и Лешему нужно было после долгих блужданий во тьме, привыкнуть к свету. Иначе выйди мы в освещённую комнату, в первые секунды они будут дезориентированны чересчур ярким с непривычки светом. И в этот момент станут наиболее уязвимыми. А нам нужно действовать всем вместе, как единый сплочённый отлаженный механизм.

Я приложил ладонь к гладкой, будто отполированной, металлической поверхности двери, позволяя Грифону ее прозондировать. Принюхавшись и пренебрежительно щёлкнув клювом, словно не считая это задание серьёзным делом, Грифон фыркнул. Отлично, отчего-то я не сомневался, что с обратной стороны дверь не заперта. Ну, с богом.

Сильно нажав на железное полотно, я толкнул, и первым с обнажённым мечом в руке ворвался в…

Я замер на месте, пока остальные ловкими хищными тенями выскакивали наружу и становились за моей спиной.

Спустя еще пару секунд сведённые в чудовищном наряжении мышцы расслабились, стволы направленных в разные стороны пистолей чуть опустились, а сверкающие клинки перестали угрожать вероятному противнику. Там, где мы оказались, на первый взгляд, никого не было. Но менее опасным и спокойным это место мне совсем не показалось.

Тайный ход привел нас в одну из секретных алхимических лабораторий графа Владислава Перумова, расположенную в самом центре Столицы, прямо под носом Императора и Тайной Службы, в монаршем дворце!

И, скажу, вам, посмотреть здесь было на что… И, чем больше я со все возрастающим любопытством обегал сузившимися глазами огромное, ярко освещённое алхимическими фонарями помещение, тем в большее удивление я приходил.

Мы оказались в огромном зале, с высоким потолком и замощенным мрамором полом. Никаких окон, в потолке зарешеченные отдушины, из чего я сделал вывод, что, постепенно спускаясь по тайному туннелю все ниже, мы в итоге оказались на уровне дворцовых катакомб, среди которых ушлый граф и обустроил себе лабораторию.

Здесь не было окон, но зато я только за первые секунды беглого осмотра насчитал еще шесть одну в одну похожих на ту, через которую мы только что вышли, металлических дверей. Куда они вели, оставалось только догадываться. И какая из них являлась главной, ведущей наружу, тоже было неизвестно.

И самое главное, в этом странном, жутком и, чего греха таить, вызывающем подспудные затаенные страхи, помещении не было ни следа присутствия графа или его помощников, зато и без них было на что посмотреть.

И я точно знал, что здесь мы найдём ответы на многие вопросы.

— В разные стороны не разбегаемся, — обратился я к своим товарищам. — Внимательно все осматриваем и не спускаем глаз с дверей. В любомой момент сюда может нагрянуть Перумов. Я не верю, что он сбежал из Столицы или даже покинул дворец. Он где-то здесь, поблизости.

Леонид хмуро кивнул. Здесь, во вражеской обители, наследный князь и командующий Девятой Стражей признавал мое безоговорочное лидерство. И даже Валентин, не морщась, прислушивался к каждому моему слову.

— Мне кажется, ты единственный из нас, кто точно знает, что нужно делать, — проворчал сын начальника Тайной Службы. — Уму непостижимо…

Вот так, настороженно и держа ушки на макушке, мы начали медленно обходить всю огромную, заполненную диковенными устройствами и никому из нас ранее не виданным оборудованием тайную лабораторию графа Перумова.

Поглощающий любое зарождающееся от наших шагов эхо зал был разделен металлическими перегородками на несколько неравномерных секторов. И везде превосходное современное освещение. Я отчётливо слышал негромкий гул работающей на энерго-кристаллах силовой установки. Значит, за одной из дверей располагается комната со снабжающим лабораторию энергией мощным котлом.

По ровно оштукатуренному беленому потолку тянулись жгуты толстых кабелей и гофрированных рукавов, плети расходящихся в разные стороны труб. Подозреваю, что в пол были встроены целые дренажные системы отвода и подачи воды и канализационные стоки. Денег на это логово такой богатый и блестящий алхимик, как Перумов, явно не пожалел.

Сверкающие хромированной сталью стеллажи и похожие на медицинские металлические столы, кюветы, колбы и змеевики. Огромные стеклянные резервуары с водой, прозрачные, заполненные подозрительной жидкостью и непонятными субстанциями баки. Какие-то напоминающие компрессоры и перегонные кубы блестящие в свете алхимических шаров агрегаты… Бесчисленное количество реторт, мензурок и колбочек. Некоторым удивительным на вид конструкциям самых разных размеров и форм мы и вовсе не могли дать никакого определения. Иные предметы и вовсе носили явно магический характер.

Так же я обратил внимание, что стены, пол, потолок, все двери в графской лаборатории были расписаны колдовскими рунами и знаками, что наводило на мысли о том, что это помещение превосходно защищено от любого магического проникновения и зондирования. И обнраружить эту берлогу было совсем не просто даже с помощью магии. Мощные охранные руны надёжно скрывали тайную лабораторию Перумова от чужих глаз, ушей и волшебных талантов.

Некоторые из увиденных здесь вещей мне откровенно не нравились. От них за милю несло чем-то мерзким, отталкивающим, чужеродным нашему миру. Веяло злом, тленом и разложением. Скверной. Грифон, раздражённо ворча, полноситью со мной соглашался. Ему здесь определённо не нравилось.

Загадочная, непонятная жидкость в стеклянных сосудах размеров с двухсотлитровые бочки. Что это? Некоторая была похожа на бледно-розовую водичку, другая отливала ядовитой зеленью, а третья и вовсе была похожа на алую, загустевшую кровь. Кое-где шли странные необъяснимые процессы. Жидкости бурлили, клапаны и дыхательные краны шипели и пыхтели, десятки манометров демонстрировали различные показания, понятные только специалистам…

Мы прошли мимо нескольких, похожих на свинцовые гробы, саркофагов, к которым были подключены трубы и кабеля, а стоящие рядом агрегаты и алхимические приборы угрожающе трещали и щёлкали.

В лаборатории стоял резкий запах химических реагентов, хлорки, спирта и железа. Думаю, нагрянь сюда орава сотрудников из Тайной Службы, доукомплектованная специалистами из алхимического отдела, и они бы обнаружили много чего интересного и гарантированно запрещённого на территории боговерующей Великорусской Империи.

И когда мы уже завершали беглый поверхностный осмотр гигантской лаборатории, Грифон вдруг резко дёрнулся и, впившись когтями мне в кожу, яростно и возбуждённо заклекотал. Я остановился как вкопанный. Поднял руку, призывая к тому же остальных, и медлено посмотрел туда, куда настойчиво указывал мой Родовой зверь…