─ Она дома с Тамарой Владимировной. А мы с Ваней переезжаем, ─ нехотя отвечаю я и прохожу мимо.

─ Вот как? Выходит, Ромочка решил полностью освободить дом для нас, ─ довольно мурлычет Лиза мне вслед. ─ Прекрасно.

Теперь никакие разговоры с Радовым и не нужны. Все и так стало предельно ясно.

─ Желаю вам удержаться рядом с Романом, ─ обернувшись, отвечаю я, едва сдерживая себя от излишней грубости. ─ Как вы верно подметили раньше, он не стремится заводить серьезных отношений и меняет женщин как перчатки.

─ Ох, дорогая, не волнуйтесь, ─ победно усмехается она. ─ От меня он теперь никуда не денется.

Хочется провалиться сквозь землю, ведь на ее фоне я чувствую себя проигравшей неудачницей. На деле так оно и есть. Стоило ей только появиться, как Радов выбрал ее.

Глотаю свою обиду, вставшую колючим комом поперек горла, и спешно иду в машину. До боли закусываю нижнюю губу, чтобы не разреветься. Мне так больно и обидно, что просто нет слов!

Внутри меня бушует ураган эмоций. Я наступила на те же грабли второй раз, и теперь они стукнули еще сильнее. И надо было мне сбежать подальше еще в первый раз, когда была такая возможность. Или хотя бы сегодня воспользоваться этой возможностью, пока она была, и не дожидаться возможности поговорить, объясниться.

А теперь уже поздно. Снова я буду в ловушке Радова. Только теперь мне даже и не придется надеяться на положительный исход.

Ваня сидит в автокресле и играет со слоником-пищалкой, а я нервно раздираю кожу на руках, отчаянно пытаясь понять, что же мне делать. И мои мысли прерывает звонок мобильного, на экране которого высвечивается имя предателя.

Нет никакого желания говорить сейчас с Радовым и даже слышать его голос. Вызов завершается, и я вижу на экране уже девять пропущенных. Оказывается, он мне звонит уже не в первый раз. Ну и ладно. Его проблемы. Теперь я уж точно ничем не обязана ему.

Забрасываю телефон в сумку и смотрю в окно, стараясь ни о чем не думать. Но только мне удается сосредоточиться на виде за окном, как громкий звонок мобильного разрывает тишину и нарушает покой. И на этот раз звонят не мне.

─ Слушаю вас, ─ отвечает на звонок Сергей ─ водитель Радова. ─ Да, конечно. Недавно выехали. Ага, секунду, ─ и закидывает руку назад, протягивая мне свой мобильный со словами: ─ Роман Андреевич не может вам никак дозвониться. Хочет поговорить.

─ Передайте ему, что я сейчас занята и не могу говорить, ─ фыркаю я, а рука Сергея так и остается заведенной за кресло.

Не самая лучшая идея управлять машиной одной рукой. И, похоже, пока я не возьму телефон из его рук, он так и будет подвергать нас с Ваней опасности, намереваясь исполнить приказ начальника.

Громко вздыхаю и забираю у него телефон:

─ Что?

─ И тебе привет, ─ недовольно отвечает Радов. ─ Почему трубку не берешь?

─ Занята была.

─ А сейчас тоже занята?

─ А сейчас просто не хочу с тобой говорить! ─ фыркаю я, отчаянно желая бросить трубку.

Возникает молчаливая пауза, а затем Радов осторожно спрашивает:

─ Ты встретилась с Лизой?

─ Встретилась, ─ ехидно отзываюсь я. ─ Даже пообщаться удалось. Такая милая дама! Надеюсь, ей и вашей дочери будет комфортно в твоем доме.

─ Сонь, не кипятись, ─ протягивает Роман. ─ Нет ничего такого, о чем ты могла подумать. Я вечером приеду к тебе, и мы обо всем поговорим, ладно?

─ Не утруждай себя, ─ хмыкаю в ответ и кладу трубку.

Отдаю телефон Сергею и вновь перевожу взгляд в окно. Как же я сейчас зла на Радова! И на себя тоже. Что он мне объяснит? Будет очередную лапшу на уши развешивать, надеясь, что я всему поверю? Хватит с меня уже этой веры и надежды, сыта по горло. И любви тоже не надо! Отравляет только мне всю жизнь.

Через час мы останавливаемся возле красивого одноэтажного дома. По периметру ворот вижу пятерых охранников, а на территории стоит грузовое авто, из которого вытаскивают наши вещи и заносят в дом.

Захожу внутрь и осматриваюсь. Везде, кроме двух из трех спален, сделан свежий и дорогой ремонт. Из новой мебели только диван в гостиной, а все остальное из дома Радова как раз заносят и устанавливают. В кухне вообще есть все необходимое: и обеденный стол со стульями, и гарнитур, и техника.

Здесь вполне уютно, для комфортной жизни есть все необходимое. И на какое-то время мне все же придется здесь остаться. Не в угоду Радова, а ради нашей с Ваней безопасности.

Когда я думала о том, чтобы в суматохе слинять из дома Радова и скрыться от него, я забыла о самой главной проблеме ─ моем бывшем боссе. И как бы сильно я сейчас ни ненавидела Радова, а быть в его поле зрения куда лучше, чем угодить в лапы Усманова. Пусть Роман крепко поиздевался надо мной морально, но физическую расправу не станет учинять.

Прячусь от посторонних глаз в гостиной, заперевшись на замок, и кормлю сына грудью. С ним все просто ─ еда всегда с собой. А вот у меня начинает сводить желудок от голода.

Заканчиваю с кормлением и иду на кухню проверить холодильник. Негусто, но еда все же есть. Яйца, молоко, сыр и колбасы. Перебиться на пару дней сойдет.

Усаживаю сына в стульчик, а сама принимаюсь готовить себе омлет. Ужинаю, а затем иду с Ваней на улицу подальше от надоедливого шума при сборке мебели.

На улице уже сильно стемнело и немного похолодало к тому моменту, как дом опустел от посторонних. Ваня уже капризничает, хочет спать, и я быстренько его мою, застилаю кроватку чистым бельем, кормлю перед сном грудью и укладываю своего малыша спать.

Хорошо, что сейчас он не понимает того, что происходит в нашей жизни, и ему не приходится ни о чем волноваться. А я уже дико устала от этих переживаний.

Купаюсь и сама ложусь в постель, не дожидаясь Радова. Хоть он и обещал, а, похоже, не приедет сегодня. Ожидаемо, потому уже нет веры его словам.

Даже не замечаю, как вырубаюсь от усталости и нервного напряжения. Но посреди ночи внезапно просыпаюсь от чувства, что позади меня кто-то сидит.

От ужаса из горла вырывается хрип, и я как ошпаренная соскакиваю с постели. Подбегаю к кроватке сына, тяну к нему руки и одновременно перевожу взгляд на кровать. А там никого.

Приснилось? Почудилось? Вероятно. Но от этого мне легче не становится. Сердце с грохотом бьется о грудную клетку, а кровь шумит в ушах. Не передать словами, как же сильно я перепугалась! Думала, что это Усманов пришел отомстить.

Неконтролируемо начинаю плакать. Глупо, ведь ничего не случилось, но я ведь уже спела себе вообразить самое страшное, и стресс выплеснулся наружу в виде слез.

В горле моментально пересыхает, и я решаю сходить на кухню за стаканом воды. Отворяю дверь и слышу какой-то шум. Страх сковывает, но через мгновения я вспоминаю про охрану и спешно иду к окну проверить, не лежат ли они ничком на земле.

Все в порядке. По периметру четверо охранников вместо пяти. Может, один из них решил зайти в туалет, или еще что?

Снова выхожу из комнаты и иду на кухню, где, к своему искреннему удивлению, вижу Радова.

─ Я разбудил тебя? Прости, ─ тихо произносит он, отпивая из кружки кофе.

Все-таки приехал. Вот только смысл в такое время приезжать?

─ Разбудил, ─ глухо отвечаю я. ─ Зачем приехал посреди ночи?

─ Обещал же приехать. Но не думал, что ты уже будешь спать, ─ пожимает он плечами.

─ Можно было позвонить для начала, ─ хмыкаю я.

─ Звонил. Ты не взяла трубку.

─ Но никакого вывода ты из этого не сделал, да? ─ усмехаюсь я и наливаю в стакан воду из-под крана.

─ Прости, что не получилось раньше, ─ виновато произносит он и обнимает меня за талию, но я тут же выворачиваюсь из его рук и сажусь за стол.

─ Меня не огорчает, что ты приехал так поздно. Я бы вообще предпочла с тобой больше не встречаться.

─ Сонь, не нужно так, ─ он садится рядом и накрывает мою ладонь своей. ─ Я ведь не сделал тебе ничего плохого.

─ То есть с того момента, как ты забрал нас с Ваней в свой дом, ты вел себя чисто по-человечески? ─ с губ срывается нервный смешок. ─ Спасибо, тогда мне больше не нужно твоей человечности. Сыта по горло.

─ Да, я перегибал палку, не отрицаю, ─ согласно кивает Роман. ─ Но все это было только потому, что ты скрыла сына и дала мне повод считать, что ты заодно с Усмановым. И если за сына я тебя почти сразу простил, то за Усманова только недавно. Я до последнего сомневался. И прошу у тебя за это прощения.

─ Простил… Как великодушно с твоей стороны, ─ натягиваю фальшивую улыбку. ─ Это все? Я могу дальше идти спать?

─ Не все, ─ мотает он головой. ─ Я хочу объяснить тебе, почему Лиза будет жить в моем доме. Временно.

─ Мне это все равно неинтересно, ─ отвожу взгляд в сторону. ─ Это твоя жизнь, и ты распоряжаешься ею так, как хочешь.

─ Тебе совсем все равно? ─ удивленно спрашивает он и крепче сжимает мою ладонь.

─ Не все равно! ─ выпаливаю я и отдергиваю руку. ─ Ты поступил по-свински! Сначала удерживал меня в своем доме, не давал жизни, а как появилась Лиза, так сразу выставил меня за дверь! Можно было не морочить мне голову и просто отпустить домой, раз уже наигрался.

─ Не говори глупости, никаких игр не было, ─ проникновенно отвечает Роман. ─ В мои планы Лиза вообще не входила, но она приехала внезапно и именно в тот момент, когда надо мной и моими близкими нависла настоящая опасность. Это не ради нее, а ради моей дочери. Поверь, что будет с Лизой, меня интересует меньше всего. Но она мать Эмилии, и если с ней что-то случился, то для моей дочери это будет трагедией. И я не хочу, чтобы хоть кто-то пострадал из-за моих проблем.

─ Незапланированно? ─ изгибаю я бровь. ─ А она сказала, что вы договорились пообедать вместе, когда скинула твою дочь на меня, посчитав няней. Как-то не вяжется все, не находишь?

─ Так она с тобой оставляла Эмилию? ─ на лице Радова вспыхивает удивление вперемежку со злостью. ─ Вот же…

─ Зато вы смогли пообедать вместе, ─ ехидно отвечаю ему.

─ Да не обедали мы! ─ он психует и подрывается с места, опирается руками на столешницу. ─ Она должна была приехать только через неделю по своим делам, а пообедать я с ней согласился только чтобы с Эмилией повидаться. А в нынешней суете вообще забыл об этом! Если бы помнил, то предупредил бы, что сейчас нельзя им приезжать. А она еще и раньше запланированного это сделала. Не ждал я их сейчас, Сонь, понимаешь? Не ждал! И перевез я вас сюда только для вашей безопасности! Но никак не для того, чтобы сбагрить и жить с Лизой. Я вообще видеть ее не хочу!

─ Но все же поселил ее в своем доме, ─ заключаю я.

─ Черт! Соня, ты меня вообще слышишь? ─ от злости он сжимает кулаки, а на его щеках проступают желваки. ─ Это вынужденная мера! У меня просто физически не было времени на то, чтобы организовать для них другое жилье с охраной. Да, так тоже не слишком безопасно, потому что Усманов наверняка знает, где мой дом, и если запланирует покушение, то может целиться именно туда! Пойми ты, что вы с Ваней для меня важнее всего! И в первую очередь я думаю о вас!

Возникает неловкое молчание. Роман звучит вполне убедительно, чтобы предъявлять ему еще хоть что-то. Но это вовсе не отменяет того, что я недовольна проживанием Лизы вместе с ним. Судя по ее же словам, она собирается вернуть бывшего мужа, и не факт, что Радов устоит. Это мне он может говорить все что угодно. А что он испытывает на самом деле ─ неизвестно. Нет у меня к нему столько доверия, чтобы не сомневаться в его словах.

Но, с другой стороны, что я могу ему предъявить? Я могу быть хоть тысячу раз недовольна появлением Лизы в его доме и тем, что мои ожидания не оправдались. Мы ведь по-прежнему никто друг для друга, просто бывшие, которые жили вместе из-за общего сына.

─ Иди сюда, ─ на выдохе произносит Роман и притягивает меня к себе, заставляя подняться со стула. ─ Не стоит переживать из-за Лизы. Она осталась для меня в прошлом. И, поверь, такое не хочется возвращать.

Глава 24

Роман Радов

Соня смотрит на меня исподлобья, поджав губы.

─ Какая разница, верю я тебе или нет? ─ с холодом произносит она. ─ Разве это вообще хоть что-нибудь меняет? Верю я тебе, не верю, а факт остается фактом: мы с Ваней теперь живем здесь, а твоя бывшая и дочь ─ вместе с тобой. И это, конечно, твое право, оправдываться передо мной ни в чем не нужно.

Моя девочка совершенно не хочет меня слушать!

─ Я как будто со стеной разговариваю, ─ раздраженно выдыхаю я. ─ Мне пришлось это сделать, понимаешь? Или я должен был наплевать на свою дочь?! Не было у меня возможности и времени позаботиться о том, чтобы найти для них другое жилье.

─ Ты сделал то, что подчитал нужным и правильным, ─ пожимает она плечами и с вызовом продолжает: ─ Мог даже не сообщать мне об этом. Я ведь никто для тебя, верно? Всего лишь мать одного из твоих детей. Так какая вообще разница, что я обо всем этом думаю. Спокойной ночи.

С этими словами она собирается уйти, но я ловлю ее за талию и прижимаю к себе, заставляя остаться на своем месте:

─ Ты все усложняешь, Соня. Для чего ты это делаешь? Боишься поверить мне на слово и поэтому так себя ведешь? Ты ведь и сама прекрасно знаешь, что значишь для меня, а иначе я бы даже не стал пытаться что-либо тебе объяснить и доказать.

─ Нет, не знаю, ─ мотает она головой. ─ Мне не показалось, что я хоть что-то для тебя значу. И совершенно не понимаю твоих намерений относительно меня. Все, что я слышала от тебя, так это то, что я что-то тебе должна. Сплошная тирания, которая говорит только о твоем самолюбии и ни о чем больше!

Черт! Она специально выводит меня из равновесия?!

─ Ты мне небезразлична, ─ хрипло выдыхаю в ее губы, приблизившись вплотную. ─ И мне казалось, что желание защитить тебя от Усманова должно доказывать тебе это. Но если непонятно, то говорю прямо: хочу быть рядом с тобой и нашим сыном. Хочу, чтобы ты была моей. И все, что происходит, только ради этого.

Пусть она обиженная и злая, с заспанными глазами, но даже сейчас она самая красивая и самая желанная. Моя девочка, только моя.