- Постой-постой, не они ли несколько лет назад хотели подсунуть невесту принцу14? Как же их… Туссенхольм?

- Туссентрат. Да, они. Так вот, ты понимаешь, что твои коллеги из магбезопасности, с одной стороны, носились как наскипидаренные, пытаясь не упустить никого из заговорщиков. А с другой, должны были хранить всё происходящее в тайне, потому что показывать слабость королевской власти нельзя никому. Даже временную, недолгую слабость. Именно поэтому делом об исчезновении Скиммерса занимался тот самый майор Йергенсен…

- О котором ты, вот странность, даже и не слышал никогда, - любезно подсказала Лавиния.

Хорус поморщился.

- Ну сглупил, прости. Майор был паршивой овцой в нашей Службе магбезопасности. То есть, сейчас он, конечно, уже не майор, дорос до целого полковника и вышел в отставку. Живёт теперь безвылазно в своём имении и разводит не то пчёл, не то кабачки.

- Если этот Йергенсен был настолько плох, почему достаточно серьёзное дело об исчезновении главы Гильдии поручили ему?

- Да потому что больше некому было! – ответил Хорус с досадой. – Я же сказал, день и ночь на ушах все стояли, распутывая последствия очередной выходки Туссентратов. И у твоих коллег просто все нормальные следователи были заняты. И кроме того… - он тяжело вздохнул. – Когда Пауль исчез…

- Пауль?

- Своё первое имя, Ян, он почему-то очень не любил. Так вот, когда Пауль исчез, все решили, что он принял такое решение из-за болезни его величества. Он винил себя в том, что король так тяжело адаптировался с артефактами, подготовить его должен был как раз глава нашей Гильдии...

Лавиния бы продолжила расспросы, она ещё не всё узнала, но тут в дверь постучали.

Бывший подмастерье, а ныне мастер Кальтен Сульберг, удивлял с первого взгляда.

Во-первых, он не был гномом. Наверное, процентов девяносто артефакторов происходят из подгорного народа, и это понятно: база для артефакторики – изделия из металла и камней. А кто лучше гномов работает с этими ресурсами? Но Сульберг был чистокровным хомо…

Во-вторых, выглядел он странно: очень высокий и худой, с длинными руками и огромными, словно лопаты, ладонями. Стригся мастер, похоже, сам, при этом не глядя в зеркало, и неровно обстриженные рыже-седые волосы торчали во все стороны.

В-третьих, Сульберг был зол, и скрывать это даже не пытался.

- Добрый день, мастер, - вежливо поздоровалась Лавиния. – Я коммандер Редфилд из Службы магбезопасности…

- Дамочка, мне начхать, кто вы такая! Мне пришлось из-за вас работу прервать, просто потому, что вам вздумалось меня о чём-то расспрашивать! Ну так давайте, спрашивайте… - и на грани слышимости добавил: - Тёмного вам в глотку.

Лавиния продолжила говорить, словно и не слышала грубости.

- …И мне нужно задать вам несколько вопросов о мастере Скиммерсе. Вы ведь были его подмастерьем?

- Учеником, - сварливо ответил Сульберг. – Подмастерьем я стал уже после мастера Скиммерса, в середине две тысячи сто пятидесятого. А на кой ляд вам надобно расспрашивать о мастере Скиммерсе, с его ухода сорок с лишним лет прошло?

Отвечать Лавиния не стала, лишь пожала плечами.

- Ну и что вы хотите знать?

- Вы сказали «с его ухода». Почему именно так? Вы считаете, что он ушёл сам?

- Я это точно знаю, - Сульберг потянулся к кофейнику, подогрел его коротким импульсом и, не спрашивая у хозяина кабинета, налил себе кофе в ближайшую чашку. – Меня ж никто тогда даже и не допрашивал… ну, почти. Этот красавчик из вашей магбезопасности поинтересовался только, когда я мастера видел, и не оставлял ли тот записки. А зачем ему было записки оставлять, он мне словами всё сказал!

- И что же он сказал?

Не отвечая на вопрос, Сульберг повернулся к Хорусу и спросил:

- А сливок у тебя нет? Не люблю молоко.

Ван Дер Гакль молча вышел из комнаты и почти сразу вернулся, неся в руках сливочник.

- Вот, другое дело, - это прозвучало почти по-человечески.

Долив кофе сливками чуть ли не на треть, Сульберг довольно зажмурился, делаясь похожим на дворового кота. Лавиния вспомнила, что у неё в Провансе, в поместье, живёт точь-в-точь такой – рыжий, немолодой и тощий несмотря на то, что кухарка его постоянно подкармливала.

- Так что сказал вам мастер Скиммерс перед уходом? – снова спросила она, дождавшись, когда гость отставит чашку.

- Сказал, что давно ждал Знака, и вот дождался. Что плохое взаимодействие артефактов и его величества непременно спишут на него, и вполне может дойти до обвинения в покушении на жизнь короля. Он всё это проверял перед коронацией, ему, мол, легче лёгкого было всё испортить. А ему этого не надо, он ни в чём не виноват, поэтому уходит.

- А куда уходит, не сказал?

Сульберг помотал головой.

- Нет. Но у него всё было продумано, это я сразу понял, и идти ему было куда. Он взял с собой личный набор инструментов, несколько мощных накопителей и бритву, и деньги, наличные, понятное дело, остальное всё оставил. Сказал мне, чтобы я пару книг забрал и больше ничего не трогал, а то обвинят в краже. И вообще, чтобы шёл к другим ученикам и до вечера был у всех на глазах. Я и пошёл.

- Понятно… - Лавиния встала, прошлась по комнате, остановилась возле окна; на улице стыла февральская темнота. - Над чем Скиммерс работал перед исчезновением?

- Он не исчезал, - упрямо возразил Сульберг. – Он ушёл, и ушёл по своей воле!

- Хорошо, пусть так. Сути вопроса это не меняет.

- Последние недели две – ни над чем, кроме особого заказа. Это вам и Хорус мог сказать. Они вместе коронные артефакты изучали.

Лавиния повернулась к Ван Дер Гаклю, и тот молча кивнул. Потом всё-таки разлепил губы.

- Коронация была двадцать восьмого мая, - сказал он. – Всё прошло прекрасно, а через несколько дней его величество заболел. Слабость, головокружение, давление ниже плинтуса – это у молодого мужчины, сильного мага! Сперва маги-медики считали, что это переутомление, потом обнаружили, что у него резерв не заполняется, остаётся на пятнадцати процентах…

Тут Лавиния присвистнула.

- Это что, получается, какой-то из коронных артефактов повредил каналы его величеству?

- Именно так, - кивнул Хорус. - Вот тут-то мы с Паулем и взялись исследовать, что и как. А это ж дело не быстрое, и артефакты непростые.

- Нашли?

- Нашли, конечно. В большой короне центральный камень – сапфир. Не самый большой, всего сто двадцать карат15, но совершенно безупречный. Так вот, в нём обнаружилось несколько микротрещин, простым глазом, разумеется, не видимых. Но на свойства артефакта они влияли… катастрофически, - Хорус поморщился. – И Кальтен прав, пошли тогда разговоры, что, мол, глава Гильдии нарочно пропустил дефект камня, а то и сам его испортил. В итоге камень заменили, я лично ставил новый и заново функции артефакта восстанавливал, но… Сама знаешь – ложечки нашлись, а осадочек остался.

- Н-да… - Лавиния повернулась к Сульбергу. – И всё же я возвращаюсь к своему вопросу: что Скиммерс делал последним?

Сульберг задумался.

- Не помню… Был какой-то секретный заказ, но я только мельком о нём тогда слышал. Нет, точно не помню! Слушайте, всё-таки сорок лет прошло!

- Ладно, тогда спрошу по-другому. Работу мастера Скиммерса вы узнаете?

- Да, - твёрдо сказал Сульберг. – Точно узнаю. Он ставил такие… метки, если не знать, как, их в жизни не разглядишь.

- Тогда я попрошу вас ещё немного побыть здесь… Хорус, откуда в этом здании можно открыть портал?

- Тебе – ниоткуда, если только на улицу выйдешь. Ты хочешь забрать из сейфа те коробки?

- Да.

- Так зачем самой скакать, ты что, новобранец? Или курьерскую доставку отменили? Звони этому типу, и пусть срочно отправляет!

- Не ворчи, Хорус! – Лавиния усмехнулась и вытащила коммуникатор. – Ты же знаешь, мне всегда проще сделать самой, чем потом исправлять чужие ошибки.

Лавернье ответил на её звонок мгновенно, словно ждал его. Выслушал указания – упаковать, навесить щиты, отправить с курьером сверхсрочно, - кивнул и отключился. Дальше оставалось только ждать, и Лавиния снова подошла к окну. По неширокой улице мела позёмка, сворачивалась кольцами, обвивалась вокруг фонарных столбов, будто живая. Показалось даже, что в снежной пыли то и дело блестят красные огоньки, словно глаза ледяной змеи… Госпожа Редфилд зябко повела плечами и вернулась в кресло.

Два мастера о чём-то тихо спорили, вырывая друг у друга карандаш и исчёркивая всё новые листы бумаги. Наконец Сульберг выпрямился и сказал во весь голос:

- Готов спорить, что линии активности идут именно так!

- Спорить? – прищурился Хорус.

- Да!

- На что?

- Одна совместная работа, кто проиграл, то будет подмастерьем!

- Принято! – Хорус повернулся к коммандеру. – Лавиния, разбей! Отлично! А теперь идём, неверующий, и я тебе покажу эти расчёты!

За рукав он потащил своего коллегу к книжному шкафу, приложил ладонь к замку и распахнул дверцы.

- Та-ак, где у нас «Ежеквартальное обозрение достижений прикладной математики»? Это было… это было… да, точно, в первом квартале прошлого года… ага, вот он! – с победным кличем мастер Ван Дер Гакль вытянул один из журналов, быстро пролистал его и сунул своему оппоненту, тыча пальцем в страницу. – Вот, смотри, статья профессора Разумовой из Кембриджа, «О методике расчётов магического поля с применением нелинейных графиков функции». Читай!

Сульберг недоверчиво фыркнул, вырвал из рук Ван Дер Гакля журнал и плюхнулся в кресло. Окружающая действительность перестала для него существовать.

Наконец в дверь постучали. На пороге стоял совсем юный ученик, который сказал, восторженно глядя на Хоруса:

- М-мастер, т-там к-курьер. Шумит очень, т-требует его вп-пустить.

- Я выйду, - поспешно шагнула вперёд Лавиния. – Спасибо, молодой человек.

Картонная коробка была упакована на совесть, Лавернье не пренебрёг ни одной рекомендацией.

Лавиния неторопливо снимала щиты. Хорус, не понаслышке знающий, как вредно для здоровья мешать магу работать, от нетерпения грыз бороду. И только Сульберг увлечённо читал, не замечая ничего вокруг.

Наконец она извлекла из картонной коробки другую, из белого дуба, к которому особенно хорошо цепляются охранные заклинания, и сняла с неё крышку.

- Ну вот. Ты это уже видел, теперь хорошо бы было отвлечь мастера Сульберга от статьи.

- Кальтен! – позвал Ван Дер Гакль, но его коллега не реагировал. – Кальтен! Мастер Сульберг! – рявкнул он наконец.

Сульберг поднял затуманенный взор.

- Слушай, как интересно! Я почему-то пропустил этот номер «Обозрения»… Да, а что ты хотел?

- Ты сюда зачем пришёл?

На лице рыжего мастера отразилось раздумье. Наконец он посмотрел на Лавинию, и взгляд его прояснился.

- А, точно! Дамочка, которой интересен мастер Скиммерс!

Сдерживая смех, Лавиния показала на две шкатулки и небольшую картонную коробку.

- Взгляните, пожалуйста, мастер, вот эти вещи работы вашего учителя?

Текли минуты.

Сульберг внимательно рассматривал каждый из предметов, покачал головой над браслетом, утратившим камни, вздохнул над искорёженной фибулой. Потом зажёг магический фонарик и взял в руки перстень. Перевернул его обратной стороной и подвёл фонарик так, чтобы свет падал под углом. Губы его шевелились, и Лавиния никак не могла понять, разговаривает он с покалеченным предметом или проговаривает заклинания…

Точно так же, с фонариком, Сульберг рассмотрел и остальные вещи, после чего аккуратно положил каждый в его вместилище и поднял голову.

- Да, это работа Скиммерса. Слово мастера. Но только… это вовсе не последнее, не то, что он делал здесь, я этих вещей не видел вовсе. Они… другие. Его стиль, его рука, его значок на обратной стороне, но мне кажется, здесь мастерство стало выше. Вообще электрум он не очень любил, предпочитал чистые металлы, но в том наборе, кажется, тоже был электрум… Где вы их взяли, и почему в таком виде?

- Это довольно долгая история, - ответила Лавиния. – Я вам её расскажу, но прежде покажите мне подпись мастера!

Ещё через час, когда Сульберг ушёл, госпожа Редфилд повернулась к Ван Дер Гаклю.

- Кто был заказчиком, говори уже наконец!

- Король. То есть, тогда ещё кронпринц Ингвар. Он опасался, что слияние с королевскими артефактами надолго выбьет его из колеи, что и произошло, собственно. Поэтому попросил мастера Скиммерса попытаться снизить вредное воздействие при помощи амулетов.

- И?

- И получилось неудачно. Не буду вдаваться в подробности, ты всё равно не поймёшь…

- Ну ещё бы! – фыркнула Лавиния.

- Так вот, комплект работы Скиммерса должен был надеть реципиент, которому сливалась часть вредного воздействия коронных артефактов. К сожалению, на этапе тестирования получившийся комплект вышибал сознание и из донора, и из реципиента. До коронации Пауль не успел доработать комплект, поэтому её проводили по старинке. Без подстраховки.

- И Скиммерс решил, что на него спишут плохое самочувствие короля.

- Да, - мрачно кивнул Ван Дер Гакль.

- Получается, у него было не просто подготовлено место, куда уйти – у него имелась мастерская и материалы, а может быть, и заказчик!

- Ну, мы же не знаем точно, когда это было изготовлено, - ответил Хорус рассудительно. – Может, через полгода после его исчезновения, а может и через десять лет.

- Ты можешь это определить?

- Попробую… Попробую, но ничего не обещаю!

- Когда?

- Лавиния, имей совесть! Я ещё не знаю, как с этими предметами работать, а ты требуешь точные сроки! Задерживать не буду, но и торопиться не стану, понятно?

- Понятно. Тогда… открывай мне портал, надо возвращаться домой. Меня там ждут…

О том, что ждёт её всего-навсего маленькая мандрагора в горшке, Лавиния говорить не стала.

ГЛАВА 6

Пока коммандер Редфилд вела первые опросы свидетелей, чета Лавернье тоже не теряла времени даром. В конце концов, начало истории положил браслет, купленный Лидией на броканте в Шартре.