У меня было двое «друзей»: виконтство Нойберга, которое располагалось на территории графства Тьюринг и были их вассалами, и баронство ван Крайдерс, которые располагались и были вассалами Нойбергов.

Короче говоря, сверху графство Тьюрингов, они дали землю Нойбергам, а те в свою очередь дали ван Крайдерс. И как раз с виконтом, которому я запулил в жопу камнем, а его брата-бастарда пустил по кругу Бордом Большим дрыном, и бароном, которому в своё время я угрожал, и чьи солдаты тырили провиант у моих людей, у меня были разногласия. Поэтому, когда я услышал…

— Один знакомый из виконтства Нойберга подкинул мне идею…

…то ни разу не удивился. Ну да, там же одного бастарда в жопу отымели, естественно, он захочет немного попортить кровь мне. Только что-то поздно спохватился, если они здесь уже года три орудуют, то, получается, через пять лет аж опомнился.

— Один знакомый из виконтства, — повторил я. — А ты мне сейчас в уши не заливаешь?

— Что? — поднял он разбитое лицо.

— Не обманываешь? — перефразировал я.

— Зачем?

— Да просто так, чтобы напоследок насолить и стравить меня с соседом. Мистер Якбёк, сломайте ему ещё что-нибудь для профилактики.

— Но я же сказал, я же сказал, как есть, чего ты ещё хочешь от меня уса-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!!!

Жалко мне его? Не-а. Людей мне жалко, а подобное зверьё — нет. Может раньше я бы и пустил слезу, сказав, что так нельзя, но местный мир очень хорошо выбивает подобную дурь. Если перед тобой дикое животное, то и вести с ним надо, как с диким животным.

— Итак, — меня ответ твой не устроил, как видишь, присел я перед ним на корточки, чтобы заглянуть в глаза. — Вот так просто тебе предложили постеречь людей на дороге, и ты согласился? И… всё?

— Мне доплачивали… — просипел он.

— Если доплачивали, то где деньги?

— В лесу, закопаны… я уже говорил… — прохрипел он.

— Он говорил? — обернулся я к своим.

— Мои люди как раз шли проверять, правда это или нет, — ответил Якбёк. — Скоро уже должны вернуться.

— Хорошо, — кивнул я и повернулся к нашему пленнику. — Он тебе заплатил, подговорил, а что дальше?

— Остальное за мной, просто стоять и грабить на дороге. Денег он не просил, сам подплачивал. Моя задача была спугнуть торговцев.

— И всё?

— И всё.

— Как-то подозрительно… — пробормотал я. — Может тебе ещё что-нибудь ломать?

— Не надо… — прохрипел Батя.

— Просто меня кое-что смущает. Вот тебе платят, ты просто грабишь караваны, и на этом всё? Больше ничего?

— От меня больше не требовалось. Ну иногда я тряс деньги с таверны на окраине. С гончара одного тряс, некоторым защиту предлагал, чтобы ничто у них не пропало и не сгорело.

— Дань собирал, другими словами.

Тот молча кивнул.

— Не слишком смело?

— Так барона не было, стражи нормальной то же. Грех не потрясти лохов, — поднял он голову и оскалился. — Знал бы, что один объявился, ноги бы моей здесь не было.

— Да, не повезло… — протянул я. — А знаешь, с чем тебе ещё не повезёт? С тем, что умереть ты не умрёшь, по крайней мере, далеко не сразу. Но вот твои мучения — они будут очень долгими, и ты даже не представляешь, насколько. Я человек скромный, но перед тобой похвастаюсь: у меня столько зелий исцеления, что я могу тебя несколько раз разрезать на части и собрать обратно, а ты будешь дышать и всё понимать.

— Я уже всё сказал, что знал. Просто убейте меня уже.

— Убьём, ты не беспокойся. Но перед этим я бы хотел, чтобы ты указал мне на человека, который тебя об этом попросил.

Нет, тут-то всё ясно — обворовывай баронство и мешай торговле, чтобы баронство прозябало в нищете. И казалось бы, иди и руби всех налево и направо, да только а если ты ошибся? А если ты зарубишь не тех, а тем ублюдкам только того и нужно, чтобы ты не на тех наехал? Нет, здесь нужно точно знать, кто в этом повинен. А убить всех успеется.

— Ты покажешь мне этого человека, — произнёс я. — Покажешь, и сдохнешь не так мучительно, как мог бы. А пока, чтобы ты набрался смелости… — я обернулся к своей экономке. — Леди Ценст, налейте этому сударю выпить что-нибудь крепкое. Только чуть-чуть, на донышке.

Пусть человек немного взбодрится перед тем, как поработать, я же не зверь. Ну а теперь… спать!

Ценст, будто боясь, что я убегу, проводила меня до покоев. Входить уже не стала, но заглянула перед сном, чтобы затушить свечи.

— Леди Ценст, а вы… э-э-э… не хотите остаться со мной сегодня? — робко поинтересовался я. Не только потому, что мне было как-то стеснительно, и я боялся отказа, но и потому, что не хотел заставлять. Хотелось… чтобы сама согласилась.

Она скользнула по мне прищуренным взглядом, после чего молча продолжила тушить свечи, оставив одну единственную, после чего заперла дверь на ключ и начала раздеваться. Что-что, а Ценст умела правильно раздеться, это был как маленький стриптиз.

Через пару минут она уже была у меня на кровати.

— Ты…

— Хочу ли я сама? Да, Самсон, я хочу. И перестаньте спрашивать, это несколько отбивает желание.

— Прости…

— Удивительно, что вас ещё никто не попортил на вашем шпиле… — пробормотала она и наклонилась ко мне.

Эта ночь была точь-в-точь, как прошлая: жаркая, страстная и бешенная. Хотелось сразу и всё, раз за разом, и кровать то и делала, что поскрипывала под нами. И я долбил, долбил и долбил, прямо вколачивал Шайру в кровать до стонов, пока не наяривал её раком, шлёпаясь об её задницу.

Уснули чёрт знает когда, а на утро та ни свет ни заря уже была одета и готова к работе.

— Вы уже всё? — свесил я ноги с кровати.

— Работа, господин фон Хертвёрд, вы мне за неё платите, — напомнила она.

— Да, но сегодня можно было встать попозже и… — я посмотрел вниз на полную готовность.

Она тоже посмотрела, после чего вздохнула подошла ко мне и опустилась между моих ног на колени. Ещё мгновение, моё член оказался у неё во рту. Это было… вау. Просто вау, совсем другие ощущения, как физически, так и эмоционально. И глядя на её чёрную макушку с чепчиком и пучком волос, я невольно вспомнил, что это не первый мой раз.

Точно так же было и тогда на пьянке, только сейчас я мог полностью ощутить и насладиться миньетом и видом сверху. Под конец она буквально насадилась головой, после чего встала, вытерла губы, чмокнула меня в щёку и вышла, оставив одного.

День явно начался отлично!

Далее завтрак и вновь посещение моего пленника для небольшой беседы. Ничего особенного, я уточнил, когда они встречались и где. Поймаем его загадочного знакомого — выйдем на нанимателя, а там весь мир в труху на Бегемоте. Ну не весь, жечь деревни я не собирался, но вот подрезать виновников, тут даже рука не дрогнет.

Ну а так как сегодня у меня нечем было заняться, мы устроили рейд на всех, кто из нашего баронства участвовал в банде.

Я и ещё пять стражников ходили прямо по списку, отлавливая всех тех, на кого указали пленники, пока остальные пятнадцать патрулировали дороги на случай, если те захотят сбежать. Да, можно бежать и через лес, это естественно, но большинство по привычке бросится именно по дороге, а всю округу ты банально окружить живым строем не сможешь, если только у тебя не огромная армия. Поэтому ловили тех, кого сможем и как сможем.

И пока что мы не жестили: сверяли имя и то, где человек проживал, после чего приходили, стучали в дверь и, если выходила жена, просили позвать мужа, если он сам, крутили на месте. Без насилия, без какой-либо жестокости — я знаю, что в любом другом месте было бы достаточно и того, что на них указали, но не исключено, что могли указать просто наугад или из мести. Поэтому пока крутим и садим, а потом разбираемся.

Так у нас набралось, почему-то не пятнадцать, а все двадцать три, но как я и говорил, будем разбираться. А разбираться будем просто: обыскивать дом, искать вещи, которые те не могли бы позволить себе, сравнивать достаток, устраивать встречи заключённых и так далее.

Короче — чистим!

На следующий день мы утроили приёмку жалоб.

Если честно, я думал, что придут единицы, но слухи, что сегодня с жалобами принимает хозяин земель, облетели все деревни с пугающей скоростью. И до остатка дня ко мне стояли люди с проблемами разной степени важности: от банальной пропажи гуся (хоть я и просил подобное отсекать) до размытой дороги, по которой теперь ни пройти, ни проехать.

— Ещё много? — спросил я устало, когда в комнату вошла Ценст.

— Десять человек, господин. Остальных мы отправили по домам.

— Ох, ну хоть так… — пробормотал я.

Десять человек — десять минут на каждого, как минимум. Десять по десять, это почти полтора часа жалоб. И что забавно, среди жалующихся прибежали и жёны арестованных плакаться, что это кто угодно, но сто процентов не они. И так общаясь с каждой, я между делом одной бросил:

— Красиво кольцо. Кто подарил?

Та испуганно дёрнулась и спрятала руку.

— От… от бабушки досталось.

— Ага, от бабушки. Идите, мы будем разбираться, и если он не виноват, отпустим и может даже заплатим компенсацию.

— Что заплатите?

— Просто идите уже, — махнул я рукой.

Всё же с людьми работать сложнее всего. И чую, сегодня я отрублюсь просто без задних ног.

* * *

Как я и говорил, отрубился я без задних ног. Поел, помылся, подошёл к кровати, прилёг и… уснул в ту же секунду. Про секс вообще молчу, я о нём даже не вспомнил, да и не встало у меня бы ничего.

Все как-то описывают сон, что типа лёг, погрузился в темноту, звуки начали стихать и тому подобное. Нет, лёг и темнота — всё. Ну может только кошары помучивают с этим чёртом в пламени, но три последних дня пока я чудом обходился без него, поэтому мой сон должен был быть крепким и до самого утра.

Должен был быть.

Я проснулся посреди ночи как по щелчку. Будто что-то внутри сработало, мгновенно перерубив весь сон и заставив меня открыть глаза так, будто я и не засыпал.

В комнате кроме меня никого не было. Стояла тишина, в которой я слышал собственное дыхание и биение сердца. Свечи не горели. Предметы отбрасывали на стену длинные тени, всё было в лёгком голубоватом мраке…

Голубоватом…

Всё же проснулся я не до конца, потому что не сразу понял, что комната действительно была залита тусклым голубоватым светом, льющимся из окон. Каким-то магическим, каким-то странным, каким-то… замогильным.

Я медленно повернул голову к окну, боясь увидеть то, что там могло быть, и вздрогнул.

На меня, вот прямо на мою скромную тушку смотрел огромный глаз.

На мгновение я даже забыл, как дышать. Несколько секунд я смотрел на него, видя, как тот едва заметно двигается, наводя на меня резкость, как сужается зрачок-веретено, после чего резко крутанулся и упал на пол, спрятавшись за кроватью.

У самого горла стучало, лицо пульсировало, по телу пробежала дрожь — такая побудка, конечно, на пользу не пойдёт.

Рукой я нащупал меч. Лежащий рядом и вытащил его из ножен, после чего выглянул ещё раз. Глаз смотрел прямо на меня ещё секунду, после чего начал отдаляться, и я понял, кого вижу.

Дракона.

Огромного светящегося голубым, как призрака дракона, который какого-то хера решил заглянуть мне в комнату, напугав до усрачки.

Его голова отдалилась от окна, после чего поднялась и скрылась из виду. Совсем позабыв, что буквально секунду назад прятался от него, я бросился к окну, распахнул его и выглянул. И успел заметить, как голова скрылась за краем крыши. Не долго думая, я бросился в коридор.

Почему никто не поднял тревогу? Должна же быть стража на стенах, которая дежурить круглые сутки. Почему он так игриво ко мне заглядывает, а потом прячется? Вопросы крутились у меня в голове, и я не знал, как на них ответить, но одно я знал точно — бояться мне пока нечего. Хотели бы сцапать — сцапали, для дракона это не проблема.

Поместье спало. Ни служанок, ни стражи, которая изредка патрулировала этажи. Только горели ночные свечи за стеклом, тускло освещая коридоры.

Я бросился к лестнице, которая вела на чердак. Там через люк под потолок, и здесь уже в небольшое окошко наружу, откуда можно было осторожно подняться по черепице наверх, к восседающему на верху огромному светящемуся голубым дракону во всей своей красе.

Китайский дракон.

Его тело было изогнуто, как полотенцесушитель в несколько раз. Усы, штук десять развевались на невидимом ветру. Его тяжёлый взгляд внимательно следил за тем, как я выбрался наружу и начал вскарабкиваться вверх. Он пришёл сюда явно не драться, я не чувствовал ни враждебности, ни агрессии, хотя как ловец, ощущал подобные веяния от драконов. А потому оставался один вариант — поговорить.

Ну и я держал при себе свои ментальные способности, чтобы лишний раз не обидеть гостя. Конечно, можно сказать, куда ты лезешь, откуда ты знаешь, что это не ловушка и так далее, но как я и сказал, хотели бы мне причинить вред — уже бы причинили, и тонкое стекло этому была бы не помеха. В конце концов, дракон не вампир, ему в дом проситься не обязательно.

Осторожно забравшись на самый вверх, я замер перед огромной мордой гостя, который взирал на меня сверху вниз. Повисла тишина. Украдкой я окинул взглядом округу: на стенах я видел людей, держащих факела, но такое ощущение, что они просто не замечали огромную светящуюся тушу на вершине моего замка.

— Они не видят меня… — произнёс шипяще дракон, будто прочитав мои мысли.

— Это я уже понял… — пробормотал я и замолчал, не зная, как продолжить. — Я сплю?

— В какой-то мере.

— То есть я могу спрыгнуть и проснусь?

— Уснёшь на век.

Нет, таймскипать мне не хотелось.

Мы так и стояли друг напротив друга, пока я наконец решил не дать пинка диалогу.

— Я — Самсон фон Хертврёд, небесный всадник и ловец драконов. Ты пришёл поговорить со мной, достопочтенный дракон?

— Я тот, кто правит ветром в небе и сеет пламя на земле, хранитель рек и страж гор, и Сунь-Вынь-Хунь имя мне, человек.

Какое… интересное у тебя имя, дружище. А ведь ещё ты умеешь разговаривать и так получилось, что я знаю ещё одного дракона, который умел болтать. Уж не браться ли вы часом? И да, я чувствую, как что-то лишнее появилось в моём сознании, поэтому в голове я представлял исключительно кирпичную стену со звуком «зи-зи-зи-зи-зи».

— Честь для меня познакомиться, — поклонился я. — Чем оказана мне честь разговаривать с тобой, великий Сунь-Вынь-Хунь?

— Думаю, ты догадался, пусть и прячешь свои мысли, человек, — пророкотал он, вытянувшись.

— Одно дело — догадываться, а другое — знать точно, достопочтенный дракон, — вежливо заметил я. — Но я выскажу свою догадку. Вы здесь по поводу того дракона, что я нашёл?

— Которому ты дал жизнь, и отнял в тот же миг, заточив его обратно в его тюрьму.

— Я прошу прощения, он повёл себя слишком агрессивно, а я был вынужден защититься. Не прояви он агрессии и враждебности, отпустил бы с миром.

— Не имеет смысла вспоминать то, что уже за спиной. Меня интересует лишь настоящее и будущее.

— Тебе нужно отдать фигурку?

— Вернуть.

Вернуть? Вернуть обычно просят люди, а драконы забирают.

Я прищурился, разглядывая проекцию перед собой, и у меня возник логичный вопрос — если вижу его только я, то это не физический дракон, а значит, это может быть и вовсе не дракон. Конечно, я не был кретином, который пальцы веером и грубит всем подряд, потому что это не фильм и не книга, можно прохватить в любую секунду, и тем не менее…

— И куда мне вернуть его?

Тем не менее я решил придержать свои мысли при себе, потому что с таким товарищем ты ошибаешься всего один раз и фатально.

— Долина каменных великанов среди лесов, что возвышаются в небесах. Там есть алтарь. Верни его, и награда не заставит себя ждать, — прогудел дракон, после чего…

Пшик! И исчез. Просто взорвался миллионом ярких искр, оставив после себя только своего собеседника, то есть меня. Одного. Во тьме. Стоящего на крыше, как человека, который решил перейти на новый уровень по средству земной гравитации.

Что-то мне подсказывает, что это где-то в районе азиатов. Это же они у нас мастера артефакторики и прочего? Думаю, что как раз они и хотят вернуть фигурку обратно к себе. Зачем? Хрен знает, но мне она точно не нужна, а у них, если вернуть, можно получить что-нибудь полезное.

Но это если я решу её вернуть.

Я осторожно сполз с крыши обратно на чердак, после чего вернулся к себе в комнату. Если честно, спать не хотелось от слова совсем. Я был готов просто сесть и вот так просидеть до утра. Мыслей было много, как и планов теперь, и я пока не до конца понимал, за что хвататься и чем заниматься.

И что смешнее, под все эти раздумья я не заметил, как отрубился. Чик и всё, будто ничего и не было.

* * *

Утро выдалось на удивление ясным.

Я проснулся от того, что в глаза бил солнечный свет. Настолько нехарактерный для этих мест, что я даже не занавесил окна, за что сейчас и поплатился.

Я сел. Проморгался. Потёр глаза. И вспомнил вчерашний день.

Вспомнил, что вчера я мог погибнуть. Просто взять и спрыгнуть с крыши. Но я не спрыгнул. Я выжил.

Героическая победа, от которой легче не становилось, потому что, когда к тебе на крышу приземляется мифический дракон, ни о какой лёгкости речи и быть не может. Настоящий он или нет, но приключения теперь буквально стучались мне в окно, требуя выйти один на один.

О, а вот приключения и в дверь стучатся.

— Войдите! — крикнул я, зевая и в комнату вошла Ценст. Хотя, собственно, кто ещё мог?

— Господин фон Хертвёрд. К вам гости, — вежливо сообщила она, поклонившись.

— Гости? Кто?

— Госпожи небесные всадницы пожаловали к вас сегодня утром по приглашению, — пояснила она.

— Скажи, что я сейчас спущусь… — махнул я рукой.

Блин, а они быстро! Я думал, там ждать придётся недельку или вовсе самому возвращаться и рассказывать, а тут гляди, за два дня прилетели прям под утро и уже ждут меня. Благо у меня было что им рассказать.

Я быстро умылся, оделся кое-как и вышел в коридор, где экономка провела меня в зал для гостей. Там меня за кружкой чая ждали уже Серафина, Мелисса и, кто бы мог подумать, Зирейя. Вот ту я, конечно, удивился, потому что просил найти того, кто может помочь разобраться с правами на землю и никогда бы не подумал на новенькую. С другой стороны, герцогиня, ей эти все дрязги с территориями близки, и женщины нередко вели хозяйство, познавая все тонкости земельного права, так что вполне может быть, что её этому обучали.

— Всем доброе утро, — поздоровался я, с трудом подавляя зевок.

Мне ответил недружный хор голосов, но выделилась, естественно, Мелисса, улыбнувшись. Её взгляд перебегал с меня на Ценст.

— Вижу, ночь у тебя была очень интересной, Самсон? — она почти угадала, и в другой раз была бы точно права, но сегодня ошиблась.

— Ты даже не представляешь, насколько, Мелисса. Какая жесть у меня тут происходит на территории, вы сейчас все втроём охренеете! Леди Ценст, оставьте нас, пожалуйста.

Та кивнула и вышла, закрыв за собой дверь, а я расположился на одном из кресел в круге своих друзей.

— Что-то произошло? — сразу спросила Серафина.

— Да, и много чего. И много со мной не совсем связанного, — кивнул я, устраиваясь поудобнее и думая, с чего бы начать. — Итак, в чём дело. У меня недавно на дорогах разбойники завелись…