Понятно, что нихрена не понятно. То есть Дилд'Акот-Дай когда-то свергли, заточили, но не убили, потому что он был… ключом к концу начала конца? То есть он станет концом для того или тех, кто будет ознаменовать собой начало конца? А потом… кровь и…

Херня какая-то.

Может я тупой, может она изъясняется криво, но за спрос денег не берут.

— Я не совсем понял, — честно признался я. — То есть его специально не убили, потому что он может победить того, кто станет угрозой для всего мира и попытается его уничтожить? Верно?

— Так гласят легенды, — кивнула азиатка.

Так, хорошо, с этим разобрались.

— А что насчёт крови, которая вскипит? Кого мы будем проклинать? За какие врата? Какое проклятие?

— Закрыв врата, открыли проклятия, и тех мы проклинать будем.

— И когда проклятие будет открыто, придёт тот дракон? — уточнил я.

— Ты всё верно понимаешь. Дракон придёт, и он сможет победить всех.

— Вот этот? — указал я пальцем на моего старого дружбана.

— Да.

— А как его зовут? — поинтересовался я.

— Дракон Ярости.

Ну я его запомнил совершенно под другим, не столь красивым и могущественным именем, которое чуть больше характеризовало его скверный характер. Однако на этом было не всё, и у меня оставался другой вопрос.

— А где находится этот замок?

— Везде и нигде, — ответила она в своём стиле.

— Хорошо, а где находится везде и нигде?

— Никто не знает.

— Но те, кто построил, должны же быть в курсе, где он находится или плавает, разве нет?

— Быть дворфы может, род древний, что с жадностью землю копает. Они возводили тюрьму, тайны знают, которые я не знаю. Ни могут открыть тайну, но не откроют.

— Почему?

— Потому что это тайна, — ответила Суко и зашагала дальше по коридору.

Что мне ясно.

Жил был дракон ярости, которого звали немного-немало Дилд'Акот-Дай. Он явно портил всем кровь, а потому его поймали и заточили в крепости, которую накрыли магией, не позволяющей ту найти. Но убивать его не стали, потому что существует какое-то проклятие, которое ворвётся в этот мир, едва закроют какие-то врата, и из-за чего начнётся местный вариант апокалипсиса, который только этот дракон и сможет остановить. Я вроде ничего не упустил.

Окей, вроде логично звучит, но у меня вопросы: о каком проклятии идёт речь, что оно там конец света вызывает, какие для этого врата надо закрыть и как всё это связано с моим личным демоном, который иногда по ночам сношает моё психическое здоровье и мозг?

Проблема любой легенды строится на том, что она с одной стороны имеет под собой факты, а с другой немало так дополнена домыслами и сказками. Как подтверждение — духи, в которых верят нарианцы. Они верили, что те живут везде, в каждом кусте и даже воздухе, но на деле это злобные мерзкие твари, которых боялись и потому им поклонялись. То есть с одной стороны не на пустом месте, с другой, хватает и отсебятины.

Но как говорится, нет дыма без огня.

— Я могу задать вопрос по поводу дракона, которого принёс? — спросил я, пока мы шли по коридорам, нагоняя остальных.

— Ты спросить можешь. Задай вопрос, — не поворачивая головы, ответила Суко.

— Что это был за дракон, который меня встретил? Я понял, что это дух, но чей?

— Дух Сунь-Вынь-Хунь, дракон древности, мудрый и злой, брат Дракона Ярости.

Вот это поворот!

— Но как вы его приручили? Да и зачем он вам?

— Мой дракона род победил, — гордо выпрямилась Суко. — Мы растеряли многих, но многих обрели, порвать и заточить его душу, чтобы служить роду, как дух-защитник. Но клан-война, и теряю часть. Часть ты вернул. Осталось ещё, но лучше, ведь другие кланы бьют, но теперь есть защита больше, чем была.

— То есть у разумных драконов были братья? А много их?

— Один что спрятан, другой, что мёртв, других знать не могу, потому что не знаю.

Тем временем мы вышли из дворца и спустились по лестнице через сад за пределы дворца. Здесь располагалась осыпанная песком площадь, вокруг которой расположилось несколько додзё. Ну такие азиатские дома для тренировок.

Откуда я знаю, что это площадь для тренировок, а вон те квадратные здания додзё? Ну тут прямо передо мной сейчас дерутся и тренируются мужчины и женщины, что как бы намекает. Кто-то с палками, кто-то с мечами, кто-то рукопашкой или… о, нунчаки! Ох мля, он себе по шарам себе сейчас так ими дал, что поимел в штанах болтунью…

Когда мы вышли, все встали ровно и поклонились. Кроме чувака с болтуньей в штанах, он сейчас мог только сжаться в комок. Всем здесь было не больше… м-м-м… тридцати пяти, да, примерно так, от совсем молодых, подростков до тридцатипятилетних. Суко явно готовила здесь себе будущих воинов.

— Фон Хертврёд Самсон, человек, как нашедший и при несущий артефакт нашего духа-покровителя, тебе я подарок хочу преподнести, — повернулась она ко мне. — Я слышу с земель ты восемь лет всадник, но мастерство приходит долго, тренироваться сложно, знаем мы, и лишь после десятилетий ты силён. Поэтому следуй за мной. Остальных я прошу подождать, я благодарна буду.

Ну вообще логично, ведь я это всё организовал, а остальные отправились чисто за компанию. Только мне интересно, что она мне подарит. Судя по тому, что она говорит про тренировки, то какой-нибудь спорт-инвентарь, чтобы я стал сильнее. Вряд ли обычный; они же эксперты в артефакторике, верно? Магия, все дела. Скорее всего, что-то магическое, что сразу прокачает мои навыки.

Блин, я всегда хотел какой-нибудь чит из подобного: взял меч и сразу можешь применить на практике, взял книгу и сразу все знания в голове. Да, такое было бы вообще в кайф. Я не имею ничего против тренировок, но артефакт, который бы просто от одного касания сделал бы меня мастером меча, был бы очень кстати.

Суко провела меня в один из додзё, который полностью копировал те, что я видел во всяких аниме: пол из плиток плетёного тростника, стены из прозрачного, типа бумаги, материала, красное дерево — всё, как мы любим. А ещё то ли слуга, то ли ученик, стоявший у стенки, покроно опустивший голову, как часть интерьера. Но взгляд приковывал, конечно, сундучок на столике в центре зала.

— Воин хороший ты хороший Фон Хертвёртд Самсон? — спросила она медленно, даже слегка лениво подойдя к столику.

— Я скажу, что хорошо умею выживать, — ответил я уклончиво.

— Сражаться?

— Что-то умею.

— Предела нет, Фон Хертвёрд Самсон, совершенству. Я сто тринадцать клинок лет держу моей матери и сто тринадцать лет навыки оттачиваю. Но с времени определённого стало проще, когда помощь есть.

Суко откинула крышку ларца.

У меня не было ожиданий, а потому я и ничему не удивился. Не, если бы из ларца, два молодца выскочили, я бы, естественно, прихерел так знатно, однако ничего подобного не произошло. Там, на подушечке лежала жемчужина. Такая блестящая кремовая, переливающаяся жемчужина, размером с два моих кулака.

Так, дай-ка догадаюсь, ты сказала про помощь, а значит она даст мне какую-нибудь абилку? Блин, если так, то пусть это будет магическая способность, тогда я смогу крошить людей и мечом, и магией. В принципе, способностью типа призыва твари или ещё чего, как помощника в аннигиляции раздражителей, я тоже не буду против. Ну а если это загрузит мне в мозг знания и навыки лучших мечников, то тогда вообще победа.

— Знать или не знать? — спросила она, глядя на меня.

— Что именно знать или не знать? — не понял я.

— Что это.

— А… не, не знаю.

Суко подошла к полке, после чего перевернула песочные часы, заставив песок тонкой струйкой собираться на дне, после чего подошла ко мне.

— Отдай руку.

Я протянул ладонь, и она схватила её, сплетая свои тонкие длинные пальцы с моими, и сдвоенной рукой коснулась этой жемчужины. Отозвавшись на наше касание, артефакт засветился, сначала немного, а потом как жахнул ярким светом, как будто световую гранату перед харей взорвали, что просто ослепил меня.

Я надеюсь, что это не единственная функция артефакта: ослеплять врагов, потому что даже по прошествии нескольких секунд перед глазами было белым бело, как я не пытался проморгаться. И когда уже протянул руки к глазам, чтобы протереть понял, что руки я как раз-таки вижу, а значит…

Я огляделся.

Нет, это не меня не ослепило — я сам находился в идеально белом пространстве, где глазу просто не было за что зацепиться. Настолько, что сложно оценить дальность этого места, маленькая это комната или ты находишься в огромной пустоте.

— Ты пространственный артефакт слышал в жизни раз? — раздался голос за моей спиной.

Я резко обернулся и увидел Суко.

В чём мать родила.

Она стояла совершенно голой, и единственно, чем могла прикрыться — это длинными волосами, которые водопадом спадали за спину и немного ей на грудь. Кстати, я тоже был абсолютно голым. Неловко, конечно…

— Ну… я бывал в одном пространственном артефакте… — протянул я. — Только это место на него не похоже.

— Правильно, сознание заперто в артефакт, — постучало Сука по голове.

А, всё, я понял, о чём она. Мы, грубо говоря, в местном варианте матрицы. Типа коснулись артефакта и перенеслись сознанием в него, а наши тела на деле сейчас стоят и держат жемчужину в руке. Только зачем оно, я до сих пор не понимал.

— Ты в сознании, мы в сознании, управлять и принимать правила, — сказала Сука, но яснее не стало. — Я покажу.

И с этими словами щёлкнула пальцами, заставив мир вокруг мгновенно измениться.

Больше не было бесконечно белого пространства. Мы стояли на огромном бескрайнем лугу, идеально ровном с идеально подстриженной травой под голубым небом. Сука преобразилась в след месту, и теперь стояла передо мной в том одеянии, в котором была до этого. Я, кстати, тоже оделся.

— Я управляю, он подчиняется. Я хочу… — она взмахнула рукой снизу вверх, и прямо около нас из земли поднялась деревянная стойка с оружием, — оно делает.

И только сейчас я понял, к чему она говорила всё это.

— Здесь можно тренироваться, так?

— Учить навык. Здесь учить, в мире применять, — ответила Суко. — Тело там слабое, но движения уже верные и правильные.

Ну то есть, если на человеческий язык, здесь ты буквально заучивал навыки, оттачивал движения и так далее и переносил в реальный мир. И будет эффект, когда тело может и слабо для чего-то, но движения помнит, и ты знаешь, что и как делать. То есть, по сути, немного иная версия шара знаний, которого ты коснулся и все знания тебе перетекли в голову. Здесь придётся самому всё учить.

В этой всей прелести я не понимал только одного.

— А зачем мне это? Я могу тренироваться и в реальном мире, а не этом иллюзорном. Или есть что-то ещё?

И что удивительно, Суко в этот момент улыбнулась как Сука. Подойдя к стойке, она пробежалась пальцами по рукоятям мечей и молотов, древкам копий и луков, пока не остановились на одном из них. Не знаю, как у них такой меч назывался, но у нас он был известен как катана.

— Бери.

— Ты хочешь пофехтовать со мной? Я не сказать, что силён…

— Выбери оружие, — перебила она. — Я не фехтую с тобой.

Из-за того, что она буквально коверкала каждое предложение, было непонятно, Суко приказывает или просто так невнятно выражается.

Подошёл к стойке и, подумав, взял боевой молот. Раз уж мы в матрице, зачем себе отказывать в удовольствии помахать оружием, которое тебе приглянулось. Потом подумал немного и взял ещё пару кинжалов. Задумчиво пробежался взглядом по ещё одной полке и нацепил на оба бедра по мини-арбалету (что удивительно, они здесь были). Вот, теперь я был готов на все сто процентов.

— Итак, а что дальше? — спросил я, посмотрев на Суко.

— Бой.

Моего хера с твоей губой. Ладно, простите, не удержался. Но всё равно вопрос был актуален — с кем бой-то?

Стойки с оружие скрылись под землю, будто их никогда и не было, и мы остались одни. Ни ветра, ни пекла, никаких ощущений. Я потрогал траву, и вот она была как настоящая, но не было запаха зелени. Я даже сорвал пару травинок, но без толку, это просто симуляция, где самое главное, это…

Так, а это что за фигня?

Я нахмурился и повернулся на звук. Суко при этом выглядело спокойно и обычно, будто ничего не происходило. Она смотрела как раз в ту сторону, откуда приближался шум и, судя по тому, как крутила меч в руке, была готова к бою.

Ла-а-адно… допустим…

Я приготовился, перехватил оружие поудобнее и стал ждать. Через несколько минут на горизонте появилось несколько чёрных точек, которые росли чем ближе были к нам. И вскоре с удивлением я узнал в них всадников. Какие-то солдаты, то ли кочевники, то ли кто-то из южных стран приближались к нам с мечами наголо и явно не для того, чтобы поприветствовать.

— Слушай, Суко, я так понимаю, они не настоящие, но, если, допустим, убьют меня, что будет? Я умру в реальном мире или просто проснусь?

— В реальном мире не умрёшь. Очнёшься здесь.

— Слушай, но если я даже при смерти не очнусь в реальном мире, то как отсюда выйти?

Она шагнула вперёд, выставив меч в сторону, будто сохраняла так равновесие.

— Сражаемся, — только и ответила она. — Или ты убьёшь, или тебя разбудят.

— Убью всех противников?

— Да.

Ну… глядя на тех десятерых всадников, слава богу, не небесных, звучит не то, чтобы прямо сложно.

Я шагнул следом, и мы встретили конницу от всей своей широкой души. Суко вообще не парилась: она оказалась между двумя всадниками и резко присела в последний момент, когда те попытались её достать. Два быстрых взмаха её клинка и лошади с чудовищным ржанием, полным боли, повалились на землю, лишившись передних ног.

Я встретил всадников чуть-чуть иначе. Замах и удар молотом прямо в грудину первой лошади. Лошадь такого попадания не выдержала, а молот не застрял, а отскочил. Мне оставалось крутануться, разгоняя его и тот врезался в другую лошадь, повалив её на землю. Сразу же замах и молот врезается в всадника на третьем скакуне, отправляя его уже мёртвого на землю.

Звучало легко, но орудовать такой дурой было о ещё удовольствие, если честно. Охренеть как сложно, особенно, когда надо поспевать за врагами.

Раскручивая над головой молот, как вертолёт, я встретил следующих трёх всадников. И здесь я просто повторил финт Суко: резко присел в последний момент между двумя, ударом подставив подножку одной лошади. В следующее мгновение перекат в сторону, пропуская третьего, идущую сразу за ним и ударил лошади по заднице вдогонку.

Она не запнулась, но заржала и начала останавливаться, позволяя их нагнать. Всадник обернулся, уже замахнувшись, но получил молотом прямо в череп. Его не спас ни шлем, ни дистанция (более того, она сыграла злую шутку, дав для молота разгон) — я врезал ему так, что от него башки ничего не осталось. В разные стороны полетела кровь и ошмётки, забрызгав меня кровью с ног до головы.

Кстати, вкус крови здесь чувствуется, что интересно.

Тем временем остались лишь пешие всадники и один на лошади. С ним я расправился довольно быстро, размозжив сначала голову лошади, а потом и ему. Здесь уже подоспели те, кто просто упал, и я их встретил, раскручивая молот. Кручу-кручу, запутать хочу… НА НАХЕР! Быстрый выпад и тот врезается прямо в рожу одному из врагов, отбрасывая его назад.

Чтобы не терять зря инерцию, я крутанулся на месте и наотмашь махнул по-другому. Тот успел отступить, но это спасло его лишь на время, потом что в следующий момент я перехватил молот так, что он пошёл снизу вверх и сам сделал шаг вперёд.

Удар молота снизу верх отправил голову врага куда-то высоко в небо. Его тело ещё стояло несколько секунд, пуская в воздух фонтан крови, после чего упало на колени и завалилось набок.

Я огляделся.

На этом бой можно было считать законченным. Все десять всадников мертвы. Вдвоём мы попросту изрубили их всех в капусту, не оставив шансов. И нет, это не всадники лоховские попались — это мы переапанные. Быстрее обычного человека, сильнее обычного человека — там, где одного бы затоптали, мы успевали отпрыгнуть; там где нормальный едва успеет замахнуться, мы делаем удар. Так что не стоит думать, что тут всё так просто.

Я подошёл к Сука, которая слегка запачкалась кровью.

— Ну вот, мы победили, а что дальше? Как возвращаться?

— Как? Мы конец не видим. В начале.

— В смысле? — нахмурился я.

Вместо ответа она улыбнулась и кивнула в сторону горизонта, где приближались чёрные точки. Пять, десять, пятнадцать… мать твою, да сколько их там⁈ Я насчитал уже тридцать, а это был не конец. Да, сейчас это были не всадники, противник шёл разряженным строем, обычные солдаты, но за ними я видел всё больше и больше врагов, словно огромная волна зомби приближалась.

— Ох ты ж… А ты говоришь, пока мы не победим или пока нас не разбудят, мы не выйдем, да?

Суко кивнула.

Ну тут просто крошить их часами придётся. Думаю, рано или поздно нас разбудят же, верно?

И я, сука, ошибался.

Мы встретили их вдвоём. Суко ворвалась в толпу, кромсая всех налево и направо в то время, как я махал молотом, сбивая всех с ног и стараясь держать дистанцию, оттягивая врагов за собой. Удар, и человек отлетел в сторону. Удар, другой с криком боли, прямо как настоящий, падает, держась за ногу. Удар, и у третьего голова проваливается в грудину.

Обычный человек просто бы не справился с таким количеством, но я и не обычный человек. Однако даже с этим я захлёбывался, а враги не спешили, как болванчики бросаться на меня в лоб. Они уклонялись, обходили, пытались окружить, контратаковали между взмахами и совсем не спешили умирать. Хуже того, они выглядели как люди, я видел на их лицах эмоции, страх, непонимание, ужас и ярость. Видел, как они умирают и стонут, что лишь поднимало градус реализма.

В конце концов, мне на подмогу пришла Суко, которая прорезала мою толпу, как газонокосилка, уже всё умытая кровью: одежда была бордовой, волосы слиплись сосульками, лицо было забрызгано и измазано кровь. Но её глаза блестели, а губы иногда показывали ровным белоснежны ряд зубов оскала.

Враги поджимали, мы бились, и я хотел просто убежать, чтобы дистанцию разорвать, но Суко стояла на месте и рубила. Рубила остервенело и быстро, не оставляя шансов врагам, а те продолжали переть на неё, и мне ничего не оставалось, как помогать ей. Да, силой девушка была не обделена, и сейчас было видно, как она выкладывается на полную, до хриплого дыхания, отбиваясь.

Шли не просто минуту — уже счёт шёл на часы. Земля под нами начала чавкать, напитавшись кровью. Тела падали друг на друга, и постепенно росла гора трупов, по которой грациозно вышагивала Суко, продолжая бой и кое-как месил всех я. Ушли на врагов и арбалеты, и кинжалы, остался один молот, который я пока не спешил менять на меч. Пусть он и был тяжёлым, но если сохранять скорость и инерцию, он был просто чудовищной машиной для убийств.

И всё же мне казалось, что реальность чуть-чуть да подыгрывала нам, потому что было нереально набить вдвоём столько врагов, что уже трупы гору сложили, на вершине которой дрались мы. Да и силы тратились заметно медленнее, потому что в таком активном бою я был должен уже сдохнуть от усталости через десять-двадцать минут.

Удар — труп, удар — труп. Я видел на лицах врагов ужас, но не видел желания отступать. Их было столько, что в какой-то момент они уже полностью закрывали собой перед нами луга…

И всё же они пошли на убыль. Всё меньше и меньше, но даже последние бросались на нас с остервенелостью, пока в итоге не остались мы вдвоём. Полностью умытые кровью, как будто в ней искупались, на огромной горе изуродованных трупов.

Я едва стоял на ногах, да и Суко выглядела не лучше, но вот что пугало больше, так это её блестящие глаза и улыбка-оскал, которая демонстрировала не только белоснежные зубки, но и острые клычки.

Ей это всё нравилось.

Она не могла сдержать улыбки, даже когда посмотрела на меня.

— Тебе нравится?

— Да охрененно… — выдохнул я.

Конечно, я сказал это с сарказмом, потому что у меня едва сил хватало, чтобы ноги не сложились, но она, кажется, не поняла.

— Горячит бой кровь, кровь распаляет небесных всадников душу, как печь меха. Это бой, полный боли врага, что смешно и радостно. Ты чувствуешь это?

— Ага…

На неё бойня подействовала как-то не очень хорошо, потому что девушка была как будто под кайфом. Слишком взбаламученная и слегка неадекватная, будто спидов накинула за душу и теперь не могла остановиться. Казалось, он сейчас сорвётся и пойдёт убивать уже меня, но…

Вместо этого Суко приблизилась ко мне и внезапно слизнула у меня с щеки кровь.

Сука…

Мне стало неуютно. Я захотел отсюда поскорее выбраться, и меня явно кто-то услышал свыше, потому что в следующее мгновение меня ослепила вспышка…

И перед глазами начало проявляться зал додзё. Мы стояли перед шкатулкой, пытаясь прийти в себя, а рядом, держа перчаткой жемчужину тот самый слуга, которого я видел до этого. Теперь было понятно, зачем он был нужен — кто-то должен был выдернуть нас из той реальности, если мы не сможем выйти сами. А это значит, что мы и не убили всех врагов.

Но что интереснее, когда я бросил взгляд на песочные часы, там не прошло и пяти минут. Время в артефакте и в реальном мире шли совершенно по разному. От этого даже стало не по себе…