Дуэлянты простояли еще какое-то время в поклонах, а далее Линду едва не смело людское море из желающих взять автограф. Я едва до раздачи чингасос не дошел, пока пробирался к ней через плотную толпу. Кента – святой человек, уберег моё главное сокровище от похотливых азиатских ручек. А то знаю я их… по крайней мере, какие мультики они рисуют и какое кино снимают. А то, что всё это видел – ну… это для расширения кругозора.

Добрался до девушки и встал рядом с ней, показывая, что “застолбил” и этим японским бабосо тут ничего, кроме автографов, не светит. И удивительно, но сработало – фаны немного поумерили энтузиазм и начали вести себя более сдержанно. До моего слуха изредка долетали их перешептывания. Даже парочку знакомых слов уловил – “Эру-Кей”, “гайдзин”, “якудза”, “бака”, “шашин”. То есть я тупой иностранец-бандит. Да хоть горшком пусть назовут, лишь бы к Линде не приставали.

– Тошима-сан договорился с управляющим игрового центра. Для них честь, что чемпионка США выбрала именно их зал, чтобы блеснуть мастерством, – через минут десять подошел Кента. – Я созвонился с президентом Накадзавой и он не возражает против демонстрации ваших навыков, Ким-сан, механик уже везет сюда второй Фроггер, чтобы вы могли сразиться лицом к лицу.

Для чего потребовалось звонить боссу и спрашивать разрешения – я не очень понял. Мы вроде как свободные люди и ежели хотим переводить лягушек через дорогу, то кто нам помешает? Или приглашающая сторона собирается каждый наш шаг контролировать, чтобы, не приведи Аматэрасу, мы к конкурентам не сбежали? Так следовало в этом случае сразу контракты на издание подписать и не тратить время на приятную культурную программу.

Второй автомат с зеленой лягушкой на боку и в самом деле установили рядом с тем, где Эль-Кей побила рекорд в кратчайшие сроки.

– Я уверен, ты победишь, – подбодрил я Линду.

– Никто не выигрывает в каждой игре, – с некоторой долей нервозности ответила девушка, – но я постараюсь.

Весь этот момент с вызовом на поединок немного анимешным получился. Не потому ли, что японцы для своих мультфильмов типажи из жизни берут?

Аксиома гласит: “всегда есть азиат, который что-то делает лучше тебя”. Что, если именно сегодня, а не год назад на турнире в ЛА, Линда встретила превосходящего её азиата? Год… поразительно, мы с ней уже год вместе, а я только сообразил, как быстро время пролетело.

Взаимный поклон. Кента громко объявил что-то на японском и потом повторил, скорее всего, ту же информацию на английском.

– Играете до тридцати тысяч баллов и останавливаетесь, и так до трех побед, – объявил Масару-сан.

Прыг, прыг, скок… прыг.

Тошима Хироши оказался великолепным игроком. Он давил на джойстик и лягушка по кратчайшей траектории и вообще без пауз добегала до кочки на другом берегу реки. Точно так же, как делала и Линда. Зрители притихли так, будто есть пульт управления толпой и на нем вовремя нажали кнопку “мьют”.

Невозможно настолько хорошо играть в эту лягушку. Они не люди, а киборги из будущего! Запредельный уровень понимания игрового процесса. Очередная лягушка в автомате японца подобрала муху, заняла центральную кочку и японец победил. Хитрый азиат подметил, что для победы ему не нужно занимать крайние кочки и достаточно центральной, в то время как Линда поступила оптимально с точки зрения набора счета за уровень, а ее противник сыграл от скорости здесь и сейчас. Он молодец. Честно выиграл.

Длинная непонятная мне фраза на японском от победителя раунда.

Прыг, прыг, прыг… и снова бог рандома подыграл местной команде, послав японцу муху и леди-лягушку, когда для Линды он пожадничал.

Японский же городовой! В том смысле, что настоящий местный полицейский в форме и при пистолете пришел, встал в задних рядах и присоединился к зрителям.

Во время обоих раундов стояла полнейшая тишина. Зрители деликатно молчали и только когда их соотечественник побеждал, позволяли себе короткие ритмичные аплодисменты, как будто резонирующие между собой. Как они это делают? Вариант один – тренируются. Я протолкался к игрокам, точнее меня вежливо пропустили и обнял явно расстроенную Линду. Вроде бы у японцев не то обниматься, не то целоваться на публике считается неприемлемым. Плевать!

– Крис, я проиграла, – грустно вздохнула моя красавица.

– Ты играешь лучше него, – объявил я, – задумайся, если он так хорош, почему ты побила его рекорд с первой попытки?

Вообще-то есть логичное объяснение – настоящий свой рекорд Хироши поставил на другом автомате, а этот тренировочный. Но о нем я умолчу, мне тут чемпионку мотивировать нужно, а не добивать.

– Но как тогда…

– Очевидно, что ему не даются долгие партии. Вот увидишь, в следующей он начнет ошибаться. Поэтому сконцентрируйся и покажи свою лучшую игру. Победишь – куплю нам мейнфрейм.

Так себе попытка замотивировать, конечно. Но Линда говорила, что его хочет, а я обещал купить, а правило “пацан сказал – пацан сделал” у нас на Машмете соблюдалось. Хотя возможно, что Кен прав и дорогой комп весом в пару тонн – это чемодан без ручки. Но, как минимум, асимметричное сжатие с его помощью попробовать сумеем.

На третий матч девушка вышла с сосредоточенным выражением на лице. Лягушка порхала между автомобилей с недостижимой для восприятия обычным человеком скоростью, а потому я смотрел больше на счет. Примерно до двадцати тысяч геймеры шли вровень, но японец вдруг замедлился, при том, что Линда осталась столь же хороша и девушка вырвала победу. Коротко обнял мою чемпионку и надеюсь, что именно тем и придал ей сил повторить. Очень напряженный матч, где она выиграла впритирку.

Хироши поклонился и выдал, не разгибаясь, длинную прочувствованную фразу.

– Тошима-сан благодарит соперницу за то, что дала ему фору, – перевел Кента, – и обещает очень постараться на финальном этапе.

Прыг, прыг, прыг…

Наверное, это всё призрак мейнфрейма. Я ради мощного тридцатидвухбитного компа тоже постарался бы и вошел в состояние потока. Выиграла моя ненаглядная, пусть и с совсем небольшим запасом по очкам. Взаимный поклон, сдержанные аплодисменты, которые по окончанию японцами продолжил высокий европейской внешности мужчина, я не заметил, увлеченный наблюдением за игрой.

– Браво, браво! Я впечатлен и поражен, – сказал он громко на чистом американском английском. – Разрешите представиться, молодые люди – Стэнли Редмонд, заместитель вице-президента корпорации Сега по международному маркетингу. Для нашей компании честь принимать знаменитую чемпионку США и ее кавалера.

– Знаменитую? – тихонько пискнула Линда.

– Именно так! У меня к вам есть предложение, уже согласованное с пригласившей вас компанией Старкрафт. Вы, как известно, представите ваши игры публике через несколько дней в Акихабаре. Мы предлагаем выставочный матч. Чемпионка США и чемпион Японии! С призовым фондом в двести пятьдесят тысяч йен, то есть примерно две тысячи долларов. Неплохое подспорье для покупки сувениров домой без обмена дорожных чеков.

У меня сердце чаще забилось. Сега! Та самая! Производитель аркадных автоматов и самой крутой шестнадцатибитной приставки из существовавших. Супер Нинтендо, как бы ее буржуи ни нахваливали, по моему скромному мнению, уступает во всём, несмотря на то, что там имелись очень красивые игры с сопроцессором, встроенным в картриджи. Одна из причин, почему ее не спиратили в 90-х как раз в том, что на коленке за три копейки картриджи клепать не получалось.

– Я подтверждаю – все согласовано, Коламбус-сан, президент Накадзава подтвердил предварительные договоренности. Если Ким-сама того сама пожелает, – негромко сообщил мне Кента.

А уж не спектакль ли у нас тут произошел? Невероятно сильный игрок, почти победивший Линду, а по итогу слившийся – это так в духе любимых азиатами сюжетов про превозмогание. Хорошая подводка к маркетинговому мероприятию, хотя с театральностью очевидный перебор.

– Я согласна, – приняла вызов Линда и местные геймеры снова поддержали ее аплодисментами.

На том наш поход в игровые автоматы и завершился. На следующий день НАКОНЕЦ-ТО дошло до переговоров с руководством Старкрафт. Обитали они в отдельном трехэтажном здании на тихой улочке в районе с плотной низкоэтажной застройкой. Офис мне понравился. Чистый, аккуратный, светлый. Потолки разве что низковаты, зато на входе все сотрудники в сменку переобуваются. В этом плане японцы эталон правильного поведения. И их подход к мусору на улицах мне понравился. Если у тебя есть фантик – клади в карман и выбросишь его дома. Никаких уличных урн, собирающих вокруг крыс.

Наше трио принял лично господин Накадзава вместе с дюжиной приближенных менеджеров, и для начала мы целый час болтали о том, как нам понравилась Япония и насколько замечательно мы отдохнули. Я много благодарил и искренне пел дифирамбы тому, как хорошо Кента о нас позаботился. Молодой менеджер и правда очень старался, едва ли не тенью для нас стал, везде селился в соседнем номере, выполнял любые просьбы, отвечал на все заданные вопросы и вообще приятный человек. Я бы ему от себя премию выписал, но зная, как негативно тут относятся к любого вида чаевым, не рискнул. Не поймут гайдзинскую щедрость, Масару ведь всего лишь выполнял порученное ему задание. Сделать работу хорошо – его святая обязанность.

Общались мы преимущественно с Накадзавой-саном, его сыном Такуми и еще одним японцем, вменяемо владеющим английским. Остальные, как мне показалось, не очень понимали, зачем они тут нужны, но слушали очень внимательно и обязательно кивали, когда их босс говорил.

– Приглашаю вас посмотреть результаты труда наших программистов по переносу ваших игр. Исикава-сан, проведи демонстрацию нашей версии Тетриса.

Названный Исикава включил имеющийся в комнате компьютер с маркировкой NEC PC-9801 очень современного вида и я обалдел от того, как круто смотрится его графика. 8 цветов, разрешение на глазок около 640 на 480, то есть стандарта VGA, что на нашу американщину придет только году в 85-м, четкие надписи, нескучные обои. Да-да! Оболочка вполне типового бейсика у японцев загружалась с цветными шариками на фоне. ХОЧУ!!! Не сами обои на рабочем столе, их я на рабочем столе в прошлой жизни наблюдал пару минут в день, пока среду разработки не запущу, а столько цветов и четкость текста. Вот на каком железе текстовый редактор с подсветкой нужен!

Отдельно воспылал я желанием обладать монитором и клавиатурой. Почти не выпуклый монитор с диагональю дюймов в пятнадцать! И клава наиболее близкая к привычной мне по будущему раскладке, с десятью функциональными клавишами. Хочу-хочу-хочу! Чего это островитяне уже как белые люди живут, а мы всё мучаемся с древними технологиями? Закроем основные вопросы и обязательно скуплю половину их компьютерного магазина, хотя вопросы по совместимости железа имеются.

Японец лет тридцати нажал несколько кнопок и из встроенных в монитор динамиков полилась музыка – местные национальные мотивы, возникла надпись “Тетрис”. Качество, конечно, не mp3, но уж не хуже того, что мы на Коммодор 64 добились.

– Компьютеры NEC несовместимы с западными программами и стандартами дискет, поэтому нам пришлось написать ваши игры полностью с нуля, – лично осветил демонстрацию Накадзава-сан. – Сейчас Исикава-сан, наш ведущий программист, продемонстрирует результаты переноса Тетрис и Темпл Ран, самых больших хитов вашей студии. На данный момент наша команда работает над Флэппи Бёрд. Продемонстрируй, Исикава-сан.

– Вау! – прошептала Линда, глядя на сочные цвета и плавное движение фигур в Тетрисе. Тут придраться не к чему, тот самый геймплей. Кардинально поменяли только музыку.

Вторая демонстрация – Темпл Ран, и вот тут все с одной стороны хорошо: графика в куда лучшем разрешении, чем у ВИК-20 и 8 честных цветах – это уже новый уровень, но… художник у них и близко к таланту Линды не стоял. Просто бегущая девушка, воспринимаемая, как подросток, без внушительных чичис получилась. Хорошо хоть, в брюнетку не перекрасили. И куда это годится?

– Эээ… господа японцы. Куда вы девали мои сиськи? – не смолчала Трейси, пока я подбирал слова.

Немая сцена. Как в знаменитой картине “опять двойка”. Все молча вылупились на предмет обсуждения, в то время как модель не остановила демонстрацию. Она приподняла ненадолго груди руками и отпустила.

– Видите? Тут подпрыгивают. В игре Си-Си подпрыгивают. Почему у вас я получилась плоская, как… как школьница?

Программист Исикава густо покраснел, как и некоторые другие японцы. Линда спрятала лицо в руках, как мне почудилось, чтобы не показать хозяевам своего смеха. Кончики ушей Накадзавы Такуми отчетливо порозовели, как и некоторых других “пиджаков”, и только президент компании Минору Накадзава сохранил невозмутимость и задал вопрос:

– Почему вы считаете, что это важно? – кремень мужик, не потерял лицо в сложной ситуации.

– Господин президент, – начал я, – основная целевая аудитория нашей игры – мужчины. Им приятно смотреть на анимацию подпрыгивания. Это продуманный элемент удержания фокуса внимания игрока. В остальном ваш порт безупречен и даже превосходит оригинал за счет более совершенной аппаратной платформы и отлично проделанной вашим сотрудником работы.

Подсластил коллеге программеру пилюлю, как мог. Ну не сообразил он, что чичис – это главная часть игры. Не так и сложно исправить.

– Я могу помочь перерисовать спрайт, – предложила Линда.

И снова тишина. Видимо, предложение от несовершеннолетней девушки вмешаться в мужскую работу очень далеко от местных традиций.

– Исикава-сан сочтет честью работать над дизайном персонажа с автором оригинала. Исикава-сан, займись сразу по окончанию совещания организацией рабочего места для Ким-сан, – рассудил президент фирмы и, скорее всего, повторил то же самое для программиста и остальных. Или обругал белых обезьян, лезущих не в свое дело, последними словами, но сомнительно. Не верю, чтобы прожженный бизнесмен так подставился до потери лица. Все японцы с поклоном приняли вердикт начальника, никто и не помыслил о том, чтобы оспорить. Удобно! Но по мне, так непродуктивно.

– Накадзава-сан, разрешите нам сразу провести демонстрацию игр, которые мы хотели бы издать в Японии. У вас есть компьютер от IBM или Эппл 2?

Обязаны иметься, раз они тут занимаются портированием западного софта. И не сделал ли я ошибку, говоря “-сан” вместо принятого в Японии “мистер”?

Эппл 2 нашелся в той же комнате и мне позволили провести демонстрацию анимешной версии стрип-шашек.

– Рабочее название этой игры в нашей документации – “хентай-шашки”, – сказал я, – и с графическими возможностями ваших компьютеров, которые позволят сделать картинки цветными, игра станет выглядеть еще лучше.

Глядя на нарисованные чичис, Исикава снова покраснел, но вслух ничего не сказал. А не стоит ли мне его схантить? Я код его варианта Тетриса не глядел, конечно, но подозреваю, что всё там неплохо. Да и ЭйчДи версия Темпл Ран хорошо и плавно у него заработала. И это при том, что с переиспользованием ассемблерного кода, скорее всего, полный швах, так как сомневаюсь, что в японском компе тот же процессор 6502 установлен.

– Еще один пример игры, рассчитанной на аудиторию из взрослых мужчин, играющих после работы, – решил мистер Накадзава.

В том же ключе мы и покер продемонстрировали.

– Учитывая немалый объем работы по переносу, Старкрафт предлагает вам роялти в семь процентов от оптовой цены, Коламбус-сан, – лично озвучил условия мистер президент.

И как мне поступить? Мизер же! Или норм? Не пять же? Что еще я запомнил из аниме – спорить и говорить “нет” у островитян считается верхом хамства. Если я сделаю контрпредложение и мне скажут “мы хотим подумать”, то это на самом деле отказ. Например, в аниме “Моя романтическая школьная жизнь не удалась” есть эпизод, где школьники, организующие какое-то мероприятие, утрированно соглашаются на все предложения друг друга из лицемерной вежливости, и только у главного героя хватает хуэвос им перечить и рубить правду-матку.

– Отличное предложение, Накадзава-сан. Я его с радостью приму, но предлагаю дополнить, чтобы еще лучше отражать потенциал нашей игры. С мистером Уильямсом мы работаем по прогрессивной шкале от числа проданных копий. Допустим, от пятидесяти тысяч продаж мы поднимем процент до восьми, а от ста – до десяти. Если я ошибся в оценке потенциала, то никаких дополнительных затрат ваша компания не понесет.

– Замечательная идея, Коламбус-сан. Прогрессивная шкала продемонстрирует стремление нашего альянса к росту продаж, но давайте поставим еще более амбициозные цели – например, восемь процентов со ста пятидесяти тысяч копий.

– Как я счастлив, что мы нашли понимание, Накадзава-сан. Давайте только…

– Вы очень мудры, Коламбус-сан, позвольте, однако, познакомить вас со спецификой японского рынка…

По сути, у нас выходил классический торг в духе “закрой за мной дверь, я ухожу”, но облеченный в форму “давайте говорить друг другу комплименты”. Уже через час я готов был сдаться и принять текущее предложение, уже наплевав, какие там цифры. Но так просто сдаться – это потеря лица. Кто согласился, тот левас. Или не так это работает? Вспомнилось еще одно аниме, про парочку, неспособную друг другу признаться в любви, чтобы не проявить слабость перед лицом партнера.

Не хотелось только Линду мучать. Трейси, кажется, на последних остатках морально-волевых качеств держалась.

– Я уступаю вашему колоссальному опыту, Накадзава-сан и принимаю предложение, но могу я к вам обратиться с просьбой? Вчера мы узнали, что вы сотрудничаете с корпорацией Сега. Не так давно мои патентные поверенные подали заявки на несколько изобретений, связанных с игровыми консолями, джойстиками, картриджами, и так далее. Я хотел бы предложить их Сеге. Старкрафт рынок консолей мало интересует, как я успел понять. Простите, если ошибся в оценке, с радостью озвучу своё предложение, если консоли в сфере ваших интересов. Вы все-таки известный и приятный для меня партнер.

Вроде как и согласился, но последнее слово за собой оставил. От словесной паточки уже чуть рот не слипся.

– Познакомлю вас на игровой выставке с их представителем, – решил Накадзава.

Умозрительно, геймпад и картридж с сейвами – это, конечно, здорово, но настоящий джекпот я сорву, если договорюсь с Сегой о портативном Тетрисе.