— Ты что такой озабоченный, папа? — спросили Мирна, разливая чай по чашкам. — Опять из-за Артёма?

— Из-за него, — досадливо поморщился Дельгадо. — Никак не могу выяснить, как с ним дело обстоит. Мутный он какой-то.

— Да что в нём мутного? — пожала плечами дочь. — Способный мальчик. Хорошие задатки к магии. Плохо развитые, но ты же сам запретил его развивать. Чего ещё ты от него хочешь?

— Ты сама прекрасно знаешь, чего я от него хочу, — раздражённо ответил тот. — Как магик, он мне вообще неинтересен. Я хочу знать уровень его волевого развития и духовной устойчивости.

— Ну какого волевого развития ты ждёшь от первокурсника? — укоризненно покачала головой Мирна. — Какой духовной устойчивости?

— Я уверен, что он скрывает свой настоящий уровень.

— Папа, ты сам себя обманываешь, — отмела это заявление Мирна. — Тебе хочется решить проблему побыстрее, и ты пытаешься убедить себя, что он уже готов, просто это скрывает. Непонятно зачем, кстати, скрывает. Вот в самом деле — зачем ему что-то скрывать?

— Не знаю, не знаю, — с сомнением пробормотал Дельгадо. — Всё-таки есть у меня такое чувство, что он меня обманывает.

— Он отучился всего полгода. Пусть даже по специальной программе — этого всё равно слишком мало. Дай ему хотя бы год.

— Нет у нас времени, дочь, — вздохнул Дельгадо. — На севере появляются животные с ментальными способностями. Ты понимаешь, что это значит?

— Понимаю, — кивнула она. — Но если ты будешь слишком торопиться, то просто потеряешь парня безо всякой пользы, и что тогда?

— Тоже верно, — нехотя согласился он.

— Ты же вроде отправлял его в Бревик, — вспомнила Мирна. — Или он не поехал?

— Съездил, а что толку? — поморщился Дельгадо. — Информации ноль. Леран организовал им стычку с сильным зверем, но они забили его вообще без магии. К алтарю он сходил, и даже видел Дельфор, но это всё, что он рассказал. Если какое-то общение там и было, он об этом молчит.

— Возможно, молчит, потому что нечего рассказывать, — предположила Мирна.

Дельгадо скептически хмыкнул и ничего не сказал.

— Ну, создай ему ситуацию, когда будет вынужден использовать магию, — предложила она.

— Как ты это себе представляешь? — раздражённо спросил Дельгадо. — Вот я попытался создать такую ситуацию, и что я узнал? Будь это не в Дельфоре, я бы просто послал пару-тройку уличных грабителей, и всё стало бы ясно. Но мы в Дельфоре, какие здесь уличные грабители?

— Может, попробовать устроить поединок?

— Поединок? — задумался он. — Идея неплохая, но будет непросто найти исполнителя. Нужен кто-нибудь достаточно сильный, чтобы Артёму пришлось выкладываться на полную, но при этом у него должен быть хоть какой-то повод для вызова. Если вызовет незнакомец, это будет слишком подозрительно. И придётся ещё думать, чем этого исполнителя заинтересовать.

— Карьера, деньги, доступ к ресурсам, — пожала плечами Мирна. — Варианты стандартные.

— Всё-то у тебя просто, — проворчал Дельгадо. — Дороговато мне твой любимчик обходится, не находишь? Но идея в целом интересная, подумаю.

* * *

— Так и не получается? — сочувственно спросила Арна.

— Получается, но плохо, — с досадой сказал я, с трудом удержавшись от того, чтобы не запустить этим дурацким шариком куда-нибудь в стену.

Впрочем, в этом не было бы ничего нового — в стену этот шарик улетал уже тысячу раз, наверное. Примитивный прибор Лерана отнял у меня столько нервов, что было уже непонятно, что же именно он тренирует — контроль магии или выдержку. Поначалу шарик улетал у меня, как пуля из ружья, но после месяца мучений я сумел добиться, что он не вылетал, а выкатывался из ямки. Однако во второй ямке он не останавливался, а бодро катился дальше и падал в подставленную сзади миску. Толкнуть его слабее у меня совершенно не получалось — и это с железным шариком. Упражняться с шариком из пробки я даже не пробовал — и так ясно, что там будет за результат.

У Арны с этим упражнением дело обстояло не в пример лучше — ей потребовалось меньше месяца, чтобы полностью освоить толчок маленьким усилием. Сейчас она занималась упражнением, про которое рассказал нам Эман — минуту держать под заданным углом шарик на ниточке. Получалось у неё уже неплохо — продержать шарик минуту она ещё не могла, но недели через две наверняка это упражнение освоит. Мне этим заниматься ещё рано — нужного контроля у меня нет даже близко.

То, что я оказался гораздо сильнее неё, меня никак не успокаивало. Что толку в этой силе, если нет ни контроля, ни точности? Даже если удар сильный, бьёшь ты растопыренной пятернёй, и не в цель, а куда-то рядом. Да и так ли нужно бить сильно? Если внимательно посмотреть, то практически вся магия кроме боёвки — это точные воздействия с небольшим приложением силы. В общем, сила — это хорошо, но ум всё-таки гораздо нужнее.

— Прогресс у тебя всё равно есть, — успокаивающе сказала Арна.

— Прогресс есть, — вздохнул я. — Но слишком уж медленный.

— Он не медленный, — возразила она. — Ты очень многого добился за этот месяц. Просто ты очень сильный, оттого тебе и труднее.

Не сказал бы, что она меня утешила, но настроение действительно улучшилось.

— Пойдём поужинаем? — предложила она. — Сходим в «Пьяного магика», потанцуем. Только надо сейчас идти, пока столики свободные есть.

— Пошли, — с облегчением согласился я, мстительно засовывая аппарат Лерана под кровать.

* * *

«Пьяный магик» был, как всегда, полон — хотя рабочий день ещё не закончился, столик для нас отыскался с трудом. Но всё-таки отыскался, так что поужинать получилось.

— Знаешь, Артём, — вполголоса сказала Арна, глядя на веселящуюся публику, — меня в последнее время не оставляет мысль, что всё это ненастоящее.

— Что ты имеешь в виду? — заинтересовался я.

— Даже не знаю, как объяснить… — задумалась она. — Слишком хорошо здесь живут люди. Слишком богато. Здесь даже последний бедняк живёт, как у нас богатый торговец. Причём не сказать, что здешние люди много работают. Откуда берётся это богатство?

— Ну, Дельфор — это богатая сектораль. Много магии, а значит, много редких материалов, артефактов, алхимии. Продают приезжим простецам медицинские услуги, и очень дорого продают, насколько я знаю. Всё население поголовно — магики, а магики бедными не бывают.

— Я всё это знаю, — мягко сказала она. — Я не понимаю, почему так получилось. Есть секторали богатые, но они богатые потому, что люди там много трудятся. И жизнь там часто тоже опасная. А эта сектораль богатая потому, что просто богатая. Я смотрю вокруг, и это выглядит как сон. Как сказочная страна, в которой все счастливы. За что им это, и как они смогли такое получить?

— Ну и вопросы у тебя, — озадачился я. — Не знаю, милая, я слишком мало знаком с вашим миром. Сказать по правде, мне весь ваш мир кажется сказочной страной, так что мне трудно судить, что для вас нормально, а что нет.

— А твой мир похож на сказочную страну?

— Вот уж точно нет, — засмеялся я. — Хотя у нас тоже есть очень разные места. Ты наверняка бы нашла много для себя непривычного, но у нас всё же не сказка. А знаешь, я ведь тоже вижу в Дельфоре кое-что странное.

Она посмотрела на меня, вопросительно приподняв бровь.

— Люди, — ответил я, мысленно перебирая всех своих знакомых. — Они здесь неправильные. Понимаешь, люди, в принципе, везде одинаковые и ведут себя одинаково. Я имею в виду, если посмотреть в корень. Раздели людей по какому-то признаку: бедные, богатые, умные, драчливые, и в любом обществе каждая такая группа в похожей ситуации ведёт себя похоже. А здесь всё по-другому, поведение предсказать невозможно. Здесь люди как будто в спектакле играют.

— В ненормальном месте и люди ненормальные, — хмыкнула Арна. — Может, им всё-таки правят немного мозги?

— Я бы совсем не удивился, — мрачно сказал я. — Но мы с тобой вроде нормальные, я в себе никаких изменений не замечаю.

— Какой-то неприятный разговор у нас получился, — вздохнула она. — Пойдём лучше потанцуем, вон уже музыканты появились.

* * *

В трактире мы просидели долго — мы в самом деле как-то слишком уж рьяно взялись за учёбу, и маленький выходной оказался очень кстати. Собственно, это был первый выходной за месяц — неудивительно, что он оказался кстати. Немного расслабиться было необходимо, так что танцы и чуть-чуть выпивки зашли просто прекрасно.

Однако спокойно дойти домой нам не удалось. Едва мы немного отошли от трактира, как дорогу мне заступили двое парней. Одного я, к своему удивлению, узнал — это был тот самый стражник, Ирца ис Лей, который пару раз ко мне привязывался, причём именно в «Пьяном магике». Место там заколдованное, что ли? Сейчас он, правда, был не в форме, но физиономию его я помнил достаточно хорошо, так что ошибка исключалась.

— А, вот и ты, — радостно объявил стражник.

— Ты кто вообще? — лениво спросил я.

— Что, уже забыл меня? — зловеще усмехнулся он.

— Погоди, погоди… Дай-ка мне на тебя посмотреть… — я взялся разглядывать его, а он начал злиться. — Вспомнил! Ты тот стражник, что к людям постоянно привязывается, не помню, как тебя там. А что ты не в форме — из стражи выперли? Или ты по вечерам после службы грабежами занимаешься?

Его товарищ заржал, отчего Ирца ещё больше разозлился. Не знаю, что их двоих связывает, но сердечной дружбы у них явно нет.

— Ты мне не нравишься, — хмуро сказал Ирца.

— Ну так иди своей дорогой, — предложил я. — Ты мне тоже несимпатичен, так что проходи мимо, я с тобой общаться не хочу.

Вместо того чтобы просто идти своей дорогой, он решил произнести речь:

— Таким, как ты, не место в Дельфоре. Тебе здесь разрешили находиться по ошибке. Из-за этой ошибки я не могу тебя вышвырнуть по закону, зато я могу выразить своё отношение к тебе как гражданин. Я вызываю тебя на поединок.

— А с чего ты взял, что я приму твой вызов? — удивился я. — Ты кто такой, чтобы я согласился с тобой драться?

— Я же всё равно заставлю тебя принять вызов, — с угрозой сказал он. — Так что лучше сразу соглашайся.

— И каким образом ты меня сможешь заставить? — с интересом спросил я.

— Например, я могу грязно оскорбить твою подружку — ты же не будешь на такое молча смотреть?

— Да по морде тебе дам, вот и всё, — хмыкнул я. — Безо всяких поединков. Какой может быть поединок с тем, кто пристаёт к девушкам и грязно их оскорбляет?

— За рукоприкладство пойдёшь под суд, — попугал меня Ирца.

— Вряд ли приговор будет строгим, — пренебрежительно ответил я. — Если суд вообще такое дело станет рассматривать. Можно ведь и встречный иск подать, так что ещё вопрос, кто в конечном итоге окажется подсудимым.

— А я могу и сама по морде дать, — вступила в беседу Арна. — И на суде объясню, за что.

— Ты лучше отнесись к этому серьёзно, — дружески посоветовал я. — Рука у неё тяжёлая, мало тебе не покажется, поверь.

— Ты по себе, что ли, знаешь? — огрызнулся он.

— Ну да, — безо всякого смущения подтвердил я. — Крепкая девчонка, и удар у неё просто на зависть.

Разговор зашёл в тупик, а спутник Ирци откровенно веселился.

— Могу тебе пощёчин надавать, — наконец, Ирца предложил новый вариант.

— А это разве будет не рукоприкладство? — удивился я.

— Рукоприкладство, — не стал отрицать он. — Но лёгкое. Суд за такое строгое наказание не назначит.

— И как судимость поможет тебе в карьере стражника? — с любопытством спросил я.

— А ты что, из-за пощёчины побежишь в суд подавать?

— Может, и побегу, — рассудительно ответил я. — Если это будет выгодно, то почему бы и нет? А могу просто в ответ пощёчин надавать, и что это тебе даст?

Ирца завис. В принципе, я его затруднения вполне понимаю, и мне интересно, какой выход он найдёт. Есть социумы, где для дуэли не нужно никакого повода — крикнул: «Сударь, вы негодяй!», швырнул перчатку в морду, и всё, через пять минут уже дерёшься. Но в более развитых обществах дуэли если и разрешены, то строго регламентируются, и вызвать просто так не получится. Нужен достаточно серьёзный повод — а где он здесь?

— То есть ты трус? — наконец, разродился он.

— Трус я или нет — вопрос неважный. Главное, что я точно не дурачок, которого можно без труда развести на поединок. Когда состоявшийся магик вызывает первокурсника при полном отсутствии повода, это заставляет задуматься о мотивах.

— Погоди, — нахмурился товарищ Ирци, — а ты первокурсник, что ли?

— Мы первокурсники, — подтвердил я. — Один семестр отучились.

— Как-то это не очень выглядит, Ирца, — с отвращением сказал он. — Ты мне этого не говорил.

Ирца покраснел, но сдаваться явно не собирался. Мне такое непонятное упорство уже начало казаться странным. Это изначально выглядело странным — мало ли кто там ему не понравился, это же не повод набрасываться на людей. А сейчас вот выяснилось, что он специально меня ловил и даже товарища к этому привлёк, и это уже ни в какие ворота не лезет. У меня зародилась догадка.

— Слушай, Ирца, — обратился к нему я, — давай отойдём на пару слов.

Он немного поколебался и кивнул. Мы отошли в сторонку так, чтобы нас не было слышно.

— На чём тебя зацепили? — прямо спросил я.

— Что ты имеешь в виду? — он отвёл взгляд.

— Ты прекрасно понял, что я имею в виду. Тебе что-то пообещали или просто заставили? Либо ты говоришь честно, либо я ухожу и никаких твоих вызовов не принимаю.

Он немного помялся и всё-таки решил признаться:

— У сестры неприятности. Большие неприятности.

— И если ты меня раскрутишь на поединок, то…

— Проблема решится — выводы комиссии перепишут.

— А если у тебя это не получится?

— Сестра пойдёт под суд, меня, скорее всего, уволят по компрометирующим обстоятельствам.

— Крепко тебя за жабры взяли, — сочувственно сказал я. — И что за поединок нужен? Надеюсь, не до смерти?

— Да какой ещё смерти, ты что? — он посмотрел на меня диким взглядом. — Обычный поединок до сдачи или до невозможности продолжать.

— Ладно, пойдём к остальным, — вздохнул я.

Остальные нас терпеливо ждали. Арна безмолвно изобразила вопрос, и я незаметно кивнул.

— Я решил принять вызов, — объявил я.

Товарищ Ирци неопределённо хмыкнул и спросил:

— Сейчас, что ли, собираетесь драться?

— Никаких сейчас, — решительно отказался я. — Мы поужинали, провели приятный вечер, нам ещё только драки не хватало. Завтра сразу после занятий.

— Ну и правильно, — одобрил тот. — Тем более сейчас зал наверняка уже закрыт.

— А где, кстати, поединки происходят?

— В дуэльном зале, там и судьи, и лекарь. Это лиловое здание в форме утюга, легко найдёшь.

— Тогда до завтра, — попрощался я. — Пойдём, Арна.

Мы некоторое время шли молча, но Арна долго выдержать не смогла:

— Ну и зачем ты согласился?

— Стражника заставили вызвать меня на поединок, шантажировали проблемами сестры. Я не стал выпытывать кто — и так ведь ясно, что Дельгадо. Леран говорил, что Дельгадо был недоволен, что я не показал свой уровень магии. Он явно подозревает, что я навыки занижаю. Если бы я не принял этот вызов, он бы обязательно придумал что-нибудь другое. Лучше уж так, в специальном зале, под присмотром судей и лекаря.

— Да, правильно сделал, — согласилась Арна. — Умный ты, Артём.

— Да что тут умного, — смутился я.

* * *

Лиловое здание мы нашли быстро. Я не увидел в нём такого уж сходства с утюгом и даже порывался искать другое лиловое здание, но Арна сказала, что такие утюги бывают, и мы пошли туда. Здание действительно оказалось дуэльным залом, а точнее, целым комплексом с залами для индивидуальных поединков, для групповых, для смешанных групп магов и бойцов — в общем, достаточно серьёзный комплекс. Не знаю, почему мы здесь ни разу не были — впрочем, не удивлюсь, если другие первокурсники здесь регулярно занимаются. Программа у нас с Арной, как выяснилось, очень уж специфическая.

Ирца с другом нас уже ждали.

— Привет, — дружелюбно поздоровался я. — Мы не опоздали?

— Не опоздали, — отозвался Ирца. — Пойдём регистрироваться.

Сегодня в нём никакой недоброжелательности не прослеживалось. То есть он слегка хмурился, но исключительно на публику — в эмоциях у него был полный штиль.

На арене для магиков кто-то рубился — я уже знал достаточно, чтобы примерно понимать, что там происходит, но детали техник разбирать ещё не умел. Девчонка пыталась заморозить парня, а тот каким-то образом отводил холод, замораживая им капли воды. Перед ним уже был целый сугроб ледяных кристаллов, а девчонка явно тужилась из последних сил. Угадать победителя было совсем несложно, неясно только было — прикончит он её в конце или поведёт куда-нибудь утешать.

— Как тебя записывать? — обратился ко мне судья, и я с сожалением оторвался от интересного зрелища.

— Артём Бобров, — отозвался я. — Первый курс.

— А я Ирца ис Лей, — сказал стражник.

— Можно подумать, что я тебя не знаю, Ирца, — ворчливо сказал судья. — Взялся детей обижать? Недостойно это.

— Да мы же так, не всерьёз, — смутился Ирца.

— Ну смотри, — покрутил головой судья. — Сейчас за этими клоунами арену приберут, и пойдёте.

Пока мы регистрировались, поединок закончился. Девчонка разревелась от досады, а парень приобнял её и нежно увлёк на выход, шепча на ушко что-то утешительное. Грамотный подход — даже не сомневаюсь, что эта крепость непременно падёт.

— Пойдём, что ли, — позвал меня Ирца.

Я кивнул и окинул взглядом места для зрителей, стараясь сделать это как можно незаметнее. Зрителей было немного, и знакомых лиц я не увидел, но в одном месте что-то меня всё-таки царапнуло. Я слегка повернул голову, но взгляд не отводил, скосив глаза. И действительно увидел, как мелькнуло знакомое лицо и снова спряталось за впереди сидящей парочкой. Ну надо же — Мирна Дель, секретарша и дочь всесильного ректора, пришла посмотреть поединок первокурсника. Горжусь, конечно.

Мы встали в пяти саженях друг от друга — стандартная средняя дистанция для поединка магиков. Судья дал отмашку, и бой начался. Хотелось бы сказать, что я бился как лев, что молнии сверкали, оглушая грохотом, а языки пламени превращали песок арены в кипящую лаву, и прочее такое, что положено при описании битвы могучих магиков. Увы, всё было совсем не так. Чуть менее позорно, чем предыдущий поединок, ну так и я не симпатичная девчонка.

Я атаковал Ирцу силовыми кулаками — тщательно следя, чтобы не приложить слишком много силы, и старательно промахиваясь. Как тут не помянуть Лерана добрым словом? Без его тренировок у меня вряд ли бы вышло так успешно имитировать обычного первокурсника с немного повышенным уровнем сил.

Ирца лениво отмахивался от моих атак, а потом ударил сам. Мой щит сработал, но удар отбросил меня на пару шагов. Следом прилетел ещё один удар, посильнее. Этого мой щит уже не выдержал — я отлетел назад и лёг.

— Стоп, — раздался голос судьи. — Поединок окончен за явным преимуществом одной стороны. Победитель Ирца ис Лей.

Я кряхтя поднялся на ноги.

— Лекарь нужен? — спросил судья.

— Благодарю, почтенный, со мной всё в порядке, — покачал головой я.

Он кивнул и потерял ко мне интерес. Я пожал руку Ирце, обозначая отсутствие претензий и замирение, и мы с Арной двинулись домой.

— Ты был очень убедителен, — с усмешкой заметила она.

— Там среди зрителей Мирна сидела, — сказал я. — Заметила её?

— Нет, не заметила, — виновато сказала Арна. — Я на тебя смотрела.

— А надо и по сторонам поглядывать, — наставительно сказал я. — Она там пряталась и только изредка мелькала, но я её узнал.

— Стало быть, Дельгадо, — сделала вывод Арна.

— Да это с самого начала было ясно, — хмыкнул я.