В семейной паре, обратившейся к Ясмин, Агата узнала коммерсанта и его супругу, маленькую женщину, серенькую и незаметную как мышка. «Где-то я уже видела этих людей, – подумала она, перебирая свои воспоминания. – Ну конечно! Мы ехали в одном вагоне в Восточном экспрессе из Парижа в Вену». Агата подняла руку и приветливо помахала им.

Миссис Уилсон в ответ улыбнулась девушке и повернулась к мужу.

– Друг мой, мисс Агата Кристи тоже здесь. Надеюсь, вы её помните, – тихонько сказала она.

Мужчина нахмурился и пригладил усы. Видно было, что он старательно пытается хоть что-то вспомнить.

– Благодаря проницательности мисс Агаты и её друзей вы получили назад свои украденные деньги, – подсказала женщина с некоторым возмущением в голосе.

Коммерсант, судя по всему, выудил что-то из недр своей памяти и, скупо улыбнувшись, кивнул Агате. Ясмин в это время окликнула посыльного:

– Абди, проводите наших гостей в номер 212.

Затем она обратилась к мистеру и миссис Уилсон:

– Приятного пребывания в отеле «Пера Палас»! Наш носильщик доставит ваши чемоданы в номер, как только привезёт их с вокзала.

Торопясь рассказать мальчикам новости, Агата поднялась на лифте и вернулась в апартаменты. Вся семья собралась в маленькой гостиной.

– Портье зовут Ясмин, и мы с ней подружились! – сообщила девушка. – Она предложила нам на выбор несколько экскурсий. Решено: в ближайший понедельник мы проведём день на Принцевых островах!

Арчибальд достал свой путеводитель и прочитал вслух:

– Девять Принцевых островов расположены в Мраморном море, к юго-востоку от Константинополя. Прекрасный выбор, сестрёнка, я не против!

Мисс Жанна, которой не хотелось портить весёлое настроение, поджала губы.

– Дети, вы, кажется, забыли, что по понедельникам у нас занятия: сначала утром, потом днём, после обеда.

– Это правда, – подтвердила леди Клара. – Перенесём прогулку на другой день. Можно поехать завтра?

Не дожидаясь ответа Агаты, Макс воскликнул:

– Нет! Завтра мы пьём чай с Селимом Солаком. Он обещал нас угостить!

На следующий день Кристи долго гуляли по константинопольскому порту, пока не наступило время дневного чая. Не успев выйти из лифта, все почувствовали чудесный аромат померанцевой воды.

– Идите за мной, это здесь! – воскликнул Макс, убегая вперёд по коридору.

Чайный салон находился всего в нескольких метрах от лестничной площадки. Семейство Кристи переступило порог великолепного зала с расписным деревянным потолком, над которым возвышались шесть куполов с круглыми цветными стёклами. В дальнем углу музыкант играл на пианино. Агата осмотрелась. Среди посетителей, одетых по-восточному, она заметила Селима Солака. Он полулежал на красном бархатном диване, в окружении подушек всех цветов и размеров. За его столом уже расположился один гость – пожилой турок в тюрбане.

– Леди Клара, позвольте представить вам Али Алькасима, великого мастера османской миниатюры. Здесь, в Константинополе, мой друг проездом. Он любезно принял приглашение на чай.

Художник, одетый в шаровары и длинный кафтан, встал и в знак приветствия почтительно поклонился леди Кларе.

– Я всего лишь скромный художник, мадам, но хорошо разбираюсь в искусстве своих предков. Осмелюсь отметить, что они иллюстрировали османские рукописи, – сказал мужчина, приглаживая бороду.

Селим Солак рассмеялся:

– Полно вам, Али, ваш талант настолько велик, что султан Орхан пригласил вас лично реставрировать самые ценные книги из императорской сокровищницы! Добавлю, что мой дорогой родственник говорил о вас очень много хорошего!

Арчибальд ткнул сестру локтем.

– А кто его родственник? – прошептал юноша.

Художник только скромно улыбнулся и сменил тему, обратившись с вопросом об их интересах к леди Кларе и её сыну. Арчибальд сообщил, что увлекается техническими изобретениями.

– Молодой человек, получайте образование и переезжайте в Константинополь: так поступают многие европейцы! – воскликнул Селим Солак. – Древняя Османская империя стремится стать современной: у нас появились трамваи, банки, электричество, автомобили. Вы непременно найдёте, в какой области сделать карьеру!

Официант поставил на стол поднос со сладкой выпечкой. Уже несколько часов Макс мечтал о пироге: большой, блестящий, сочащийся мёдом, не длинный, не треугольный, с фисташками, но без миндаля.

Загадка № 2

Помоги Максу найти на блюде пирог его мечты.

Макс поднял руку и нацелился на выбранную жертву – пахлаву в форме гнезда, потрясающее медовое лакомство с фисташками. Однако мисс Жанна остановила его колючим взглядом.

– Никто не предлагал тебе самому что-то брать! – строго шепнула она.

Селим улыбнулся и указал рукой на блюдо:

– Прошу вас, угощайтесь!

Леди Клара, женщина светская, продолжила разговор о Константинополе. Агата воспользовалась моментом и заговорила с Али Алькасимом.

– Вы знаете, я очень люблю живопись! Мисс Жанна водила нас в императорский музей, – сказала она. – Я видела там миниатюры, они нарисованы множеством цветов. По-моему, они удивительны!

Пожилой художник объяснил девушке, что эти краски такие яркие, потому что в них добавляют золото, серебро и разные минералы.

– Наш потрясающий синий ультрамарин имеет в своей основе лазурит, полудрагоценный камень, который ремесленники растирают в мельчайшую пудру. Красный делается из другого минерала, он называется «киноварь».

Макс внимательно слушал. Облизав липкие от мёда пальцы, он присоединился к разговору:

– Нужно работать очень тоненькими кисточками, чтобы нарисовать такие мелкие детали, да?

Господин Алькасим сообщил мальчику, что пользуется кисточками из беличьего меха. Агата и Макс недоверчиво переглянулись. Художник рассмеялся.

– Милые дети, я говорю вам правду! Я могу вам их показать у себя в номере, если ваша гувернантка согласится вас сопроводить.

Мисс Жанна их не слышала. Она участвовала в беседе леди Клары и Арчибальда с Селимом Солаком. Мальчик прошептал на ухо сестре:

– Когда Селим упоминает о своём родственнике, то становится очень важным, но я так и не понял, о ком идёт речь.

– Я тоже представления не имею, – ответила Агата. – Но Ясмин, портье, возможно, сумеет внести ясность.

Несколько минут спустя группа разделилась. Леди Клара поднялась в свои апартаменты, Арчибальд спустился в холл, к стойке портье, а мисс Жанна пошла с младшими детьми в номер к Али Алькасиму.

Художник-миниатюрист открыл пенал, где были аккуратно сложены его инструменты.

– Вот они! У белки на хвосте волоски упругие и тонкие, – начал рассказывать мастер, указывая на одну из кистей. – Иногда мне больше нравится работать кистью из шерсти персидской кошки, например такой. – Он достал другую кисть. – Посмотрите: длинные волоски собраны в пучок и вставлены в полый стержень птичьего пера.

Мисс Жанна и дети засыпали художника вопросами о его работе. Старик, повеселев и оживившись, внезапно достал из своей сумки тщательно упакованную книгу. Он развязал узкую бежевую тесёмку, развернул толстую коричневую ткань, защищавшую манускрипт, осторожно его открыл и, задержав дыхание, показал миниатюры. На них был изображён султан Сулейман Великолепный.

– Сегодня утром султан Орхан поручил мне отреставрировать эту редчайшую рукописную книгу из сокровищницы Османской империи. Друзья мои, она датирована 1550 годом! – взволнованно прошептал он. – Только взгляните на эти яркие цвета, на эту тонкую работу… Как бы я хотел, чтобы она принадлежала мне, чтобы я мог каждый день ею любоваться!

Вдруг тихонько скрипнула дверь. Пожилой мастер вздрогнул:

– Вы слышали?

Он поспешил к входной двери, но там никого не было. Художник вернулся встревоженный: он был уверен, что за ним следят.

– Какой же я болван! Мне ни в коем случае нельзя было доставать эту книгу из тайника. Она такая ценная! Пообещайте, что никому про неё не скажете. Никто не должен знать, что я прячу её у себя в номере, – попросил он, осторожно закрывая манускрипт.

Мисс Жанна, Макс и Агата успокоили Али Алькасима, поблагодарили и поспешили к выходу.

– До вечера! Сегодня я ужинаю с Селимом Солаком и его женой Мирай, может быть, удастся встретиться с вами там. Господин Солак – известный коллекционер османской миниатюры, – сообщил мастер, закрывая за гостями дверь.