Австрийские власти провели какую-то молодую, довольно приличную и красивую женщину через границу в пределы нашего отечества, отпустили ее на свободу и пригрозили ей, что, если она вздумает возвратиться обратно, в нее будут стрелять.

Рыдая, она пошла вперед, пока не была остановлена русским пограничным кордоном. Ни денег, ни паспорта у нее не было, по-русски она не говорила. Так как, по ее словам, она родилась в Петербурге, ее доставили сюда. Здесь ни ее звания, ни имени никто удостоверить не мог. Поэтому против нее возбуждено было обвинение в бродяжестве, и она заключена под стражу.

По ее словам, причиной доставления ее, помимо ее воли, в пределы России было только то обстоятельство, что она имела несчастье родиться в Петербурге. Ее мать была еврейка родом из Белого в Силезии. Будучи девушкой, ее мать сошлась с католиком-чехом и бежала с ним из родительского дома в Петербург, где и жила в течение нескольких лет. Жили они хорошо. Со дня рождения мать воспитывала ее в иудействе. Когда ей было шесть лет, отец пропал бесследно. Распродав имущество, мать сейчас же уехала с ней в Венгрию. Ее мать была еще молода и красива. Скоро в нее влюбился один барон, за которого она и вышла замуж, приняв католичество. Она же продолжала исповедывать иудейскую веру до десяти лет, когда умерла мать. Тогда она была взята в женский монастырь Святой Урсулы и там крещена. Пробыла она в монастыре до шестнадцати лет. Убежав оттуда, она сейчас же вступила в гражданский брак с одним австрийцем, служащим на железной дороге, и уехала с ним в Вену. Жили они вполне счастливо. Когда у нее родилась дочь, она захотела выйти за своего возлюбленного замуж, но у нее не было решительно никаких документов. Для того чтобы добыть их, она привела в исполнение хитро задуманный план. Оставив дочь, она уехала в провинцию. Там она разыскала одну польскую графиню, которой объяснила, что она еврейка, желает принять католичество и с этою целью скрылась тайно из родительского дома. Графиня приняла в ней участие, приютила ее и пригласила духовника готовить ее к принятию католичества. После вторичного крещения ей была дана фамилия по названию того месяца, в котором она была крещена, и выдано было метрическое свидетельство. Тотчас же она с торжеством поспешила домой и стала готовиться к свадьбе. В это время товарищ мужа стал усиленно ухаживать за ней: она отвергла его искательства. Тогда он сделал на нее донос, что она интриганка и русская шпионка, по временам исчезающая куда-то из Вены и каждый раз являющаяся под новой фамилией. Она была приглашена в полицию. Не успела она подтвердить, что она действительно родилась в Петербурге, как ее немедленно арестовали и, не слушая никаких дальнейших объяснений, выпроводили за границу в Россию.

Когда личность ее была установлена и объяснение проверено, было предложено австрийским властям взять ее обратно. Ответа на это не последовало. В течение нескольких месяцев было сделано много напоминаний и ходатайств за нее разных лиц, но австрийские власти упорно молчали. Тогда с ней проделали буквально то, что сделали австрийские власти. Из тюрьмы доставили на границу Австрии, провели через пограничную черту и отпустили на все четыре стороны.