Глава 12. Захар

Полночи не спал. Просто не мог.

Перед глазами стояла она.

Алиса. Моя Лисичка.

Колючий взгляд, плавные движения, грудь её кругленькая под одеждой… Чёрт возьми, как же я её хотел.

Это было физически больно — помнить вкус её кожи и при этом видеть, как она сжимается от моего прикосновения. Как боится. Как прячется за выдуманного мужа.

Выдуманный.

Я почти в этом уверен.

Я закрыл глаза, и память услужливо подкинула момент в прихожей. Тепло её шеи под моими пальцами. Рваный пульс. Она ведь не забыла. Тело не врет. Она хотела, чтобы я её поцеловал, я видел это по её расширенным зрачкам, по тому, как она на мгновение подалась навстречу.

Мне.

Мне навстречу.

Хотела.

— Блядство, — прорычал я в темноту, сжимая кулаки до хруста.

Кто такой этот Саша Громов? Если он существует, я его найду. А если нет...

Что если нет?

В семь утра я уже не выдержал. Глянул на экран телефона. Номер няни-студентки, который я вытянул вчера, горел на дисплее как наводка на цель.

Набрал.

— Алло? — сонный девчачий голос. Лена.

— Доброе утро, Лена. Это Захар. Мы вчера виделись у Алисы Сергеевны.

— Ой! Здравствуйте! — она мгновенно проснулась, я прямо почувствовал, как она там в одеяло кутается. — Что-то случилось?

— В порядке. Просто забыл спросить... — я запнулся, подбирая слова. — Хочу сделать подарок мальчику и Алисе Сергеевне. Думал, что вы точно сможете мне с этим помочь. Чем мальчик занимается? Что любит?

— Ой, как здорово! — Лена затараторила. — Он самолетики любит собирать. И рисовать. Он у нас вообще очень серьезный мальчик. Весь в папу, как Алиса говорит.

— В папу, значит? — я почувствовал, как внутри всё напряглось. — А ты сама с его папой знакома, Леночка?

— Нет, — Лена вздохнула.

— Понятно. Слушай, Лена... Сделай мне одолжение. Сфотографируй, что он там рисует. Ну, чтобы я понимал, что ему за конструктор купить. Поможешь?

— Конечно! — пискнула девчонка. — Я вам в мессенджер скину, Алиса Сергеевна сказала, что сегодня вечером я как раз скорее всего буду за Даней следить.

Сегодня вечером, значит, моя Алиса свободна..

— Спасибо тебе, красотка! С меня шоколадка. Шоколад любишь?

— Люблю, — смущённо ответила Лена.

— Вот и договорились! Будем на связи.

Я положил трубку и уставился в окно.

Всё. На службу. И заодно узнаю про Громова.

Когда спустя несколько часов я у наших смешных умельцев в кабинете склонился перед экраном, просматривая инфо по всем Громовым в российской армии…

— Давай, сука, явись миру, — процедил я, глядя на бегущую полосу загрузки.

Пусто.

Нет, Громовых в стране хватало, но ни один из них не подходил под описание мужа Алисы. Никто из них не жил в этом районе, не имел семьи с её данными. Александр Громов был призраком. Красивой сказкой, которой она прикрывала свою наготу и своё одиночество.

— Значит, нет никакого мужа, — я откинулся на спинку стула, чувствуя, как по венам растекается холодное торжество. — Один-ноль в мою пользу, Лисичка.

В семнадцать пятьдесят пять я стоял в малом зале. Один.

Мерил шагами паркет, который еще хранил аромат её духов — чего-то нежного, цветочного и до боли знакомого.

Я вспомнил её лицо в прихожей. Эти распахнутые глаза, в которых плескался первобытный страх. И я, идиот, давил на неё, как на допросе.

“У тебя под платьем точно синяков нет?”

До сих пор кулаки чесались. Если этот мифический “Саша Громов” существует и он хоть раз позволил себе лишнее... Я вытряхну его из любой секретной части, из-под любого грифа “совершенно секретно”.

Дверь зала тихо скрипнула.

Я обернулся. Алиса стояла на пороге, бледная, в узком спортивном костюме, ладно сидящем по фигуре. Он подчеркивал её хрупкость еще сильнее, чем то платье.

— Я принесла документы, Захар, — она прошла к столу, стараясь держаться от меня на расстоянии вытянутой руки. — Посмотри. Вот мои данные, вот договор аренды… ты не можешь просто так его разорвать и выкинуть меня на улицу, у меня же все официально оформлено.

— Могу, но сейчас не об этом.

Я даже не взглянул на папку.

— А о чем?

Алиса замерла, но в этот раз не отпрянула. Только подбородок выше задрала. Боец.

— Где ты со своим Сашей познакомилась?

Она покраснела вмиг.

— Ты охренел, Корсаков?! Это тебя не касается. Я не обязана ничего тебе рассказывать!

— Охренел. Касается. Обязана. Фотки покажи, может, мы знакомы.

Алиса судорожно сжала пальцами край своей папки. Она смотрела на меня так, будто я приставил ей нож к горлу

— Ну же, Громова, не томи. Хочу посмотреть на счастливчика.

— Он не любит сниматься. Специфика службы, — голос её дрогнул.

— Не любит сниматься? — я усмехнулся, подходя вплотную. — Даже с женой? Даже с сыном? Ни одного селфи на память, пока он там мир спасает?

Я навис над ней, чувствуя, как от неё исходит жар. Она пахла паникой и тем самым цветочным мылом.

— Захар, уйди, — прошептала она, упираясь ладонями мне в грудь.

Её руки были холодными, как лед. Я накрыл её ладони своими, прижимая их к своему сердцу. Пусть чувствует, как оно колотится. Пусть знает, что со мной эти фокусы не пройдут.

Я медленно опустил взгляд на её губы. Розовые, искусанные.

— А знаешь, что я думаю? — я понизил гол

ос. — Я думаю, что твой Саша — это сказка для всех желающих.