Глава 18 Совет драконов

К зданию Совета мы подъехали за четверть часа до заката.

Площадь перед главным входом была заполнена экипажами старших домов, городской стражей и людьми Королевской лечебной коллегии. Последние стояли отдельной группой в белых плащах, слишком чистых для города, где уже второй день больных переносили на носилках между переполненными лечебными пунктами.

Над крышей Совета не кружил ни один дракон.

Пустое небо делало здание меньше. Каменные фигуры по обе стороны лестницы больше не казались изображением живой силы. Просто тяжелые статуи, созданные в память о времени, когда никто не сомневался: драконий огонь всегда придет по приказу.

Северин вышел из экипажа первым.

Левая рука была скрыта перчаткой. Под ней сохранялся небольшой участок чешуи, который Эдита велела не убирать до повторного обследования. Снаружи он выглядел почти здоровым, но я видела осторожность каждого движения. Он не поднимал правое плечо выше необходимого и не поворачивал корпус резко после ранения в туннеле.

Я подошла ближе.

— Боль?

— Слабая.

— Шрам?

— Теплый. Не жжет.

— Чешуя держится?

Он немного сдвинул перчатку.

Медные пластины оставались на месте.

— Да.

— Если начнут исчезать без вашей воли, говорите сразу.

— Скажу.

Северин посмотрел на меня.

После поцелуя в лаборатории между нами не появилось новой привычной близости. Он не взял меня за руку, когда я выходила из экипажа. Не попытался встать рядом так, будто мы снова представляли один дом.

Но теперь каждое наше молчание знало о случившемся.

Это усложняло разговоры и одновременно делало их честнее.

Из второго экипажа вышли Леона и Ивара. Леона держала папку с заверенными копиями документов. Оригиналы находились в городском хранилище. Ивара несла защитную коробку с образцами серого пепла и малой порцией противоядия.

Селин появилась последней.

Она надела серебристо-серое платье без герба дома Верт. Повязка на боку скрывалась под плотной тканью. Лицо оставалось бледным, но шла она самостоятельно и не позволила сопровождающему лекарю поддерживать ее за локоть.

Возле лестницы нас ожидал секретарь Совета.

Он поклонился Северину, затем посмотрел на Селин.

— Госпожа Верт, ваше право представлять дом временно приостановлено.

— Я здесь не как представитель дома.

— Тогда в каком качестве?

— Пациентка Королевской лечебной коллегии и свидетель по делу о подделке медицинских документов.

Секретарь заметно растерялся.

— Заседание созвано для обсуждения восстановления городской защиты.

— Именно поэтому мой диагноз относится к делу.

Леона передала ему распоряжение комиссии Гильдии.

— Свидетель допущена при наличии независимого заключения и документов о назначениях Кассиана Реваля.

Секретарь прочитал.

— Мне нужно согласовать.

— Согласовывайте быстро, — сказала Ивара. — Заседание начинается через четырнадцать минут.

Он ушел внутрь.

На ступенях появился лорд Верт.

Отец Селин не спешил к дочери. Сначала посмотрел на ее платье без фамильного знака, потом на нас, и только после этого спустился на несколько ступеней.

— Ты немедленно вернешься в экипаж.

Селин остановилась.

— Нет.

— Семейный совет отстранил тебя от представления рода.

— Я не представляю род.

— Ты не способна оценивать последствия собственных действий.

— Это подтвердил наш семейный лекарь или вы?

— Кассиан сообщил, что твой источник нестабилен.

— Потому что он несколько месяцев давал мне серый пепел.

Лорд Верт сжал губы.

— Не повторяй обвинения обиженной женщины.

Он имел в виду меня.

Я не вмешалась.

Селин должна была ответить сама.

— Независимое обследование подтвердило, что мой источник сильный, — сказала она. — Нарушены крыльевые каналы. В крови обнаружена основа Р-17. Белый препарат усиливал накопление.

— Заключение подписано ведьмой, связанной с Миреллой Морвейн.

— Эдита Норн не связана со мной, Миреллой или домом Аркхарт.

— Ты не понимаешь, во что вмешалась.

— Понимаю достаточно. Вы готовили мой брак, зная, что я не удерживаю форму. Кассиан обещал завершить «настройку» источника после обряда. Вы даже не спросили, что это означает.

Лицо лорда Верта стало жестким.

— Я действовал ради будущего дома.

— Вы действовали ради места в Совете.

— Это одно и то же.

— Для вас.

Она прошла мимо него.

Лорд Верт хотел схватить дочь за руку.

Городской стражник шагнул между ними.

— Не прикасайтесь к свидетелю до завершения заседания.

— Это моя дочь.

— Совершеннолетняя гражданка, находящаяся под защитой следственной палаты.

Лорд Верт отступил.

Селин не оглянулась.

Я пошла следом.

В прошлый раз я входила в этот зал как жена Северина.

Стояла рядом с ним и не знала, что именно здесь меня лишат титула, имени и брака. Красная дорожка, каменные колонны, высокий стол пяти домов — все осталось на месте.

Даже пятно от воска на ковре.

Только теперь я вошла через центральные двери не как часть дома Аркхарт.

В руках у меня была аптечная сумка.

На груди — медная печать Миреллы Морвейн.

Собственное имя оказалось достаточным пропуском.

В зале уже сидели представители пяти старших домов.

Часть мест пустовала. Несколько драконов находились в лечебных пунктах и не могли присутствовать. Вместо них пришли наследники или юридические представители.

На возвышении стояла большая каменная чаша с церемониальным пламенем Совета.

Обычно оно горело ровным золотистым светом. Каждый член Совета добавлял к нему слабую часть собственного огня, подтверждая участие в общей защите.

Сегодня пламя было почти белым.

Слишком бледным.

Я почувствовала сухой металлический запах еще у дверей.

Серый пепел.

— Не приближайтесь к чаше, — тихо сказала я Северину.

— Чувствуешь основу?

— Да.

— Сильную?

— Она встроена в топливный состав.

Он посмотрел на возвышение.

Возле чаши стоял Кассиан Реваль.

Белый плащ сменился темно-серым церемониальным одеянием лекаря Совета. На груди висел серебряный знак коллегии. В правой руке он держал узкий стеклянный жезл с белой сердцевиной.

Катализатор.

Рядом находился заместитель председателя Совета, лорд Марен Лейр. Пожилой черный дракон выглядел плохо. Кожа на лице стала землистой, пальцы дрожали, однако он держался прямо.

— Герцог Аркхарт, — произнес он. — Вы опоздали к предварительному обсуждению.

— Заседание еще не началось.

— Главы домов уже ознакомились с предложением магистра Реваля.

— Тогда ознакомятся и с доказательствами против него.

Кассиан посмотрел на нас.

Его взгляд остановился на защитной коробке Ивары, затем на моей руке.

— Госпожа Морвейн. Рад, что вы решили прийти лично.

— Вы рассчитывали, что после архива я не смогу?

— Я не знал о запуске защитного механизма до получения отчета.

— Только вы и начальник архива имели доступ к внешнему пульту.

— Начальник находится на больничном.

— Значит, круг подозреваемых стал уже.

По залу прошел шепот.

Кассиан не изменился в лице.

— Механизм мог сработать из-за нарушения печатей герцогом Аркхартом.

— Не мог, — сказала Ивара. — Проверка Гильдии установила внешний приказ на уничтожение фонда. Запись времени и сигнатура управляющего ключа сохранены.

— Сигнатура?

Кассиан впервые посмотрел на нее внимательнее.

— Красный контур запомнил печать, которая активировала команду, — продолжила Ивара. — Полное заключение будет представлено следствию. Пока вы не имеете права покидать город без разрешения.

Лорд Лейр ударил ладонью по столу.

— Мы собрались не для разбирательства Гильдии. Защитная система угасает. Четыре дома не способны поддерживать купол. Магистр Реваль предложил временное восстановление огня.

— Каким способом? — спросила я.

— Очищением родовых связей через Центральную печь, — ответил Кассиан.

— Составом, который вы держите в жезле?

Он поднял стеклянный катализатор.

Внутри находился белый минерал.

Но не чистый.

По сердцевине шли тонкие серые прожилки.

— Улучшенная основа, — сказал Кассиан. — Она временно стабилизирует источники и возвращает телу способность принимать огонь.

— Р-17 тоже обещала поддержку.

— Р-17 создавалась для другого этапа лечения.

— Для подавления связи магии с телом.

— Для снятия нагрузки с поврежденных каналов.

— Тогда почему в закрытом архиве хранятся опыты на здоровых женщинах?

В зале стало тише.

Леона открыла папку.

— Прошу официально начать заседание и внести представленные материалы в протокол.

Председатель Совета отсутствовал. Его место занимал лорд Лейр.

Он явно не хотел превращать собрание в трибунал, но отказаться при свидетелях и представителе Гильдии не мог.

Секретарь ударил молотком.

— Чрезвычайное заседание Совета драконов объявляется открытым. Первый вопрос — состояние городской защиты. Второй — законность применения состава Королевской лечебной коллегии.

— Порядок следует изменить, — сказала Леона. — Нельзя обсуждать применение состава до рассмотрения доказательств его опасности.

Лорд Лейр с раздражением кивнул.

— Представляйте.

Мы не рассказывали историю целиком.

Не пытались убедить эмоциями.

Леона выстроила документы по времени.

Сначала назначения Р-17.

Прямые поставки в дома Аркхарт и Верт.

Городские настои.

Белые препараты для женского источника.

Потом случаи болезни.

Финн.

Ранд.

Селин.

Северин.

Мое обследование.

Каждый факт сопровождался документом, свидетелем или образцом.

Ивара поставила на стол защитную коробку и открыла ее.

Внутри лежали три флакона.

Темный «Рекорд-четыре».

Белый препарат Селин.

Городской укрепляющий настой.

— Разные названия, — сказала я. — Разная цена. Разные пациенты. Одна производственная основа.

— Это не доказывает вред, — возразил Кассиан.

— Поэтому мы принесли лабораторные результаты.

Тея осталась в аптеке, но ее записи были со мной.

Я показала три диагностические пластины.

На первой магия свободно соединялась с живой тканью.

На второй препарат Р-17 удерживал ее снаружи.

На третьей после удаления серого пепла связь восстанавливалась.

— Опыты проведены в лаборатории с ограниченным допуском, — сказал Кассиан.

— При свидетелях Гильдии, — ответила Ивара. — Методика проверена Эдитой Норн.

— Эдита не специалист по драконьему огню.

— Зато специалист по женскому контуру, который вы объявили необратимо разрушенным, — сказала Леона.

Она передала комиссии мое заключение.

Потом заключение Селин.

— Две женщины, — произнесла она. — Обе принимали препараты коллегии. Обе признаны неспособными выполнить ожидаемую семейную функцию. У обеих обнаружен серый пепел. После прекращения курса связь начала восстанавливаться.

Лорд Верт сидел неподвижно.

Селин встала.

— Я хочу дать показания.

Отец резко повернулся.

— Ты не имеешь права говорить от имени дома.

— Я говорю от собственного имени.

Секретарь внес ее данные.

Селин рассказала о слабости, неудачных превращениях, увеличении дозы и требовании Кассиана подписать ложное заявление против меня.

Она положила на стол копию письма.

— Магистр Реваль написал моему отцу, что уничтоженный отчет Беатрисы не содержал достаточных доказательств. Значит, он знал о содержании отчета и его уничтожении.

Кассиан даже не взглянул на письмо.

— Формулировка вырвана из контекста.

— Какой контекст делает уничтожение медицинского отчета законным? — спросила Леона.

— Речь шла о копии, поврежденной при пожаре.

— Вы написали «уничтоженный», а не «поврежденный».

— Переписка была частной.

— Частная переписка не позволяет готовить ложные показания.

Селин продолжила:

— Вы также писали, что после брака с Северином получите доступ к моему источнику для завершения настройки.

— Обычная лечебная подготовка.

— Нет, — сказала я. — Брачный контур не требует предварительного вмешательства лекаря.

— В союзе двух сильных домов требуется.

— Покажите правило или формулу.

Кассиан улыбнулся.

Не широко.

Почти устало.

— Вы требуете раскрыть защищенные методики перед Советом, который десятилетиями считал ведьм обслуживающим персоналом, а потом удивляетесь, что специалисты не доверяют вам полные сведения.

В его голосе впервые появилось нечто живое.

Не раздражение из-за разоблачения.

Старая, сдерживаемая обида.

— Ведьмы создавали городскую систему вместе с драконами, — продолжил он. — Потом драконьи дома переписали историю. Забрали Совет, армию, земли и право решать, кому жить рядом с властью. Лекари стали людьми, которых вызывают через служебный вход и обвиняют первыми, если лечение не дает желаемого наследника.

Несколько ведьм возле двери опустили глаза.

Потому что часть его слов была правдой.

Кассиан увидел это.

— Все эти годы мы поддерживали вашу силу, — сказал он Совету. — Лечили раны, исправляли последствия войн, сохраняли источники. В ответ получали приказы и подозрения. Я создал систему, которая впервые делает драконов зависимыми от тех, кого они привыкли считать ниже себя.

Лорд Лейр побледнел от гнева.

— Вы признаете, что намеренно ослабляли нас?

— Я признаю, что изменил баланс власти.

— Отравляя детей? — спросила я.

Кассиан посмотрел на меня.

— Дети не входили в первоначальный расчет.

— Финн едва не умер.

— Из-за дешевых производителей, использовавших основу без соблюдения дозировки.

— Вы отправляли ее на городской склад.

— Я не контролировал каждую лавку.

— Но контролировали производство.

Он промолчал.

— Женщины, признанные бесплодными, тоже были случайностью? — спросила Селин.

— Временное подавление позволяло изучить устойчивость связи.

— Без согласия.

— Ваши семьи распоряжались вами без согласия всю жизнь. Почему вас возмущает только лекарь?

Селин стала еще бледнее.

Но не отступила.

— Потому что вы говорили, что лечите.

Кассиан перевел взгляд на Северина.

— А вы, герцог? Много ли раз спрашивали согласие солдат, когда направляли их под огонь? Много ли раз Совет спрашивал ведьм, прежде чем использовать их труд для защиты города?

— Недостаточно, — ответил Северин.

Кассиан явно ждал оправдания или угрозы.

— Что?

— Мы недостаточно спрашивали. Использовали порядок, созданный в нашу пользу, и называли его естественным.

По залу прошел шум.

Северин продолжил:

— Это требует изменения законов, а не тайного отравления людей.

— Законы меняют те, у кого есть сила.

— Тогда вы решили забрать ее у всех.

— Вернуть контроль тем, кто ее поддерживает.

— Контроль через болезнь не становится справедливостью.

Кассиан посмотрел на него с почти настоящим сожалением.

— Вы начали понимать слишком поздно.

Леона положила перед Советом спасенную производственную формулу.

— Серый пепел создавался намеренно. В состав входит соль накопления и стабилизатор связи с живой тканью. Опыты проводились на людях без подтвержденного согласия. Партии распределялись среди пяти старших домов.

Следом легла папка с результатами испытаний.

И расчет Беатрисы о Центральной печи.

Лорд Лейр читал быстрее остальных.

— Здесь сказано, что общий импульс способен активировать вещество у всех связанных драконов.

— Именно это произошло вчера, — сказала я. — После проверки печи состояние пациентов ухудшилось одновременно.

— Но если печь уже заражена, — произнес один из членов Совета, — прекращение импульсов не восстановит защиту.

— Не восстановит.

— Тогда что предлагает ваша аптека?

Я показала малую порцию противоядия.

— Белый минерал возвращает основе исходное состояние и ослабляет связь серого пепла с живой магией. На Северине проведено первое контролируемое испытание. Его огонь снова частично соединяется с телом.

Северин снял перчатку.

На пальцах появилась медная чешуя.

Слабая.

Но управляемая.

В зале зашептались.

Кассиан посмотрел на его руку без удивления.

Словно ожидал.

— Временный эффект, — сказал он. — Белый минерал не способен удерживать восстановленную связь долго. Ваш состав разрушит источники при первой серьезной нагрузке.

— Докажите.

— Я изучал эту основу шесть лет.

— И превратил ее в яд.

— Я знаю пределы материала лучше вас.

— Тогда зачем держите тот же минерал в катализаторе?

Все посмотрели на стеклянный жезл.

Кассиан поднял его.

— Потому что мой состав завершен. Он не только освобождает огонь, но и стабилизирует его через общую систему.

— Через вашу управляющую связь.

— Через лечебный контур.

— Который подчиняется вам.

— Которым должен управлять специалист.

— Единственный специалист, способный выдавать и отнимать драконам силу, — сказала я. — Именно этого вы добивались.

Он не отрицал.

— Город нуждается в центре управления. Пять домов десятилетиями спорили и ослабляли систему. Один точный контур эффективнее наследственных амбиций.

— Пока человек у центра не решит наказать несогласных, — сказала Леона.

— Любая власть может быть использована неправильно.

— Поэтому ее ограничивают законом.

Кассиан взглянул на нее.

— Законом драконов.

— Королевским законом, который меняют через публичную процедуру, а не через кровь пациентов.

Лорд Лейр поднялся.

— Магистр Реваль, до завершения расследования вы отстраняетесь от работы с Центральной печью. Передайте катализатор городской страже.

Кассиан не двинулся.

— Если я передам его сейчас, купол угаснет до рассвета.

— Защитные башни сохранят остаток силы.

— Нет.

Он произнес это спокойно.

— После последнего импульса серый пепел вошел в общий контур глубже. Печь уже расходует больше огня, чем получает. К полуночи внешние башни начнут отключаться. К рассвету родовые источники потеряют способность восстановиться без стабилизации.

— Вы сами создали эту угрозу, — сказал Северин.

— И только я могу остановить.

— Это не лечение, — ответила я. — Это заложник.

Кассиан посмотрел на церемониальную чашу.

Белое пламя дрогнуло.

Я почувствовала изменение раньше остальных.

Серый пепел в защитной коробке Ивары потянулся к чаше.

— Отойдите от огня! — крикнула я.

Кассиан поднял стеклянный жезл.

Лорд Лейр попытался перехватить его.

Поздно.

Белая сердцевина вошла в церемониальное пламя.

Огонь стал серым.

Не ярким.

Наоборот, почти бесцветным. Свет исчез, но жар ударил по залу так сильно, что воздух стал сухим.

Все драконы одновременно отреагировали.

Лорд Лейр согнулся, прижав руку к груди.

Один из представителей дома Верт упал возле стола.

У дальнего ряда мужчина вскрикнул, когда чешуя появилась на лице и сразу потрескалась.

Селин схватилась за плечо.

Северин пошатнулся.

Я успела поддержать его.

— Шрам?

— Горит.

Чешуя на его пальцах исчезла.

Не по его воле.

Просто ушла под кожу, словно тело снова перестало принимать огонь.

— Не пытайтесь вернуть, — сказала я.

— Не пытаюсь.

Серое пламя в чаше тянулось к потолку.

По каменному полу зажглись линии пяти домов.

Они сходились под ногами Кассиана.

— Он активировал родовой контур! — крикнула Ивара.

Городская стража бросилась вперед.

Кассиан повернул жезл.

Из чаши вышла волна.

Не удар.

Приказ, переданный по магической системе.

Драконы в зале потеряли силу почти одновременно.

Я видела, как мужчина дома Лейр пытался вызвать огонь на ладони. Появилась одна темная искра и погасла.

Селин опустилась на колено. Серебряная чешуя проступила на запястье, затем рассыпалась серым налетом.

Северин тяжело дышал, но оставался в сознании.

— Что чувствуете?

— Источник есть. Связь с телом снова закрылась.

— Сердце?

— Ровно.

— Не двигайтесь.

Леона помогла Селин сесть.

Ивара закрыла коробку с образцами дополнительной печатью.

Стражники добрались до возвышения.

Кассиан разбил жезл о край чаши.

Белый минерал и серый катализатор упали в пламя.

По полу прошел второй импульс.

На этот раз погасли защитные светильники Совета.

Каменные драконы вдоль стен потеряли внутреннее свечение.

Где-то под зданием раздался глухой удар.

Центральная печь ответила.

— Остановите огонь! — приказал лорд Лейр.

— Нельзя просто залить церемониальную чашу, — сказал один из инженеров. — Она связана с нижним ядром.

Я подошла к краю возвышения.

Серое пламя не было обычным огнем. Оно состояло из родовой магии, серого пепла и катализатора. Любая попытка подавить его силой могла направить удар обратно в живые источники.

— Не трогайте чашу, — сказала я. — Сначала нужно отделить катализатор от контура.

— Вы можете? — спросил лорд Лейр.

Я посмотрела на диагностический браслет.

Он уже становился серым от одного присутствия возле огня.

— Не сейчас. Мой дар истощен. И это только верхняя часть связи. Главный узел находится в Центральной печи.

Кассиан отступал к боковой двери за возвышением.

Северин заметил.

— Там вход в нижний зал.

Двое стражников попытались перекрыть путь.

Кассиан бросил на пол стеклянную ампулу.

Белый дым поднялся мгновенно.

Люди закашлялись и отступили.

Я закрыла лицо рукавом.

Когда дым рассеялся, дверь была открыта.

Кассиан исчез.

— За ним! — приказал лорд Лейр.

— Нет! — сказала я.

Он повернулся.

— Он идет к Центральной печи.

— Именно поэтому нельзя посылать туда людей без защиты. Нижний контур заражен. Любой дракон усилит его своим источником.

— Тогда кто?

— Обычные стражники, инженеры и ведьмы без драконьей крови. Но сначала нужны маски и схема.

Северин оперся на стол.

— Кассиан забрал основной управляющий знак?

Я посмотрела на осколки жезла.

Белая сердцевина осталась в чаше.

Серого кристалла среди обломков не было.

— Да.

— Катализатор разделен на две части, — сказал он. — Верхняя активировала Совет. Основную он понес к печи.

— Если подключит ее к нижнему ядру, сможет управлять всем серым пеплом в городе.

— Или разрушить источники, если потеряет контроль.

Лорд Лейр попытался выпрямиться.

— Почему вы двое говорите так, будто все уже известно?

— Потому что читали отчет женщины, которую ваша система отказалась слушать, — ответила Леона.

Она помогла ему сесть.

В зал вбежал городской инженер.

— Защитные башни начали терять питание. Западный купол уже ниже нормы. Сигнальные контуры в трех районах погасли.

— Сколько времени до полного отключения? — спросил Северин.

— При текущей скорости четыре-пять часов.

— До полуночи.

— Да.

— А необратимое повреждение источников? — спросила я.

Инженер растерянно посмотрел на меня.

— Не знаю.

Я взяла записи Беатрисы.

На полях ее расчета был указан предел резонанса. После полного цикла серый пепел переставал быть внешней примесью и окончательно закреплялся в родовом огне.

Цикл Центральной печи длился от активации до рассвета.

— До рассвета, — сказала я. — Если не очистить общий узел до рассвета, связь станет постоянной.

Селин подняла голову.

— Все драконы потеряют форму?

— Не все одинаково. У кого меньше пепла, сохранится часть силы. У остальных огонь перестанет соединяться с телом. Поврежденные источники могут угаснуть полностью.

— В том числе у детей? — спросила Леона.

— У всех, кто связан с городским контуром или получил достаточное количество основы.

Северин посмотрел на церемониальную чашу.

— Наше противоядие не поможет городу, если просто раздать его пациентам.

— Нет. Оно очистит отдельные источники, но печь снова активирует оставшийся пепел.

— Значит, нужно очистить систему.

— Через живой узел старшего дома.

Он не стал произносить фамилию.

Все и так посмотрели на него.

— Нет, — сказала я.

Лорд Лейр нахмурился.

— В отчете указан дом Аркхарт?

— Указан главный проводник современной системы, — ответила Ивара. — Им является наследственный узел Аркхартов.

— Герцог потерял связь с огнем, — сказал представитель другого дома.

— Противоядие временно вернуло ее, — ответил Северин. — Значит, узел еще жив.

— Использование может убить вас.

— Может.

— Мы не решили, что это будете вы, — сказала я.

Он повернулся ко мне.

— Другого главы дома Аркхарт нет.

— Родовая связь может находиться у родственников.

— Слабая. И никто из них не проходил очищение.

— Тогда сначала изучим документы и структуру печи.

— Согласен.

Это прозвучало слишком спокойно.

Он уже принял решение внутри.

Но теперь хотя бы не превращал его в приказ для остальных.

Секретарь Совета подошел с новой стопкой сообщений.

— Болезнь распространяется. В центральном госпитале три дракона потеряли огонь после серого импульса. На восточной башне отключилась защита. У Южных ворот началась паника.

— Городскую стражу распределить по башням и лечебным пунктам, — сказал Северин. — Драконов убрать от действующих магических контуров. Никому не пытаться насильно вызвать форму.

— Вы временно отстранены от командования защитой, — напомнил лорд Лейр.

— Магической защитой. Городская стража и эвакуация переданы мне королевским распоряжением.

— Где подтверждение?

Северин достал документ.

Даже сейчас он пришел подготовленным.

Лорд Лейр прочитал и вернул.

— Действуйте.

Северин продиктовал приказы секретарю.

Я тем временем подошла к церемониальной чаше настолько близко, насколько позволял браслет.

Серое пламя сохраняло направление к нижней системе. В нем чувствовались тысячи слабых нитей, тянувшихся к телам по всему городу.

Отделить их здесь было невозможно.

Нужно было найти место, где они сходились.

Центральная печь.

— Мирелла, — позвала Ивара. — Ваш браслет.

Свет почти погас.

Я отступила.

Белый оттенок начал возвращаться.

— Даже находиться рядом опасно, — сказала она.

— Поэтому в нижний зал возьмем ограниченное число людей.

— Вы не спуститесь сегодня.

— Без меня никто не отличит серый катализатор от чистой основы.

— Ваш дар истощен.

— Мне не нужно проводить полное разделение до подготовки. Только определить структуру.

— А потом?

— Потом решим, кто и как будет очищать.

Леона подошла с листом Беатрисы.

— В отчете есть пошаговая схема?

— Только принцип. Добровольное раскрытие наследственной связи. Ведьма направляет противоядие через огонь. Остальные поддерживают внешний состав.

— Сколько ведьм?

— Не указано.

— Сколько минерала?

— Для общего контура расчет неполный.

— Значит, нам нужно вернуться в аптеку и рассчитать.

— Да.

Северин закончил отдавать распоряжения.

— Совет останется здесь?

— Нет, — сказала я. — Всех драконов нужно убрать от церемониальной чаши. Чем больше источников рядом, тем сильнее пламя.

— Вы слышали, — сказал он членам Совета. — Покинуть зал. Заседание переносится в немагическое помещение городского управления.

Лорд Лейр хотел возразить, но очередная волна серого огня заставила его согнуться.

После этого спор закончился.

Людей выводили группами.

Тяжелых переносили на носилках.

Селин могла идти сама, но Леона держала ее под руку. Отец стоял у выхода и не решался подойти. Только когда Селин оказалась рядом, спросил:

— Ты вернешься домой?

Она остановилась.

— Нет.

— Дом Верт все еще твоя семья.

— Семья не требует от человека выпить еще одну дозу, чтобы не испортить заседание.

— Я не знал, что препарат опасен.

— Зато знали, что я не удерживаю форму.

Лорд Верт опустил взгляд.

— Что ты хочешь от меня?

— Пока ничего.

Она прошла дальше.

Не прощение.

Не наказание.

Просто отсутствие требований.

Возле бокового выхода Северин остановился.

— Мне нужно проверить нижнюю дверь.

— Нет.

— Только механический замок.

— Кассиан уже внутри.

— Поэтому важно знать, закрыл ли он проход.

— Это сделают стражники.

— Они не знают резервных ключей дома Аркхарт.

— Передайте ключ Брану.

Северин посмотрел на кольцо главы дома.

Раньше он не отдал бы его никому.

Не потому, что не доверял конкретному человеку. Семейные ключи считались продолжением власти главы.

Северин снял кольцо.

Позвал Брана.

— Резервный замок находится справа от основной пластины. Поворачивать против часовой стрелки. Если контур отзовется огнем, не продолжать.

Бран принял кольцо.

— Верну лично.

— Если не вернетесь, передайте Мирелле.

Я резко посмотрела на Северина.

— Не говорите так.

— Это практическое распоряжение.

— Очень удобный способ напомнить о возможной смерти.

— Не хотел.

Бран ушел с четырьмя стражниками и инженером.

Мы покинули зал последними.

На площади уже начиналась паника.

Над западной частью города защитный купол мерцал, то становясь видимым, то исчезая. Люди выходили из домов и смотрели вверх. Издалека слышались колокола лечебных пунктов.

Солнце садилось.

До рассвета оставалось меньше двенадцати часов.

Мы сели в экипаж.

Внутри оказались я, Северин, Леона и Ивара. Селин ехала с врачом в другой карете.

Несколько минут никто не говорил.

Колеса стучали по мостовой.

Северин первым нарушил молчание:

— В девятнадцатой главе отчета Беатрисы был расчет разрыва наследственной связи.

Я посмотрела на него.

— Что?

— В спасенной папке. Я видел строку в архиве, но мы не успели прочитать полностью.

Леона открыла копии.

— Здесь нет девятнадцатой страницы. После восемнадцатой сразу двадцатая.

— Значит, она обгорела или осталась в уничтоженном фонде, — сказала Ивара.

— Или находится в металлической коробке Беатрисы, — произнесла я.

Мы так и не открыли ее.

Коробка лежала в банковском хранилище. Замок не реагировал на мою печать. После новых событий я поняла, что ключом мог быть не символ аптекаря.

— Серый пепел или чистый минерал, — сказала Леона.

— Возможно.

— Банк закрывается через час.

— Успеем.

Северин посмотрел на меня.

— Что может быть на странице?

— Способ добровольно разорвать наследственную связь с печью.

— Тогда это позволит очистить систему.

— И может навсегда лишить проводника огня.

— Я понимаю.

— Нет. Пока мы не прочитали условия, не понимаете.

— Хорошо.

Он принял замечание.

Но в его глазах уже появилось решение.

Не сомнение.

Не страх.

Решение человека, который увидел путь и мысленно поставил себя в его начале.

Я знала: остановить его приказом не смогу.

И не хотела повторять его ошибку, решая за другого взрослого человека, какую цену он имеет право принять.

Но согласие на жертву не означает, что остальные обязаны позволить ее без проверки.

— Сначала банк, — сказала я. — Потом аптека. Открываем коробку, рассчитываем состав и распределяем работу. Никто не идет к печи раньше подготовки.

— Согласен, — ответил Северин.

— Даже если Совет потребует.

— Да.

— Даже если Кассиан начнет новый импульс.

Он помолчал.

— Если возникнет немедленная угроза жизни тысяч людей, решение придется пересмотреть.

— Вместе.

— Вместе.

За окном погасла одна из высоких защитных башен.

Сначала исчез свет на вершине.

Потом темная волна прошла вниз по камню, и огромный знак города на стене стал обычной металлической конструкцией.

Люди на улице закричали.

Лошади испугались.

Возница с трудом удержал экипаж.

Я посмотрела на часы.

До полуночи оставалось около четырех часов.

До рассвета — одиннадцать.

Кассиан находился под Советом с главным катализатором.

Серый пепел уже связал тысячи источников в одну сеть.

Нашего противоядия хватало на несколько пациентов.

Чтобы спасти город, нужно было не лечить каждого по отдельности.

Нужно было войти в саму систему, которую Кассиан превратил в оружие.