На морщинистом лице старика заиграла дипломатичная, чуть отстранённая улыбка, которая, однако, не тронула его глаз. Его взгляд же, остановившись на мне, внимательно скользнул по моему лицу, по волосам, по новому костюму, по рукам, сложенным на коленях. Затем он перевёл его на купца и обратно на меня. Тишина в приёмной, казалось, сгустилась до состояния, которое можно было резать ножом. Тут весели магические часы со стрелками на стене. Секунды тянулись, словно патока, и я уже начал разглядывать узор на ковре, стараясь унять нервную дрожь в кончиках пальцев, как вдруг тишину нарушил голос: негромкий, чуть хрипловатый, но с бархатистыми нотками, выдающими долгую привычку убеждать и повелевать:

— Прошу простить старика за любопытство, — начал он, чуть склонив голову. — Но, видя здесь новые лица, я не мог не заинтересоваться. Меня зовут Альдрих Вейс. Я имею честь представлять здесь, в Аргонисе и во всём Королевстве Серебряных Шпилей Синдикат Магических Сокровищ.

Он сделал паузу, давая нам переварить информацию. Я почувствовал, как напрягся Василий, сидящий рядом. Сам я внутренне сжался, но постарался не подавать вида и сохранить на лице спокойное выражение.

— А с кем имею честь беседовать я? — спросил Альдрих, всё так же мягко и вежливо, но в его тоне читалась стальная настойчивость.

Василий, поняв, что игнорировать вопрос или отмалчиваться нельзя, взял слово. Он чуть подался вперёд, разгладил рукой полу своего камзола, и на его лице появилась такая же доброжелательная, но ничего не значащая улыбка, которую я уже видел у него во время торга.

— Доброго дня, господин Вейс, — начал он, чуть склонив голову. — Меня зовут Василий Фёдорович, я торговый представитель вот этого молодого человека, Яра Громова, и его наставника, магистра Элиаса Зольника. Мы здесь по делам регистрации нашей деятельности, как создателей и продавцов магических артефактов. Дело новое, хлопотное, но безусловно интересное.

Он говорил спокойно, уверенно, но я, сидящий с ним рядом, кожей чувствовал исходящее от него напряжение. Это была словно невидимая дуэль. Два торговца, два мастера переговоров, сошлись в этом тихом зале, и я был лишь пешкой на этой доске, наблюдателем, чьё мнение пока никого не интересовало.

Альдрих Вейс слушал, не перебивая, слегка покачивая тростью. Его водянистые глаза, казалось, впитывали каждое слово. Старик в гранатовом камзоле слегка приподнял трость и мягко стукнул ею об пол, привлекая к себе внимание.

— Ах, регистрация, — протянул он, и в его голосе послышались нотки лёгкого интереса. — Похвально. Молодые таланты, решившие встать на стезю легального артефакторства. Это похвально. Особенно в наше неспокойное время.

Он выдержал паузу, затем, словно невзначай, обронил:

— А знаете, господа, я в последнее время слышал много любопытных слухов о новом типе артефактов, что появились на наших рынках. — Он чуть прищурился, и его улыбка стала чуть шире. — Так называемые временные артефакты. Усиливающие перстни, кажется? Они проявляют свои свойства в течение нескольких недель или месяцев, а затем их сила постепенно рассеивается. Какая-то новая магическая технология, по словам ведающих в этих делах мастеров. Быть может, вам, как людям, связанным с магическими ремёслами, что-нибудь известно об этом?

В приёмной повисла звенящая тишина. Я краем глаза заметил, как на виске Василия, у самой линии волос, выступила крошечная капелька пота. Она блеснула в свете, падающем из окна, и тут же исчезла, когда купец, сделав неуловимое движение, вытер её ладонью, поправляя воротник. Его улыбка на мгновение дрогнула, но тут же вернулась на место, став чуть более сдержанной и более официальной.

Затем Василий тяжело вздохнул, и в его голосе исчезли добродушные нотки. Он посмотрел прямо в глаза представителю синдиката, и в его взгляде мелькнула сталь, которую я раньше в нём не замечал.

— Господин Вейс, — произнёс он медленно, с расстановкой. — Давайте сразу к делу, чтобы не тратить ваше и моё время. Вы ведь не случайно оказались в этой приёмной в этот час и завели этот разговор, верно?

Мой деловой партнер не спрашивал, он утверждал.

На секунду мне показалось, что старик удивится или нахмурится, но вместо этого он слегка манерно рассмеялся тихим, сухим смешком, больше похожим на покашливание.

— Ха! — выдохнул он, и его глаза на мгновение потеплели. — Прямой подход. Ценю. Все эти увертки, которые так любят мелкие торговцы… От них уже тошно. Да, господин купец. Вы правы. Я здесь не случайно.

Он чуть наклонился вперёд, опираясь на трость обеими руками, и его голос стал тише, но от этого ещё более весомым.

— Синдикат Магических Сокровищ следит за рынком артефактов по всем мирам. И появление такого нового, возможно, революционного продукта, как временные усилители… Это не могло пройти мимо нас. Нам стало известно, что источник этих перстней находится где-то в Аргонисе или его окрестностях. И вот я здесь, сижу в приёмной главы Королевской Гильдии Артефактов и встречаю молодого человека и его представителя, которые пришли регистрировать своё ремесло. Совпадение? Как думаете?

Он вновь улыбнулся, но теперь в его улыбке не было ни капли добродушия. Это была улыбка акулы, почуявшей запах крови. Улыбка человека, который привык получать то, что хочет.

Василий внешне казался совершенно спокойным, хотя я подозревал, что внутри у него всё кипит.

— Что ж, — сказал купец после долгой паузы, и его голос звучал ровно, хотя в нём и слышалось лёгкое напряжение. — Раз уж мы так откровенны, господин Вейс, то позвольте узнать: чего именно хочет Синдикат Магических Сокровищ от нас?

— Сотрудничество, — просто ответил старик, и это слово повисло в воздухе, словно тяжёлый бархатный занавес, скрывающий сцену, на которой вот-вот должно было разыграться некое действо.

Василий не купился на столь расплывчатое обещание. Он чуть приподнял бровь, и в его голосе зазвенела металлическая нотка, которую я также редко от него слышал:

— Сотрудничество — понятие широкое и растяжимое, господин Вейс. Не соблаговолите ли уточнить: какого рода и на каких условиях?

Альдрих Вейс ничуть не смутился от такого прямого вопроса. Напротив, он словно только этого и ждал. Старик медленно провёл пальцем по гладкому набалдашнику своей трости, и его глаза хитро блеснули:

— Что ж, раз вы предпочитаете прямоту, извольте. Я бы хотел предложить вам, то есть вашему протеже и его наставнику, войти в состав Синдиката Магических Сокровищ.

У меня внутри всё похолодело. Войти в состав Синдиката? Я уже представил, как меня заставляют раскрыть секрет моего дара, как я становлюсь винтиком в огромной бездушной машине, которая перемалывает всё на своём пути. Кулаки непроизвольно сжались, и я с усилием разжал их, заставляя себя дышать ровно.

Василий, почувствовав моё напряжение, чуть заметно коснулся моей руки, успокаивая. Его голос, когда он заговорил, был всё так же спокоен, хотя я заметил, как на мгновение дрогнул его кадык:

— Это звучит весьма заманчиво, господин Вейс. Однако, позвольте узнать, что именно подразумевается под «вхождением в состав»? Каковы будут наши обязательства и, соответственно, наши выгоды?

Альдрих понимающе кивнул, словно ожидал этого вопроса. Он откинулся на спинку кресла, приняв более расслабленную позу, и его голос приобрёл доверительные, почти отеческие интонации:

— О, не стоит так пугаться, молодой человек, — сказал он, и я понял, что эти слова обращены прямо ко мне. — Условия не такие уж и суровые, поверьте моему опыту. Синдикат не требует от своих членов раскрытия производственных секретов или передачи технологий. Нас интересует лишь конечный продукт и его место на рынке.

Он сделал паузу, давая нам переварить информацию, и продолжил:

— Если говорить конкретно, то вам пришлось бы согласовывать с Синдикатом объёмы выпускаемых партий, типы артефактов и их конечную цену. Мы бы помогли вам с логистикой, с выходом на новые рынки, с защитой от недобросовестных конкурентов и, возможно, от излишнего внимания со стороны властей и нежелательных элементов. Взамен каждый член Синдиката платит небольшой, чисто символический взнос на общую деятельность. Эти средства идут на страхование общих рисков и поддержание инфраструктуры объединения. Сам процесс производства, подчеркну, остаётся полностью в ваших руках. Синдикат в него не вмешивается. Плюс возможны и особые заказы на ваш товар от самого объединения. — старик улыбнулся, но на сей раз в его улыбке мне почудилось некое скрытое торжество, как у рыбака, который только что ловко подсек рыбу, но пока не начинает вываживать, давая ей наиграться с крючком.

Я слушал его и лихорадочно соображал. Суть я уловил сразу. Им не нужна была моя технология, по крайней мере, не сейчас, хотя я и не мог бы ею им дать, ведь всю зиждиться на моем личном даре, о чем им знать не надо. Им нужен был контроль: контроль над рынком, контроль над ценами, контроль над целым классом товаров, который мог перевернуть всю экономику магических предметов в королевстве и в перспективе за его пределами. Они могли сами диктовать, каким будет ажиотаж, как взвинчивать цены, на какие группы артефактов делать упор, чтобы выжать из каждого нового сезона максимум прибыли. Эти люди могли закрыть глаза на экспорт в одну страну и перекрыть кислород в другую, делая целые государства заложниками своей воли. Аристократы и без того платили бешеные деньги за постоянные зачарованные предметы. А теперь, с появлением временных, но при этом более дешёвых и доступных усилителей, рынок мог измениться. Мой продукт был нацелен на относительно среднеценовой сегмент и на, скажем, просто богатых людей — тех, кто не мог выложить сотню золотых за постоянное кольцо, но мог отдать три-пять за временное, которое даст нужный эффект здесь и сейчас.

И Синдикат это понял. Они раскусили потенциал моего изобретения. Организация не хотела убивать курицу, несущую золотые яйца. Они хотели посадить её в золотую клетку и получать свою долю с каждой снесённой скорлупы.

Но ложиться под почти монополию, когда я мог, пусть даже с риском, попытаться действовать самостоятельно? Эта мысль претила мне. Я слишком хорошо помнил, как в прошлой жизни корпорации и холдинги душили любой рост, любое новшество, если оно не приносило им прямой выгоды. Да в последнем случае, все равно оскверняла своей жаждой сверхприбыли. Здесь, в этом мире, пусть и со своей спецификой, принципы были те же.

Василий, будто прочитав мои мысли, или, что более вероятно, придя к схожему выводу своим купеческим умом, не дал прямого ответа. Он медленно кивнул, изображая глубокую задумчивость, погладил бороду и произнёс:

— Господин Вейс, ваше предложение крайне лестно и, вне сомнения, выгодно. Однако такое решение нельзя принимать с бухты-барахты. Это слишком серьёзный шаг. Нам нужно время, чтобы взвесить все аргументы, обсудить детали с моим партнёром и, конечно, с магистром Элиасом Зольником, чьи интересы я также представляю. Думаю, вы понимаете.

Наступила тишина. Вейс несколько мгновений пристально смотрел на Василия, затем перевёл взгляд на меня. Его глаза, казалось, пытались заглянуть мне в душу, выведать, что я думаю на самом деле. Но я выдержал этот взгляд, стараясь, чтобы моё лицо оставалось бесстрастным.

Наконец, старик слегка вздохнул и, опершись на трость, медленно поднялся со своего кресла. Альдрих Вейс был выше, чем казался изначально, сидя, и в полный рост производил впечатление весьма внушительное, несмотря на возраст.

— Мудрое решение, — произнёс он, и в его голосе проскользнула нотка одобрения, смешанная с лёгкой, едва уловимой угрозой. — Всегда стоит хорошенько обдумать подобные шаги. Но знайте, юноша, — он вновь посмотрел прямо на меня, — Синдикат не будет ждать слишком долго. У нас много дел, много интересов. Подумайте хорошенько и, надеюсь, наше предложение вас всех заинтересует. До встречи, господа. Всего доброго.

Он слегка склонил голову, соблюдя формальности, и, не удостоив даже взглядом стоящего у стены Сергея, направился к выходу. Шаги его трости глухо отбивали ритм по паркету, удаляясь, пока за ним не закрылась тяжелая дверь.

Когда дверь с глухим стуком захлопнулась, в приёмной повисла напряжённая тишина, которую нарушал лишь стук моего собственного сердца. Наконец Василий шумно, с облегчением выдохнул. Он откинулся на спинку кресла и провёл ладонью по лицу, стирая невидимую усталость.

— Ну и дела, — пробормотал он, качая головой. — Чуяло моё сердце, что без сюрпризов не обойдётся, но, чтобы сам представитель Синдиката Магических Сокровищ нас в приёмной караулил…

Делец повернулся ко мне, собираясь, видимо, выдать целую лекцию о всех нюансах и подводных камнях этого предложения, но в этот момент дверь в дальнем конце комнаты, ведущая в глубь здания, приоткрылась, и на пороге появился всё тот же швейцар, что нас встречал.

— Магистр Стеллар готов принять вас, господа, — произнёс он бесстрастным голосом. — Прошу следовать за мной.

Василий переглянулся со мной. В его взгляде я прочёл смесь тревоги и решимости.

— Ладно, — шепнул он мне, поднимаясь. — Разговор о Синдикате подождёт. Сначала — дела с самой Гильдией. Пошли. Держись рядом и помни: я веду переговоры, ты молчишь, если я не скажу иначе, или если не спросят напрямую.

Я кивнул, поправил воротник нового кафтана и, бросив быстрый взгляд на Сергея, который бесшумно двинулся за нами. Однако его попросили подождать тут. Я кивнул людоволку, чтобы тот остался, а сам с моим деловым партнером направился вслед за швейцаром в кабинет главы Королевской Гильдии Артефактов.