На следующий день наш караван покинул Глыбоград.

Вместо каменного города и гор — широкие, ухоженные поля, разделенные каменными заборами и рядами фруктовых деревьев. Здесь работали люди, и повозки были больше и тяжелее — они везли урожай к столичным рынкам и блажившим осколкам. Вскоре вдали уже виднелись высокие каменные стены Аргониса, а над ними — гигантская прямоугольная пирамида королевского дворца, её верхние уровни казались почти нереальными среди парящих облаков.

Процедура въезда была более строгой и формальной нежели в Глыбограде, впрочем, я уже это испытывал. Стража не только осмотрела повозки, но также проверила документы купца. Но это было лишь обычной для них процедурой.

Аргонис внутри оказался столь же впечатляющим, как и раньше. Шум, толпы людей, разнообразие звуков и запахов — всё это навалилось на меня сразу же. Мы ехали по широкой центральной улице, ведущей к пирамиде. По сторонам стояли многоэтажные дома из камня и дерева, магазины с яркими вывесками, лавки ремесленников. Люди одевались разнообразно: простые рабочие в грубой одежде, торговцы в добротных кафтанах, авантюристы в кожаных и металлических доспехах. В воздухе висел сложный микс запахов: грязной улицы, горячей пищи из уличных киосков, металла, кожи, пыли, и чего-то ещё — эфирного, почти магического, что я не мог определить.

Караван Василия направлялся в его привычное место — трактир «Золотой Якорь», расположенный в торговом квартале, недалеко от внешнего рынка (вне цитадели). Это было большое двухэтажное здание с широкой конюшней и складами поблизости. Здесь Василий обычно оставался на несколько недель, продавал и покупал товары, договаривался с поставщиками и другими дельцами.

Когда мы остановились, Василий сразу же занялся делами, а команда Бориса Каменева начала помогать разгружать повозки. Катерина Быстрая, как всегда, осталась рядом с нашей повозкой, её глаза постоянно сканировали окружающую толпу.

— Я договорился, — сказал Василий, подходя к нам после того, как расставил своих людей. — Ты и Аня можете остаться здесь, в одной из комнат, пока я организовываю новое жилье для вас. Это будет временно, но безопасно. Я уже начал поиск подходящего места в квартале ремесленников на окраине: небольшой дом с мастерской или хотя бы комнатой для работы. Но пока что живите здесь, еда и безопасность будут обеспечены.

Мы согласились. Комната, которую Василий предоставил нам, была простой, но чистой и достаточно большой: две кровати, стол, небольшой шкаф и даже крошечное окно, через которое можно было увидеть часть улицы. Она была рядом с комнатой Василия, что добавляло дополнительную безопасность.

Первые несколько дней в Аргонисе я провёл, в основном, внутри трактира или рядом с ним. Я не хотел рисковать, пока не освоился. Аня, однако, была более активной: она быстро нашла себе работу в трактире — помогала Василию с документами, переписывала списки товаров, подсчитывала расходы. Она была грамотной и умела вести счёт — навыки, которые её отец Григорий привил ей ещё с детства при помощи репетиторов. Эта работа позволяла ей быть ближе к купцу и одновременно давала ей некоторую независимость и заработок (небольшие, но достаточные для её нужд). Хотя денег у нас было полно, но она не считала их своими и не хотела висеть у меня на шее.

Я, в свою очередь, сосредоточился на изучении книги по магии огня и на планировании будущего. Каждый день я проводил несколько часов, сидя в нашей комнате с книгой, пытаясь разобрать древние тексты и схемы. Я начал проводить небольшие, осторожные эксперименты: не в комнате, конечно, но иногда, когда мы выходили в небольшой внутренний двор трактира, я пытался применять новые техники. Однажды я (абсолютно без помощи моих артефактов) успешно создал не просто искру, а небольшое, контролируемое пламя на кусочке сухой древесины и смог поддерживать его почти десять секунд, прежде чем оно само погасло. Это был значительный прогресс.

В один из вечеров к нам нагрянула команда Бориса Каменева. Они пришли в «Золотой Якорь» после своего задания, чтобы отдохнуть и выпить (чтобы навестить меня и посетить для разнообразия, что-то поприличнее и подороже своего обычного места увеселения). Я присоединялся к ним, слушая их рассказы о новых заданиях, опасностях города, о политике среди авантюристов и о том, что творится (по слухам) в высших кругах Аргониса. Лев Зоркий рассказывал о разных видах монстров в ближайших осколках, Игнат спорил о достоинствах разных видов оружия, а Борис делился своими наблюдениями о том, как меняется город и королевство. Как оказалось, недавно питомец старого короля, Эдмунда II умер, слишком уж он был в преклонном возрасте. Говорят, его пепел развеяли с помощью магии ветра над лесом, где живет множество его сородичей.

Также я начал узнавать о местных кузнецах и ремесленниках. Один из торговцев, который часто заходил в трактир, рассказал мне о кузнечном ряде недалеко от внешнего рынка — месте, где работали десятки мастеров разного уровня. Он также упомянул несколько имен (включая Ивана Молота с его учеником): еще там был мастер, который специализировался на оружейных клинках для авантюристов; другой — делал инструменты и сельскохозяйственные орудия; третий — занимался ювелирными изделиями и мелкими металлическими деталями. Меня также интересовали отдаленные кузни, за внешней стеной.

Я решил, что, когда Василий найдёт нам постоянное жилье, я посмотрю эти места, возможно, даже попробую найти работу подмастерья у одного из этих мастеров — это был один из способов получить доступ к материалам, инструментам и знаниям, одновременно оставаясь незаметным.

Аня, видя моё сосредоточение, тоже начала действовать. Она не только помогала Василию, но также начала изучать город своими глазами: она узнала, где находятся рынки, где продают продукты, где можно найти травы и простые лекарства, где безопасно гулять и где лучше не показываться. Она также спросила пару советов у Катерины Быстрой: как заметить слежку, как определить опасную ситуацию, как быстро уйти из рискованного места.

Так прошли первые деньки в Аргонисе: тихие, полные подготовки и изучения, но уже с ощущением, что мы находимся в центре огромного, сложного мира, где каждый день мог привести к новым открытиям или новым опасностям.