Мы устраиваемся на ночь в шикарной гостинице – лучшей в королевстве. Это удается нам как при помощи денег, так и некоторых уловок. Мне приходит на ум, что впервые за то время, что я нахожусь вдали от дома, я живу как настоящая принцесса, хотя и не в окружении бледно-розового и светло-голубого. Напротив. Все цвета здесь темные и глубокие. Интенсивные. Мрачные.

Этим вечером мне остается лишь ждать, и это дается тяжело. Я, несмотря ни на что, надеюсь, что наш план сработает и наши головы не насадят на колья, выставив на всеобщее обозрение у ворот города. Если такое произойдет, то исключительно по моей вине, поскольку автор этой затеи я.

Моя спальня – в ней поместилось бы две хижины того дедушки – расположена рядом с покоями Перегрина. Я слышу, как он безостановочно мерит их шагами. Шаги внезапно замирают, и раздается стук в дверь.

– Кто там? – напевно произношу я, прекрасно зная, кто стучит.

– Я, и тебе это прекрасно известно, – раздраженно отвечает граф.

– Я? Ничего не понимаю, – дразню его. – Кто такой я?

– Граф Перегрин Алебастинский, et cetera, et cetera, et cetera, – язвит он.

– А. – Открываю дверь, за которой, опираясь на косяк, стоит граф.

– Поскольку это последний вечер перед тем, как нас убьют, я подумал, что не мешало бы нам хорошо поужинать, – заявляет он.

– Когда ты в последний раз предложил накормить меня изысканным ужином, дело кончилось тем, что я была продана отвратительному пьянице, – вздыхаю я.

– Туше. Но сейчас все обстоит иначе, – также вздыхает он. – У тебя, по крайней мере, появится возможность оскорблять меня, пока я буду ужинать.

– Звучит заманчиво. До чего же мне нравится, как ты меня изводишь, – насмехаюсь я. – Скажи, что могут предложить на ужин в этом дьявольском месте? Какие деликатесы?

– Легендарные, насколько я знаю, – говорит он. – Будь добра, надень свое лучшее платье или лучшее из тех, что я дал тебе. Слышал, мода здесь сродни религии. Мы не имеем права опозориться.

– Хорошо. Но никаких обманов и надувательств, – предупреждаю его я.

– Обманов никаких, а насчет надувательств посмотрим, – отвечает он. – Скорее присоединяйся ко мне в вестибюле, не то я решу, что лучше как следует напиться.

Захлопываю дверь у него перед носом.

Я в ярости.