Отделение патологии беременности, вечер, плавно переходящий в ночь.

При вечернем измерении давления у одной пациентки выявили 150/100. Естественно, сразу же назначаем мочу на белок.

Пациентка с ожирением: при росте 165 вес был 135 кг. Отечная. Гипертония и до беременности была. Во время беременности вроде бы держала на приемлемом уровне давление, но после 30 недель все рухнуло.

К нам ее отправили на обследование и лечение. Фактически это значит продлить беременность насколько возможно. Потому что лучшее лечение преэклампсии – это родоразрешение. Все остальное является симптоматической терапией, и играть в эту игру надо крайне осторожно.

Итак, 32 недели. Приходит белок в моче 0.5 г. До этого моча практически чистая, так, следы. Показатель, конечно, не критический, но все будет зависеть от давления. Внутривенная система стоит, мы ждем. Ждем снижения давления, ждем повторного анализа мочи через 6 часов. И думаем, какую степень преэклампсии поставить. Ибо есть некоторые проблемы.

При поступлении пациентки неделю назад о преэклампсии в диагнозе и речи не было. Отеки, существовавшая до беременности гипертензия… И, соответственно, никто не назначил препарат для профилактики дыхательных расстройств у плода.

А сейчас мы по какому-то лезвию идем: с одной стороны, пациентку родоразрешать надо. Давление с ней давно, сосуды разболтанные, какой-нибудь скачок до 180 – и все, привет, инсульт. Вместе с ним и преждевременная отслойка плаценты, и кровотечение… Плод, опять же, под вопросом.

С другой стороны, чтобы дать плоду хоть какой-то шанс, надо провести курс гормонов. В идеале – это на сутки. Но суток у нас нет.

Решаем с начмедом подождать: контроль давления, повторный анализ мочи, непрерывный КТГ-мониторинг. А там уже по обстоятельствам.

По нынешним протоколам такую пациентку наблюдают в условиях ПИТа – палаты интенсивной терапии, где есть аппаратный мониторинг. Однако тогда мы просто положили беременную в кабинет КТГ – он рядом с акушерским постом и ординаторской. Бдили, в общем.

В основном, бдили акушерки. Потому что в ту ночь было 6 родов и большая часть рожениц поступила с улицы. Это значит, что все истории первичны, у каждой надо собрать анамнез, посмотреть анализы, ну и роды вести, само собой.

В 3 и в 5 часов оперировали: первая – рубец из патологии с дородовым излитием околоплодных вод, вторая – первичная слабость родовой деятельности. Между родами приходила смотреть нашу подопечную. Акушерки отчитывались по давлению, я просматривала КТГ. Вроде бы некритично. Ждем, отвоевываем хоть сколько у этих суток.

В 7 утра спросила у акушерок давление. Те бодро отрапортовали: «150/100, все в одном ключе». Я про себя мысленно перекрестилась, что не нам ее оперировать. Попробуй-ка извлеки 32-недельный плод через брюшную стенку с таким слоем подкожно-жировой клетчатки.

В 07:10 в ординаторскую заходит начмед. Интересуется, как давление у нашей преэклампсии. Я отвечаю, как акушерки и сказали. Начмед кивает и выходит из ординаторской.

Спустя 5 минут заходит обратно.

– Ты давление мерила?

– Нет, зачем? Люда сказала, что измеряла в 06:50. КТГ в норме, утренняя моча в работе. Но диурез снижен.

– Вот и плохо, что не мерила! 200/120 у женщины. Бери согласие на операцию и звони анестезиологу.

– Мы ее сейчас возьмем?

– А других вариантов нет.

Операция не из легких: и технически (все очень глубоко), и морально – сутки на ногах и понимание, что домой вовремя не уйдешь, хоть на календаре и суббота. Потому что еще писанины на пару часов.

В тот день начмед мне ничего не сказал. Он вызвал меня в понедельник.

– Ты понимаешь, что могло произойти?

Молча киваю.

– Всегда все за всех проверяй! Сама – ручки не отвалятся, если давление измеришь, если сама в лабораторию позвонишь, чтобы узнать про анализ, который нужен срочно. Потому что с этих кукушек спрос небольшой. Что случись – кто виноват? Врач. И точка.

– Но невозможно же за каждым проверять?

– Ты фильтруй. Понимать надо, с кем на смене работаешь. За Еленой Анатольевной, например, не надо: старая школа, она еще и сама за тобой и присмотрит, и подскажет. А молодежь эта – они ж в 8 утра усвистели и плевать они хотели. Ты знаешь, что они давление женщине в 06:50 не измеряли? Я поговорил с ними, признались, что последний раз в 5 утра мерили.

– Но как так? Это же их обязанность?

– Их, ага. А ответственность твоя. Доверять никому нельзя!

С тех пор всем действующим и «зреющим» преэклампсиям на дежурстве давление я измеряю всегда сама. Акушерки сначала смотрели косо, даже говорили: «Да я только что померила, 140/100». Механический тонометр в руки и вперед. Руки действительно не отвалились, а на душе спокойнее.

P.S. С пациенткой все хорошо, на восьмые сутки отпустили под наблюдение кардиолога.

Ребенок тоже вышел с минимальными последствиями, и это целиком и полностью заслуга начмеда – извлек практически в целом плодном пузыре, в нашей ситуации так умудриться еще надо.