Беременность у сорокалетней Марины была уже четвертой. Старшему сыну 14, дочкам 9 и 7 соответственно.

В 12 недель врач из районной женской консультации дает направление на скрининг в перинатальный центр.

УЗИ никаких отклонений не показывает. Марина сдает кровь и уезжает домой.

На следующий день звонок от генетика:

– Здравствуйте! У вас повышен риск по хромосомной патологии. Вы не могли бы приехать?

Оказалось, что выпал высокий риск трисомии по 21 хромосоме, синдром Дауна. Марина дает согласие на инвазивную пренатальную диагностику. Хорионбиопсия проходит без осложнений.

Через неделю беременной оглашают результат: 47ХУ, плод мужского пола с синдромом Дауна. Марина приезжает на консилиум – одна, без мужа. Молча слушает, что говорят врачи: акушеры-гинекологи, генетики, УЗИсты. А потом спрашивает врача УЗИ:

– По УЗИ ведь все хорошо?

– Да, по данным УЗИ отклонений нет.

– Тогда я буду вынашивать беременность.

– Вы осознаете степень ответственности? У ребенка будет хромосомное заболевание, это неизлечимо.

– Мне 15 лет назад то же самое говорили! И риски какие-то были. Хорошо, что я сохранила. И ни в какую Москву не ездила, как говорили. Все хорошо у моего сыночка. А вашим этим проколам и какой-то генетике я не доверяю. УЗИ показало нарушение? Нет. Вот и родится у меня здоровый ребенок.

Все попытки членов консилиума донести какие-то факты были приняты в штыки: и то, что 15 лет назад инвазивную диагностику мы в регионе не выполняли, и то, что «хорошее» УЗИ не является 100 % показателем здоровья плода. Впрочем, усердствовать не стали. Не хочет прерывать? Хозяин-барин, чай, себе рожаете, не нам. Вот тут подпись поставьте.

На второй скрининг Марина пришла в 20 недель. В заключении – гипоплазия костей носа, врожденный порок сердца да еще по мелочи.

– Извините, я же могу прервать беременность?

– Только через консилиум.

– Хорошо, я согласна.

Консилиум собрали в прежнем составе.

– Почему вы изменили свое решение?

– Ну мне же сказали, что по УЗИ все плохо. Наверное, там и правда даун. Я хочу сделать аборт.

Конечно, ей все подписали – имеет полное право на прерывание в таком сроке. К сожалению, в гинекологическом отделении ей пришлось задержаться: сразу после того, как произошел выкидыш, началось профузное кровотечение. Это когда практически фонтаном. К счастью для Марины, прерывание проходило в перинатальном центре: смогли вовремя оказать всю необходимую помощь, матку спасли. Была бы где в районе – вопрос об органе даже не стоял бы.