Что значит «спихнуть»?

Да я подарок для любого вменяемого мужчины!

Поэтому торопиться с выбором будущего мужа не стоит. Миша был хорош в качестве кандидата, но оказался гадом. Я человек великодушный и мстить ему не буду за мои растоптанные чувства, или буду, но тонко. А вот прояснять ситуацию со свадьбой Юсуповой не буду.

Из прихожей мне слышно, как Марат пытается успокоить Юдина: «Да не ори ты!» Ну мастер, что тут скажешь. Гениально. Интересно, работает? Ничего-ничего. Пусть Мишель поерзает. Ему полезно.

Я на секунду задумываюсь, чем грозит Маринке мое молчание. Прихожу к выводу, что последствия — ее проблема. В конце концов, она увела у меня почти мужа.

А моя проблема — Таир Нарыков и его наглость.

Хамское сообщение: «Я внизу. Приготовил дудочку для кобры» пришло пять минут назад. В любой другой ситуации я бы заставила Таира ждать еще минут двадцать, но любопытство не дает потянуть время, как положено. У меня столько вопросов!

Почему он хочет целоваться, но не целуется? Зачем прикидывается, что равнодушен? Почему ведет себя как козел? Что между нами? Как он дожил до своих лет?

Еще раз оглядываю себя в зеркале. Красота. Не зря у Данчика глаз дернулся. В последний раз я такую тяжелую артиллерию применяла два года назад, когда карала препода, решившего, что у меня зачетка вся купленная. Молодой гандон думал, что я ему дам за зачет автоматом. А у меня красный диплом честно заработан. Сам виноват, что я его позорные фотки со спущенными штанами в сети выставила.

С другой стороны, увидев, как я прихорошилась, Нарыков может вообразить себе лишнего.

Ну и пусть, тем веселее будет поставить его на место.

С таким настроем я и отправляюсь вершить правосудие. А то до чего докатились? У меня на самолюбии не синяк, а гематома уже.

Пронять Таира мне удается сразу.

Увидев меня, выпархивающую из подъезда, он выходит из машины и сверлит меня мрачным взглядом. То-то же!

Для разнообразия я сегодня не в белом и даже не в мини.

Черный фатин поверх бежевой основы в тон моей коже. Платье-чулок плотно облегает тело, отчего кажется, что под верхним чехлом на мне ничего нет. Потрясающий эффект, притом что подол заканчивается на уровне колена, а декольте прикрыто фатином. Зато как шикарно мерцает из-под него кулон, удобно устроившийся в ложбинке.

— Алсу, — угрожающе начинает Таир.

— Добрый вечер, — я взмахиваю ресницами.

— Ты знаешь, — он оглядывает меня с макушки до пят, — у меня и так с воображением все отлично.

— Не скажи, — повожу я плечом. — Когда ты со мной поделился своими фантазиями, я решила, что они очень скучные.

— Посмотрим, что ты скажешь попозже, — прищуривается крупногабаритный гад и открывает мне пассажирскую дверь.

Поездка начинается в напряженной атмосфере. После каждого взгляда на меня Нарыков крепче стискивает руль.

— И куда мы направляемся? — спрашиваю я, заметив, что мы выезжаем из центральной части города.

— Ко мне. В берлогу.

О! И у этого берлога. Мужчины такие мужчины. Интересно, у него тоже висит постер с Железным человеком?

— То есть ты не теряешь надежды, да? — поднимаю я бровь.

Таир отрывается от дороги и дарит мне суровый взгляд.

— Какие надежды? Алсу, ты подписала себе приговор!

Ага, женская сущность радостно потирает ручки. Все-таки он не такой непробиваемый, каким хочет казаться.

— Я? Я тут потому, что ты меня принудил, — напоминаю я.

— Хотел бы я посмотреть на того, кто тебя сможет заставить что-то сделать.

— С мамой знакомить я тебя не собираюсь! — вздрогнув, предупреждаю я.

Таир косится на меня со смешком в глазах.

— А чем мы будем заниматься? — продолжаю я испытывать на прочность нервную систему Нарыкова.

— А ты как думаешь?

Я разворачиваюсь корпусом к нему:

— Давай проясним один момент сразу. Между нами ничего не может быть.

— Да?

— Именно.

— И с каких пор возникли непреодолимые препятствия?

— Они были с самого начала и никуда не исчезали.

— Я так и понял.

— Так что держи себя в руках, — требую я.

Если он и вправду будет вести себя паинькой, я ему отомщу. У меня целая программа запланирована с антрактом и выходом на бис.

— Посмотрим.

Так-то лучше.

«Берлогой» Таира оказывается двухэтажный дом на прибрежном выезде из города. Удобно. Одновременно и уединенно, и рядом с цивилизацией. Я делаю круг почета по патио перед домом, пока Таир гремит ключами на крыльце.

— Добро пожаловать, — приглашает меня Нарыков.

Я встречаюсь с ним глазами, и впервые за вечер у меня в груди екает.

Таир выглядит как тот, кто долго расставлял ловушку, а теперь наконец вознагражден. Да нет. Глупости.

Вхожу в дом и осматриваюсь. Ожидаемо сугубо мужской интерьер. Ну Нарыков же сказал, что берлога. Значит, это не фамильная фазенда, а персональное убежище от трех сестер. Открытое пространство, минимум мебели, дерево и металл. Таиру явно не хватает парочки интересных интерьерных решений. Вот сюда я бы повесила картину, а туда поставила бы статуэтку, здесь не помешал бы веселенький коврик…

— Можно не разуваться.

Угу, домработница есть. Интересно-интересно, какие еще услуги она оказывает?

— Где можно помыть руки? — любопытствую я.

В ванной-то и станет ясно, как часто тут телочки пасутся.

По первому этажу пока непонятно, но комнат для гостей не видно. Или спальни на втором этаже?

Мы проходим мимо столовой зоны, где я краем взгляда отмечаю, что Нарыков все-таки готовился к моему посещению. Минимальная сервировка, какие-то блюда, накрытые клошами. Вряд ли сам готовил, скорее, кейтеринг. Если вкусно, надо будет перехватить контакты.

Беглый осмотр ванной заставляет меня скривиться. Очевидно, что это гостевая, для всех. Если Таир ей и пользуется, то не как основной. Личный санузел, наверное, наверху. Здесь же одинарный комплект полотенец, скучная душевая кабина, на полочке которой стоит всего три флакона определенно мужского ухода, а в шкафчиках никакого компромата, кроме нескольких нераспакованных зубных щеток и задвинутых в самую глубь коробок с презиками.

Легкий стук в дверь прерывает мое расследование.

Я спешно пускаю воду в раковину и отзываюсь:

— Да?

Дверь я не запирала, так что Нарыков спокойно входит и под моим изумленным взглядом встает позади меня.

— Что? Меня тоже мама учила мыть руки.

С этими словами он, заключая меня в ловушку, тянется к воде, прижимаясь со спины. Банальная процедура неожиданно меня будоражит. Я даже сначала зависаю, глядя на крупные кисти и широкие запястья. А потом попой чувствую, как крепнет ко мне интерес Таира. Ой. Как-то слишком быстро меняется фаза и градус встречи.

Чувствовать-то я чувствую, и ничего не делаю.

В конце концов, разве это не естественная реакция на меня?

— Надеюсь, ты не очень голодна? — хрипло спрашивает Нарыков, когда я уже берусь за полотенце.

Я оторопело хлопаю ресницами.

Он же не про то, про что я подумала?

А как же: «Все это надо остановить», «Ты не в моем вкусе»…

Я разворачиваюсь в кольце его рук и пропадаю в карих глазах.

— Я пытался быть правильным, правда, — говорит Таир. — Но мне надо знать, как это будет.