Велиал

Люцифер встретил нас с некоторым разочарованием, окатил досадливым взглядом. Видимо, мой хладный труп, рассыпающийся на части, его бы устроил больше. Митраэль тщательно читал все условия нашего договора вслух, вносил правки. После долгого совещания, я настоял, чтобы Архангел поставил и свою подпись в качестве свидетеля со стороны Небесного царства. Дьявола вынудили подписать, что гибриды никогда не будут угрожать существам в иных мирах, покушаться на целостность Мироздания, Равновесие и нападать на ангелов, Архангелов и иных представителей Высшего царства.

– А если ваша ангельская шатия решит атаковать мой Нижний мир? Нам даже в этом случае нельзя использовать гибридов?

Митраэль оторвал глаза от свитка и в упор посмотрел на дьявола.

– Нет, – ответил за него я. – Потому что гибриды созданы для защиты от Эль-Морты!

– Я спросил не тебя!

– А я ответил!

Мы уже готовы были сцепиться вновь, но Архангел встал между нами, развел руками и пытался утихомирить. В конечном счете подписи были поставлены и договор подписан.

– Теперь проваливай!

– Мне нужно увидеть ее. Роксана должна осмотреть Мелиссу, – указал на вельду, которая все это время ютилась у черной колонны. Температура в Нижнем мире разительно отличалась от привычной луинарцам, и Роксана заметно вспотела: на ее шее, лбу и висках выступили капли пота, а белоснежная кожа необычно блестела от влажности. Помню, как Скай шла по тропе и умирала от духоты. На Пике температура намного приятнее, но для лиунарцев – все еще отвратительная.

Люцифер не мог ничего возразить и провел нас в покои. Как только я сделал шаг внутрь, то слегка даже замер на мгновение, ошарашенный сменой обстановки. Всюду стояли фиолетовые ирисы: на тумбочках, возле кровати, на девятиярусных высоких ангельских этажерках, на столе и вулканических полках, торчащих их стен. Цветочный аромат заполнил помещение своим приятным свежим полусладким благоуханием вместо зловоний и кислоты. В меня намеренно врезалась вельда, толкая внутрь. Я сжал челюсти, а потом вперился взглядом в целую корзину с малиной, испытав мгновенный порыв размозжить об стену голову Люцифера, заставить его жрать эти гребаные ягоды, чтобы он никогда больше не пытался ухаживать за моей женщиной! Дарить ей подарки, заботься – это все должен делать Я, а он отбирает это у меня. Чувствовал, что Люцифер обходит меня, выигрывает, и понимал: дьявол завоюет ее сердце, если дать ему мизерный шанс, хоть тонкий намек. Я не удостоил его возможности видеть мой шок, боюсь лишь, что на мгновение не смог совладать с эмоциями, и тот считал все с моего лица. Он не должен поверить в то, что может выиграть! И я не мог показать слабость, вспылить. Нет. Потому я подлетел к Мелиссе и стал осматривать мою демоницу. Когда я взял любимую за руку, то не почувствовал внутри ядов, лишь остатки темных нитей, которые убрал вновь, освобождая от них. Видимо, в тот раз я сильно ослаб, раз не смог очистить ее с одного захода. Сейчас же я был полон сил и смог тщательнее осмотреть ее.

Митраэль уличив момент, обратился к дьяволу:

– Верни Мортемы, Люцифер.

– Нет. Я хочу сломать Диадему. Вы не справились!

– Каким образом?

– Копье и диадема связаны, пока не ясно, как.

– То оружие, с которым ты сражался. Это оно?

– Единое. Верно.

Они принялись обсуждать то, что я и так уже знал. Получив исчерпывающие ответы, Митраэль улетел, оставляя нас одних.

Роксана стояла возле кровати и мало внимания уделяла больной, сначала луинарка оглядывала этажерки, коснулась цветов и поговорила с ангелом. Цинтраэлем, кажется. Я окликнул вельду, призывая ко мне.

– Ну? Как она? – Люцифер приблизился к изножью кровати и наблюдал.

Я проигнорировал его, а Роксана достала из принесенной с собой сумки какой-то камень и, прикрыв глаза, водила над телом и головой демоницы.

– Либо она сильная, либо ей повезло. Разум ее ясен и чист, возможно, ваши усилия не прошли даром. – Вельда открыла глаза и внимательно осмотрела девушку с головы до пят. – Однако… точнее можно будет сказать, только когда она очнется.

– Почему она еще не очнулась? – Тут мы оба напали на вельду с одним и тем же вопросом.

– Не мешайте восполнять ей силы. Наберитесь терпения, и она пробудится. Цветы ей в этом помогут, – указала на растения. – Возьмите это…

Роксана залезла в свою авоську и начала копошиться, пока не вынула оттуда предмет в виде зеленого яблока.

– Артекфакт много лет принадлежал Аиррэлю, и с помощью него он контролировал погоду, времена года в Срединном на своей территории. Это может помочь растениям цвести в Нижнем мире и не сгнивать. – Вельда решила передать столь ценную вещь дьяволу, пока я досадовал от разворачивающейся сцены. Почему она это делала?

– Можно? – Тут же подлетел Цинтраэль и, когда увидел артефакт из Небесного царства, очень удивился: – Откуда это у вас?

– Это памятная вещь от подруги, – с печалью улыбнулась девушка.

– Невероятно, – со сладкой воздушной нежностью в голосе пропел ангел. – Очень редкий предмет – Сол’ар, иначе «капля души», я лишь слышал о них, но никогда не видел. Это действительно может изменить Нижний мир.

– Иллюзиями? – Люцифер никогда не расслаблялся и не вопил от восторга, а вот я скрипел зубами. Все складывалось как нельзя лучше для дьявола. Что это, если не колесо фортуны или проделки судьбы?

– Это не просто иллюзии, а Божественная магия духа Флоры, растения будут цвести даже во мраке бездны, даже без кислорода и благоприятной среды – они не завянут, пока владелец не откажется от магии сам.

– Ангел прав, артефакт питается любовью и силой внутри того, кто им владеет, а побочным эффектом… настроение может менять погоду.

Люцифер взял протянутый ему подарок, и в комнате воссияло так, словно утренняя звезда ворвалась в покои летним днем, озарила изнутри помещение, обогрела теплыми шкодливыми лучами, мазнула щекотливым зайчиком по лицам и отогнала все тени прочь.

«И своего первенца Эль-Элион нарек Денница, что обозначало “свет утренней звезды” – именно в этот ранний час был создан первый Бессмертный с белоснежными крыльями за спиной…» – внезапно мысленно проговорил я, полный ужасного озарения.

Ошарашенные вздохи пронеслись по комнате – это Роксана и Цинтраэль зашлись не иначе как в экстазе, а за ними и появившаяся в комнате Гената.

– Повелитель! – Архидемоница упала на колени и чуть не начала целовать ему ноги. Воистину, странное помешательство он оказывал на окружающих даже с изуродованным лицом, что уж отрицать – Светозарный никуда не делся, просто сменил ангельскую броню на рокерскую кожанку, отрекся от классической музыки и перешел в металл. Почти идеальное сопоставление Света и Тьмы. Я мысленно срывал со стены гитару и ломал ее ему об голову до тех пор, пока не размозжил череп, струнами затягивал узел на шее, разрезал ему горло и наблюдал за предсмертными конвульсиями. Такие видения все чаще стали посещать мою гениальную головушку. И если бы у меня было время найти ему замену на место того, кто будет влачить свое существование на дьявольском троне, – я бы все-таки убил его сегодня. Но я не мог. Подходящей кандидатуры на примете у меня не имелось, Астарот и Астарта – те слишком неосторожные, особенно жена. Астарот бы, может, и смог управлять миром со степенным величием, только не рядом с ней – Астарта погубила бы нас. Женщины опаснее и хитроумнее мужчин, можно чего угодно ожидать от Архидемоницы в связке с Эль-Мортой, поэтому лучше безопасность и надежность, стабильность. Поэтому я опустил руку обратно на кровать и сосредоточился на той, по которой сходил с ума.

«Мелисса, ты должна очнуться и быть сильной, моей пантерой, чтобы повалить своих обидчиков на лопатки, чтобы орать на меня и кидаться туфлями, да хоть ножами, хоть вилами. Хочешь, я добуду для тебя самый острый кинжал? Я все сделаю, только вернись ко мне».

Гената отвлекала Люцифера, что-то там уточняла про пленников или пленниц, я не вникал.

Внезапно в комнате появился Сферо’оморф.

– Час пробил. Повелитель Нижнего мира, вы приглашаетесь посетить Верховный Суд, – громогласно воскликнул Сферо’оморф и вручил Люциферу ключ. – У вас есть время, чтобы подготовиться.

– Сколько? – встрял я.

– Не более трех небесных оборотов, начиная с этой минуты.

Пока Сферо’оморф что-то еще говорил Люциферу, я втихаря успел под шумок суматохи вызвать к себе Тяфика, передать ему письмо и необычные часики для Мелиссы на момент, когда она очнется. Я оглянулся: никто ничего не заметил. Цинтраэль еще парил туда-сюда, чуть ли не напевая в слух ангельские песни от внезапно нахлынувшей радости возле ангельского глаза; Роксана осматривала покои дьявола, Сферо’оморфа и самого Люцифера. Поэтому у меня все получилось.

Когда глаз исчез, я встал с кровати и подошел к Роксане.

– Нам пора, мне нужно вернуть тебя в Иннэй-Лун, – обратился к вельде. – Люцифер, помни, что ты обещал.

– О, я не забуду, демон! Все улажено, как нельзя лучше, – расплылся в самодовольной ухмылке дьявол и покрутил кольцо с черепом на пальце. – Будь спокоен, я позабочусь о ней, – кивнул он в сторону Мелиссы, не сводя с демоницы взгляда. – Покинь Пик Времен и никогда не возвращайся.