Японка готовила еду. Виктора не было уже тридцать минут и она начала беспокоиться. Она вытерла руки и набрала номер юноши. Выслушав длинные гудки на которые никто не ответил, на тут же набрала номера охранников. С тем же результатом. Выключив огонь под конфорками, она выскочила из квартиры и сбежала вниз по лестнице. На улице она увидела двух охранников сидящих на скамейке привалившись друг к другу и не подающих признаков жизни. Внимательно оглядевшись по сторонам, японка подошла осторожно к телохранителям. Они спали!

Она снова набрала номер зумера. Из травы возле отключившихся телохранителей раздался звук звонка телефонного аппарата. Раздвинув траву она увидела не только аппарат Виктора, но и его кроссовки, в подошвы которых она вчера сама вмонтировала GPS-маячки для отслеживания перемещений юноши.

Самурайка вытащила ключи от машины из кармана одного из них, она открыла внедорожник и сев на место водителя включила проигрывание записи на видеорегистраторе. На экране монитора открылась дверь подъезда и из него вышел Виктор и направился к выходу со двора. Потом на экране появились спины вышедших из машины охранников, которые направились вслед за ним. Вдруг, на стекло где была объектив видеорегистратора кто-то прилепил что темное, что полностью закрыло обзор. Когда наклейку сняли, во дворе Виктора уже не было, а охранники мирно дремали сидя на скамейке.

Она вышла из машины, подошла к ним и стала приводить их в чувство тряся и хлопая по щекам. Те замычали и стали приходить в себя. Но очень медленно. Тогда она костяшкой согнутого указательного пальца сильно надавила старшему на область под носом в области носогубной складке. Тот открыл глаза и посмотрел на нее мутным взглядом.

— Где господин? — тут же спросила личная помощница хозяина.

— Не знаю, — прохрипел сдавленным голосом охранник, — мы вышли из машины и пошли за ним. Нам навстречу шли двое парней в худи с капюшонами. И дальше не помню. Нужно наши нагрудные видеорегистраторы посмотреть.

— Давай сюда блок записи! — приказала девушка. Тот трясущимися руками снял с пояса коробочку и передал ее японке. Она подключила ее к смартфону и стала смотреть запись. На ней было видно, как навстречу Виктору шла девушка в топе и шортах. Это была блондинка с распущенными волосами, голубыми глазами и ярко-красными губами. Ее внешний вид вызвал у японки острый укол женской зависти.

Девушка широко и открыто улыбалась юноше и приблизившись спросила его:

— Виктор, Вашей маме хорошая невестка не нужна? — при этом ее рука правая рука поднялась на уровень головы зумера, и он ничего не ответив вдруг стал валится с ног вперед, уткнувшись лицом ее грудь. Девушка его подхватила и смеясь сказала:

— Все парни одинаковые, чувств лишился, но попал туда куда нужно.

Сбоку от охранников появились два парня в капюшонах. Вместо лиц у них были яркие пятна, на которых ничего не было видно. Они поняли свои руки и в лица охранников ударили струи какого-то газа. После чего изображение стало заваливаться набок и наверх. Парни подхватили обмякших телохранителей и оттащили их на скамейку, где и посадили прислонив друг к другу.

— Хватит с ними возиться, — раздался сердитый голос блондинки, — я устала его держать. Берите его аккуратно и несите в машину. Стало видно, как отошедшие парни забросили руки Виктора себе шею и куда-то повели. Мимо скамейки прошла блондинка.

— Стоп! — вдруг сказала японка, и остановила запись. Она внимательно всматривалась в медальон висевший на шее похитительницы.

— «ふざけんな！あのクソ野郎共…！舐めやがって！…最悪だ、やちった。何て言い訳すれば…» (Фудзакэнна! Ано кусо-яро̄-домо…! Намэягаттэ!…Сайаку да, ятитта. Нант (э) ийвакэ сурэба.) — произнесла она непереводимый идиоматический оборот на японском языке, что на русском языке звучало бы примерно так: «Да вы издеваетесь! Эти сраные ублюдки…! Совсем страх потеряли!…Черт, это полный п…ц, я так облажалась. Что мне теперь говорить руководству?»

Телохранитель, не знавший японского с недоумением и опаской посмотрел на нее. Он уже понял, что никаких денег за проваленное задание он с напарником не получит.

— Вы слюни пустили на эту сучку, и не заметили нападавших! — вынесла она свой вердикт. Потом вытащила телефон и набрала номер хозяина.

— ビクター様が誘拐されました。犯人の目星はついています。…ですが、電話では話せません。 «Бикута̄-сама га ю̄кай сарэмасита. Ханнин, но мэбоси ва цуитэ имасу.…Дэсуга, дэнва дэ ва ханасэмасэн» Виктора похитили и я знаю кто. Но это не по телефону! — сообщила она ему.

Глава клана мгновенно перешёл к делу, не тратя время на крики и истерику, но его тон леденил кровь девушки.

— … 失態だな。今すぐ本社に戻れ。裏口から入れ, 泳がされている可能性がある.…Ситтай дана. Има сугу хонся ни модорэ. Урагути кара ирэ, оёгасарэтэ иру кано̄сэй га ару. Это провал. Живо возвращайся в штаб. Заходи через черный ход, есть шанс, что за тобой хвост (тебя ведут)! — приказал он ей.

— Сдайте мне видеорегистраторы и пошли вон! — с презрением бросила самурайка охранникам, забрала оборудование, села в машину и направилась в квартиру на окраине Москвы. Это был антикризисный штаб клана в столице России.

В комнате глава клана, его люди и его личная помощница снова смотрели запись с камер видеорегистраторов внедорожника и охранников.

— Почему у них не видно лиц? — спросил раздраженно Киришима Кэнтаро.

— По видимому, они используют вшитые в края капюшона худи цепочку из мощных инфракрасных светодиодов — IR LEDs. Инфракрасный свет полностью невидим для человеческого глаза, поэтому телохранители не заметили ничего странного. А камеры ночного видения и видеорегистраторы используют ИК-спектр для съемки в темноте. Когда нападавшие включили мощные диоды, то они светили прямо в объектив регистратора. Автоэкспозиция камеры пыталась подстроиться под яркую вспышку, из-за чего лица нападавших на видео полностью «вымылось» и превратилось в сплошное белое светящееся пятно, — пояснил один из его помощников.

— Я думал такое только в кино есть! — нахмурился глава клана.

— Нет! Это не выдумка сценаристов, а реально существующий концепт приватности, так называется технологический DIY-проект реального инженера Мак Пирса, — пояснил тот же человек.

— Так кто это сделал? — обратился к Харуми глава клана.

— Смотрите сами, Господин! — и девушка вывела на экран увеличение золотого медальона на груди блондинки. По комнате прошелестел вздох изумления.

Медальон, а точнее амулет выглядел как миниатюрная, вытянутая по вертикали подвеска высотой три сантиметра. Его основание было гладкое и аккуратное, а верхняя часть украшена четырьмя четкими горизонтальными ярусами. Они делали кулон очень узнаваемым для тех кто в этом понимал. Он был изготовлен из розового золота, что делало его теплым, солнечным и статусным. Для придания женственности перекладины столба были украшены мелкими камнями бирюзы и малахита, так как зеленый цвет Осириса, и лазурита, синий цвет неба. Также на нем присутствовали классические мелкие бриллианты.

— Это столб Джеда! — уверенно произнес пожилой человек, — знак бога Осириса. Символическое значение этой формы такие. Первое — это обозначает позвоночник Осириса — четыре перекладины символизируют шейные позвонки воскресшего бога. Второе, это сноп зерна — изначально знак возник как изображение очищенного от колосьев связанного снопа пшеницы, что означало плодородие. И третье, это мировая ось — опора, которая удерживает небо и не дает ему упасть на землю.

— Это люди из Ордена Осириса! — твердо произнес глава клана, — а золотой значок девушки демонстрирует то, что она даже не из Хранителей, а из Кроны. И этот знак она продемонстрировала неспроста! Это предупреждением всем нам! Значит так! Вот, что я решил! Если Орден занялся им, то мы его не знаем. Нет никакого Виктора Крашенинникова и никогда не было. Мы его никогда не видели и не встречались с ним! И дел с ним никаких не вели!

— А что с его усыновлением? — осторожно спросила Харуми.

— Ничего не было! — отрезал старик.

— А что мы скажем дяде Императора? — спросил один из его приближенных.

— Ничего! Он его не видел и о нем не знает! Скажем, что это был целитель, который потратил столько жизненной энергии, что во время лечения Его Императорского Высочества, что потом просто умер, а тело его сожгли! — угрюмо ответил глава клана, — я не буду связываться с Орденом. Они нас уничтожат и даже не заметят. Сворачиваем операцию. Как только позволит состояние дядя Императоры эвакуируем в Японию. Вывозим все оборудование и зачищаем все следы! Исполнять!

— "Что случилось?' — в голове Виктора с трудом ворочались тяжелые мысли.

— Витя! Хорошо, что ты начал приходить в себя, — услышал он голос Артема Николаевича, — лежи спокойно, не шевелись, не дергайся и не открывай глаза. Пусть они думают, что ты по прежнему в отключке. А я тебя сейчас все расскажу. Ты что-то помнишь?

— Помню, мы шли в магазин. Навстречу шла шикарная блондинка! Она нам так приветливо улыбнулась, что ты сказал, что я пользуюсь успехом у высокоранговых девушек, и что у нее нужно взять телефон! А она вдруг спросила меня, не нужна ли невестка моей маме. И все, дальше ничего не помню!

— Ты действительно ничего не помнишь, — торжествующе произнес отец, — она не просто тебя спросила, она называла тебя по имени! А потом пустила нам в лицо струю какого-то газа, сучка, после которого ты вырубился. Она тебя подхватила, а ты губами прямо в ее сиськи попал! Она не преминула это отметить. Но упасть тебе не дала!

— А охранники японские где были? — удивился юноша.

— Их вырубили два ее поручных, — сообщил историк, — и усадили как голубков на скамейку. Потом они подхватили тебя и погрузили в какой-то минивэн. Я это видел через твои полузакрытые глаза. Она им сказала, что обращались с тобой осторожно, что ты не мешок с картошкой. Потом минивэн заехал на какой-то пустырь и там машину поменяли. Что интересно. С этими своими подручными она общалась на русском языке. С людьми во второй машине говорила на английском языке. Потом мы приехали, как я понял, на аэродром. Там тебя на носилках занесли на борт и мы взлетели. А вот на борту самолета она говорила на языке, которого я не знаю.

— Ты не знаешь, что это был за язык? — поразился такой новости зумер, — как такое может быть? Ты же полиглот!

— В мире насчитывается около семи тысяч ста семидесяти живых языков, которые объединяются в сто сорок две языковые семьи, — ответил отец, — откуда я могу знать их всех? Однако лингвистическое разнообразие распределено крайне неравномерно. Более половины населения Земли общается всего на двадцати — тридцати самых распространенных языках, и как раз их я и знаю! Кстати, лидером по разнообразию является Папуа — Новая Гвинея, где говорят более чем на восемьсот двадцати коренных языках, или около двенадцати процентов от всех языков мира!

— Может быть, он похож на какой-то язык, который ты знаешь? — спросил зумер.

— Ближе всего этот язык похож на мёртвый коптский язык, который использовался египтянами вплоть до Средневековья, а сегодня сохраняется как язык богослужений. Но не совсем коптский. Я думаю что это древнеегипетский язык, — предположил профессор.

— Как? — удивился Виктор.

— Древнеегипетский язык не имеет прямых «близнецов», но генетически и структурно он ближе всего к коптскому, его поздняя форма, и афразийским языкам (арабскому, ивриту, амхарскому). По грамматике (структуре корней и трехсогласной системе) он сильно напоминает арабский язык. Древнеегипетский входит в афразийскую макросемью, как и семитские языки. Поэтому многие базовые слова, например, местоимения «я» или «ты» и принципы построения слов похожи на иврит и современный арабский. Прямым потомком древнеегипетского языка является коптский язык. По сути, коптский — это тот же древнеегипетский, но записанный греческими буквами с добавлением нескольких знаков. Хотя современные жители Египта говорят на арабском, местный египетский диалект впитал в себя множество слов и грамматических конструкций из древнеегипетского. Более того, фонетика современного египтянина во многом продолжает звуковые особенности древних египтян. Но точно этого никто не знает, — пояснил Артем Николаевич.

— Почему? — спросил юноша.

— Никто не знает как на самом деле звучал древнеегипетский язык, — стал рассказывать историк, — Главная причина заключается в том, что древнеегипетская письменность (иероглифы) не фиксировала гласные звуки, а передавала только согласные. Вот основные факторы, почему точное звучание языка до сих пор остается загадкой:

Во первых, это консонантное письмо. Египтяне записывали слова так же, как это делается в современных арабском или иврите. Например, слово «прекрасный» (нефер) записывалось просто как три согласных звука: н-ф-р. Какие именно гласные стояли между ними, в какой последовательности и с какими ударениями, египтяне не уточняли, так как носителю языка это было очевидно из контекста. То египетское произношение, которое мы слышим в фильмах (например, «Амон-Ра», «Нефертити»), — это лишь научная условность (вставка буквы «э» между согласными для удобства чтения).

Во вторых, это смена письменности и религии. С приходом христианства, а затем ислама, традиция иероглифического письма была прервана. Последняя известная иероглифическая надпись датируется четвертым веком нашей эры. Вместе со жрецами исчезли и люди, знавшие живую традицию чтения этих знаков.

В третьих, это огромная временная дистанция. Древнеегипетский язык просуществовал более четырех тысяч лет. Язык времен строительства пирамид (Древнее царство) сильно отличался от языка времен Клеопатры. За это время фонетика колоссально изменилась. Даже если бы мы узнали звучание слов в одну эпоху, мы бы не знали, как они звучали на две тысячи лет раньше или позже.

— Как ученые всё же восстанавливают звучание? — спросил зумер.

— Ну лингвисты не полностью безоружны. Они используют несколько подсказок для реконструкции. Это коптский язык, который является последней стадией египетского языка. Копты стали использовать греческий алфавит, который фиксировал гласные. Сравнивая коптские слова с древними иероглифами, ученые восстанавливают гласные звуки. Ну и иностранные источники. Так имена египетских фараонов записывались в клинописных табличках (вавилонянами, ассирийцами) или древнегреческими авторами. Иностранцы записывали египетские слова на слух, передавая в том числе и гласные, — объяснил профессор, — но вот с какой стати они говорят на древнеегипетском языке мне совершенно непонятно. Так вот, мы летели долго, часов восемь. Тебе еще один раз маску клали с газом на лицо. Когда мы приземлились, я услышал слово Владивосток!

— Это японцы меня похитили! — уверенно заявил Виктор.

— Не думаю, хотя сначала я тоже так подумал, — задумался отец, — но причем тут древнеегипетский язык? Логично если бы они говорили на японском. Так вот, из Владивостока мы взлетели и сели через девять часов в аэропорту Кэссиди на Острове Рождества, или Киритимати.

— А ты откуда это знаешь? — спросил сын, — если они говорят на древнеегипетском языке.

— Переговоры с диспетчерами пилоты вели на английском языке, — объяснил историк.

— Папа в это где? — удивился юноша.

— Кэссиди (Cassidy) — это международный аэропорт, расположенный на атолле Киритимати, также известном как Остров Рождества в Тихом океане. Он находится в государстве Кирибати, на расстоянии около двух с половиной километров к югу от Гавайских островов и служит главными воздушными воротами этого удаленного атолла. Расстояние между Владивостоком и эти городом по кратчайшей траектории составляет восемь тысяч триста двадцать километров. Это явно не Япония. Это чуть ли не в середине Тихого океана.

— Так мы теперь тут? — уточнил зумер.

— В том то и дело, что нет! — ответил отец.