РОВОЛЬТОМ и КУРТОМ ВОЛЬФОМ (Ганновер, Берлин, Мюнхен)

Дадаистская монументальная архитектура

в пяти этажах, трёх корпусах, одном тоннеле,

двух лифтах и одном цилиндрическом завершении[18].

Первый этаж или пол предопределён с рождения

и к делу не относится.

Описание этажей:

1. Этаж: Подготовка Обердада.

2. Этаж: Метафизическое испытание.

3. Этаж: Посвящение.

4. Этаж: Мировая война.

5. Этаж: Мировая революция.

Надстройка: Цилиндр, который ввинчивается в небо

и возвещает славу с Пюпитра учителя Хагендорфа.

Продаётся в помещении по 7,85 марок за штуку.

Более подробное описание:

1-й этаж.

С метафизического уровня (называемого также «Детский пруд») тихо поднимается 21 июня 1875, в день рождения

Обердада, первый намёк на патологический менталитет, который остался от Паллады, моржа дада (сравни с зоопарком

Карла Хагенбека) через индийских львов померанских фермеров до какой-нибудь тоталитарной экономики (за неё кусочки латунного золота) наряду с разрушенной башней церкви

Святого Креста (Дрезден) в качестве отходов от конкурентов вокруг новостройки дрезденской ратуши. Заряженные отстрелянные патроны стоят среди курительниц разобранной церкви. У большой пороховой бочки, которая возвышается в середине плана, чьи архитектонические подробности пластически восходят до свисающей карбидной лампы, в которой была подвергнута сожжению первоначальная идея архитектуры, исходящая от дрезденского объединения художников, специализирующихся на монументальном построении надгробных памятников (Баадер, Метцнер, Рёслер, Хемпель), Дрезден

1903/1904.

Вокруг пороховой бочки ползёт в ложной дезориентации предпосылки далеко зашедшего будущего между стихотворениями Шиллера с девизом «дада побеждает» и оригинальным изданием Четырнадцати писем Христа скорый поезд императора Вильгельма Великолепного, который, символически выражаясь, по круговым рельсам всегда кружит только вокруг пороховой бочки, пока она наконец не взорвётся.

2-й этаж.

Но перед этим в туннеле империи, посвящённой смерти, вырастает вся эпоха общей художественной культуры. Один музей шедевров всех веков открывается под подёргивание древнегерманской мышеловки. Посередине – разорванная надвое церковь, а третья часть в соответствии со своим предназначением оторвана и стоит в качестве исправительного заведения на Александер-плац (приятного пребывания во все рабочие-воскресные-праздничные и революционные дни).

Зелёная скатерть под мышеловкой символизирует лоно природы, тогда как сбоку колесо событий (чтобы дальше шествовать по кругу через новую жизнь – оставаясь привязанным к колесу) победно возвышается над метафизическим испытанием. Туннель и оба корпуса пресыщены платоническими идеями до самого края. Когда они хватают Обердада, насилуют, одолевают, появляется фантом и результат мировой войны на 19 января 1908, 8–9 апреля 1910, 4 сентября 1912, 13 августа и 26 сентября 1913; восклицательный знак, который опирается ещё на геометрию первого этажа, становится вьющимся ползучим растением барона Мюнхгаузена, и по своему знамени (Обердада лично держит его за древко в косинусе равнобедренного угла всех квадратных треугольников) он устремляется над всеми иллюзионистскими патологиями в ранг третьего этажа, посвящения.

3-й этаж.

Гёте прибывает в Веймар, кладёт своё итальянское путешествие на Пюпитр учителя Хагендорфа и объясняет швабскому пастору[19]: без этого Пюпитра вообще не может быть понята никакая литература. Индийский лев предлагает взгляду публики вторую половину. Последние остатки архитектуры оказываются погружены в сломанный короб. Ангел Благовещения говорит: «Смотри, я благовествую вам великую радость, ибо вам явился ныне старый Хагенбек». Также Пауль Шеербарт[20] прибывает в хрустальной карете и кладёт себя как бомбу рядом с запылённым архитектурным коробом. В это время на переднем лифте впервые выныривает баба и раскрывает голые тайны (президентом может стать только целый мужчина). Товарищество инженерного строительства подземных сооружений и Дойче банк идут на дно, достают из маточных глубин вагины sanguinalis protasta установление 2-го августа 1914, и так из эмбриональной концепции «W» (коронация и фундамент космоса, Кассиопея, кайзер, самолёт, трамвайная линия, сумма всех скорбей (Откровение Иоанна 19, стих 17 и следующие)) органически возникает отделение четыре, Мировая война.

4-й этаж.

Мировая война – это война газет. В действительности её не существует никогда. Фигура истории, чья отрубленная голова из настоящего баварского пчелиного воска подвешена перед остатками прусской королевской машины для варки консервов «Rex», никогда не допустит, чтобы такая маниакальная пароксия, как мировая война, стала реальностью. Поэтому не следует верить никаким газетам. Это всё болтовня, от первых известий о мобилизации до Льежа, битвы на Марне, отступления из России и перемирия, мировую войну создала пресса.

Обердада с ней покончит.

5-й этаж.

Это мировая революция коммунизма, камень строителей и безумие проктатуры дилетариата (Хаусман), что мир вопиет, взыскуя твёрдой руки, и, тем не менее, отказывается взять в рот святыню избавления из /W/. В этом несчастье всемирно-исторической ситуации, и всё же: я разнесу её на куски: кто не за меня, тот против меня (прошу прощения, так говорили раньше), сегодня коммунизм тоталитарной экономики есть та метла, которой я привожу в порядок мир. Здесь, от этого цилиндра, на створках Пюпитра Хагендорфа я радирую в эфир последнее избавление от страдания и смерти. Дурак тот, кто всё ещё ложится спать без Обердада.