Илья успел на поезд чуть ли не в последний момент, но это того стоило с учетом такого серьезного задела на будущее. Он считай встречаться начал. Девушка ему понравилась, он ей тоже, хорошо провели время, так почему бы и нет?

Стемнело, состав помчал, их вагон последний по счету. Всё, как и сказал Вольфганг.

Первые три купе принадлежали исключительно капитанам, а все остальные – их группам. Только в своем купе Илья был не один, а с Ломтевым.

Сначала перекусили вареной куриной грудкой и гречей, даванули чайку и разлеглись по полкам.

— А я девчонку себе нашел. Встречаться будем, — заговорил Илья, глядя в потолок.

— Ника?

— Да че Ника-то сразу? — взвился парень, поджав губы, — да, она девка видная, но нет. С обычной, понял? С официанткой замутил. Хорошенькая она, воспитанная в некотором смысле.

— У-у-у, братан, так тебе перед Никой потом объясняться, — лейтенант посмотрел на друга, увидел его непонимающий взгляд и усмехнулся, — а ты чего, не в курсе?

— О чем я должен быть в курсе? — напрягся Илья.

— Да тут девки в отделе шептались, — Коля завозился, удобнее устраиваясь на месте, и сложил ладони на затылке, — бухгалтерша сегодня на обеде ляпнула что-то про тебя, хорошее само собой, а Ника услышала и вроде как нормально ее так к стенке прижала. Сказала, если та попытается тебе хоть намекнуть на что-то, то ей несдобровать.

Парень выслушал, и его одолевали смешанные чувства. С одной стороны да, у нее есть основания считать, что между ними что-то может быть, особенно после второй ночи в ее квартире. С другой ей бы неплохо объяснить, что если она росла единственная и любимая дочка, и когда во что-то тыкала пальцем, папа ей это тут же доставал, то сейчас, а тем более здесь так не работает. Да, папа уже не нужен, достать хочет сама по привычке, но и Илья не игрушка. Да и кто же знал, что вот так черт дернет перед отъездом пригласить к себе Кристину?

Он присел, потянулся к форточке, открыл, взял со стола пачку, закурил.

— Да я тут помогал ей, точнее папке её. К Нике один из старших Звезды шарики подкатывал, а я типа на время парнем ее стал. Он хотел ее после тренажерки подловить, ну я его там и нахлобучил, а до этого Нику засосал, чтобы он понял, что нехер ловить.

Ломтев ухмыльнулся. Знал он, как Илья может нахлобучить, и это не фигура речи.

— Жестко ты, на Звездинцев быковать не каждый рискнет.

— Не, Коль, ну а че? Он первый по разам предложил.

— Тогда другой базар, — дернул плечами Коля, глядя в потолок, коим была верхняя полка, — а кого? Мясника, Портного или Скалку?

Илья только по прозвищам понял, кого перечислил лейтенант. У Звезды три главаря, Ганс Мясник, пятьдесят один год, Эмиль Портной, сорок шесть лет, вот эти два дяди весьма серьезные, основатели Звезды, и спорил бы он с ними аккуратнее. А вот Дитрих Скалка в сравнении с ними соплежуй, всего тридцать два, вроде как сам добился такого статуса, но за что его уважают в таком узком кругу, Гейнц так и не понял.

— Скалку.

— О, ну это правильно, таких отшивать надо. Ты ведь слышал, что его жену Шёпот убил?

— Ну.

— А слушки ползли, что он чем-то закинулся, и пока они трахались, он ее задушил. Случайно или нет – хз. И он якобы сам ее на улицу вынес перед закатом, башку ей сломал кувалдой и вскрытие сделал. А утром, как только увидели труп на улице, даже разбираться никто не стал. Печать «убита Шёпотом» и до свидания. Удобно, да? Изувеченный труп на улице – значит Шёпот. А мне кажется, он фишку-то выкупил, потому что потом его с разными телочками видели, но те трагично погибали от рук Шёпота. Понял?

— Понял, не дурак, — буркнул Илья.

Да если бы он знал, что к Нике клеится такой выродок, ему бы и просьба Вольфганга не понадобилась, так бы вписался. Он осмотрелся в купе. В мире Бульзовской, как он его окрестил, он еще на поездах не ездил и не знал, что бывают какие-то специальные вагоны или даже составы.

— А ты не в курсе, че за фишка со спецвагонами? Чем наш отличается от остальных?

Ломтев задумался, зевнул и неохотно ответил.

— А хрен знает, нет нигде инфы про это. Ходили слухи, что краска какая-то дорогущая фильдеперсовая с какими-то примесями, и окна с напылением. Типа если тут даже свет потушить, Шёпот не проберется.

— А проверяли?

— Ну да, не просто же так эти вагоны тут в резерве стоят. Тут даже муха не сидела, а если и сидела, то в тапочках. Все чистенько свеженько. Табличку не видел? Прямо у тебя за спиной.

Парень обернулся, и да, там действительно была табличка с надписью: при отсутствии освещения в темное время суток все окна в вагоне должны быть плотно закрыты!

Илья покусал губу, сделав еще одну затяжку. Ну да, он сразу обратил внимание на то, что их вагон изнутри сиял чистотой. Никаких посторонних запахов или следов уборки. Видно, что он был законсервирован.

Снаружи послышалась непонятная возня, возмущенные приглушенные возгласы, и капитан хмуро свел брови, прислушиваясь.

— Это че там за движняк?

— Да хз. Может, капитаны чего не поделили? — буркнул Ломтев уже в полудреме.

Илья затушил в пепельнице окурок и вышел, увидев, как рядовые стекаются в тамбур. Пошел туда же, протолкнулся мимо нескольких парней и услышал девичий вскрик. Там уже был Московский капитан, и он смотрел на то, как два его сержанта зажимают в углу девушку.

— Ведите её в мое купе, — самодовольно хмыкнул Фред, а она забрыкалась и закричала.

— Отпустите! Мне нужно в этот вагон! Я к Гейнцу пришла!!!

Прекрасно узнав этот голос, Илья переменился в лице, подорвался к одному из патрульных, заметив, что они чуть ли не лапают её, схватил его за воротник и рывком оттащил, от чего он свалился на пол. Стоило второму обернуться, он получил выверенный удар в нос, а когда парень его отстранил, тот завыл и схватился за расквашенный нос.

Илья встал перед перепуганной девушкой и упер ладони в стену, ограждая ее собой со всех сторон, и сразу же услышал укоризненный голос Фреда.

— Что-то я не понял, молодой, ты почему руки распускаешь на моих людей?

— Это вы, наверное, сука, не поняли, на кого руки распускаете, — прорычал Илья, глядя в округленные глаза Ники, и с оскалом продолжил, — и какой я тебе нахер молодой!? Ты хоть в курсе, кого ты хотел в свое купе затащить? Это дочка генерал-майора нашего ВГУП.

— Так на ней не написано, — возразил Фред и, казалось бы, справедливо, но…

— Она же говорила, что дочь генерал-майора, но вы не сл… — не успел договорить рядовой, как тут же получил локтем в бок от сослуживца.

— Для начала, капитан ВМУП, твои корочки тебе не дают право на насилие в любом виде, будь хоть кто перед тобой, а тем более девушка, которая пришла с конкретной целью и озвучила её. Да, на ней не написано, что она дочка генерал-майора, — хмыкнул Илья, оглядев лицо Ники, и повернулся к Фреду, — так может мне у тебя на лбу это вырезать?

— Сейчас я у тебя это все вырежу.

Рядовые Московского капитана сразу набычились, встали в стойку за исключением парнишки, пытавшегося возразить начальнику, но в этот момент в тамбур ворвался Ломтев, бегло оценил обстановку и глянул на Илью.

— Что за кипишь, товарищ капитан? Здравствуйте, Вероника, — он учтиво улыбнулся, затем осмотрел парней вокруг и прохрустел шеей, — че салаги бычите? Если у вас есть какой-то абонемент в травматологию, то давайте схлестнемся.

— Нормально все, Коля. Просто Камплин немного перепутал и признает свою ошибку. Мы с Никой в мое купе, — он взял девушку за локоть и повел в вагон, заодно кое-что шепнув лейтенанту.

Ломтев сразу обратил внимание на одного парня, снимающего все на камеру, подошел к нему, выхватил смартфон и изо всех сил впечатал его в стену, вручив обратно уже груду бесполезного пластика с битым стеклом.

— На, бедолага. Руководство новый выделит, — он направился к входу в вагон, но ему путь преградил Фред, возмущенно выпалив.

— На каком основании ты разбил служебный телефон моего солдата? Не хочешь объясниться?

— У меня есть начальник, вот перед ним я и буду объясняться, если скажет.

Фред ухмыльнулся, осмотрел свою группу и зыркнул на Николая, после чего вышел из тамбура, закрыв за собой дверь. Ломтев тут же получил кулаком в затылок, а следом в челюсть от другого бойца, и на него в общей сложности двинулись пять человек, за исключением того паренька, который возразил Фреду…

***

Илья завёл Нику в свое купе, закрыл дверь и недоуменно вытаращился на нее, дав волю эмоциям.

— Какого хера, госпожа Шульц? Ты че тут делаешь!? Ты как на этот поезд попала!?

Девушка поджала губы и ответила.

— Вы когда с папой говорили в отделе, я у двери стояла и услышала, что у вас отправление в девять. Заплатила проводнице и попала в поезд.

— Для чего!? — всплеснул руками парень, от чего она дернулась, но созналась.

— Тебя хотела увидеть.

— Твой папа об этом знает?

— Нет, я выключила телефон.

Глаза капитана полезли на лоб, он схватил свой смартфон со стола, увидел четырнадцать пропущенных от Шульца и схватился за голову, выругавшись в пять этажей.

— Ника! Ну-у-у… какого хера? Ну не так же! Ты меня добить решила?

— Илюш, ну не злись, — девушка подошла к нему, положила ладони на плечи и встала на носочки, поцеловав Илью.

Она решила не говорить ему о том, что слышала и разговор отца в кабинете парня. И не могла поступить иначе, ведь если это его первая и возможно последняя командировка, Ника хотела в ней участвовать, как бы глупо это не прозвучало.

Парень поцелуй не принял, мягко отстранив надувшую губы Нику.

— Не злись? Ты не могла просто вернуться домой, когда папа тебя отвез? Зачем делать этот от ворот поворот? Ты просто всех подставляешь! И меня, и себя, и своего папу!

Вне купе послышались приближающиеся шаги, болезненные стоны и возглас Фреда. Илья повернул вертушку замка и распахнул дверь, увидев, как мимо, опираясь друг на друга и слушая ругательства Камплина, идут избитые рядовые. У кого рассечения, фингалы и сломанные носы, кто-то хромал, а кто-то держался за почки, только один был не тронутый.

Фред, заведя в купе своих солдат, диким зверем покосился на Илью, и через несколько секунд к ним присоединился Ломтев, утерев капельку крови с рассеченной губы.

— Коля, это че за прикол?

— А, да это, — лейтенант пожал плечами, — я когда трубу у того расколотил, их капитошка сказал меня загасить и ушел. Ну я их это, воткнул, а че еще делать?

— Так их же шестеро было?

— Ну во первых пятеро. Один зассал, я его трогать не стал. Да и пять – не пятьдесят, товарищ капитан! Там бы да, пришлось попотеть!

Ника глянула сначала на Илью, затем на Ломтева, и улыбнулась.

— Вы крутые.

— Быть скучным стремно, так что стараемся, — ответил Николай.

— Блин, а где наши то? Я их когда отправил? За это время можно было десять поездов проверить, — нахмурился Илья, выглянув из купе, — видел кого, Коль?

— Никак нет, товарищ капитан.

В этот момент завибрировал телефон Ильи, он глянул на экран и скривился. Вызывал Шульц. Делать нечего, пришлось принять звонок.

— Да, генерал-майор?

«Ты почему трубку не берешь? Я Нику обыскался, домой не вернулась, как отвез!»

И как бы девушка жестами не умоляла не сдавать, капитан ответил.

— Не волнуйтесь, генерал-майор, она с нами в поезде. Сам только узнал, поэтому на связь не выходил.

«Дай ей трубку, быстро!!!»

Илье ничего не оставалось, кроме как выполнить то, что сказали. Она взяла смартфон, приложила к уху и наверняка выслушала много нового о себе, но по итогу не то, что разозлилась, а натурально закипела.

— Отвали! Я сама решу, что мне делать! — и бросила телефон на соседнюю полку, а сама уселась на той, где недавно спал Ломтев, сложила руки на груди и отвернулась к окну.

Капитан напрягся, взял свой смартфон.

— Генерал-майор, это я.

«В общем так. Как приезжаете в Балезино, сдаёшь эту дуру местным пэпсам, они будут в курсе, там сходится по расписанию, поэтому заталкиваешь её пинком под жопу в обратный поезд, и парочку тамошних патрулей в сопровождение выбери. Вопросы?»

— Никаких, все ясно, — ответил Илья и через секунду услышал короткие гудки.

Он про себя выругался, сунув телефон в карман, и в это время услышал возню, выглянув из купе. Из тамбура выходили уже его бойцы, тоже побитые, будто извалянные в грязи. Он сразу поспешил выйти навстречу.

— Э, это че за дела?

— Товарищ капитан, как вы и приказали, мы прошли по всем вагонам, оценили обстановку, — заговорил прихрамывающий сержант с рассеченной бровью, — в шестом вагоне группа из Звезды. Десять человек. Они нас на обратном пути остановили, сказали позвать вас.

— Конкретно меня? — уточнил Илья, на что получил утвердительный кивок.

Капитан завис, услышав это. А вот это уже интересно. Об их командировке знал ограниченный круг лиц. Вольфганг, сам Илья, Фред и Денис. Рядовым по факту сказали, во столько-то быть на вокзале, они знать ничего не могли. И если головорезы из Звезды здесь и требуют позвать капитана, значит, их кто-то слил.

Вопрос неоднозначный, но требует проработки.

— А ты что сказал?

— Что не знаю такого. За это мы и получили.

Илья осмотрел остальных, те вторили в поддержку своему товарищу.

— Правильно, бойцы. Отдыхайте и форму в порядок приведите.

Они прошагали мимо в купе, а капитан подошел к Нике, присел на корточки, но тут же схлопотал от неё пощечину.

— Отвали! Не трогай меня!

— Ника! — выпалил Илья, не обращая внимания на ее истерики, и взял ее за запястья, чтобы не получить снова, — это была очень хреновая идея – садиться на этот поезд. Я здесь не шутки ради, понимаешь? Это сложно объяснить, но я постараюсь, когда вернусь. Договорились? Просто жди здесь.

Ника отпихнула его руки, завалилась на полку, не желая никак контактировать, а капитан вышел из купе весь на нервах, встретился взглядом с Ломтевым.

— Вдвоем пойдем?

— А тебе кто-то еще нужен!?

— Че-то ты нервный, товарищ капитан. Это всё девушка? — ухмыльнулся Коля, тут же получив локтем в бок от Ильи.

— Не беси меня, Коля! Просто пошли и хлопнем эту петушню. Или десять это много? Тогда можешь тут на карауле остаться.

— Да ладно-ладно, не кипятись ты так. Десять это еще по-божески, пойдем, — как-то даже обрадованно выпалил Коля, двинувшись вместе с Ильёй вдоль вагона.

Их вагон негласно числился под номером девять. Они прошли восьмой и седьмой, в тех было немало обеспокоенных пассажиров, и капитан догадывался, в чем причина, проходя мимо людей. Взрослые и дети сопровождали двух из Грос напуганными встревоженными взглядами.

Шестой плацкартный вагон встретил их практически полным запустением. Илья услышал пьяный галдеж и вместе с Ломтевым подошел к источнику. На верхних полках лежали двое гражданских с красными повязками, на коих виднелся восьмиконечный крест, снизу сидело еще четыре тела, на их столике несколько бутылок водки, закуски.

Звездинцы повскакивали со своих мест, преградив путь дальше.

— Оп-па-а-а! — один из них размял шею и подошел к Илье вплотную, обдав его свежим перегаром, — ну че, побазарим, капитанчик?

Из следующего отдела вышло еще четверо утырков, и одного из них капитан прекрасно узнал. Дитрих с пластырем на носу, и он отступил назад, дав отмашку.

— Гасите их, пацаны.

Взор Ильи устлала кровавая пелена, он схватил рядом стоящего мужика за грудки и столкнул его нос со своим лбом, от чего тот сразу потерялся, и в драку тут же ворвался тяжеловес Ломтев.

Они интуитивно уклонялись от попыток ударить их ножами и даже вилками, но Коле не повезло. Один из Звездинцев воткнул ему вилку в ногу, и тот озверел настолько, что одним выверенным ударом в висок выключил паренька. Тот даже ничего не понял и свалился замертво, и только его рука несколько раз дернулась в судорогах.

Дитрих с нарастающим напряжением наблюдал за тем, как эти двое ломают всю его группу. Он развернулся и зачем-то побежал в тамбур.

Ломтев даже про рану забыл, вынул вилку и выкинул, бросившись на следующего противника, бугая весом под сто двадцать кило, и потушил его, сначала перехватив удар, потом вмазав под дых, а следом и между глаз.

Дитрих вернулся в вагон, когда Илья и Ломтев закончили с его людьми, но броситься на него так же они не могли. Он шел не один, а держа за шею плачущую девчонку в бандане и приставив пистолет к её виску.

За ними бездумно плелась еще одна девочка, ревела навзрыд, прося отпустить её сестру, и видя это, Илья готов был проклясть все на свете.

— Стоять, сука, или я ей башку прострелю!

Двое повиновались, вариантов больше не было, и капитан напрягся. И Воронины здесь, в этом сраном поезде! Потому что другого в этот день не было!

«Сегодня же отправляйте девочек в Пермь к её родственнице» — вспомнил он свои же слова и захотел втащить сам себе.

— Слышь, не вздумай ребёнка трогать. Такой беспредел тебе даже свои не простят. Отпусти девочку, слышишь? Просто отпусти, и мы хотя бы поговорим.

— Да вот нихера ты не угадал! — вспылил Дитрих, сильнее прижав дуло к виску Василисы, — выживет она, только если в обмен отдадите Нику. Понял? Понял ты меня или нет!?

Парни не двигались, боясь спровоцировать непоправимое, только Алина попыталась вырвать сестру из его хватки.

— Отпустите ее, отпустите! — в слезах выпалила она, но тут же мужчина пихнул ее, от чего она свалилась на нижнюю полку, скрывшись из вида капитана.

Илья перешел на примирительный тон, понимая, что Дитрих еще и пьяный.

— Понял я, понял, да только где мы тебе Нику возьмем? Она у себя дома и уже десятый сон видит! Брось это дело, Дитрих. Тут свидетелей… всех ты точно не успеешь положить. Тут ведь на Шёпот уже не спихнешь, да? Скольких девочек ты уже так убил? И ты серьезно подумал, что можешь так же с дочкой генерал-майора поступить? Ты этим объявишь войну на истребление, и за такое Портной и Мясник тебя покрывать не будут, да даже Шнайдер, потому что это перебор даже для Звезды. А если от вас отвернется Шнайдер, мы вас всех перережем за неделю.

— Заткнись! — нервно бросил Дитрих, и в эту же секунду вагоны тряхнуло, свет в поезде ненадолго померк, а когда освещение восстановилось, он удивленно распахнул глаза, — Ника… Вероника!

Илья обернулся, тут же крепко выругавшись, потому что увидел шагающую в их сторону Нику, но только он повернулся обратно к Дитриху, услышав, как бьётся стекло, непоправимое произошло прямо на его глазах.

Раздался влажный хруст, и капитан раскрыл рот, увидев стоящую рядом Алину. Девочка держалась за горлышко бутылки двумя руками, а сколотая часть была вогнана в шею Дитриха, который, кажется, даже не успел понять, что произошло, но успел нажать спусковой крючок.

Прогремел выстрел, мужчина захрипел, пальцы его разжались, пистолет бесхозно упал, и Алина испуганно закричала и отпрянула, оттащив за собой обмякшую сестру. Дитрих схватился за горло, изо рта полилась кровь, и он упал, дергаясь в судорогах.

Агония продлилась недолго, видимо Алина под адреналином качественно всадила розочку. Мужчина отнял окровавленные руки от горла, под шеей растекалась алая лужа. Он обмяк окончательно, тихо прохрипел и устремил безжизненный взгляд в потолок.

Илья уже не знал, куда деваться и за что хвататься. Он вобрал в грудь побольше воздуха и обернулся на Нику.

— Я тебе сказал сидеть в купе, какого хера ты притащилась!? — рявкнул он, несомненно напугав девушку, и тут же прошел к Дитриху, присел на корточки, прощупал пульс и встал, схватившись за голову, — мать твою… да это нахуй шутка какая-то!

Он посмотрел на Алину, та с круглыми глазами и в слезах сидела на полке, прижимая к себе и безустанно тормоша сестру.

— Василиса! Проснись! Проснись, пожалуйста! — и снова навзрыд заревела, кажется, понимая, что произошло.

— Заткнись ты уже! Оставь её! Не трогай, её, она мертва! — выпалил Илья, взъерошив волосы.

Свет вновь заморгал и вдруг погас окончательно, засвистели пневматические тормоза, и поезд начал стремительно сбрасывать скорость.

— Это еще че за нахер? — мгновенно напрягся капитан, крутя головой, и когда состав остановился посреди ночи в глуши, Илья испугался по-настоящему, будто до этого мало было, — нет-нет-нет, пожалуйста! Только не сейчас!