Помимо отдельной, законченной вещицы мемуарного характера – «Воспоминанья зарифмую» – память поэтессы постоянно искала выход наружу, и происходило это в основном за счет жанра, к которому Н. А. была не очень склонна, но обойтись без оного оказалось невозможно. Почему «не очень склонна»? Дневник требует изнанки, души нараспашку, «последней правоты». Наташа блюла право на частную жизнь, личную тайну, женский секрет. Это, в общем-то, и не дневник как таковой, но – дневниковые записи.

В дневнике слишком много зафиксировано вещей, не подлежащих огласке, или заведомо не расшифруемых, или связанных с творческим замыслом, или… Дневниковая запись – дело иное. Причин много, поэтому в книге представлены отдельные фрагменты. Кроме того, само стихомышление – и в прозе тоже – допускает некую далековатость от прямой логики и линейности.