Возникнув в затяжном апреле,

отчаянно привычна грусть.

С посмертной книжкой не поспели

к рождению… Да ну и пусть.

Забьет смоленскую дорогу

другой товар, иная кладь.

А эту книжку-недотрогу

из типографии – не брать!

Слезой, припрятанной по-женски,

кого попало не дари.

Пусть обретаются в Смоленске

твои клесты и снегири.

Не лечит время, а калечит.

На тающий апрельский лед

на Патриарших ветер мечет

весь сор, который соберет.

Недостает душе отваги,

она боится новой лжи.

Лежи в оберточной бумаге,

судьба посмертная, лежи.