Долго терзаясь и в итоге все тщательно взвесив, по возвращении домой я списалась с отправителем письма. Я очень не хотела нарваться на мошенников и попросила выслать их данные. И уже утром у меня был ответ. Компания, которой они назвались, действительно существует. И довольно давно. Они занимаются производством мягких игрушек. Интересно ли мне это? Да. И куда больше строительных материалов.
Оказался ли актуальным предложенный ими двойной оклад? Да. И они готовы помочь не только с переездом, но и с поиском квартиры. В шоке ли я? В полном. Когда я спросила, с чего вдруг мне такие почести, они ответили, что крайне заинтересованы в молодых и перспективных сотрудниках, а потому готовы платить больше, только бы компания работала как часы.
Они уточнили, что никуда меня не торопят. А чтобы у меня появилось больше представлений об их компании и ясности об их намерениях, меня пригласили в офис. В эту субботу. И пообещали оплатить дорогу. Они хотят показать мне компанию, познакомить с начальством и обрисовать поручения, которые я буду выполнять, если стану частью их команды.
Я ничем не занята на выходных. На работе я чудом все успеваю. На свидание меня тоже никто не приглашал. Макфи ничем дополнительным в этот раз не пригрузила. И других, кажется, тоже. Похоже, теперь у нее есть чем заняться.
Может, я слишком наивная, но я согласилась поехать. В конце концов, это просто собеседование. Я всего лишь приеду в офис компании. И не по какому-то там сомнительному адресу, а ровно по тому, который указан в интернете. На десятках сайтов.
Они перевели мне деньги, и я купила билет. Теперь нужно отработать обычную пятницу, не вести себя подозрительно и утром следующего дня поехать в Бриджпорт, в котором я, конечно же, ни разу не была.
Я почитала в интернете, Бриджпорт – не столица Коннектикута, однако самый большой город штата. Что понятно и из названия, в Бриджпорте есть порт, морской. А еще там солнечно, растут пальмы и тепло.
Наступила та самая суббота. Мое состояние, к слову, не изменилось: как только я прочла это загадочное письмо, беспрестанно считала себя сукой. Будто я поступаю по-крысиному, взяв и поехав на разведку в компанию, которая хочет меня переманить.
Я сижу в почти полностью забитом людьми вагоне. От неприятных мыслей и ощущений не помогает отделаться даже место у окна. Не могу отвлечься. Смотрю на то, как заканчивается Бостон, изучаю людей вокруг, пытаюсь уткнуться в рабочие документы в телефоне… не выходит. Я чувствую себя паршиво. Интересно, а Джейк, когда сидел в самолете и знал, что впереди его ждет побережье Гоа, а позади остались женщины, проспонсировавшие его, что чувствовал в своей душонке? Самоненависть? Или же он только просил обновить ему шампанское, пребывая в великолепном расположении духа? Почему я чувствую себя предателем, если всего лишь хочу устроить свою жизнь? Привязалась к Бостону? К коллегам? К Кларку?
Да, я все еще не знаю, что делать. И да, никаких решений я еще не приняла. Но если ответить самой себе честно, единственное, что по-настоящему держит меня в Бостоне, – это очарованность Кларка моим образом жизни, моим взглядом на мир и, возможно, мной самой. Я должна признаться самой себе, что мне очень нравилось видеть, как Кларк, такой красивый, горячий, успешный и харизматичный, просит меня чему-то его научить. Мне нравилось, что такой классный мужчина, как Кларк, был мной заинтересован. Однако, как бы он ни пытался сблизиться, коснуться, разговорить и поцеловать меня, я всегда сбегала. Может, отказываясь от отношений, я просто пытаюсь о себе позаботиться? Или это трусость? Я так не хочу, чтобы меня оставили с разбитым сердцем, что сама готова разбить его Кларку. Вот почему мне так хреново. Потому что я поступаю как эгоистка.
Так, все, стоп. Я себя загоняю мыслями в какую-то бездну. Напридумывала, что Кларк с ума по мне сходит, а на деле мы всего лишь один раз переспали. Он не писал мне после всего и встречи прям уж настойчиво не искал. Не надо выдумывать то, чего нет. Я буду просто исходить из сложившейся реальности. Проверяю сообщения и пропущенные – нет, писем и звонков от Кларка не поступало. Вот и прекрасно. Значит, он самый обыкновенный мужчина, и после секса ему со мной уже не столь интересно. Проехали. Забыли. Я не буду убиваться по мужику. Никогда больше.
Я совершу глупость, если останусь в Бостоне: я больше не могу позволить кому-то из мужчин так сильно влиять на мою судьбу.
Наверное, это и есть взрослость. Зрелось. Ум. Я обязана выбирать себя и собственное благополучие. И только потом думать о других. Звучит гадко, но иначе меня будут продолжать использовать такие, как Джейк.
Подло? Коварно? Бесчеловечно? Нет. Это просто закон жизни. Я должна уметь о себе позаботиться и хвататься за те возможности, которые преподносит судьба.
Я преодолела путь в двести двадцать два километра, расстояние не такое уж большое, но как же отличается воздух Бриджпорта! Чистый, морской и прогретый солнцем даже в начале ноября. Я иду по территории вокзала и не верю глазам – да у них тут и правда пальмы растут! И ни какие-то там карликовые и захирелые, а настоящие, высокие и зеленые!
Пишу администратору Верони, что я приехала и что такси доставит меня в офис примерно через сорок минут. Как и ранее, она тепло отвечает мне и сообщает, что босс лично хочет встретиться. Надеюсь, меня не похитят. И что все органы останутся при мне. Нутро противным холодком напоминает, что такого везения не бывает. Но я уже еду к месту, в котором меня ждут. Если почую неладное, просто убегу. Пока я всего лишь еду в офис компании, который находится в самом центре города и указан на десятках сайтов в интернете. Ну не похитят же меня средь бела дня, да еще и в таком людном месте?!
Может, это бесцеремонно, но я расспрашиваю таксиста о фирме, в которую направляюсь. Он сказал, что да, ее офис находится в том здании, куда мы едем, уже лет десять. Стало быть, сайты не поддельные.
Я выхожу из машины и останавливаюсь у огромной витрины, чтобы рассмотреть свое отражение. Убедившись, что я выгляжу по-деловому и не помято, вхожу в высокое здание, на нескольких этажах которого располагается пригласившая меня компания.
Только я делаю шаг из лифта, как в фойе семнадцатого этажа милая брюнетка в очках, которую почти не видно из-за стойки регистрации, называет меня по имени:
– Синтия О'Гейл?
– Д… да…
– Мистер Клайберн уже ждет вас.
– Кто-кто?
– А разве не у вас назначена с ним встреча на два часа?
– У меня встреча с генеральным директором. На сайте он значится как Стэнтон.
– Ах да, но компания в этом месяце отошла мистеру Клайберну, информацию на официальном сайте, похоже, еще не успели актуализировать.
Черт, черт, черт! Значит, всем здесь заведует кто-то из семьи Кларка? Но кто?
Администратор ведет меня по коридорам к кабинету нового генерального директора, который лично ждет со мной встречи. Но я в таком замешательстве, что уже перестаю что-либо понимать. Кругом все современное, белое, дорогое. Слишком идеально, чтобы верить в реальность происходящего.
На двери, в которую стучит Верони, указано К. Р. Клайберн. Неужели… это…
– Синтия, проходите, пожалуйста.
Верони приглашает меня в кабинет, но я застыла. Я будто в бреду. Ничего не понимаю и отказываюсь верить в этот сюр.
Администратор шире открывает передо мной дверь, и я вижу его. Сидит за огромным белым рабочим столом. Совсем не похож на Кларка и Ноэла. Совсем не скажешь, что он сын мистера Клайберна. Но вот холодность, светлые волосы, острое лицо и высокомерный взгляд он явно перенял у матери.
Коул. Самый старший из сыновей Клайбернов. Кларк предупреждал о нем. О том, что этот человек отберет все, что у тебя есть. Ему все равно на уничтоженных людей, на разрушенные компании, на чужие судьбы. Ему важна только собственная прибыль. А ее он получит, не останавливаясь ни перед чем.
Я смотрю в эти холодные глаза и столбенею, когда Коул, оставив место в белом кожаном кресле, поднимается и идет к перепуганной мне. Чего он хочет? Что у него на уме? Для чего ему я? Как он вообще вышел на меня? И зачем? Хочет насолить Кларку? Хочет отобрать его игрушку? Я не стану в этом участвовать.
Разворачиваюсь, чтобы сбежать, как слышу за спиной голос. Такой низкий и чарующий одновременно:
– Вы, верно, устали с дороги? Садитесь, пожалуйста. Верони, сделай для Синтии кофе. Послаще и налей побольше молока.
Я оборачиваюсь и вижу теперь эти глаза так близко. Если у Кларка они ярко-голубые и завораживающие, то у Коула светло-серые и парализующие. В глаза Кларка смотришь и удивляешься их красоте, а от змеиного взгляда Коула хочешь отвернуться, но ты не можешь. Я чувствую себя мышью, которая сама влезла в логово хищника. Я чувствую себя самой тупой мышью.
Абсолютно не ощущая своего тела, как под гипнозом я сажусь за длинный стеклянный стол. Коул, взяв папку, опускается напротив. Он не спешит мне что-то предлагать, вероятно, хочет сначала подготовить почву. Коул изучает меня, не отрывает взгляда, и мне поминутно становится все более дурно в его обществе. У меня потеют ладошки, но я не припомню, чтобы впредь хоть раз со мной случалось подобное.
Наконец возвращается Верони и ставит передо мной стакан с кофе, а перед боссом – стакан с водой. Администратор уходит, и снова я чувствую это зловещее напряжение. Мое нутро пищит нестерпимым ультразвуком. Оно подает сигнал бедствия. Но уже поздно. Ведь я уже явно влипла.
Коул продолжает молча сидеть и рассматривать меня. Я беру кофе и делаю два глотка. Вкусно. Обалдеть, как вкусно. Делаю еще два глотка, собираюсь воедино с духом, набираю в грудь воздух, чтобы спокойно, вежливо и по-взрослому поблагодарить за внимание к моей персоне и отказать в сотрудничестве.
– Мистер Кла…
– Сегодня у нашей компании праздник.
Он ведь нарочно меня перебил, не так ли?
– Праздник?
– Да, именно. Отмечаем переход компании в мои руки. Сотрудники сначала хотели заказать пиццу и выпить после работы прямо здесь, в офисе. Но что это за детский сад? Я снял загородный дом, и сегодня, отработав сокращенный день и приодевшись, все поедут туда.
– Желаю вам хорошо провести время.
– Мисс О'Гейл, вы же догадываетесь, что я пригласил вас именно в этот день не просто так? Я планирую показать вам офис, проекты, реализации которых жду от вас, а вечером хотел бы видеть вашу персону на нашем корпоративе. Я пойму, если откажете. Однако почему бы нам не провести неплохо время вместе? Я ни к чему вас не обязываю. И да, я уточню на всякий случай, что буду на мероприятии с женщиной, чтобы вы не поняли меня превратно.
– Мистер Клайберн, в городе, где живет сто пятьдесят тысяч человек только официально, определенно можно было найти тысячу специалистов моего уровня и сотни тех, чей уровень выше. Я спрошу прямо: чего вы хотите от меня?
– Видите ли, мисс О'Гейл, если бы я спросил вас, какой ресурс в этом мире самый ценный, что бы вы мне ответили?
Я молчу, потому что не собираюсь отвечать тому, кто проигнорировал мой вопрос и задал свой. Коул понял, что я решила молчать, а потому продолжает свою мысль:
– Деньги? Золото? Бриллианты? Нефть? Нет. Время. Ничто не стоит так дорого, как время человеческой жизни. Вы мне нужны для того, чтобы весело его провести. Деньги делать я умею, а вы умеете делать веселье. Я видел вашу театральную постановку на похоронах мистера Брукхилла. И сразу распознал вашу железную хватку и нестандартный ко всему подход. Два дня я наблюдал за вами и анализировал ваше поведение. Вы мне интересны. Интересны как зверушка, которую прежде я никогда не видел.
– Знаете, я как-то сразу поняла, что ваше предложение о работе – липа.
– И все-таки вы приехали и сидите сейчас в моем кабинете прямо передо мной, и чем закончится сегодняшний вечер, не знаете ни вы, ни я. Синтия, я буду рад, если вы станете работать со мной. Вот контракт. Совсем не липовый. – Коул открывает папку и подает мне листы. Я пробегаю глазами – выглядит как стандартный документ о приеме на работу. – Вы можете подписать его и стать частью нашей компании. Можете сделать это прямо сейчас. Можете сразу после того, как я проведу для вас небольшую экскурсию. А можете после того, как лично поговорите с другими директорами, одним из которых я предлагаю стать вам.
– Что? Стать директором?
– Обратите внимание. – Он указывает ручкой в одну из строчек документа. – Да, в том письме я предлагал вам стать консультантом по управлению, но только чтобы не испугать вас особенно шикарным предложением. Я знаю, что ваши мозги потянут и нечто более интересное, а потому хочу сделать вас креативным директором. Мой братец идиот, если оставил вас только лишь офис-менеджером.
– Ясно. Так и подумала, что вы все это затеяли, только чтобы отобрать у Кларка игрушку. Однако одного не понимаю. Как вы узнали, что я О'Гейл, а не Макфи, которой представлялась?
– Мой братец даже не догадывается, но все данные о сотрудниках, все отчеты и проекты его компании полностью прозрачны для меня. Я имею доступ ко всему, что есть у него. Кларк сам виноват, что системы его защиты несовершенны. Будет ему уроком. Я изучил все, что вы, Синтия, делаете, все ваши проекты и отчеты. И мне понравился прямолинейный и небанальный стиль вашей работы. Вы бриллиант. А я люблю их коллекционировать. Место в одной из моих компаний – престиж и мечта для многих. Да, низшие должности у нас, как и везде, в постоянной текучке, но я безжалостно избавляюсь от тех, кто не тянет работу. Это необходимо, чтобы места были свободны для таких, как вы, бриллиантов. Сотрудников вроде вас, Синди, я держу к себе очень близко и плодотворно работаю вместе с ними долгие годы. И да, вокруг сильного лидера всегда блуждает множество слухов и очерняющих сплетен. Так было и всегда будет. Со мной могут работать не все, потому что я выбираю только лучших. У меня достаточно опыта, чтобы разглядеть в вас талант. И я готов эквивалентно вознаграждать его зарплатой. Синтия О'Гейл, я хочу пригласить вас в увлекательное путешествие, в котором мы с вами будем делать бизнес по-американски. Вы сможете выйти из игры, когда захотите. И помните, я ни к чему вас не принуждаю. – Он кладет передо мной ручку и делает глотки воды из прозрачного стакана.
Почему я обязана была нарваться на обаятельнейшего из злодеев? Почему истинное зло так притягательно и всегда так сладкоречиво? Я ведь понимаю, что все кругом обман, но почему я не унесла отсюда ноги, а осталась и слушаю экскурсию от этого пленяющего своим холодом и абсолютным отсутствием эмоций босса? Любопытство – порок. Я иду за Коулом исключительно из желания выведать, что ему на самом деле от меня нужно, ведь понимаю, что просто так ничего не бывает. Но я даже не задумываюсь, чем придется заплатить за утоление этого зудящего любопытства.
Если я всего лишь похожу по офису и пообщаюсь с людьми, ничего ведь страшного не произойдет? Я всего лишь на деле проверю, какой Коул человек. И все, не больше.
Только завидев босса, клерки расплываются в улыбках и с радостью сообщают ему о результатах проделанной работы. Женщины так и вовсе чуть ли не пускают слюни, влюбленно смотря на него. Я спрашиваю некоторых с глазу на глаз, и все как один твердят, что Коул лучший начальник на их памяти.
По прошествии двух часов я обошла все три этажа, в которых расположился офис. Коул то лично показывал мне все, то делегировал кому-то из подчиненных. Все были приветливы и вежливы. Никто не подал мне знак бежать, никто не передал записку, на которой было бы написано SOS, никто не проговорился о том, что дела компании и личность босса не так однозначны.
Но ничто не изменило моего убеждения – отсюда нужно уносить ноги. Ведь слова Кларка я не забыла. Он говорил, что его брат высасывает из приобретаемых компаний, успевших сделать себе имя и заработать доверие клиентов, все до последнего цента. Коул, как объяснял Кларк, беспрестанно оптимизирует процессы и сокращает донельзя штат, заставляя всех работать до изнеможения. А потом он бросает когда-то перспективную компанию, уничтожив и обобрав ее. Боюсь, всех этих ничего не подозревающих бедолаг в этом офисе ждет то же самое. И сегодняшняя приветственная вечеринка – часть напускного очарования. Пыль в глаза. Райское начало, а в конце компанию ждет сошествие в сам ад.
Прежде, чем уйти, я хочу объясниться с Коулом лично. Поезд, на который я планирую успеть, отходит через час. Мне стоит поторопиться, чтобы благополучно вернуться в Бостон.
Возвращаюсь в его кабинет и стучу. Мне позволяют войти, и только я открываю рот, чтобы поблагодарить за потраченное время и навсегда попрощаться, как мой взгляд стопорится об огромную бордовую подарочную коробку, которая стоит прямо на стеклянном столе.
– Это для вас, – объявляет Коул до того, как я успеваю произнести хоть что-то.
– И что это? И зачем?
– Синтия, мои дорогие подчиненные, которые могут стать и вашими, решили, что просто вечеринка в загородном доме – слишком скучно. А потому у нас корпоратив в стиле двадцатых годов прошлого века. – Он подходит к коробке и поднимает крышку. – Знаете, Синди, а я ведь знал, что вы приедете. И догадывался, что останетесь и на вечер, когда я покажу платье, что приобрел лично для вас.
Его пальцы достают из коробки черную шелковую ткань. Коул показывает мне платье с откровенным разрезом на бедре и рукавами длиной в три четверти, на краях которых располагаются черные искусственные перья. Ткань расшита мелкими черными бусинами. Для стиля двадцатых тяжеловатый образ. А туфли… Коул достает их из бордовой коробки, и на них нет свободного места – они полностью расшиты серебристыми мерцающими камешками. Туфли хоть и выглядят причудливо, но не сказать, что они совсем уж нелепые или отталкивающие. А вкупе с этим полностью черным платьем смотреться будут даже неплохо.
Коул поднимает из коробки длинный черный мундштук и спрашивает:
– Курите?
– Нет.
– И я тоже. Не люблю курящих. С такими редко срабатываюсь. А вы все больше нам подходите, Синтия. – Впервые я вижу, как Коул улыбается. И от этого зрелища пробирает холодом. – Кстати, я хоть и не курю, но в алкоголе завидно хорошо разбираюсь. Найдите меня вечером на мероприятии, и я угощу вас винами, которые будут поданы тайно, только особым гостям. И помните, я ни к чему вас не принуждаю. И вы ничего не останетесь мне должны. Однако приходите вечером, и мы вместе неплохо проведем время. Время – самое дорогое, что есть у человека. А вы, как я уже заметил, знаете толк в том, как весело его провести.