Тем временем на набережной Монтебелло Варварогения жаловали всё меньше: вокруг уже собиралась толпа, выказывавшая явное расположение к его оппоненту, то есть к буржуа. Поэтому, увидев знаки, которые подавал его друг букинист, Варварогений поспешил убраться восвояси. А буржуа, разрываясь между гордостью за свою победу и любопытством к той книге, где, как обнаружил Варварогений, говорилось о преимуществах варвара над цивилизованным человеком, попросил букиниста продать ему этот томик:
– Подарю его моей кухарке.
В толпе раздался смех.
– Не надо! – возмутились некоторые из присутствующих и стали уговаривать букиниста оставить книгу на прилавке.
Более того, они попросили его почитать ещё немного вслух с того места, на котором Варварогений был вынужден остановиться, сказав на прощание своё традиционное «де цивилизуйтесь!».
– Вы ещё увидите, – высказался пожилой парижанин, – сколько чудес таят в себе страницы старой книги.
«… А потому, – букинист принялся, хоть и не очень охотно, за чтение, – даёшь духовное варварство!.. Для начала освободим сознание от горизонтальных наслоений, а мозг – от смертельных кошмаров. Найдём зенит человека в самом человеке. Все вместе пойдём вперёд, но пусть каждый идёт так, как позволяют ему силы, и тогда мы прикоснёмся к нашему собственному зениту, достигнем высшей точки человеческого разума. Поставим лестницы по вертикали, каждый свою. На этом-то пути нам и предстоит вновь обрести утраченное счастье, ведь там мы выпустим на свободу наш варварский дух, этого героя, что попал в плен к вооружённой до зубов цивилизации. Вот только несмотря на то, что старт здесь, как и в любой гонке, совместный, к финишу, увы, приходят все по одному! Нам тоже нужно постараться стартовать всем вместе, но давайте всё же пропустим самые выдающиеся умы вперёд. И это движение индивидуального разума, которое лучше всего отвечает нуждам послевоенной эпохи, эпохи масс, этот переход от хаоса к новому человеческому порядку, к окончательному раскрепощению духа мы назовём зенитизмом!»
– Хорошо придумано, да плохо обставлено! – прервала букиниста очаровательная девушка.
Книга Л. Мицича «Смелее! К варварству» с бандеролькой ко второму изданию. На ней – информация о запрете книги в Югославии и комментарий поэта М. Жакоба
«…Скорее!.. – продолжил он уже с каким-то ему самому неведомым воодушевлением. – Ведь человек, которого современная цивилизация превратила в машину, уже нанёс – во имя всё той же цивилизации – достаточно непоправимого вреда человечеству. Да, в конце концов, человек, стоящий у истоков духовного варварства, одержит верх над тем, кто ускоряет механическую децивилизацию, тут у нас сомнений нет, но всё равно может уже быть слишком поздно, и даже варварству не хватит сил возместить весь моральный ущерб, устранить всю нечеловеческую несправедливость. Так вперёд же, к новой духовной империи по духовной, а не материалистической лестнице! И зенитизм – как раз такая лестница! Именно с помощью зенитизма нам удастся, наконец, выбраться из цивилизаторской грязи и отстоять права единой, неделимой человеческой культуры».
– Браво!.. Да здравствует французский зенитизм! – воскликнул какой-то новообращённый зенитист и кинулся обнимать книготорговца, который к тому времени читал уже со страстью великого актёра и проникновенного оратора.
Вернувшись к книге, букинист продолжил чтение:
«…Очищение и децивилизация человека, впрочем, как и общества – будь то буржуазного, социалистического, коммунистического или фашистского, – должны происходить примерно по тому же сценарию, что и сожжение трупов в крематории…»
Эту мысль толпа слушателей встретила протяжным «ах»…
«…Только вместо трупов здесь злые силы современной цивилизации. Сразу после кремации нужно выбросить вон прах нечистых душ, чтобы стать тем самым зенитистом, которого все ждут с незапамятных времён, человеком телесно и нравственно чистым, человеком, хранящим вечную молодость, европейским варваром!»
– Нет резне! – крикнул кто-то в толпе.
– Берегитесь, неизлечимые! – отозвался другой голос.
«…И не забывайте: всё, чем любые народы когда-либо гордились, всё самое благородное, возвышенное, человеческое, вечное, что только есть на свете, – литература и искусство, научные открытия и боевая отвага, – всё это существует лишь благодаря варварам, варварам изо всех уголков мира, благодаря варварскому гению, который властвует над всеми истинными, великими творцами. Перечислять имена здесь ни к чему – вы сами можете назвать тех, кого знаете и любите, тех, кем восхищаетесь – но важно помнить: великие мытарства неотделимы от великих творений. Великие мытарства – плод вечного конфликта между варварским гением и цивилизованным стадом. Это нескончаемая борьба между человеком, обладающим варварской гениальностью, и сплочённой шайкой посредственностей, задающих тон в обществе, где правят и указывают путь скоты и одноглазые пройдохи. Вот как выглядит «классовая» борьба – борьба между умными людьми и дураками, и никаких других классов не существует. Так было всегда, в любом обществе: при Цезаре и при Юстиниане, в Риме и в Византии, в древних Афинах и в современном Париже».
– Да здравствует французский зенитизм!.. – воскликнул теперь уже тот самый буржуа, который спорил с Варварогением. А в это время на улицах Парижа бесновалась толпа: молодые люди валили деревья, опрокидывали или поджигали автобусы и кричали: «Смерть метекам!95 Долой иностранцев!»…