…Починяю бездарно я пробки не те,

и весь дом солидарно сидит в темноте.

Под ногами опасно скрипит табуретка,

но внизу умоляюще смотрит соседка.

Свет мигнул и погас… Ух, какой же он робкий!

Лишь белками из мрака уставились пробки.

Я забрался сюда, чтобы людям помочь,

чтобы день зарядить, чтобы выкрутить ночь.

Но соседский пацан, слышу, шепчет: «Поэт!

А исправить слабо электрический свет…»

И выходит, что я заблудился во мгле

и один отвечаю за свет на земле.

И выходит, что я по какой-то вине —

как наказанный честью, оказанной мне!

…С этих пор я храню восковую свечу.

Что-то в жизни своей я исправить хочу.

Отсырели слова – как дрова не горят.

«Все путем, дорогой, – в жэке мне говорят. —

Книгу жалоб положь, что тебе она даст?»

Но во мне еще жив коммунальный гимнаст.

И ночами приходит навязчивый сон:

не работает свет и разбит телефон,

потолок протекает…

Куда ж ты, поэт?!

Может быть, все ослепли и тьма – это свет?

А соседский пацан (он не вырос ничуть)

дразнит из темноты: «Эй! Исправь что-нибудь!»

И обидно до слез за себя, за чужих,

что зависишь, как свет, ты от пробок иных!