Некоторым осознание того, что о проблеме знает кто-то еще, приносит большое облегчение. Они больше не одиноки со своей тайной, и теперь есть кто-то, кто им поможет.

Семнадцатилетняя Джоанна так описывает свой разговор с матерью.

После того как мама сказала, что знает о моей булимии и хочет мне помочь, я впервые за год ощутила спокойствие. Наконец-то я могла перестать притворяться, что все в порядке. Я могла говорить о своих чувствах с родителями. Я так волновалась, что, если мама узнает, она этого не вынесет. Теперь мне больше не нужно было об этом думать.

Выраженное облегчение может наступить гораздо позже, даже спустя годы после конфронтации. Восемнадцатилетняя Марианна вспоминает: когда ей было пятнадцать, она сильно похудела и родители настояли на том, чтобы она обратилась к врачу.

Я помню, как кричала во всю глотку – я ни за что не собиралась идти ни к какому врачу. Боялась, что родители заставят меня набрать вес. Я ненавидела их и говорила им об этом. Они не знали, что для меня лучше.

Только сейчас я могу признать, что помню и другое чувство, которое говорило мне: «Ты можешь остановиться. Тебе больше не нужно бороться». Впервые за долгое время внутри было тихо и спокойно, как будто мне бросили спасательный круг. Помню, я тогда разрыдалась.