Сам же главный над СОЛДАТами чуть отошёл назад, заводя руку за пазуху. Ставлю те самые трусики Айрис, которые она всё найти не может, потому как они находятся в моём Инвентаре, на то, что сейчас произойдёт Призыв.

Достаю Сестрёнку и сразу нажимаю на курок, ещё даже не прицелившись, позволяя рельсам набрать заряд. Первая линия противников уже находилась в нескольких метрах от меня, когда на площадь ступил материализовавшийся Куджата.

Его тело похоже на бычье, но увеличенное в десяток раз, массивное, перевитое жгутами мышц и покрытое узорами из расплавленного камня и инея. Из трещин на груди вырывается то пламя, то кристаллы льда, то электрические разряды. Грива бордовой шерсти больше походила на множество сросшихся металлических шипов. Три головы, расположенных одна поверх другой и отвечающие каждая за свою стихию – красная, сапфировая и фиолетовая, не отрываясь, смотрели на меня. Довольно опасный противник. Наверное.

Сестрёнка уже направлена в самую крупную из масок Призыва. Благодаря усиленному восприятию, успеваю заметить начало разгона снаряда. Он ускоряется, внешняя оболочка плавится о воздух, а внутренняя часть из вольфрама раскаляется. Вылетает уже не кусочек металла, а сверхгорячий сгусток, преодолевающий расстояние до цели быстрее звука рассекаемого воздуха.

СОЛДАТ, находящийся между мной и Куджатой, получив попадание прямо в верх груди, разлетелся во все стороны адски горячим паром, обжигая ближайших соседей. Энергия снаряда, попавшего в столь незначительное препятствие, практически не уменьшилась, и вся целиком обрушилась на Призыв. Импульс вывернул Куджату наизнанку, а последовавший тепловой удар обратил останки в пар.

Центр вражеской линии распался, и на меня налетело всего лишь два СОЛДАТа из изначальных шести. Трое, получив ожоги, временно потеряли боеспособность, и приходили в себя. Поднявшееся облако из разогревшихся до состояния газа органических тканей Призыва и неудачника, ставшего первой целью, сбило прицел второй линии. Начавшиеся распадаться зелёными искрами останки Куджаты дело не улучшили.

Напавший на меня слева немедленно получил удар кулаком прямо в лицо, снёсший ему голову с шеи. Второй успел принять на клинок мой меч, но из-за вложенной силы просто не смог удержать оружие в руках, отчего лезвие его собственного меча проломило ему голову.

Срываюсь с места прыжком на одного из ошпаренных противников, ударом ноги размалывая его об камни площади. Парочка рядом пытается отреагировать хоть как-то, подслеповато щурясь повреждёнными глазами. И не успевает. Меч поочерёдно пригвождает каждого к земле.

Не обращая внимания на отсутствие видимости, вторая линия открыла огонь, вполне справедливо решив, что остальные уже мертвы. Припадаю к площади всем телом и достаю Малыша. Сквозь стремительно рассеивающуюся кровавую взвесь и множество зелёных искр проступают силуэты стрелков. Магазин пистолета вмещал в себя двенадцать патронов. Двукратный запас для настоящего момента.

Оставшиеся СОЛДАТы сорвались с места, меня позиции, только когда от попадания двенадцати миллиметровых пуль снесло крайнюю левую пару из них. Остальные прыснули в стороны, на ходу корректируя прицел – я-то ведь тоже стал виден. Но здесь уже вступили в бой мои Призывы. Сиреневые лучи поочерёдно рассекли троих из оставшихся, а последнего напополам перекусил Ифрит.

- М-да, вас явно вечером за пивом посылать не стоит – всё желание пить пропадёт, пока вернётесь, – встаю на ноги и отряхиваюсь от насевшей пыли и кровавых капель.

Призывы отвернули в стороны головы, будто не понимая, о ком идёт речь.

- Браво, браво, – размеренно хлопая в ладоши, ко мне вышел блондин, который находился чуть в стороне от направления выстрела, что его и спасло. – Глядя на тебя, сразу вспоминаю Вутайскую войну. И одного её героя. Думаю, ты понимаешь, о ком я. Тогда у его противников тоже не было никаких шансов, только лишь стоило ему появиться на поле боя. Хотя… – он положил ладони на пояс и, чуть покачнувшись вперёд и назад, обвёл взглядом площадь, – тот больше на магию и искусство меча полагался, а здесь… фу… никакой красоты.

- Хочешь красоты – могу из твоих потрохов инсталляцию сотворить. Многие, несомненно, оценят. Я в первую очередь.

- О, тебе определённо что-то такое и предстоит сделать. Иначе ты просто не сможешь пройти дальше.

- Намекаешь на то, что будешь мне мешать?

- Не по своей воле, но да – буду.

- То есть, факт контроля ты осознаёшь?

- Скорее – мне позволяют это делать.

- Хе-хе, забавно. И какого это – чувствовать себя куклой, насаженной на чей-то кулак?

- Не очень, знаешь ли, – он чуть взлохматил свои волосы, – задница весьма болит. И самомнение тоже.

- Можешь сделать вклад в грядущее опускание Сефирота, и рассказать всё, что тебе известно.

- Боюсь, даже если бы я и захотел, то мне бы никто не позволили.

- А ты, значит, такого желания не испытываешь?

- Да с чего бы? – блондин округлил глаза. – По мне, что ты, что он – оба бешеных выродка, чьи возможности даже уже с нашими не котируются, а следовательно, от людей вы ушли очень далеко.

- Не разбираешься – не трынди. У меня чуть другой источник сил.

- Да-да, наверное, ты думаешь, что вот эти твои Материи позволяют тебе подобное творить. Но поверь бывалому СОЛДАТу – в этом нет ничего нормального. Уж сколько я всего в своей жизни видел, но такой уровень силы – лишь один раз.

- На лоха хочешь взять? Чтобы я сомневаться начал и прочее, из этого следующее? Хрен тебе. Я здесь главный газлайтер.

- Не понимаю, о чём ты, но это и неважно. Можешь думать так, как тебе удобно. Главное – это то, что мы проговорили достаточно долго, чтобы успели подтянуться вутайцы. И, как мне кажется, когда они увидят организованное тобой непотребство, то спокойствия ты здесь не найдёшь.

- Хех, ну вот здесь не угадал. Я тебе что, совсем кретин? У меня свидетель есть, – я кивнул в сторону, где за одним из деревьев залёг мой сопровождающий. – И он всё видел. Так что у тебя не выгорело, дружочек.

- Тц, – блондин сплюнул сквозь зубы, – не срослось, бывает. Что-то я про него не подумал. Хотя… Я-то ещё жив, ведь так?

- Ты только что здесь разорялся про моё бесчеловечное превосходство над жалкими сосунками вроде тебя. Откуда самоуверенность?

- Да нет её. Это лишь констатация факта. Кстати, а почему мы всё ещё говорим?

- Ну как же? Будет весьма неплохо, если вутайцы получат в своё распоряжение ого, кто и заварил эту кашу. Так что я просто тяну время. Как и ты до этого.

- Вот же ж, – он усмехнулся, – тогда мне определённо стоит не даваться тебе в руки живым. Это может нарушить приказ.

- Для безмозглой куклы ты как-то слишком уж умён и разговорчив. Как так?

- Мне кажется, будто Сефирот решил немного поэкспериментировать и узнать, что будет, если вернуть марионетке кусочек собственной воли. Ну и мозгов для принятия самостоятельного решения.

- Эксперимент, очевидно, неудачный.

- Ну, об этом не нам с тобой судить.

Краем глаза я заметил несколько теней, замерших у самых стен замка, и стремящихся выглядеть как можно незаметней. Кажется, наконец-то пожаловала охрана. Долго они.

- Мы не одни, – усмехнулся блондин, заметив то же, что и я, – потому… сто́ит попрощаться.

Срываюсь с места, вытянув вперёд руку. Последний из СОЛДАТ стремительно выхватывает пистолет из кобуры и подносит его к своему подбородку. Но нажать на курок не успевает. Я хватаю его за кисть и дёргаю в сторону, при этом из-за приложенной силы немедленно ломая пару пальцев.

Но явно не стремящаяся становиться заложником марионетка выхватывает нож. Поочерёдно ломаю ему руки в локтях, пока ещё за что-нибудь не схватился. С насмешкой в глазах СОЛДАТ откидывается назад и падает на колени, выворачивая при этом собственные руки. Успеваю дёрнуть его на себя и вместо того, чтобы разбить затылок о камни площади, противник лишь нелепо взмахивает головой.

- Какой же ты шустрый самоубийца. Осуждаю такое.

Вновь насмешливо посмотрев мне прямо в глаза, он наклонил голову в сторону, после чего…

- Да твою-то мать… Как такое вообще возможно?

Резко дёрнул ей в противоположную сторону, свернув при этом себе шею. Ну, буду теперь знать, что физиология СОЛДАТа и такое позволяет. Выпускаю из рук переломанный труп и направляюсь к укрывшемуся за деревом сопровождающему.

- А у вас всегда так гост… всех встречают? Или это специально для меня так расстарались?

Вутаец же отряхнулся и встал с земли. После чего поправил воротник и жестом подозвал одну из теней. Вот же непрошибаемый. Теперь я уже не просто чувствую себя немного уязвлённым, а просто-напросто завидую такой выдержке.

- Нет. Подразделение Лодброка вышло из-под контроля. Почему – нам предстоит выяснить. Пусть я и не могу говорить за премьер-министра, но всё же заявляю, что правительство Вутая к данному инциденту отношения не имеет.

- Тогда ладно. Кое-что я себе заберу, как компенсацию. Думаю, вы против не будете, – не дожидаясь реакции, подхожу к валяющейся на месте призыва Куджаты Материи и подбираю её. Пусть я ещё ни с кем не начал ничего обсуждать, но уже нахожусь в плюсе. Приятно.

- Гм, думаю, это вам предстоит обсудить ещё раз. Но не со мной.

- А я не думаю что придётся, ну да ладно. Ты мне как заместитель чего-то там, скажи – ваш премьер будет настроен после такого на разговоры, или он уже на другом конце острова находится? Не хочу просто на гостиницу тратится. Цены у вас здесь – немедленная смерть кошельку.

- Нет, премьер-министр ещё даже не покинул резиденцию. Времени для подобного прошло слишком мало. Так что он сейчас на месте. И да, мы направляемся пока что не к нему.

- Да? А чего сразу не сказал, м?

- Вы же понимаете, что несмотря на согласие с вашими требованиями, господину Хиробуми необходимо сохранить лицо? Потому он не может взять и сразу принять с улицы того, кто пожелает с ним встретиться. Даже если это вы. Потому мы сейчас направляемся к военному министру. После чего уже вас встретит и сам премьер.

- Ну-у-у-у-у… ладно… Только из уважения к тебе, мистер стальные кишки.

Вокруг нас с каждой секундой становилось всё больше людей. Простые вутайские бойцы, служащие в костюмах, множество золотопогонников и несколько, как я понимаю, ниндзя. Они носили целиком закрывающую тело облегающую одежду, раскрашенную белыми и серыми пятнами, а на лице был визор, только в отличие от тех, что носили солдаты, его линзы были бесцветные. И сейчас все они неотрывно наблюдали за мной, держа руки на оружии – небольших клинках, пистолетах и гранатах.

- Бу, ёпта, – но ни один из них даже не шелохнулся, – слушай, как там тебя, кстати… Вы тут в Вутае что, все ушибленные?

- Простите? И моё имя – Санада Юкимура. К вашим услугам, – он поклонился.

- Да просто что ты, что эти, – я кивнул на укутанных ниндзя, – какие-то… слишком уж спокойные. Как будто угашенные чем-то.

- Благодарю за высокую оценку нашей выучки, – он снова поклонился.

- Чего, блин?

- Одни из приоритетов в подготовке бойцов – никогда, ни в какой ситуации не терять хладнокровие и выдержку, ведь это основа для трезвого ума, что и побеждает в битве.

- Ага, если только против тебя не кто-то уровня «бежать и не оглядываться». Тут такое работать перестаёт. Когда, кстати, пойдём к вашему министру? А то уже надоело ждать.

- В любой момент, как только вы пожелаете.

- …чего? А стояли мы здесь всё это время тогда зачем?

- Вы изволили вести со мной беседу.

- ...чё? Погоди… стоп… бля… объясни, а то я не понял.

- Что именно вам нужно пояснить?

- Какого хрена мы здесь стоим, если можно уже идти?

- Вы решили начать со мной беседу. Долг младшего – выслушать всё, что пожелает сказать ему старший. Это одна из основ уважения.

- Ё-ё-ё-ё-ё… А почему я старший, а ты младший?

- Как только премьер-министр выразил согласие на встречу, он тем самым поставил вас если и не на один уровень с собой, то лишь чуть ниже. Ведь вы никоим образом не можете считаться его подчинённым. Потому по нашим обычаям вам необходимо выражать определённый уровень уважения.

- Кх-х-х-х… какой же бред… А если ваш премьер вам скажет меня зарезать, то что тогда?

- Я вас убью. То есть, попытаюсь.

- А уважение?

- Это другое, не связанное с выполнением долга.

Я обхватил голову руками. Да они тут что, все такие ебанутые? Как только увижу Юффи, немедленно перед ней извинюсь. Возможно, даже встав при этом на колени. То, что она выросла пусть и немного бесячей, но вполне адекватной при таких-то порядках заставляет чувствовать к ней уважение.

- Ладно, просто ладно. Пошли уже к вашему министру, традиционалисты хреновы.

Санад только кивнул, вновь поклонившись, и повёл меня внутрь замка. Причём те самые ниндзя, сверлящие меня взглядом и держащие руки на оружии, при моём проходе мимо склоняясь в подобии поклона. Про остальных и говорить не приходилось. Те из вутайцев, что выглядели попроще, чуть ли не головой в землю вонзались. М-да, не приживусь я здесь. Мозг взорвётся через пару дней.

- Слышь, Санада.

- Да, господин?

- А чего до этого никто не кланялся?

- Вы обрели свой статус, как только зашли в Цукимори-дзё, Замок, что хранит Луну. Причём не как слуга, а как тот, кому положено встретиться с премьер-министром если и не на равных, то почти так.

- Блэт… а как другие-то поняли? Ну ты же никому про это, блин, не говорил? КАК ПРОСТО?

- Боюсь, я не смогу в короткой частной беседе объяснить вам все тонкости нашего этикета. Если коротко, то пары взглядов хватило, чтобы всё понять.

- Какой же… ладно, хрен с вами. Кстати, а что ты там до замка сказал? Какой-то Цу-цу-симои?

- Цукимори-дзё. Название резиденции на нашем родном языке.

- Ого, а я думал, что все на Планете говорят на одном и том же.

Я готов побиться об заклад, что после этих моих слов на лице Санады появилось выражение отвращения и брезгливости, но он его тут же спрятал.

- Ой, да не притворяйся ты. Я всё заметил. Не понравилось проявленное неуважение к вашей великой культуре?

- Попрошу вас впредь быть более тактичным. Пусть мы вам ничего и не сможем сделать, но оскорбления традиций не допустим.

- И все в гордом порыве убьётесь об меня?

- Да, – и причём сказал он это таким тоном, что я немедленно уверился – действительно умрут. Ну, может, не все, но вот он точно.

Пусть я и презираю подобные «традиции», но подобная упёртость в следовании им всё же вызывает долю уважения. Хотя очевидно, что таких Санад здесь много не будет. Одно дело, когда ты весь из себя благородных кровей, с детства подобной хрени обучающийся, и совсем другое, когда ты с малых лет вкалываешь на поле или заводе. Здесь уже не до культурного развития будет. Так что, скорее всего, если мы выберемся в глубинку, то там такого разрыва шаблонов от местных мне ждать не придётся.

С военным министром всё вышло крайне просто. Грузный старик, весь обвешанный золотым шитьём и медалями, только растёкся вежливым монологом о том, как он рад, счастлив и так далее, лицезреть столь высокого гостя. Причём обилие непонятных метафор в его речи могло натолкнуть на мысль, что над жалким варваром просто издеваются. Возможно, так оно и было, но мне наплевать. Когда ты можешь здесь всех от плеча до пояса развалить и затем уйти без проблем, то обычные слова не так уж и сильно трогают. Особенно если ты не понимаешь их смысл.

После короткой встречи с министром Санада привёл меня в приёмную премьера. Вокруг никакой роскоши – всё крайне утилитарно, но вместе с тем и величественно. Тяжёлая мебель, стены обиты тёмным деревом и покрыты лаком. Мраморные плиты пола отполированы так, что в них можно увидеть своё лицо. Стоит мёртвая тишина, несмотря на наличие целых трёх секретарей. За несколько минут ожидания они даже словом друг с другом не перемолвились. Но вот, наконец, на столе одного из них раздался дребезжащий сигнал звонка, и Санада указал мне подбородком на дверь. Блин, они тут так атмосферу нагнетают, что чувствую, не удержусь на встрече с премьером от… чего-нибудь.