Агенту Галактического бюро секретных расследований Эдмонду Шелби предстояла миссия на Цивилисе – на планете, коль прямо сказать, не ахти какой цивилизованной, да ещё расположенной в редкой глуши, на далёкой и многими позабытой окраине Русского космоса, просто-таки в дыре (но не путать её с благородными чёрными дырами; эта – просто дыра, куда шлют опальных агентов). Что за миссия? Ясное дело, цивилизаторская. Идеальная, чтобы услать далеко и надолго.

Шеф напомнил и так очевидное:

- Там, на планете, живёт недоцивилизованная ксенораса. Надобно цивилизовать окончательно, то есть дотла. С перспективой поджечь весь галактический сектор. В общем, всё, как обычно.

Слушая, Шелби следил за своим дыханием. Шеф, вероятно, тоже. Кто теряет самоконтроль от лёгких уколов, тот открывает врата и для ударов наотмашь. Есть и такие планеты, откуда не возвращаются. Кто даст понять, что не в восторге от командировки на Цивилис, тот окажется где? В капкане на Эр-Мангали.

Цивилис тоже капкан, но хотя бы не навсегда.

- Это первичная миссия, сэр? – уточнил деловито, без малейших намёков на личное отношение. Эх, если всё начинать с нуля, на сколько же дело затянется? Как бы не пропустить очередное звание…

- Нет, - сказал шеф, - мы работаем по планете больше десятка лет.

- То есть, уже терминальный этап?

Шеф нахмурился:

- Нет. Не похоже. Супервайзер Дембовски, заведующий операцией, шлёт обтекаемые рапорта. Что не может не настораживать.

- Значит, препятствия? Интересно, какого рода?

- Этот вопрос - для тебя самого, - с лицемерной улыбочкой пояснил шеф. - Думаю, разберёшься. Дело требует поленезависимых суждений. Идеально для твоего когнитивного профиля. Всё, как ты любишь, Эд.

Это вместо того, чтобы честно признать: «Как ты знаешь, по заказу Президиума Галактического Альянса наш отдел разработал план очередной революции в Юрбурге и стратегию передела Латинского сектора космоса. Будут победы, распилы, откаты – лишь подставляй карман. Весь отдел наш озолотится. Но тебе заработать никто не даст. Крышу свою вини – адмирала Патнэма. Крыша не вечная: вот и она зашаталась».

- Да… На период миссии тебе будут даны полномочия супервайзера и придан отряд рейнджеров спецохраны, а также экспертная группа: ксенобиолог, ксенолингвист, военный ксенопсихолог.

Ага. Спецохрана - скверный симптом, это страшная сила, управляется она не тобой, а потому может в любой момент превратиться в конвой. Что до супервайзерских полномочий – это, похоже, открытое приглашение к соперничеству с Дембовски. И не захочешь с ним конкурировать, а придётся – по всем правилам жёсткой игры с равными статусами. Кто-то кого-то всенепременно съест – это ещё при условии достигнутого успеха. При неудаче съедят и победителя тоже; для того-то и спецохрана.

Добираться до Цивилиса по прямой нужно несколько месяцев. Но звездолёты Альянса добираются не по прямой. Миссия-то секретная, да к тому же не в тех секторах, где Альянс может действовать, находясь в своём праве. По разумной кривой траектории ты летишь почти год, но зато успешно минуешь патрулируемые районы.

Звёздный архипелаг, при котором находится Цивилис, не патрулируется никем. Русские отказались от колонизации тех планет, где сохранны живые ксенокультуры. Отказались и от прямой культурной экспансии – сообразно древнейшему правилу «не навреди». Ну а раз так, то и архипелаг им сторожить лениво: нет для того никаких целевых оснований.

Что же до Галактического Альянса – он имеет другие правила. Не теряет инициативы, не отказывается от прибыли во имя призрачных идеалов. Потому и владычествует уверенно над всеми космоимпериями современности. Не стесняется брать, не робеет командовать. Если, скажем, на Цивилисе крупные залежи молибдена, почему бы их и не добыть? Почему бы и не руками аборигенов? Благо, что у последних, вроде, имелись руки – это при всей слабовыраженности в их анатомии антропоморфных элементов.

Агент Шелби в пути, ясное дело, изучал документы по миссии, запоминал наизусть. Да, наизусть. Этого, вроде, никто не требовал, благо в любой подходящий момент нужную запись можно вывести на голоэкран. Только Шелби-то знает, что и зачем он делает. Все интеллектуальные навыки агентов Галактического бюро рассчитаны на достижение оперативных успехов в условиях дефицита времени. Нет дефицита – нет и оптимума концентрации. Долгий полёт расслабляет интеллектуально, выбивает из колеи, заставляет отвлекаться на посторонние направления мысли. А до Цивилиса он поистине супердолгий - по уклончивой траектории, с минимум нуль-бросков, чтобы ничем не привлечь нежелательного внимания… И в полёте ты разве предоставлен себе самому? Как бы не так: все твои действия пишутся на супернадёжный голо-носитель. В случае неудачи будет легко доказать, что отвлекался на то-то и на вон то-то.

Что было в деле, многократно прослушанном и пересмотренном Эдмондом Шелби? Вся история миссии, начиная с идеи группы экспертов по галактической экономике. Речь о том, что на Цивилисе, вероятно, присутствуют в изобилии до сих пор не освоенные залежи дефицитного молибдена. Как антитеза – оценки другими экспертами ряда преград организации производственного процесса. Первая из преград – что планета находится вне района формальной ответственности Галактического Альянса – никому не казалась особенно значимой. А вторая – что на Цивилисе обнаружена разумная ксенораса Че, не вполне гуманоидного, но совместимого типа – тут же была расценена как руководство к действию. Судя по слабой известности в Эйкумене,ксенораса была предположительно слаборазвитой, что давало надежды на лёгкое привнесение карго-культа.

Дальше – первичная миссия чисто разведывательного характера. Супервайзер Олдспай отработал блестяще. Вся его группа в полном составе высадилась на планете, навела предварительные контакты с представителями местной расы. Было освоено несколько сумм в космоталерах, засекреченных от агента Шелби (вымаранных в предназначенных для него копиях всех документов), но поражающих воображение каждого, кто их упоминал. Часть этих денег пошла на подкуп местной элиты, часть на развитие образовательных программ по стандартам Галактического Альянса, также на выборность и демократизацию власти, ну и, понятное дело, на наглядную агитацию.

Всё получилось? Судя по рапортам, да. Только главный вопрос – об организации молибденового производства - хитрый Олдспай до конца своего супервайзерства миссией замечательно обходил. Вот затем уж, когда его отстранили, а командовать миссией поручили Дембовски, оказалось: вопрос молибдена отнюдь ещё не решён.

Нынешний супервайзер прибыл на Цивилис на сверхтяжёлом грузовом звездолёте, трюмы которого были загружены шахтными механизмами в том количестве, коего предостаточно для развития целой отрасли прямо с нуля. Сей грузовик по сей день обращается на планетарной орбите, и нисколько не сделался легче. Потому что, как скорбно вздыхал супервайзер Дембовски, при решении данного экономического вопроса всё влияние ранее прикормленных планетарных элит оказалось ничтожным. Никаких молибденовых шахт они не желали!

Попытались давить. Резко расширили численность участников миссии, перед Дембовски жёстко поставили требование, чтобы прибывшие на Цивилис инженеры и каменщики немедленно приступили к строительству шахты. И приступили – но что-то снова застопорилось. На каком из этапов? Супервайзер не сразу понял. Или темнил, опасаясь недвусмысленно высказать правду. Вроде бы оказалось, что доставленное шахтное оборудование некуда даже сгрузить, потому что на Цивилисе не предусмотрено соответствующих помещений. Кроме того обнаружилось, что на планете нет в наличии также свободного места, чтобы выкопать шахту. Речь уже не о том, чтоб найти для неё район с залежами молибдена; даже без молибдена негде её копать. Отчего? Просто всё на планете застроено. А нельзя ли хоть что-то сломать ради проекта, несущего выгоду? Нет, нельзя, без смущения отвечали местные. Просто никак нельзя.

И как будто бы люди Дембовски даже прибегли к захвату каких-то строений, и сровняли их с грунтом, и стали уже копать. Но в дальнейшем, к несчастию, выяснилось, что в том месте, где это случилось, молибдена всё-таки нет. А повторных захватов территорий планету супервайзеру не позволили. Жёсткий конфликт, на который он было пошёл, обернулся такой ситуацией, при которой все силовики, посланные на отжатие, а заодно и строители да инженеры, тихо и незаметно пропали без вести. Ну и что с этим делать: ждать новый отряд спецназа? В этих условиях супервайзер поставил вопрос: точно ли есть молибден на планете? Он сомневался, что кто-то в том мог быть уверен, ведь на планете никто никогда не копал: местные не позволяли.

Тут уж пришлось объясняться авторам бизнес-идеи. Как оказалось, присутствие молибдена на Цивилисе определялось лишь косвенным методом, бесконтактным. То есть, глазами никто и не видел тот молибден, и лишь расчёты учёных в далёком аналитическом центре на него с недвусмысленностью указали. Те учёные в резкой язвительной форме продолжали настаивать, что ошиблись отнюдь не они, но учёная мысль с обстоятельствами на местах оказалась не очень-то совместимой.

К экономической (молибденовой) теме аналитиками Галактического бюро между тем добавлялись другие: воспитательные, политические, военные. Ведь не всё же лупить в одну точку. Много способов есть, как использовать потенциал ксеноцивилизации Че в своих интересах. Но, конечно, и к первому фокусу интереса возвращались с известной периодичностью. Молибден – он работал как индикатор. Индикатор каких-то менее явных процессов в отношениях с ксенообществом Цивилиса.

В чём урок? В том, что коса Альянса наскочила-таки на камень.

Отчего так случилось? Дембовски терялся в догадках, ни одну из которых не мог до конца проверить. Может быть, квазигуманоидной ксенорасе Че не позволяли добывать молибден соображения религиозные. Может быть, экологические. Может, они догадались, что Альянс с ними честен не до конца. «Ксенораса готова признать превосходство земных технологий, - докладывал Гжегож Дембовски. - Но в божественность нашу они до сих пор не поверили. Карго-культ по какой-то причине не сформировался». Супервайзер не смог уточнить, по какой.

А от Шелби начальство потребует уточнить. И с успехом решить не решённую прежде проблему.

Впрочем, дорога-то длинная. Может быть, супервайзер Дембовски подсуетится и успеет решить все задачи самостоятельно. Хорошо, коли так. Шелби не претендует потеснить его с тёплого места на этом Цивилисе.

Подлетая к планете, Шелби чувствовал себя специалистом по вопросам истории отношений с Альянсом представителей местной ксенокультуры. Может, Дембовски успел позабыть, о чём говорил в рапортах, но вот Шелби себе ничего пропустить не позволил. И что важно: в память загружены только факты. Все оценки, соображения и гипотезы будут сделаны только на месте, по свежим следам. Очень важно не допустить предрассудков, что в избытке являются при попытках восполнить неполноту картины.

Ну, теперь-то появится и полнота. Многое Шелби увидит не на экранах.

- Мы, - произнёс первый пилот Монтгомери, - подбираемся к Цивилису с освещённой его стороны. Так он, по-моему, много красивее смотрится.

Этот пилот, вероятно, был настояшим эстетом. А вот у Шелби при виде планеты перед глазами пошли чёрно-сиреневые круги от пережжённой сетчатки. Сам виноват, вовремя не закрыл светофильтром иллюминатор. Ясное дело, ведь он-то привык к другим кораблям – к современнейшим крейсерам и дредноутам, на которых проблема со светофильтрами убедительно решена. Но на Цивилис прибыл он древним сторожевиком, законспирированным под торговое судно.

Ладно, за вычетом боли в глазах и нарушенного восприятия можно сказать, что агента Шелби первый контакт с планетой не огорчил. И нельзя исключать, что планета особенно хороша при подлёте именно с этого ракурса, при котором корабль приближается к ней не снаружи, а изнутри звёздной системы. Голубая звезда мощно светит в горделивую корабельную спину, а озаряемый ею красавец чёрно-сиреневый Цивилис так и пылает во тьме отражённым светом. Или зелёно-сиреневый?

Ну да важен ли цвет? И настолько ли важен, чтобы тщиться его реально воспринять собственными глазами? Для кого-то – пожалуй, но для Шелби немного иначе.

О! А вот и живые следы присутствия здесь Альянса! Из-за слепяще-сиреневого диска планеты показался и транспортник – истинно титанических размеров. Уж таких, что куда там линкорам-дредноутам. В данный момент грузовик выполнял функции орбитальной станции и обращался вокруг планеты на низкой орбите. Правда, и в функции станции он оставался тем же самым грузовиком. Что и добавилось – только жилые модули, мелкими шайбочками пристыкованные к предхвостовой части гиганта. Их сравнительные размеры выглядят несерьёзно.

Только надо иметь в виду: там, среди них, затесался и конференц-зал на четыре тысячи мест. О возникшей нужде в таковом для развития демократии на Цивилисе добрых пять лет назад рапортовал Дембовски. Он пояснял, что прикормленным выборным элитам планеты просто негде вместе собраться для совместных решений по всем ключевым вопросам – в частности, связанным и с молибденовым производством. Конференц-зал доставили моментально, то есть в течение меньше чем полугода – верно, свободный имелся где-то поблизости, на соседних участках экспансии Галактического Альянса в Русский космос.

Правда, пользовались конференц-залом инопланетяне нечасто. Даже тогда, когда пользовались, то подолгу молчали. Хитроумнейшие из устройств потайной звукозаписи регистрировали тишину. Супервайзер Дембовски относил этот факт на счёт до сих пор не разведанных способов скрытной коммуникации, бытующих в ксенокультуре Че.

Да уж, попробуй его обнаружить и записать – непосредственный телепатический обмен мысленными посланиями.

Встреча с Дембовски происходила в его кабинете. Среди всех жилых модулей, пристыкованных к грузовику, есть один покрупнее конференц-зала. Ну так вот, это он и есть – кабинет супервайзера. И в таком, с позволения, гулком ангаре с непривычки легко потеряться.

Лишь Дембовски не потерялся. Он сидел на высоком кресле, установленном на помосте посреди помещения и являл очевидное доминирование Галактического Альянса над любой из возможных демократических властей Цивилиса, буде она соберётся в соседнем конференц-зале.

Насладившись эффектом, супервайзер легко оторвал свой начальственный зад от поверхности кресла и уверенно спрыгнул с помоста навстречу агенту Шелби.

Как он выглядел? Энергично. Излучал оптимизм и способность состроить весёлую мину даже при нехорошей игре. А ещё демонстрировал искреннее дружелюбие, что не могло не свидетельствовать о высоких скилах в артистической области.

Шелби тоже пытался уверить его, что не питает к полякам особенной неприязни. Ведь гиена Европы осталась в далёком прошлом, как и Европа осталась далеко на Земле. Впрочем, англосаксонская версия артистизма, опираясь на эталон «покер фэйс», всё же выглядит основательно примитивней по сравнению с тем фейерверком славянской экспрессии, каковой произвёл Дембовски.

А главное что: Дембовски и Шелби обязались не враждовать открыто. Что ж, это важный стартовый минимум для цивилизованного сотрудничества двух сотрудников Галактического бюро в предстоящей совместной цивилизаторской деятельности.

Большинство из участников местной миссии ныне трудилось внизу, непосредственно на планете. Здесь, на орбите, в комплексе из грузовоза и пристыкованных к шлюзам дополнительных модулей, сейчас находились лишь двое: супервайзер Гжегож Дембовски да ещё старенький младший агент Рон Киллпатрик, специалист по развитию образовательных технологий.

Демонстрируя гостеприимство, супервайзер провёл небольшую экскурсию для агента Шелби, прибывшей с ним группы экспертов, ну и для парочки рейнджеров, увязавшихся с ними сообразно своим уставным обязанностям.

Место встречи с Киллпатриком – конференц-зал. Старичок пояснил, что в условиях слабой активности местных инопланетян в области осуществления ритуалов демократичекой власти конференц-зал редко используется для заседаний конгресса, но зато он нашёл применение в образовательной сфере.

- Конгрессмены обязаны повещать наши занятия, их регулярными рейсами спецкатеров прямо сюда доставляют с Цивилиса. – Тут Киллпатрик небрежно кивнул на добрый десяток шлюзов, расположенных по периметру конференц-зала. – И, вот увидите, посещают как миленькие!

- Что за занятия? – поинтересовался лингвист Оуэн из экспертной группы.

- Классика. Основы устойчивого развития социальных систем в нашу динамическую эпоху.

- Интересно… - пробасил военный психолог Кац.

- Оставайтесь, послушаете мою вводную лекцию, - пригласил педагог. – Она состоится часа через три с половиной.

- Договорились, - сказал агент Шелби, - непременно послушаем. - Он и так собирался тщательно вызнать, что здесь преподают. Судя по крайней строптивости здешнего контингента при решении важных вопросов о строительстве молибденовых шахт, лекции здесь в недостаточной мере воздействуют на поведение реципиентов. Может, они не о том? Или что-нибудь не учитывают? Может, они не наглядны, либо оторваны от практического воплощения?

А эксперта-биолога Лэма заинтересовало вот что:

- Что заставляет всех этих конгрессменов Цивилиса отправляться учиться сюда, на орбиту? В чём их мотив, в чём они видят выгоду?

- Всё очень просто, - в ответ улыбнулся Киллпатрик. – С ними договорились. Им объяснили, что их планетарная власть наделяется легитимностью в меру признания внешних инстанций.

- То есть, Альянса? – Шелби решил уточнить.

- Не совсем, - Киллпатрик замялся. – Дело в том, что все представители ксенокультуры Че до сих пор находились в плену представления о Великом Кольце – то есть, о мирном содружестве звёздных рас в освоении космоса.

- Что за бредовое представление! – вырвалось у Каца.

- Нам, тем не менее, - сокрушённо вздохнул педагог, - до сих пор приходилось этому бреду подыгрывать. Корректировать в меру возможности, лишь отдельные положения.

- Ничего удивительного, - вставил два пенни лингвист. – Не забывайте, коллеги, что Цивилис и до сих пор входил, и формально по-прежнему входит в область пространства, именуемую Русским космосом. Все представления местных об основном характере межпланетных и межгалактических отношений мы не можем рассматривать в отвлечении от этого факта.

- Да, всё так, - подтвердил супервайзер Дембовски. – Силы Альянса на Цивилисе, так получилось, опираются ныне на фантастический авторитет не существующего во вселенной объединения ксенокультур. Но мы готовим уже ксенорасу Че к постепенному осознанию полной тождественности двух понятий: «Великое Кольцо» и «Галактический Альянс», и нелёгкий педагогический труд агента Киллпатрика в первую голову посвящён достижению этой задачи.

Всё прекарсно, подумалось Шелби. Только малейшего упоминания «этой великой задачи» агента Киллпатрика в рапортах супервайзера не встречалось ни разу за всё руководство миссией.

А биолог Лэм позволил себе обнаглеть. Он спросил у Дембовски:

- Нельзя ли вдобавок устроить экспертное обследование конгрессменов – например, перед лекцией, или по завершении?

- Почему бы и нет, - супервайзер легко согласился. – Но придётся такое обследование понадёжней обосновать. Например, свежепринятыми положениями «Регламента о здравоохранении», обязательного для руководства каждой из ксенорас, ныне входящих в межгалактическое содружество, называемое «Великим Кольцом».

Вскоре начали прибывать конгрессмены. Выходили из шлюзов, открывающихся в конференц-зал – и причём, не поодиночке. Их сотрудники миссии выводили организованными группами-порциями где-то по два десятка человек-особей в каждой. Не присмотреться, так эти ребята совсем как люди. Но агент Галактического бюро не позволит себе не присматриваться. И он видит: не люди, и даже не гуманоиды. Квазигуманоиды, квази! Взять хотя бы их кисти рук. Да они же десятипалые! Эти руки похожи на грабли посильней, чем на сами руки. А голова? Это какой-то утюг с хоботом набекрень. От человека – одно лишь прямохождение.

И до этих квазилюдей дорвались сейчас три эксперта! Представители политических элит захолустного Цивилиса в полной душевной кротости, без малейшего возмущения шли в кабинеты, в которые их приглашали. К Оуэну, Кацу и Лэму. Ну а лекция в конференц-зале? Это потом.

Впрочем, всё, что бывает потом, приходит затем в настоящее. Квазилюди расселись в конференц-зале, лекция началась. Шелби, эксперты и рейнджеры примостились в заднем ряду.

- Как вы знаете, - сообщил Киллпатрик, - космос наш не резиновый. Не в прямом, в переносном смысле. Кто-то скажет, что он бесконечен. Это, однако, не так. Если даже и так, то не во всех из возможных смыслов. Например, в бесконечном космосе (если примем гипотезу, будто он таков) мы никак не сумеем найти бесконечных ресурсов. Вдумайтесь: не найдём. Даже в том случае, если они там есть. Всё потому, что всегда остаётся проблема доступа. В бесконечной вселенной конечному человеку далеко ведь не всё доступно! Ну а что недоступно, того для него будто нет. Ну а в конечной вселенной ценность конечных ресурсов тем более повышается. В нерезиновом космосе не резиновы и ресурсы. И на всех их не хватит! Вы, наверное, спросите: к чему это я веду? К мысли довольно простой: за ресурсы надо бороться. С кем бороться? С врагами и соплеменниками. Соплеменники – тоже враги, с этим надо смириться. Каждый готов прикарманить твои ресурсы и выживать за твой счёт! Каждый готов за твой счёт харчеваться и размножаться! Каждый строит свои дома на твоей молибденовой жиле и велит отказаться от выгодных предложений! Справиться с ним можно одним лишь способом: ограничение прав малоценных особей на продолжение рода! Только элита, подобная вам, может иметь это право...

- Зря он об этом болтает, - вдруг произнёс Лэм. – Он, должно быть, не в курсе: все конгрессмены бесплодны.

- И никакая они не элита, - добавил Кац. - Самые малоценные особи в сообществах Цивилиса. Потому и робеют.

- А язык, на который для них переводится лекция, - сообщил Оуэн, - это русский, причём упрощённый специально для ксенопользователей. Кстати, он знает о полном смысловом соответствии между глаголами «демократизировать» и «объегорить»?

- Не скажу за Киллпатрика, - молвил Шелби, - но Дембовски-то должен знать! Он поляк, по-славянски, поди, понимает.

Проходя к тому шлюзу, за которым был пристыкован боевой катер, агент Шелби не мог надивиться предусмотрительности тех, кто его послал. И эксперты понадобились, и даже два рейнджера: кто бы, как не они, конвоировал супервайзера при решающей высадке на планету?

Вот и катер. Отсюда он бросил случайный взгляд на планету, повернувшуюся к орбитальному комплексу тёмной своей стороной. И онемел: сторона была вовсе не тёмной. Россыпь огоньков очень большого города, покрывающего собой чуть ли не всю поверхность планеты. Это варварская культура, о которой написано в рапортах? Неужели!

Да, разобраться в происходящем – значит спуститься с орбиты. Без того не разоблачить окончательно ложь Дембовски и жалких его подельников. И кого он хотел обмануть – Альянс? Он серьёзно?

- Признаю, - тяжело произнёс обманщик. – Этим должно было кончиться. Вы всё равно ведь планировали спуститься и взглянуть своими глазами. Ну так вот: основное вы там обнаружите сразу.

Шелби догадывался, что сразу, но не думал, что раньше посадки. Но случились две вещи в один момент: он окинул взором огромный город с высоты птичьего полёта и перестал существовать в качестве агента Шелби. То же самое произошло с остальными. Что такое? Внутри вдруг послышался миллион голосов, из которых легко было опознать лишь экспертов да пару рейнджеров. Супервайзер Дембовски соизволил ответить вслух:

- Это на всех нас системно влияет город планеты Цивилис.