1

Сразу после реинтеграции к Каю пришла усталость. Ну ещё бы: так выложиться. Асмодея убить.

В том, что убить удалось, сомнения не осталось, хотя тело его испарилось (исторически очень похоже на демонов), а широкая лужа сжиженной «ярости» стала впритываться в глубокую трещину, побежавшую по бассейну.

Эта трещина — знак растущей непрочности Храма.

Предстояло теперь выбираться. Кай лениво подумал: не спрямить ли маршрут? Может, вылететь вверх: через колодец и лабиринт? Но, во-первых, его немного тошнило от левитации, а, во-вторых, убеждала неумолимая логика: этот путь не годится для выхода во плоти. Лабиринт — он ведь где? Он в уме. Пусть он даже ум не твой личный, а всей планеты. А уйти лишь ментально — это значит не просто снова утратить целостность, это значит ещё и тело похоронить.

То есть, выход один: через шахту лифта. Как ни жаль, надо ноги тащить туда. Хорошо ещё, если двери не заблокированы. Артефактов, чтоб их открывать, он уже лишён.

Кай, хромая, покинул алтарное помещение. За спиною послышался треск и удар: что-то там обвалилось.

Кстати, что там с порталами и артефактоприёмниками? По пути убедился: порталы мертвы, приёмники треснули. Правда, видел не все: на одни посмотрел, на другие экстраполировал.

Дверь из зала в предбанник, к счастью, была открыта, из предбанника — так и вовсе слетела с петель. Хоть элементы разрухи, а не могут не радовать. А уж когда двери к лифтовой шахте оказались отворены, впору было возблагодарить и судьбу, и звезду, что всегда выводила из бед фамилию Гильденстернов.

Выйдя к лифтовой шахте, Кай увидел, как в ней прибывает вода. Неизвестно, откуда взялась, но уже почти затопила кабину лифта.

А ведь надо спешить. Шутки плохи с подземными водами. Не поспеешь — так этот потоп может тебя запереть.

Кай со вздохом шагнул в шахту лифта — и почему-то не полетел наверх. Вместо этого в туче брызг грянулся вниз, на притопленную кабину. Так пребольно отбил себе локти с коленями, как давно уже не получал от злодейки-судьбы.

Это что же, он не умеет теперь левитировать?

Вывод казался как минимум несправедливым.

2

Дальше что делать? Было похоже, что делать нечего.

В шахте вода прибывала. Убегать от неё вертикально пешком? Это, возможно, годилось, как шутка, но всё равно не смешило.

Что оставалось? Держаться пока на поверхности. Ну а дальше, как только вода донесёт до какого-нибудь этажа... Не до зелёного. И не до фиолетового. А вот на жёлтом бы Кай с удовольствием вышел.

Что ж, это может ещё получиться, если все двери открыты, а похоже, что это так.

Мутный лифтовый водный поток поднял Кая и без кабины. Жёлтый этаж. Дверь открыта — уже хорошо. Дальше — по коридору, сквозь зал со шкафами... Чу! А шкафы-то теперь молчат. И стоят уже — не сказать, чтобы прямо рядами. От каких-то подземных толчков большинство из них повалилось. Проходить между ними — как сквозь тот ещё бурелом.

А внизу под шкафами ещё и водица плещется.

О, наконец-то: коридор, а за ним — упоительно скучный почти что наземный предбанник. Нет, понятно, что он в глубине, но ведь там же дорога ввысь... И не нужно летать: дорога довольно полога.

И вода, может быть, не догонит — зал-то очень широк.

Этак можно суметь даже наружу выйти!

3

Внешне медленно, внутренне быстро... Или наоборот? Навыки Пирамиды тоже ведь не работают! Но, сбивая дыхание, тащишься постепенно ближе и ближе к поверхности Эр-Мангали. Хоть бы к поверхности, ну её, дрянь на орбите!

Новый предбанник. Ворота слетели с петель. Кай объявил бы благодарность этим воротам. Смысл благодарности явственно осознаётся, но ощутить — нет, не на этот раз.

Вновь коридор, далее зал с мостом... Вот интересно, а есть ли незримый мост, или незримо уже провалился в пропасть? Если последнее — Каю, похоже, не выбраться. Нет левитации, нет даже силы в руках. Ноги, те так семенят — не оттолкнёшся, не прыгнешь...

Мост, пусть незримый, покрыт был весь зримыми трещинами. И под ногами так и ходил ходуном. Кай одолел его, после того обернулся на грохот.

Пропасть разъехалась, только на сей раз не горизонтально. Рухнула вниз вся половина зала, оставленная позади.

Может быть, случай. Может, послание Храма.

Дескать, проваливай, Кай, и не возвращайся.

Здесь ты сеял погибель и бил Асмодея. Здесь тебя больше не ждут.

Да не больно и надо!

4

Странно, но Кай вышел однажды из Храма. Было вечернее время — а думал, уже рассвет. Не мудрено: все внутренние часы сбились тогда, в паучьей сплошной темноте, и в коридорах ментального лабиринта.

Было трудно идти, он настолько устал, что улёгся на жёсткие камни перед воротами — в полосе, где когда-то свирепствовала защитная дымка. Позаботился только о том, чтобы не рядом с трупами: запах от них испортит здоровый сон.

Запаха не было, сон, однако, задерживался. Кай лежал на спине и смотрел в упор в небосвод.

А ведь было на что посмотреть.

С неба тяжёлым бессильным дождём падали звёзды, знаменуя соскальзывание с орбиты и сгорание в атмосфере чего-то весьма многочисленного.

Трудно поверить, но вот результат победы.

Кажется, можно вернуться с Эр-Мангали.