Поелику исступленное покаяние,

Как и необузданное грешение,

Равно к погибели ведут,

То хотя разнородны они и несхожи между собой,

Однако, сопоставляя суть каждого из них друг с другом,

[Видишь], что оба они порождают отчаяние,

Ибо при первом сомневаешься в силе длани всемогущего,

При втором же, уподобившись неразумной скотине четвероногой,

Обрываешь нить надежды [на обращение].

Посему, неизменно потворствуя первому,

Радуется всегда сатана,

Вторым же, как пищей кровавой,

Утучняется он, словно зверь прожорливый с утробой адской.

И вот, как [человек], побитый многонаказующей палицей

И дошедший до брега смерти,

Я, обретя вновь слабое дыхание и оживившись душой,

Утешился, набрался сил,

Восстал из бездны неотвратимой гибели,

Вспомоществуемый дланью милосердного ко всем Христа,

Дабы получить мне, грешному, порочному и мертвому,

Плоды спасения и исцеления

От благодетельного Отца Небесного.

И в начале этих молитвенных скорбных песнопений

Я воздвигну здание веры.

Ибо и в древности некто, вооруженный ею,

Переселился немедля в бессмертную жизнь небесную:

Приняв лекарство покаяния в грехах,

Он ценою раскаяния

Получил свидетельство нетленности своей уже в этой жизни

Ранее тех, о коих упоминает апостол[28],

И кои еще [здесь], на земле,

«Среди поношений и скорбей» служили зрелищем [для других],

Уверовав в грядущее небесное упование

И обогатившись славой невидимой.

Ибо и тот, кто смертный грех совершил,

И тот, кто снова заключен в узилище злых духов,

И тот, кто погружен в пучину зла, —

[У всех] есть слабая [надежда] на спасение жизни,

На то, что снова обретут чрез нее

Очищение от грехов,

Словно бы должник слезами очей своих

Вновь стал по милосердию вседержителя

Плодоносящей землею, предивно цветущей,

Что принесена в жертву Духу Божьему,

Вспомним здесь также целительные

И внушающие надежду слова Господа:

«Все возможно верующему».

Это исповедание слова окажется первой и главной

Средь добродетелей, Богу угодных и избранных,

Если станем исследовать здесь меру достоинств их,

Ею лишь облачившись, войдем мы в святая святых.

Даже Господь — [Бог] славы,

Прежде чем явить нам свое чудодейственное могущество,

Потребовал в сопутники своему благодеянию нашу веру,

И поелику она непосредственно обращена к Богу,

То обладает достаточным могуществом

Сама по себе даровать жизнь,

[Ибо], как свидетельствуют благословенные уста Божьи,

«Вера твоя спасла тебя»[29].

И действительно, ясность видения и совершенная мудрость,

Близость к Богу и познание всевышнего

Суть удел веры — имени блаженного и избранного, —

Коя пребудет вечно непогрешимою и беспредельною,

Разделяя славу с любовью и надеждою.

Ибо, коли вера величиной с малое семечко — зерно горчичное —

Может смело перемещать громады гор в глубины моря[30],

То поистине мы эту веру приняли

Как впереди ходящего проводника по жизни,

Как неколебимое богопочитание.

Вместе с любовью и надеждою

Удостоенная имени восхваляемой Троицы

Вера видит очами духовными без колебаний ожидаемое и невидимое.

Коли эти три разные [по естеству] добродетели

Ты рассмотришь в одном, едином таинстве,

То премного возвысишься ими в Боге,

Ибо коли уверуешь в Него, то полюбишь

И обретешь тем самым надежду на невидимые дары Его.

Слава Ему вечная. Аминь!